Глава 30. Сломанный колокольчик
Сяо Фусюань взглянул на колокольчик, который ему впихнули, а затем на У Синсюэ. Прежде чем он успел заговорить, его упрекнули——
У Синсюэ сказал: «Возвращаю тебе... Зачем ты мне его дал?»
Сяо Фусюань: «...»
У младших учеников была особенно хорошая память.
Они помнили, что в допросе Юнь Хая мелькнул этот белый нефритовый колокольчик — это было сокровище Линвана. Они также вспомнили ту чепуху, которую И Ушэн нёс, когда утешал их. Они тихо восхитились У Синсюэ: «Молодой господин действительно благороден. Такое редкое сокровище может заставить простого человека потерять голову от жадности. Но молодой господин не только не потерял самообладания, но даже смог его вернуть».
«...»
Сяо Фусюань невольно взглянул в их сторону.
Младшие ученики все ещё продолжали самокритично размышлять: «Честно говоря, если бы это был я, то бы не смог так поступить...а?»
Они испугались взгляда бессмертного Тяньсу и только тогда поняли, что их тихие обсуждения были услышаны. Лица их покраснели, они, запинаясь, указали на И Ушэна: «Раньше мы слышали от старшего о том, что У——»
Они все ещё боялись произнести имя великого демона вслух и лишь невнятно промямлили: «...эээ... это не он сам, а душа обычного человека случайно попала не в то тело».
«...»
И Ушэн молча закрыл лицо рукой, думая про себя: «Этих детей действительно легко обмануть».
Все посмотрели на самого младшего брата, он покраснел ещё сильней и поспешно объяснил: «Эээ... Мы слышали от учителя, что после гибели бессмертных некоторые сокровища оказались среди людей. Разные школы и мастера тайно или явно ищут их. Эти сокровища часто содержат жизненную силу бессмертных и являются редкими артефактами с тысячелетней духовной энергией. Естественно, каждый хочет их получить. Но среди людей очень мало тех, кто может носить такие сокровища при себе, без сотни лет практики невозможно выдержать такую мощную духовную энергию».
«Молодой господин — это смертная душа, и ему действительно не подобает носить с собой сокровище бессмертных . Почти все понимают это правило, но очень немногие могут остаться невозмутимыми. Поэтому действия господина вызывают восхищение».
Он закончил объяснение и учтиво поклонился У Синсюэ.
Тот долго смеялся про себя, оставаясь внешне невозмутимым и сдержанно ответил этому юноше: «Это слишком любезно».
Выражение лица бессмертного Тяньсу сменилось с немого изумления на каменную невозмутимость.
У Синсюэ смотрел на его холодное лицо и смеялся ещё больше. Вдруг он вспомнил слова «гость, который может пройти за занавес» и ту постель...
Он внезапно замер, и ему стало не смешно.
Как и прежде в повозке, Сяо Фусюань не стал выдавать его.
Маленький ученик говорил, а Сяо Фусюань слушал, небрежно вертя в руках колокольчик снов. В его длинных пальцах он выглядел особенно изящным и миниатюрным, с жемчужно-белым цветом и прозрачным блеском
Странно, что младший брат упомянул, что колокольчик часто содержит жизненную силу бессмертных. У Синсюэ даже не помнил, что это за жизненная сила, но почему-то ощущал какую-то духовную связь с этой вещью.
В это время он взглянул на пальцы Сяо Фусюаня, играющие с колокольчиком, это было действительно...
У Синсюэ смотрел на них какое-то время, потом протянул руку и отобрал игрушку обратно.
Младший брат, который только-только расхвалил его, был полон вопросительных знаков.
Сяо Фусюань посмотрел на У Синсюэ: «Разве ты не хотел вернуть его мне?»
У Синсюэ ответил: «Я передумал».
«Почему?»
«...»
У Синсюэ молча взглянул на него.
Он же не мог сказать: «Я не могу спокойно смотреть, как ты играешься с колокольчиком», если Сяо Фусюань снова спросит «Почему», каким будет его лицо?
Бессмертный Тяньсу увидит его насквозь.
У Синсюэ на мгновение замолчал, а затем сказал: «Я просто внезапно вспомнил, что мне не следовало возвращать его тебе».
Закончив говорить, он повернул голову и передал колокольчик целителю.
И Ушэн: «...»
Не нужно!
У Синсюэ сказал: «Я помню, как господин говорил перед отъездом, что он направляется в долину Великой Скорби по двум причинам. Во-первых, выяснить, как появилась его печать на затылке, а во-вторых, помочь клану Хуа найти настоящее сокровище бессмертных».
И Ушэн поспешно замахал руками, думая про себя: «Может Вы просто разберетесь там со своим бессмертным Тяньсу сами, не втягивайте меня в это».
Однако У Синсюэ не отпустил его: «Почему господин машет рукой? Это было потеряно кланом Хуа. Теперь, это найдено и должно быть передано Вам».
Доктор Ушэн: «...»
И Ушэн почувствовал себя очень неловко. Лучше бы он не вспоминал об этом, теперь ему очень хотелось найти какую-нибудь трещину в скале и забиться в нее.
Что он сказал в тот раз, когда обнаружил пропажу настоящего колокольчика сновидений из клана Хуа?
О да, он сразу же предположил, что это сделал У Синсюэ...
И сделал это прямо при нём.
А потом он ещё говорил, что собирается идти в долину Великой Скорби за колокольчиком и вернуть сокровище бессмертных клану Хуа.
А потом при допросе Юнь Хай доказал, что истинным владельцем этого сокровища был Линван. Что же произошло потом?
О, потом Юнь Хай называл Линваном У Синсюэ.
...
И Ушэн никогда не видел Линвана ни в одном из атласов бессмертных и никак не мог знать о его высоком статусе в Сяньду, и уж тем более о том, что случилось потом — почему тот величественный Владыка Душ стал демоном, которого все боятся. Владыкой демонов.
В любом случае, этот колокольчик сновидений определённо принадлежит ему.
Бессмертный Тяньсу сам вложил колокольчик в руку У Синсюэ, что означало возвращение вещи её законному владельцу. Теперь первоначальный владелец по какой-то причине притворяется, что ничего не видел и не слышал, и хочет отдать колокольчик.
Осмелится ли он принять его?
Нет.
Он не осмелится не только принять, но и что-нибудь ответить.
И Ушэн имел темперамент кабинетного ученого, и был особенно чувствительным и ранимым. Когда он был молодым, брат и сестра Хуа Чжаотин и Хуа Чжаотай часто дразнили его так, что он краснел от стыда. Позже он стал старейшиной Четвертого зала и приобрел определенную репутацию в мире заклинателей. Те двое стали более серьёзными и больше не смеялись над ним так открыто, никто другой тоже не осмеливался шутить с ним.
Он уже давно забыл, каково это – краснеть до ушей. Но сейчас вспомнил. Вся кровь в его теле прилила к лицу.
В мире широко распространен слух, что клан Хуа случайно получил сокровище благодаря родственным узам с бессмертными, но, к сожалению, оно было украдено демоном У Синсюэ.
Сейчас было смешно думать об этом.
Владелец забрал свою собственную вещь, а фраза, что клан Хуа «благодаря бессмертному предку случайно получил сокровище», воспринималась несколько двусмысленно.
При таких обстоятельствах, как мог И Ушэн осмелился взять колокольчик снов?
Если бы не этот старейший, который ни в какую не соглашается признавать, что он – это он, а не душа, вселившаяся в тело; если бы не этот бессмертный Тяньсу, который тычет его ножнами чтобы держать это в секрете; если бы не младшие ученики непонятно какого клана, которые склонны падать в обморок ему на руки; И Ушэн бросился бы к ногам У Синсюэ и молил о пощаде.
Но сейчас он ничего не может сказать, он может только молча смотреть на У Синсюэ, и в его глазах постепенно появляется печаль.
Наконец, он сжал листок и сказал: «Молодой господин, у меня остался только этот обрывок души...»
Между строк: «Пожалуйста, выбери кого-нибудь другого для своих игр».
У Синсюэ посмотрел на его выражение лица, задумался и почувствовал, что с его стороны это как бы немного издевательство над человеком. Поэтому он повернулся и протянул когтистые лапы к своим подчинённым.
Владыка демонов всегда был ленив и не любил носить вещи в руках. Для него было обычным делом использовать подчиненного в качестве сумки для хранения вещей. Нин Хуайшань и Фан Чу, должно быть, давным-давно привыкли к этому.
Он повернул голову и встретился взглядом с ещё более жалобными лицами Нин Хуайшаня и Фан Чу.
У Синсюэ: «?»
«Я ещё ничего не сказал», — медленно произнёс У Синсюэ.
Нин Хуайшань ответил: «Глава... молодой господин, Вы помните? Некоторых демонов тошнит, когда они видят статуи бессмертных».
На его лице большими буквами было написано и ясно читалось: «Угадайте, не сблюю ли я на сокровище бессмертных?»
У Синсюэ: «...»
Ладно.
Таким образом, после того как он помучил всех вокруг, великий демон У Синсюэ всё же решил сам взять колокольчик сновидений.
***
Дело с направленным призывом в долине Великой Скорби прояснилось, и то, что они искали, было найдено. Для И Ушэна и младших учеников здесь больше не оставалось занятий.
А вот У Синсюэ хотел бы узнать, что же сделал Хуа Синь тогда, чтобы сохранить хоть каплю жизни Юнь Хаю? Но даже сам Юнь Хай этого не знал.
Сяо Фусюань говорил, что был в Северном Цанлане когда Хуа Синь спустился на землю с мечом, а когда он вернулся в Сяньду, прошло уже много времени.
В Сяньду никто не знал о том, что сделал тогда Хуа Синь, лишь знали некоторые последующие события — как и Юнь Хай в свое время он на коленях принял небесное наказание на двенадцати пиках и ушёл в затвор на сто дней.
После этого он стал ещё более отстранённым от мирских дел и ещё больше походил на главу бессмертных. Больше ничего необычного не произошло.
Они снова обошли гробницу Юнь Хая, не смогли найти никаких других зацепок и были вынуждены оставить это дело.
Когда все вышли из подземного могильника долины Великой Скорби, на востоке уже светало.
Трое учеников совершенствующихся собирали свои мешочки цянькунь. Они обошли тридцать три статуи мальчиков и девочек, нашли души всех простых людей, которые стали жертвами направленного призыва, извинившись перед каждой душой, собрали их в мешочки.
«Когда будете возвращаться, подготовьтесь, хотя бы сделайте какие-нибудь маскировочные заклинания», — очень беспокоился за них И Ушэн.
Большинство людей были разорваны на части, их смерть была ужасной. Если вернуть их домой в таком виде, это было бы крайне жестоко.
Младшие ученики поклонились: «Старший, не волнуйтесь. Мы обязательно проведём обряд очищения и надлежащим образом разместим их».
Их братья и сестры приходили сюда столько раз, но безрезультатно. Эти трое были новичками, но они вернули всех людей, что было важным событием для их клана и даже для всего Юйяна.
Они хотели пригласить Сяо Фусюаня и остальных вернуться в клан вместе, но получили вежливый отказ.
Ну, то есть... у Тяньсу нет «вежливого отказа», есть только «отказ». В ответ прозвучали два слова: «Не нужно».
У Синсюэ хотел сгладить ситуацию и был более вежливым, он указал на свое лицо и сказал: «Если я появлюсь в вашем клане, глава и старейшины, вероятно, будут так рады, что у них лица посинеют».
Младший брат: «...»
И Ушэн был самым адекватным. Он сказал: «У меня остался только один обрывок души, я не смогу продержаться долго, так что не буду вас беспокоить».
Услышав это, младшие ученики, конечно, не осмелились больше задерживать его и тратить его последние дни.
Они попрощались и отправились в Юйян с тридцатью тремя душами.
У Синсюэ спросил И Ушэна: «Какие планы у господина?»
И Ушэн провел рукой по чёрной ткани на своем лице. Он чувствовал, что с каждым днем ему становится все хуже. В повозке он ещё мог исследовать душу У Синсюэ, но к тому времени, когда они добрались до долины Великой Скорби, он уже ни на что не был способен.
В данный момент его пять чувств были менее ясными, чем раньше.
Он посмотрел на Сяо Фусюаня: «Господин, сколько ещё дней я смогу продержаться с этой остаточной душой?»
Сяо Фусюань задумался на мгновение и тихо сказал: «Четыре дня».
И Ушэн спокойно кивнул: «Хорошо».
Затем он сказал У Синсюэ: «У меня все ещё остались некоторые вопросы. Я бы хотел ещё раз увидеть пустошь Цзямин, а затем направиться к острову Таохуа. Если повезет, я смогу провести дома последние дни».
Говоря это, он вдруг усмехнулся над собой.
Момент, когда он схватил У Синсюэ за подол одежды и попросил убить его, был самым простым. Теперь у него осталось так мало времени, и чем дальше, тем большего ему хотелось——
Сначала он сказал, что когда выяснит причину страданий клана Хуа и найдет след колокольчика, то сможет спокойно вернуться. Теперь, когда эти два вопроса решены, он снова думает о некоторых делах.
Люди всегда такие жадные.
Посмеявшись над собой, он учтиво поклонился У Синсюэ и Сяо Фусюаню и попрощался.
Однако едва он сделал несколько шагов вперед, как его беспокойство снова дало о себе знать. Он не смог удержаться и вернулся к У Синсюэ: «Этот вопрос может показаться несколько неудобным, не знаю...»
Он хотел спросить о том, помнит ли он ещё, как использовать колокольчик сновидений и как толковать сны. Он видел, что У Синсюэ многое забыл, возможно он забыл и это. Спрашивать об этом было для него довольно сложно.
У Синсюэ увидел его колебания и молчание, и взглянул на колокольчик, висевший на поясе. Он потянулся за ним и сказал: «Ты хочешь спросить об этом?»
И Ушэн кивнул головой, только собирался что-то сказать, но вдруг изменился в лице.
Он воскликнул: «Почему колокольчик весь в трещинах?! В гробнице он был не в таком состоянии».
Но У Синсюэ не был так удивлен: «Внутри и раньше были трещины, просто их ещё не было видно снаружи. Хорошо ещё, что он пока целый и не развалился на восемь кусочков. Не знаю, можно ли им пользоваться».
«Ни в коем случае», — поспешно воскликнул И Ушэн.
«Почему?»
И Ушэн объяснил: «Это сокровище бессмертных, у него слишком сильная духовная энергия, смешанная с жизненной силой бессмертных. При использовании всегда есть запреты и правила, при малейшей ошибке это не только не даст результата, но и сведет с ума».
Эти слова звучали разумно, но такие вещи как артефакты бессмертных естественно лучше всего известны самим бессмертным. Поэтому У Синсюэ задумался над белым нефритовым колокольчиком и повернулся к Сяо Фусюаню.
Сяо Фусюань подтвердил: «Все так».
На самом деле И Ушэн говорил слишком мягко. Если совершить ошибку, это будет не просто сбой магии. Самая большая проблема в том, что божественные артефакты крайне редки не только в мире людей, но и чрезвычайно труднодоступны для самих бессмертных.
Если он будет поврежден — его будет невозможно восстановить, что на земле, что на небесах.
Но У Синсюэ этого не знал. Он слегка потряс колокольчик и, погрузившись в раздумья, через некоторое время спросил: «Его можно восстановить?»
И этот вопрос тоже больше касается бессмертных, поэтому он повернулся к Сяо Фусюаню.
Сяо Фусюань: «...»
Бессмертный Тяньсу слегка приоткрыл губы, казалось, он вот-вот скажет «нет», но в итоге он не произнёс ни слова.
Он отвел взгляд в сторону, а через какое-то время вернулся к разговору и сказал: «Можно».
И Ушэн: «...»
Он помолчал и с трудом проглотил слово «невозможно».
Вот это и есть бессмертные? Можете ли вы превратить «невозможно» в «можно», если кто-то будет вот так, не моргая, вглядываться в вас какое-то время?
Ему действительно хотелось увидеть, как именно это «возможно»...
Итак, полчаса спустя в повозке, направлявшейся к заброшенному городу Лохуашань, сидел И Ушэн, который вроде бы прощался и хотел уходить.
1. "не могу спокойно смотреть, как ты играешься"
见不得 jiànbudé — букв. «невыносимо видеть»; не устоять перед чем-либо, не в состоянии выдержать.
你捏 nǐniē — интернет-сленг, выражает заигрывающий, поддразнивающий тон при общении: «ты».
2. "чувствительным и ранимым" — 薄脸皮 liǎnpí — букв. «тонкая кожа лица».
3. "двусмысленно" — исходная фраза 凭借仙缘 píngjiè xiānyuán, где 凭借 «на основании, полагаясь на», «одолжить, позаимствовать»; 仙缘 — «родственные узы», «быть в связи».
Таким образом, здесь фраза имеет двойной смысл:
1. «случайно получили благодаря родственным узам с бессмертным» (официальный вариант);
2. «случайно попало к ним в руки, потому что одолжили у знакомого бессмертного» (двусмысленное понимание);
ну или как вариант «они сами позаимствовали, случайно как-то вышло, теперь это их прелесть».
4. "не моргая, вглядываться" 一 眨不眨yī zhǎ bù zhǎ — букв. «раз сморгнул и не моргает».