Глава 91. Избегание
Не «знал» и не «помнил», а «слышал».
...
Просто слышал.
У Синсюэ стоял неподвижно, всё ещё не поворачиваясь.
Его глаза, всё ещё красные, смотрели в пустоту, когда он спросил: «Тогда... какой тот У Синсюэ, о котором ты слышал?»
Он ждал долго, прежде чем услышал ответ.
Сяо Фусюань ответил после молчания: «Глава города Чжаое».
Прошло ещё много времени, прежде чем У Синсюэ тихо отозвался: «О».
Он вдруг подумал, что люди удивительны. Хотя он предвидел этот момент и представлял его бессчётное количество раз за последние сто лет, услышав этот ответ, он всё равно почувствовал боль.
Он всё ещё мог чувствовать боль.
Это было похоже на то, как если бы остриё меча упёрлось в сердце, а он, опустив глаза, смотрел, как лезвие медленно вонзается, цунь за цунем.
Он услышал свой тихий голос: «Если так, то ты наверняка слышал и о том, что такое город Чжаое».
«Слышал, — сказал человек позади. — Место, где собралось большинство демонов этого мира».
«Большинство демонов...» — повторил У Синсюэ.
Его взгляд всё ещё был устремлён в пустоту. Только когда влажная пелена перед глазами рассеялась, он сморгнул её и сказал: «Тот, кто рассказывал тебе эти слухи, видимо говорил много и путанно. Позволь мне сказать тебе, то, что обычные люди говорят о Чжаое. Всего два слова: «логово демонов». А о его главе — тоже два слова...»
Он сделал паузу и добавил: «Владыка демонов».
Процесс, когда меч медленно вонзается в сердце, слишком долгий и мучительный. Возможно, он не сможет стоять прямо до самого конца. Лучше уж сделать шаг вперёд и воткнуть его до конца самому.
Капли крови с его пальцев собрались в небольшую лужицу на полу. Он смотрел на неё, а его голос растворялся в ночи, как лёгкий туман: «Тот, кто рассказывал тебе слухи, наверняка тоже только слышал о нём, но не сталкивался с ним сам. Иначе он предупредил бы тебя: если увидишь этого демона, ни в коем случае не разговаривай с ним так спокойно. Запомни, нужно достать меч как можно быстрее, иначе...»
Он замолчал и услышал ответ за спиной: «Иначе что?»
«Иначе ты уже не сможешь убить его».
В тот момент, когда голос затих, во всем павильоне внезапно поднялся ледяной вихрь. Он пронёсся так быстро, что мгновенно покрыл инеем весь этаж.
Эта ледяная разрушительная волна энергии могла мгновенно заморозить живого человека насмерть. Будь то бессмертные или демоны, любая энергия тут же замирала в этот момент и становилась неподвижной.
Все те, кто когда-либо сражался с правителем Чжаое, знали, насколько страшен этот момент, потому что задержка даже на мгновение могла привести к смерти или безвыходному положению.
Эти пять тонких пальцев казались длинными и изящными, словно никогда не касались грязи или тяжёлых предметов; однако они были словно закованные в холодное железо цепи — если попасть в их хватку, уже невозможно освободиться.
Многие люди погибли от этой руки вот так...
Но эта ночь стала исключением.
Луч света и тень от взмаха меча с резким свистом появились одновременно с белым инеем. В момент, когда воздух замерз и превратился в кристаллы, он натолкнулся на острие меча.
Раздался звук ломающегося льда, его осколки и снежная пыль взметнулись и разлетелись в разные стороны.
Две мощные волны энергии столкнулись — одна была чистой, холодной и яростной, словно божественный свет, наполненный безумным гневом; другая — густой, как чернила, зловещий поток демонической энергии.
За пеленой этого столкновения, Сяо Фусюань увидел смутный силуэт демона, скрытый в снежной пыли и черном тумане.
Почему-то он вдруг почувствовал, что у противника обе руки свободны и выглядят... немного одиноко и хрупко. Он всё время казался ему человеком, у которого в руках что-то есть — короткий клинок или меч.
Наверняка у него должно быть оружие или магический артефакт.
Возможно, именно потому, что у этого демона не было привычного оружия, он смог использовать силу меча, чтобы повалить демона на землю.
За сто лет они впервые оказались так близко — настолько близко, что они видеть отражение друг друга в глазах.
Сяо Фусюань склонился над ним, опираясь на одно колено, одной рукой прижимая демона к земле за плечо, другой удерживая меч.
Снежная пыль взметнулась в его лицо, он отвернулся и моргнул, чтобы избавиться от снежных хлопьев, затем снова повернул взгляд к лицу демона.
Странно: хотя это был человек, которого он никогда раньше не видел, и на его лице не было заметных изменений или шрамов, всё равно казалось, что лицо этого человека должно быть другим.
Эти глаза совсем не сочетались с очертаниями его носа и губ, но он не знал, каким должно быть лицо с такими глазами.
В глазах этого демона отражался иней, по которому растеклись кровавые пятна. Возможно, из-за этого в глазах демона тоже появился тонкий розовый оттенок, настолько неясный, что трудно было разглядеть.
Он смотрел на эту слабую розоватую тень и услышал голос демона:
«Почему ты не обнажаешь меч?» — тихо спросил демон.
Меч упирался в пол у самой шеи демона, прямо около жизненной точки, но так и не был извлечен из ножен. Пока клинок не вышел из ножен полностью — это не было убийственным приёмом.
Сяо Фусюань нахмурился и ничего не ответил.
Он не мог объяснить почему. Даже когда демон спросил его об этом прямо, он вдруг понял, что так и не использовал свою смертельную силу.
Он сжал пальцы на рукояти меча, посмотрел вниз на человека, окружённого густой демонической аурой, и после долгого молчания ответил: «Ещё не время».
Возможно потому, что еще не настало время; потому что он еще не получил Небесный указ на уничтожение этого демона, поэтому он подсознательно оставил себе немного пространства для маневра.
Именно по этой причине — ни больше, ни меньше.
Услышав его ответ, демон некоторое время помолчал и сказал: «Вот как...»
В мире ходили слухи о великом демоне города Чжаое. Говорили, что у него лицо совсем не похоже на лицо чудовища, и что он умеет обманывать сердца людей. В этих словах есть доля правды.
Потому что когда его глаза полузакрыты, и взгляд чуть опущен вниз, скользя по краю ресниц, создается иллюзия, будто этот демон грустит или страдает.
Сяо Фусюань почувствовал внутри какое-то непередаваемое чувство, но прежде чем смог понять его, вдруг ощутил резкое исчезновение плеча под рукой.
Человек, который был прижат к земле, внезапно превратился в завесу снежного тумана и рассеялся в ней.
Брови Сяо Фусюаня нахмурились, он тут же он понял: тот человек под ним был всего лишь воплощением демона, а он сам...
Голос демона прозвучал в двух шагах от него: «Сяо Фусюань».
Он резко поднял голову.
После того как демон произнес его имя, больше ничего не последовало. Возможно, это было только для того чтобы убедиться: действительно ли этот человек тот самый Тяньсу, убийца демонов?
Взгляд демона, отвернувшегося от света, был чёрным, как тушь. Демон долго смотрел на него и сказал: «В следующий раз...»
Демон замолчал на мгновение: «...не называй меня У Синсюэ».
Когда голос затих, высокая и тонкая фигура снова исчезла, как снежная пелена.
Увидев, что она действительно рассеялась на ветру, Сяо Фусюань встал, держа в руках меч.
Он вдруг почувствовал... что в этом павильоне слишком одиноко.
***
После того дня, Чжаое долгое время был окутан облаками.
Потому что все, кто видел возвращение У Синсюэ в город, заметили, что глава города казался немного усталым. Его лицо было бледным и безжизненным, под утренним светом оно казалось белее тумана. Из-за этого его полузакрытые глаза казались ещё чернее и загадочнее.
Некоторые демоны, не понимая всей ситуации, решили, что он ранен или истощён духовно, и это даёт им шанс проникнуть в «Птицу».
Попасть внутрь было несложно, даже легко.
Но другим демонам в Чжаое скоро стало ясно, те, кто проникал в «Птицу», больше оттуда не выходили.
И тогда весь город встревожился. Никому не нравится, когда его подавляет такая могущественная сила, молчаливая угроза, но они не могли подавить свой инстинкт.
В то время снова начали подниматься старые слухи——
Некоторые демоны говорили: «Глава города сделал это место магической ловушкой, привлекая сюда всех демонов. Возможно, у него есть свои цели».
Другие вторили им: «Я говорил это давным-давно, но никто не верил».
На самом деле, это было неправдой. Когда демоны впервые начали селиться здесь, многие были подозрительны и любопытны. Они долго наблюдали за У Синсюэ, но ничего особенного не заметили.
Демоны всегда были свободолюбивы и подчиняясь сиюминутным прихотям. Если они не могли найти разгадку в течение десяти или даже сотни лет, они больше не будут утруждать себя размышлениями об этом.
К тому же у демонов такая природа, кто из них будет тратить силы на подготовку сложной стратегии на сотни лет?
Поэтому эти внезапные подозрения быстро исчезли, как и раньше — через несколько дней их уже никто не вспоминал.
Они время от времени прибывали и обживались в городе Чжаое, как будто все демоны в мире были рождены, чтобы находиться здесь.
***
После того фестиваля абрикосовых фонарей У Синсюэ долгое время не покидал Чжаое.
Позже они с Сяо Фусюанем еще несколько раз случайно встречались — то ли по воле судьбы, играющей с ними, то ли из-за некой предначертанной связи между бессмертными и демонами. Каждый раз это происходило в самый неподходящий момент, в самых неуместных обстоятельствах, в те мгновения, когда ему меньше всего хотелось быть увиденным... И каждый раз это заканчивалось полным разгромом.
Позже, выходя к людям, У Синсюэ стал намеренно избегать определенных мест, где мог появиться Сяо Фусюань.
Он слышал, как бесчисленное множество людей называли его «главой города Чжаое», бесчисленное множество раз говорили, что он «своевольное и безжалостное чудовище». Он мог ко всему этому относиться спокойно и не обращать внимания. Но он никогда не мог так же спокойно стоять перед Сяо Фусюанем.
Это чувство оказалось даже мучительнее, чем рассечение души.
У Синсюэ избегал его долгое время.
До него доходили слухи, что в то время бессмертный Тяньсу часто получал Небесные указы и часто бывал на севере. Говорили также, что, хотя Тяньсу в основном занимался делами на севере, он временами появлялся и на юге.
Они словно делили весь мир пополам, кружа вокруг него.
Когда они были далеко друг от друга — их разделяли горы и моря, в случайных разговорах окружающих они улавливали вести друг о друге. Когда же оказывались близко — их разделяли города.
Однажды У Синсюэ мельком заметил следы Сяо Фусюаня и тут же развернулся, сделав шаг на тысячу чжанов. Но когда он ступил в другое место, среди руин заброшенного города, то увидел полуразрушенные башни и заросшую конную дорогу. Он вдруг вспомнил, что это был разрушенный Ванду.
Когда-то он и Сяо Фусюань шли по этой дороге, он держал в руке маску, постукивая по ней костяшками пальцев. Тогда он спросил Сяо Фусюаня: «А что, если однажды в этом мире не станет ни бессмертных, ни демонов? Что тогда?»
Тогда они смеялись и говорили о будущем, а теперь уже почти привыкли расходиться, повернувшись друг к другу спиной.
В тот день У Синсюэ долго стоял на пустынной конной дороге, так и не сделав ни шага.
***
Так они и кружили довольно долго, пока однажды У Синсюэ не встретил Сяо Фусюаня в долине Великой Скорби.
1. "своевольное и безжалостное чудовище" —
橫行無忌 hèngxíng wújì — букв. «действовать напролом, не зная запретов»; буйствовать, распоясаться, безнаказанно хулиганить.
十惡不赦 shíè bùshè — букв. «десять злодеяний, которые нельзя простить».