Глава 71. Странность
И Ушэн опешил: «Да?..»
Он непроизвольно хотел спросить, о каком сожалении идёт речь, но тут же спохватился: всё, что касается «всей жизни», невозможно объяснить в двух словах. Даже если собеседник попытается рассказать, ему всё равно не понять.
Зачем бередить старые раны? И Ушэн не мог задать такой вопрос, он был не таким человеком.
Он поспешно замахал рукой: «Я совершенно бестактен. Сегодня я...»
Он запнулся и горько усмехнулся: «Сегодня я переполнен чувствами, и в растерянности, мои слова могут быть неуместны. Пожалуйста, простите меня за беспокойство».
Стоящий рядом человек молчал, погружённый в свои мысли, и лишь после этих слов очнулся, глухо ответив: «Всё в порядке».
В этот момент к ним подошёл человек и поклонился И Ушэну: «Вы пришли возжечь благовония?»
Это был служитель, раздающий благовония, в простой монашеской одежде, с пучком волос как у учеников совершенствующихся. Такие служители часто встречаются в храмах больших городов, но довольно редко — в глуши.
Долина Великой Скорби в настоящем мире была пуста и безлюдна с тех пор, как на нее наложили запрет, в храме не было служителя. Неожиданно, в прошлом, сотни лет назад, на этой линии хаоса, в храме было оживлённо.
Служитель взял три длинные палочки благовоний, зажав их в пучок, и протянул их.
И Ушэн пришёл сюда не для подношений богам, его связывала с долиной очень печальная судьба. Но, видя улыбку и радушие служителя, он не стал отказываться.
Приняв благовония, он долго смотрел на них со сложным выражением лица, затем внезапно спросил: «Младший наставник...»
«Что угодно гостю?» — служитель колебался, стоит ли предлагать благовония Сяо Фусюаню. Этот человек в чёрном выглядел суровым и непохожим на того, кто молит богов о помощи.
И Ушэн, перебирая палочки в пальцах, мягко спросил: «Могу я спросить, младший наставник, какой сейчас год?»
Служитель был молодым человеком, только начинающим свой путь в мире совершенствующихся. Видимо, он редко сталкивался с такими паломниками, как И Ушэн и Сяо Фусюань. Он был застигнут врасплох таким вопросом, моргнул и переспросил: «А?»
И Ушэн улыбнулся и хлопнул себя по лбу: «По правде говоря, я недавно тяжело болел, часто путаюсь и теряю счёт дням. Прошу прощения».
Посетители храмов обычно приходят сюда по каким-то причинам, болезнь — самая распространённая из них. Раздающий благовония сразу же кивнул и поверил его словам.
«Двадцать девятый год эпохи Суйнин», — почтительно ответил он.
И Ушэн кивнул: «Суйнин...»
Эпоха Суйнин казалась ему очень далёкой и незнакомой.
Согласно записям в книгах, эта эпоха длилась недолго.
В год, когда Лохуашань сгорел, название эпохи сменили на «Цинхэ» в надежде, что вода в названии укротит небесный огонь.
Эпоха Цинхэ длилась двести семьдесят пять лет, именно в этот период родился И Ушэн.
После того как У Синсюэ разрушил Линтай и был заключен в тюрьму Северного Цанлана, название эпохи сменили на «Тяньшу».
И Ушэн поклонился служителю: «Благодарю за ответ. Двадцать девятый год Суйнин — я запомню».
Служитель махнул рукой: «Не стоит благодарности!»
Он повернулся, чтобы передать благовония другим посетителям, прошёл несколько шагов и вдруг не удержался и снова оглянулся на И Ушэна, пробормотав: «Странный паломник...»
Просто год, но он запоминал его с такой серьёзностью, будто эта дата была для него невероятно важной.
Пока служитель бормотал себе под нос, И Ушэн уже взял благовония и вошёл в храм.
А Сяо Фусюань немного задержался у входа.
Когда он был в Сяньду, то редко обращал внимание на смену лет в мире людей. Он мог увидеть чередование холода и жары, запомнить некоторые особенные даты, например, открытие рынка на Лохуатае в третий день третьего месяца.
Но если его спросить прямо, какой сейчас год, это поставило бы его в затруднительное положение.
Хотя общее представление у него было.
Если он не ошибался, в двадцать девятом году Суйнин... Юнь Хай уже должен быть мертв.
Эта линия хаоса была создана главой клана Фэн ради своих умерших детей. Она оказала влияние на большинство людей, связанных с этим, но на дела бессмертных влиять не должна.
Если никто больше не вмешивался, Юнь Хай в этой линии уже исчез. Под землей уже должна быть гробница бессмертных, и Юнь Хай должен быть там.
Но сейчас, глядя на оживлённый храм, можно было понять — всё не так.
Сяо Фусюань подумал и лёгким движением руки похлопал служителя по плечу: «Извините за беспокойство».
Тот вздрогнул и обернулся: «Э-э... у господина есть вопрос?»
Сяо Фусюань указал на храм рукоятью своего меча: «Кому посвящён этот храм?»
Раздающий похлопал глазами и подумал, что этот паломник, похоже, ещё более странный, чем тот, но всё же честно ответил:
— Божеству горной долины Великой Скорби.
— Божеству долины Великой Скорби?
— Да.
— А есть ли у этого божества имя?
— Конечно.
— Какое?
Взгляд служителя, смотревшего на Сяо Фусюаня, становился все более и более удивленным. В конце концов, ни один паломник не задал бы такого вопроса: если вы приходите в храм, чтобы разжечь благовония, разве вы не знаете, как зовут бессмертного?
Почтительно подняв руки к небу и поклонившись, он ответил: «Имя бессмертного — Юнь Хай».
Сяо Фусюань на мгновение растерялся: «Как?»
Служитель: «...»
Он терпеливо повторил: «Юнь Хай».
Эти два слова он произнёс очень ясно, так что невозможно было их неправильно услышать.
Значит всё верно, это действительно Юнь Хай.
Юнь Хай, который находится на этой временной линии хаоса, всё ещё жив.
Он управляет долиной Великой Скорби, а не радостью и печалью, значит, он всё же нарушил Небесные правила, был наказан и получил указ.
Но ещё не был сброшен в мир людей.
Его судьба не очень, но изменилась.
Сяо Фусюань задумался. Это было странно — неужели действия клана Фэн могли повлиять на Сяньду и даже на судьбу Юнь Хая?
Что ещё более странно, так это...
В храме не было статуи.
В храме перед ним квадратная ниша алтаря была пуста, и статуи бессмертного не было. Здесь был только один длинный столик для подношений с курильницей для благовоний.
Это точно такой же храм, как и в долине Великой Скорби в настоящем мире.
Но причина, по которой нет статуи в настоящем храме, заключается в том, что Юнь Хай был сброшен в мир людей, и никто больше не помнил о нем. Позже статуи других отвергнутых бессмертных были расставлены в подземной гробнице.
Когда люди, проходившие мимо этого храма, возжигали благовония, они никогда не говорили: «Я поклоняюсь божеству горной долины», но все они говорили: «Я поклоняюсь долине Великой Скорби».
В этой линии хаоса служитель чётко произнёс: «Юнь Хай, божество долины Великой Скорби», это подтверждало, что он жив и не забыт в мире. Тогда почему в нише нет статуи?
Сяо Фусюань спросил: «Где же статуя?»
Служитель казалось, впервые услышал такой вопрос и немного опешил: «Какая статуя?»
«Статуя в нише алтаря».
Тот замер: «Не знаю. Когда я пришёл сюда, алтарь уже был пуст».
Сяо Фусюань нахмурился.
Раздающий благовония добавил:
— Говорят, раньше там была статуя, но потом она исчезла за одну ночь.
— И никто не искал?
— Искали. Но безуспешно, она как будто испарилась. Паломники, которые часто приходят сюда, это простые люди. Они не крадут статуй, не говоря уже о том, чтобы тайно уничтожать их.
В народе такие вещи объясняли «волей небес». Раз ничем нельзя объяснить, значит, так угодно небу.
Служитель сказал: «Позже я слышал, что пытались сделать новую, но всё бесполезно. Поставят её на алтарь — на следующее утро она исчезает. Искали повсюду — безрезультатно».
Служитель продолжил: «Позже люди стали говорить, что, возможно, так предначертано судьбой, и оставили попытки. С тех пор ниша пустует, и все привыкли к этому».
«Честно говоря, — служитель почесал затылок, — если бы не внезапный вопрос молодого господина, я бы даже не задумался об этом. Я считал, что отсутствие статуи — это норма. Я даже забыл, что в других храмах есть статуи бессмертных».
Как будто так и должно быть.
Служитель ещё говорил, когда вдруг в храме раздались внезапные крики — что-то случилось.
Стали слышны неясные голоса паломников, доносящиеся из храма——
— Где тот человек? Куда он исчез?
— Только что был тут!
— Кажется, он упал с этой каменной плиты?
— ...
Служитель не успел понять, что происходит, как почувствовал сильный порыв ветра перед собой.
Моргнув, он увидел, что странный паломник уже исчез — словно пролетел мимо и влетел в храм.
Служитель тоже был совершенствующимся. Когда мимо него пролетел порыв ветра, он внезапно почувствовал дыхание энергии бессмертных, подавляющая сила пронеслась рядом с ним и исчезла. Служитель довольно сильно испугался и долго приходил в себя.
Он поспешно вошёл в храм и спросил: «Что случилось?»
Несколько паломников, возжигавших благовония, указали на огромную квадратную белую плиту на полу:
— Тот человек, который закутывал лицо шарфом, вдруг исчез прямо здесь.
— Я видел, как эта плита как будто немного пошевелилась, но все случилось очень быстро. Я не уверен, не показалось ли мне.
— Кажется, я тоже видел.
— Как может двигаться эта тяжелая каменная плита?
— Ну... она открылась как люк.
— Под этой плитой ведь не пустота, правда?
Все испугались и начали стучать по каменной плите, пытаясь найти хоть какие-то следы её движения или полость под ней, но ничего не обнаружили.
***
Пока паломники в храме переглядывались, Сяо Фусюань уже прошёл по следам И Ушэна и спустился в гробницу под храмом.
Когда он прыгнул вниз, сомнения в его сердце усилились.
А когда он приземлился и выпрямился, увидев высокую статую бессмертного, его лицо стало суровым.
Это была статуя красивого высокого человека. В одной руке он держал белую молитвенную ленту, а в другой — зеленую лозу, на вершине которой распустился красивый цветок, закрывающий половину лица статуи.
Это был Юнь Хай.
Подземный зал и вход в точности соответствовали той гробнице, в которой они были, когда впервые попали в долину.
Настолько, что в тот момент Сяо Фусюань был уверен, что если он пройдет по извилистому и долгому тоннелю до конца, то сможет увидеть формацию подавления Юнь Хая.
Но только что тот служитель сказал, что Юнь Хай на этой линии хаоса жив и отвечает за долину Великой Скорби.
Он не был сброшен с небес, не стал демоном, его не забыли — значит, и гробница не нужна.
Тогда почему она находится под землей в этом храме?
1. "без нужды бередить старые раны" — 自揭伤疤换一句唏嘘 — букв. «содрать с себя кожу ради вздоха сочувствия».
2. "все в порядке" — 无妨 wúfáng — букв. «не проблема»; вежливый ответ.
3. "раздающий благовония" — 布香人bùxiāng rén — служитель при храме, который дает посетителям три палочки благовоний, отвечает на вопросы паломников, объясняет правила подношений.
4. "печальная судьба" — 孽缘 nièyuán — «злой рок», «злополучная связь».
5. "младший наставник" — 小师父 xiǎo shīfu — уважительное и доброжелательное обращение к младшему монаху.
6. "прошу прощения" — 见笑 jiànxiào — букв. «вызываю насмешки»; «извините».
7. "Суйнин" — 岁宁 suìníng — «Спокойные годы».
8. "Цинхэ" — 清河 qīnghé — «Чистая река».
9. "Тяньшу" — 天殊 tiān shū — «Обезглавленные небеса».