Глава 25.
Между ног ужасно болело, и я не скрывая дискомфорта, уложила холодную банку колы себе на живот, как только села в машину Луки. Он обнял меня за плечи, и поцеловал в щеку, пока я таращилась в телефон, и пыталась понять, зачем Теодоро шлет мне так много сообщений.
Тео:
—Мартино с тобой?
—Почему ты не отвечаешь?
—Ты хорошо чувствуешь себя после вчерашнего?
—Ты не сказала мне утром, чем я пахну, мне не по себе.
Инесса:
—Я отвечу тебе, как освобожусь, не надоедай мне, пожалуйста. И от тебя пахло мной, не переживай.
Я убрала телефон в сумочку, Мартино сел на заднее сидение, и мы наконец тронулись.
Лука как всегда был в великолепной форме, с перемотанными руками, и строгим взглядом. Я же была невероятно рада, что наконец увиделась с братом, но почему-то волнение не оставляло меня. Мне казалось, что если я уеду, задержусь хотя бы на часок, все, что мы с Тео смогли построить между нами, в миг рухнет. Я привыкла к нему. Привыкла к его объятиям, что не давали мне спокойно дышать, привыкла к вечным просьбам поцеловать его, привыкла к тому, что где бы мы ни были, мы принадлежали друг другу.
—Как ты, Нес? – произнес Лука, поглядывая на меня краем глаза, —выглядишь уставшей.
Затем его взгляд скользнул к коле, что лежала у низа моего живота, и его итак вечно напряженные руки, напряглись еще сильнее.
—Что с тобой? – спросил он снова, и я скривилась, ерзая на сиденье.
Я правда не ожидала, что секс может быть настолько приятным, и болезненным одновременно. Вчера я видела звезды, что-то похожее на другой мир, пока кончала, а сегодня умираю так, будто у меня разорвало органы.
—Инесса, что, блядь, с тобой произошло? – Лука повысил тон, и я резко схватила его за руку, что ложилась на коробку передач.
—Не кричи, - успокоила брата я, —не кричи, Лука. Все хорошо, я просто лишилась девственности.
Мне не стоило этого говорить, ведь я соврала ему об этом раньше, но уже было поздно. Лука вжал педаль газа в пол, я услышала недовольный вздох Мартино, а затем получила укоризненный взгляд брата.
—Ты врала мне, либо врешь сейчас, - констатировал факт Лука, а затем открыл окно, и сделал глубокий вдох, —он изнасиловал тебя?
—Боже упаси, - воскликнула я, поднимая руки, —чтобы меня изнасиловать, нужно не знать тебя и моего папочку, Лука. Не неси бред, я согласилась на секс добровольно.
Было видно, что ему некомфортно говорить об этом со мной, но он слушал, словно мог что-то изменить, если бы изнасилование подтвердилось. На удивление, Теодоро был нежен со мной, и то, что мне больно сейчас, скорее всего особенность моего организма.
—Я нарежу его член на гребаное сашими, он доиграется, - фыркнул Лука, и Мартино как-то странно выглянул вперед.
—Любишь японскую кухню? – я подтрунивала над братом, а он лишь хмурился.
Но даже так я чувствовала себя в своей тарелке, рядом с человеком, которого безмерно люблю.
Войдя в кабинет доктора Саммерса, я сразу же приняла свое любимое выражение лица – веселье. Доктору Саммерсу было уже за шестьдесят, но Лука обычно следил за ним так, словно этот милый дедушка мог приставать ко мне.
—Итак, Инесса, прошла МРТ и ЭКГ? – поинтересовался врач, как всегда приподнимая свои очки, чтобы видеть меня лучше.
—Да, - я уложила на стол все бумаги, что отдала мне моя ведущая медсестра, что сопровождала меня по кабинетам, —надеюсь, что со мной все в порядке.
—Вы принимаете лекарства? – сразу же спросил доктор Саммерс, и я уверенно соврала.
—Да, регулярно.
Конечно, я пила таблетки, но не стабильно, иногда просто забывала, иногда засыпала в надежде, что увижу маму, а не эти чертовы лица. Но в последнее время все изменилось, и я не видела снов от слова совсем. Может, это было связано с тем, что Теодоро перекрывал мне свежий воздух, и я не могла нормально функционировать в его жарких объятиях.
—Ваше сердечко работает стабильно, но есть некоторые изменения, - уточнил доктор, и я кивнула, —вам стоит увеличить физические нагрузки, и уменьшить количество стресса. МРТ так же показало, что мозг в порядке, хотя ваш отец боялся, что могут образоваться метастазы.
Я улыбнулась. Папа всегда был жутким паникером.
—Я могу идти? Как я знаю, Лука уже забрал рецепт на лекарства, - проговорила я, и доктор расписавшись на моей карте, отпустил меня.
Я вышла из кабинета с абсолютным ощущением облегчения, и хотела бы заговорить с Мартино, что ждал меня у двери, как Телефон в кармане снова завибрировал.
Тео:
—Кошка, ты в порядке?
—Я не могу работать, пока я сосредоточен на тебе.
—Сделай что-нибудь с моим волнением.
—Инесса, мне не нравится, что ты в Ндрангете.
—Инесса!
—Кошка, я нарушу приказ Андреа, если ты прямо сейчас мне не ответишь.
Я усмехнулась, и стала набирать сообщение.
Инесса:
—Я вышла из кабинета доктора, Теодоро. Сейчас встречусь с папой, и потом вылетаю. Не драматизируй.
Убрав телефон, я улыбнулась Мартино, и стала искать глазами брата. Вдруг, мой телохранитель наклонился к моему уху.
—Он ушел с блондинистой дамой, - настучал тут же Мартино, и я ухмыльнулась.
Видимо, Лука и Адриана хорошо ладят.
Я поправила свою блузу после ЭКГ, и двинулась вперед по коридору, встречаясь с заинтересованными взглядами работников. Лука стоял у регистрационной стойки, рядом с ним совершенно маленькой смотрелась Адриана, что как всегда выглядела собрано, строго и даже жестоко.
Она кратко кивнула мне, и снова с осуждением посмотрела на Луку.
—У тебя дела, - Адриана сделала шаг назад, а Лука улыбнулся, опуская глаза, —будут проблемы со здоровьем, звони, тренер.
—Наемся мороженого завтра, и слягу с ангиной, доктор, - съязвил Лука, пока я обнимала его за локоть.
—Это хирургия, - кинула Адриана через плечо, уходя, —тебе к миссис Дрю в терапию.
Лука же проводил холодную даму взглядом, и затем посмотрел на меня сверху вниз.
—Ты в порядке? – спросил брат.
—Да, все хорошо. Едем к папе? – поинтересовалась я, уже предвкушая наш разговор о тете Марте, и Лука кивнул, утягивая меня ко входу.
Мартино же щеголял позади.
Мы приехали в кофейню, где подают самые вкусные в Чикаго венские вафли, и папа уже ждал нас там. Я накинулась на него с объятиями, а он же подхватил меня за талию и покрутил в воздухе, шепча на ухо слова о том, что до безумия любит меня.
—Пап, мне уже скоро двадцать, а ты все как с маленькой девочкой, - шикнула я, и папа поставил меня на землю.
Я поправила его кривой галстук, что он явно завязывал сам, а затем ехидно улыбнулась.
—Ты перевез тетю Марту в свою холостяцкую берлогу?
Папины глаза широко распахнулись, и он тут же покачал головой.
—Нес.
—Что Нес? Отдашь мою комнату Фарье, тетя Марта будет жить в твоей спальне, а кабинет сделаешь из комнаты Луки, он ведь явно съехал от тебя, - я метнулась взглядом к брату, а он лишь отмахнулся, не желая обсуждать это.
—Ты заходишь слишком далеко, мы с Мартой просто дружим, - папа замялся, и я была рада, что Мартино соизволил подождать меня в машине, чтобы не смущать мою семью.
—А штаны ты натягивал, потому что вы с ней в дружеские игры играли, и ремень чисто случайно слетел? – подначила папу я, и он разочарованно выдохнул.
—Мне нравится мама Фарьи, да, - наконец сознался папа, и Лука поднявшись с места, встал между нами.
—Я рада, что у вас все налаживается, - проговорила я, и погладила их обоих по щекам, —правда.
—Как же ты, Нес? – спросил папа, поглаживая свою бороду, —как твои дела с этим оболтусом Теодоро?
—Возможно, он станет хорошим мужем, - произнесла я, опуская глаза, —мы работаем над этим.
—Не говори, - встрепенулся Лука, обхватывая мое лицо руками, —не говори.
—Он нравится мне, - я подняла подбородок, и взглянула брату в глаза, —и я пытаюсь вразумить его.
—Пап, мне плохо, - шикнул Лука через плечо, —пап, она сказала это.
Папа демонстративно подставил руки под сына, а Лука изобразил обморок, и я засмеялась. Мы сели за столик, заказали любимые блюда, и продолжили болтать, только напряжение Луки никуда не ушло. Как бы он ни шутил, он правда переживал за меня слишком сильно.
Мы успели обсудить все что угодно, и на улице уже темнело, настолько я забыла о том, что обещала Теодоро вернуться как можно раньше. Пока папа оплачивал счет, я достала телефон из сумочки, и негромко вскрикнула. Сто двадцать пять пропущенных, и еще больше сообщений, которые я не рискнула прочитать.
Нажав на контакт «Тео», я сразу же позвонила.
—Нахрена тебе телефон, кошка? – рявкнул он в трубку, и я сразу же поежилась.
Он был очень агрессивен, и это наводило меня на некоторые мысли.
—Мне не нравится твой тон, - сообщила я, и двинулась к машине, в которой нас битый час ждал Мартино, —говори спокойнее.
—Я звонил Мартино, он сказал, ты на встрече с братом и отцом. Какого хрена ты не берешь трубки? – воскликнул Теодоро, и я нахмурилась.
—Потому что я говорила с папой и братом, логично ведь. Не кричи, я выезжаю в аэропорт. Я чувствую от тебя злость, если не пройдет, буду вынуждена спать одна в своей спальне, - вздохнула я, и села на переднее сидение, пока Лука болтал с папой, стоя у капота, —и забери Цербера у матери Мартино, я не хочу ездить за ним так поздно.
—Слишком много указаний, синьорина Романо, - возмутился Теодоро, и я не оставила это без внимания.
—Синьорина Тиара – Романо, - исправила я, и выдохнула, —увидимся дома, постарайся смыть с себя злость.
Мартино усмехнулся, а затем выглянул вперед.
—Теодоро часто жалуется на то, что вы избирательны к запахам, - уточнил он, и я улыбнулась.
—Потому что от него часто воняет. Ты, к примеру, всегда пахнешь чем-то спокойным и добрым, - произнесла я, и Мартино растянулся в улыбке.
В Каморре он улыбался куда реже.
Прощание с папой и братом было скомканным, как будто я рвала с корнем часть себя, оставляя ее здесь, в городе, что не являлся частью моего клана. Они беспокоились, я видела это в их глазах, но обещала, что все будет хорошо, в принципе, как и всегда.
В самолете, когда стюардесса предлагала уютные пледы, я постаралась уснуть. Мне казалось, что только во сне можно отключиться от мыслей, которые грызли меня изнутри. Но не удалось.
Теодоро звонил по телефону только один раз, но его голос звучал странно. Будто он подозревал меня в чем-то неправильном. Это наталкивало меня на ужасные исходы событий, и в секунду я посчитала себя ужасной истеричкой. Мысли бились в моей голове, как бешеные птицы в клетке. Мне казалось, что за этот день Тео изменил мне. Я пыталась успокоить себя, говорила, что это все глупости, что Теодоро никогда не изменил бы мне. Но глубоко внутри я знала, что он делает что-то не так. И мне не хотелось верить, но я не могла отбросить это чувство. Оно давило на меня, как тяжелый груз.
Сразу же после выхода из самолета, я увидела Тео. Он стоял напротив, будто и не уходил ни на минуту, а только ждал меня. Он шел ко мне, и я уже чувствовала, как волнение переполняет меня.
Тео обнял меня, страстно целуя в губы. Я закрыла глаза, хотя и пыталась уловить в его запахе что-то чужое. Он уже не пах апельсинами, но и не пах чем-то посторонним. Я не чувствовала ничего, кроме его родного, притягательного аромата.
—Кошка, - прошептал он, поглаживая мою щеку большим пальцем.
—Тео, - выдохнула я, улыбаясь.
—Все в порядке? - спросил он, с беспокойством глядя на меня.
—Да, все хорошо. Прошла обследование, я почти здорова.
—Ну вот и прекрасно! А теперь давай уже отсюда. У меня для тебя сюрприз, - протараторил Теодоро, и я удивленно на него посмотрела.
Я оглянулась — Цербер запрыгал рядом, с радостью лаял, лизал мою руку.
—Мартино, отвези Цербера домой, - приказал Тео моему телохранителю, а сам потащил меня к своему Феррари.
Я была в недоумении, и не понимала, что с Теодоро не так. Он посадил меня в свою машину, и мы выехали с аэропорта.
—Ты странно себя ведешь, Тео, - я повернулась корпусом к нему, и уложила руку на его бедро.
Он вдруг сделал то же самое, а затем коснулся низа моего живота.
—Ты хорошо себя чувствуешь?
—Я испытывала дискомфорт утром, пока не приложила холодное, - честно ответила я, и поглядела ему в лицо, —мы едем не домой. Куда?
—Ты любишь адреналин? – поинтересовался муж, и я поерзала.
Я любила его, но только за рулем автомобиля, никак иначе.
—Это странный вопрос. Ты везешь меня нырять с акулами? Прыгать с парашютом? Сафари? Ядовитые змеи? – произнесла я, и Теодоро покачал головой.
Всю дорогу я пыталась выпытать у него, куда он меня везет, но ответа я так и не получила.
Машина остановилась перед огромными воротами, и я ахнула. Это был парк аттракционов. Огромный, яркий, с мигающими огнями, каруселями и американскими горками. Но странное дело — внутри не было ни одного человека.
Тео улыбнулся, читая мое удивление в глазах.
—Нравится?
—Тео, что это? - я не могла поверить своим глазам.
—Это для тебя, - ответил он, открывая дверь машины, —я арендовал весь парк на вечер.
—Что?! Тео, это не нужно было делать! Это слишком...
—Слишком что? Слишком хорошо? - перебил он, взяв меня за руку, — это был мой сюрприз. Я хотел, чтобы ты отдохнула, почувствовала себя ребенком, забыла обо всем, и повеселилась.
Он сделал это ради меня. Это было самое странное, самое прекрасное, самое волнующее, что когда-либо делали для меня.
Я сжала руку Теодоро, и подняла глаза на него. Сейчас он выглядел таким невинным, чистым, спокойным. И в этот момент, словно в нас проснулись внутренние дети. Он потащил меня к воротам, и мы помчались по парку. Сначала на карусели — яркие огни, громкая музыка, ветер в волосах. Потом на американских горках — крики счастья, адреналин, падение в пучину воздуха. Мы катались на всех аттракционах, смеялись, кричали, и чувствовали себя счастливыми, как дети. Тео постоянно держал меня за руку, и я чувствовала его тепло, его защиту.
В этот вечер было только мы двое. Мы были отделены от мира, от всех проблем и забот, что наверное, мне было нужно.
—Тео, нет! – крикнула я, когда он подхватил меня на руки, и закинув на свое плечо, пробежал по странной конструкции, что напоминала скейтбордную дорожку.
Его рука легла мне за ягодицу, и я завопила еще громче, продолжая смеяться, как умалишенная.
—Тео, я сейчас умру от смеха, правда! – Тео поставил меня на землю около ворот, и я вытащив попавшие мне в рот пряди волос, встала на носочки, и поцеловала его, обвивая шею своими руками.
—Ты такая тактильная, кошка, когда хорошо себя чувствуешь, - Теодоро поцеловал меня куда-то за ухо, и сжал в своих объятиях так, что казалось, кости захрустели, —поехали домой, закажу твои любимые ягоды, будешь лежать на полу вместе со своей демонической собакой.
—Я хочу лежать на полу с тобой, - вырвалось у меня, и Тео вдруг посмотрел на меня с особым удивлением.
—Ты начинаешь любить меня больше, чем пса, - ехидно проговорил он, прищуриваясь, —я ждал этого момента.
Я засмеялась, а затем ударила Тео куда-то в ребра, от чего он наигранно согнулся.
—Ты третий в списке моих близких, - уточнила я, и побежала к машине, —наравне с Цербером.
—Кошка, ты не должна любить собак, вы враги, как ни крути! – выкрикнул Теодоро мне вслед, и побежал за мной.
Я чувствовала себя с ним хорошо. Я чувствовала, что ему со мной хорошо. Мы были хорошей парой, пока каждый из нас казался здоровым.