Дети Алой Стены (редактура)

«Если мы падём, то в огне. Если выживем, то в крови. Но мы не отступим». Главнокомандующий Алой стены Тироль.

Командиры один за другим разошлись, оставляя Тироля наедине с картой и его мыслями.
День клонился к вечеру, и защитники Стены работали без передышки, словно чувствуя дыхание смерти за спиной. Маскировали укрепления, проверяли ловушки вдоль путей, где, по расчетам Тироля, должны были двигаться шахайцы. Баррикады, усиленные за ночь, теперь казались частью самой стены, и даже запасы стрел, масла и пороха были тщательно распределены по секциям.

Аргрей и Клер с отрядом стрелков заняли башни, проверяя натяжение тетив и углы обстрела. Эвал со своими подвижными бойцами скрывался среди обломков и тоннелей, готовый нанести удар из тени, когда враг подойдёт ближе.

Лайана стояла у парапета, опираясь на лук, словно черпая из него силы. Её взгляд был прикован к горизонту, где в сером закате уже угадывались силуэты шахайских отрядов. Ветер развевал её волосы, но она даже не пыталась их убрать, слишком сосредоточенная на своих мыслях.

— Ты ведь знаешь, что рискуешь слишком сильно, — послышался за спиной знакомый голос.

Она не обернулась, лишь крепче сжала рукоять лука.

— А ты? — её голос был тихим, но твёрдым. — Идёшь вместе с Эвалом за стену?

Джест подошёл ближе, став рядом. Его тёплая рука легко коснулась её плеча, заставив её всё же повернуться.

— Это наша работа, Лайана. Мы все знаем, на что идём. — Он улыбнулся, но в этой улыбке было больше усталости, чем уверенности. — Эвал уже готов, ждёт меня у подземного прохода.

— Знаем... — отозвалась она с горечью. — Но это не делает поступок менее глупым. Враг готов к атаке, а вы выходите прямо к ним.

— Мы должны их отвлечь, чтобы у вас здесь был шанс, — он говорил спокойно, но его глаза выдали волнение. — Ты ведь понимаешь, что иначе нельзя?

Она резко отвернулась, делая вид, что смотрит вдаль, хотя внутри всё сжималось от боли.

— Понимаю, но мне это не нравится.

— Лайана, — он шагнул ближе, мягко взял её за руку. Она не сразу ответила взглядом, но когда встретилась с ним глазами, он увидел в них нечто большее, чем тревогу: боль и нежность, смешанные с отчаянием.

— Возвращайся, — сказала она едва слышно. — Обещай, что вернёшься.

Он чуть улыбнулся — так, как улыбаются те, кто не верит в свои обещания, но всё равно их дают.

— Я всегда возвращаюсь. Разве ты во мне сомневаешься?

Она не ответила. Только сжала его руку сильнее, будто пытаясь удержать не его — время.

— Ты глупец, Джест. Не думай, что я просто так  буду ждать тебя здесь.

— Вот теперь я спокоен, — тихо сказал он, чуть наклоняясь ближе. — Если ты ждёшь — я вернусь. Обязательно.

Она глубоко вздохнула, ощущая, как в груди разливается тепло от его слов. Он разжал пальцы и сделал шаг назад. 

— Ты лучше возвращайся целым. Не заставляй меня злиться, ясно?

— Ясно, лучница. — Он улыбнулся шире, выпуская её руку. Но перед тем, как отойти, неожиданно снова остановился и добавил: — Ты... хорошая опора для нас. Для меня. Не сомневайся в этом.

Лайана застыла, когда он развернулся и пошёл прочь.

— Джест! — окликнула она его, уже понимая, что эти слова могли стать последними, что она скажет ему.

Он обернулся, бросив быстрый взгляд.

— Береги себя, — коротко добавила она, с трудом скрывая дрожь в голосе.

— И ты, Лайана, — тихо ответил он, прежде чем окончательно исчезнуть за поворотом лестницы.

"Когда он ушёл — всё вокруг стихло. Даже ветер будто замер, слушая, как гулко бьётся моё сердце.
Оно звало его обратно, но отвечала только тишина.

Почему всё хорошее здесь всегда уходит во тьму?
Я держусь, как воин, но внутри всё дрожит.
Он сказал, что вернётся...
А я не знаю — верю ли, или просто боюсь не верить.

Ветер пахнет гарью — скоро снова начнётся.
Я осталась на платформе, глядя вдаль, где уже гремят боевые барабаны.
Собрала волосы, пытаясь не думать, но в голове осталась лишь одна мысль:"

Он должен вернуться.

Когда ночь полностью окутала Стену, первые признаки шахайского наступления стали видны — разведчики доложили о движении вражеских отрядов на востоке. В  ночной тени врагов колыхались, словно живые, и казались многочисленными и устрашающими.

Внутри Стены защитники замерли, ожидая сигнала. Аргрей следил за происходящим в подзорную трубу, оценивая численность врагов.

— Они идут, — прошептал он. — Приготовиться!

Шахайцы, двигаясь плотными рядами, приблизились к слабым участкам Стены, как и ожидали защитники. Их ряды прошли по заранее размеченным точкам, где и начинали проявляться первые признаки ловушки. Как только вражеские войска вошли в зону поражения, — Лейр поднял руку.

— Залп!

Тысячи стрел взмыли в небо, падая на ряды шахайцев с разрушительной точностью. Оглушённые внезапным обстрелом, они замешкались, но вскоре продолжили продвижение, сталкиваясь с подготовленными ловушками...

Тем временем, на другом конце поля боя, генерал Ли наблюдал за продвижением своего войска. Его лицо оставалось непроницаемым, но, заметив растущие потери, он приказал Чжэну двинуть вперёд резервный отряд.

— Их защитные меры оказались более серьёзными, чем мы рассчитывали, — прохладно заметил Чжэн, осматривая поле.

— Это временная проблема, — ответил генерал Ли, прищурив глаза. — У нас всё ещё есть артефакт, и его сила может окончательно склонить чашу весов.

Генерал Ли сделал знак одному из своих советников, который держал в руках свёрток с древними письменами. Советник развернул свиток, и едва он начал произносить слова заклинания, туман вокруг Стены начал сгущаться, словно бы сам воздух подчинился воле врага.

Защитники на Стене почувствовали, как густой туман опустился ещё ниже, скрывая врагов и усложняя видимость. Стрелы теперь не достигали цели с прежней точностью, а ряды врагов словно растворились в мгле.

Харис, находясь на высоте, наблюдал за этим явлением, лицо его потемнело.

— Это работа их Генерала. Он использует мигию, чтобы скрыть своих воинов. Всем оставаться на позициях, — приказал он. — Мы не позволим врагу воспользоваться этим преимуществом.

Но в глубине души он понимал, что этот артефакт — серьёзная угроза, и если шахайцы воспользуются его силой в полной мере, Стена может не выдержать.

***

Туман стелился по земле густым саваном, скрывая всё живое под собой. Воздух пах сыростью, железом и смертью. В этой глухой белизне не было ни звёзд, ни неба — только дыхание, приглушённые шаги и шорох ткани. Эвал шёл впереди, уверенно, будто сам туман знал его и уступал дорогу. Его силуэт был единственной опорой, на которую хотелось смотреть, чтобы не сойти с ума.

"Я не видел дальше, чем на вытянутую руку, и каждый шаг отдавался в груди, как удар сердца.
Ночью всё кажется ближе — страх, смерть, память. Особенно память.

Мне всё ещё слышался голос Лайаны:

Возвращайся не заставляй меня злится.

Каждый раз, когда наступает такая тьма, я вспоминаю лица тех, кто не вернулся. Сколько их уже? Берек, Вин десятки других... Может, когда-нибудь и я стану просто тенью, растворённой в этом тумане."

— Джест, ближе, — негромко бросил Эвал, не оборачиваясь.

Он не повышал голос — не нужно. Воины слышали его даже через шум ветра. Они шли следом, как единое тело, точное и натянутое, как струна. Ни один не споткнулся, ни один не выдал себя дыханием. Эти люди знали цену тишины.

Впереди послышался слабый шорох. Эвал поднял руку, и весь отряд замер. Двое шахайских дозорных вынырнули из тумана — один нёс факел, второй брёл рядом, кутаясь в плащ. Свет дрожал, рассыпаясь на мокром воздухе. Эвал сделал короткий жест. Две тени скользнули вперёд, и мгновение спустя огонь упал в грязь. Тела тоже.

— Чисто, — прозвучал шёпот.

— Двигаемся, — ответил Эвал, и они снова растворились в серой пелене.

Отряд шёл вдоль осадных линий, где едва угадывались силуэты катапульт и шатров. Впереди, за кольцом дыма, виднелись слабые отблески вражеских костров. Эвал поднял меч, блеск лезвия едва уловимо дрогнул — сигнал. И мгновением позже тишина лопнула.

Атака пришла, как укус — внезапная, точная, бесшумная. В тумане вспыхнули крики. Шахайцы, застигнутые врасплох, начали метаться, не понимая, откуда бьют. Один из них закричал.

— Это они! Ночные убийцы!

Паника разорвала их строй. Воины падали, сталкиваясь плечами, сбивая друг друга с ног. Эвал шёл впереди, прорезая туман, его меч двигался с тяжёлой, безошибочной силой. Джест шёл рядом, чувствуя, как в груди бьётся не сердце — барабан битвы.

Сквозь дым и свет вспышек он вдруг увидел фигуру — знакомую до боли. Берек. Стоял неподалёку, чуть в стороне, неподвижно, будто вырезанный из мрака. Позади него маячила другая тень — высокая, чёрная, будто сама ночь держала его за плечо.

— Берек?.. — прошептал Джест.

Тот поднял голову. Его глаза были пусты, как зола, взгляд — мёртвый, как сама земля под ногами.

— Вы... бросили меня, — хрипло выдохнул он.

— Послушай, — начал Эвал, шагнув ближе, — ты не...

Но фигура позади Бере́ка сделала движение, словно толчок, и тот сорвался с места.

— УБЛЮДКИ! — прорычал он, и его голос разорвал туман. — ВСЁ ИЗ-ЗА ВАС!

Удар был стремителен. Лезвие просвистело в воздухе и с глухим звуком рассекло воздух у лица Джеста. Он успел подставить меч, но сила удара отбросила его назад. Эвал шагнул вперёд, парировал, но Берек двигался, как безумный. В каждом ударе чувствовалась не ярость, а какая-то чужая воля, хищная, ледяная. Он бил вслепую, без замаха, точно, словно сталь сама вела его руку.

Джест подскочил, ударил, но Берек перехватил клинок, повернулся и вонзил лезвие ему в плечо. Жар боли пронзил тело, и парень выдохнул, едва не потеряв равновесие.

— Берек! Очнись! Это же мы! — выкрикнул он, отступая.

Но тот уже не слышал. Его лицо было искажено безумием, губы шептали что-то бессвязное, глаза горели чужим светом.

И вдруг — тонкий, пронзительный свист.

Стрела, вылетевшая со стены, пронзила туман и вонзилась Берику в ногу. Он рухнул на колено, издав сдавленный стон. Эвал метнулся вперёд, но не успел — фигура за спиной Бере́ка дернула его, словно куклу, и оба растворились в дыму.

Тишина вернулась мгновенно.

Эвал перевёл дыхание, опираясь на меч. Его лицо было бледным, как камень.

— Что это было?..

Джест зажал рану, чувствуя, как кровь сочится сквозь пальцы. Он глядел в туман, где недавно стоял их товарищ.

— Это был Берек, — сказал он глухо. — Но уже не он.

Эвал не ответил. Он кивнул и коротко бросил:

— Отходим.

Отряд отступил в молчании. Туман снова поглотил всё — тела, следы, крики.
И где-то далеко, за стеной серого, тихо прозвучал смех. Не человеческий — чужой, холодный, тянущийся эхом, как память о кошмаре.

***

Лия, стояла в северной части стены, зорко всматривалась в густой туман, который окутывал всё вокруг. Её лук был туго натянут, пальцы легко касались тетивы, готовые в любой момент выпустить смертоносную стрелу.

— Лазутчики, южный сектор! — доложил один из разведчиков, спешащий к её позиции.

Она кивнула, пристально вглядываясь в указанный сектор. Мягкое движение, едва уловимое в мутном мареве, выдало присутствие врага. Лия сделала глубокий вдох и прищурила глаза, нацеливая стрелу.

— Четверо. Попытка зайти через подземный проход, — пробормотала она, едва различимо для окружающих.

— Дать сигнал бойцам? — спросил стоявший рядом юноша из разведчиков.

— Нет. Я сама.

Но прежде чем она успела сделать первый выстрел, с противоположной стороны платформы раздались быстрые шаги. Внезапно перед Лией возникла Лайана — Её длинный плащ развевался на ветру, а массивный лук уже был в её руках.

Лайана с насмешливой улыбкой, поправляя колчан.

— Что, без меня справиться не можешь?

Лия коротко взглянув на неё, хмурясь

— Не время для шуток, Лайн.

Рыжая усмехнувшись, вставая рядом с Лией

— Я серьёзно. Ну что, покажем им, что происходит с теми, кто пытается пробраться к нам?

— Ты готова? — мрачно кивая, Лия.

Лайана с лёгкой усмешкой, уже прицеливаясь.

— Всегда готова.

Две стрелы одновременно сорвались с их луков. Первая поразила одного из лазутчиков в шею, вторая угодила в грудь другого, заставляя его рухнуть на землю. Оставшиеся двое бросились врассыпную, пытаясь найти укрытие, но Лия и Лайана не оставили им шансов.

Лайана перезаряжая лук.

— Они думают, что укрытие их спасёт. — Она закатила глаза. — Как наивно.

Лия коротко бросив взгляд на подругу.

— Зато не успеют доложить.

Ещё две стрелы достигли своих целей, завершив бой до того, как враг успел организовать хоть какое-то сопротивление. Остальные разведчики, видя успех, поспешили закрепить позиции и проверить тела.

Разведчик подходя к Лие с докладом.

— Южный сектор чист. Лазутчики нейтрализованы.

Лия убирая лук за спину, устало выдыхает.

— Усильте наблюдение. На каждый проход — два человека. Смена каждые два часа.

— Будет сделано! Разведчик кивает, отходя.

Когда разведчики разошлись, Лия перевела взгляд на Лайану. Та уже прислонилась к бойнице, лениво наблюдая за горизонтом. Она, нахмурившись, посмотрела на подругу.

— Ты где была? Почему не пошла сразу со мной?

Лайана, беззаботно пожав плечами:

— Джесту помогала, на них кто-то напал в тумане, но попала точно в ногу.

— Ты неисправима. Сказала девушка с тяжёлым вздохом, но с намёком на улыбку

— Вот за это ты меня и любишь, — ответила вторая лучница, глядя на Лию с насмешкой.

Обе лучницы замолчали, вновь сосредоточившись на тумане. Их работа была далека от завершения, но, стоя плечом к плечу, они знали, что смогут защитить Стену от любой угрозы.

***

Генерал Ли, видя, что густой туман не оказывает на защитников Стены желаемого эффекта, нахмурился. Он сжал кулак и шагнул ближе к центру шатра, где на каменном постаменте лежал артефакт — странный амулет с тёмным, бездонным камнем в центре. Металлические узоры, обвивавшие его, напоминали когти, будто чьи-то пальцы сжимали само сердце мрака.

— Этого недостаточно, — произнёс Ли с раздражением. — Мы теряем время. Почему он не отвечает в полную силу?

Советник Бай Фу, стоявший рядом, мрачно покачал головой:

— Я не чувствую отклика, генерал. Камень словно ждёт... жертву. Без проводника артефакт не подчинится.

Ли нахмурился ещё сильнее и резко повернулся, когда за его спиной раздался спокойный, холодный голос:

— Позвольте, я помогу.

В шатёр вошёл Вэйл. На его лице играла тень улыбки, глаза блестели неестественным светом. За ним, пошатываясь, шёл Берек — бледный, с мутным взглядом, словно вырванный из сна.

Ли прищурился.

— Кто это?

— Орудие, — ответил Вэйл без тени эмоций. — Его ненависть — то, что нужно камню.

Он подошёл к Береку, положив руку ему на плечо. Тот вздрогнул, будто от холода, но не отстранился.

— Смотри, — прошептал Вэйл, поворачивая голову юноши к висящему на стене кристаллу. Внутри него вспыхнули образы — лица его друзей. Они стояли рядом, как живые, но изломанные искажённым отражением. — Видишь, Берек? Они бросили тебя. Оставили умирать в грязи, даже не оглянулись.

— Нет... — прошептал тот, сжимая кулаки. — Нет, они... они пытались...

— Пытались? — голос Вэйла стал мягче, почти ласковым. — Они спасали только себя. А ты теперь нужен мне. И ты можешь им отплатить. Хочешь отомстить, Берек?

Тишина повисла в воздухе, тяжёлая, как перед грозой.

— Хочу, — глухо выдохнул Берек, опуская голову.

Улыбка Вэйла стала шире.

— Вот и прекрасно.

Он взял артефакт в руки, и камень в центре вспыхнул кровавым светом. Воздух загудел, пол шатра задрожал, и всё пространство будто начало сжиматься внутрь. Берек издал хрип, выгибаясь от боли. Его тело тряслось, кожа покрывалась трещинами, словно камень лопался под давлением изнутри.

— Что ты делаешь?! — выкрикнул Бай Фу, отступая, но Вэйл не ответил.

Крик Берека сорвался в рёв, который уже нельзя было назвать человеческим. Из его груди вырвался поток огненной энергии, и в следующую секунду тело разорвалось вспышкой силы. Из хаоса света и дыма начал раскрываться разлом — гигантская трещина в воздухе, пульсирующая красным и чёрным сиянием. Земля содрогнулась, словно сама реальность отступала.

Ли стоял, не в силах отвести взгляда.

— Что ты натворил, безумец...

Вэйл не ответил. Он смотрел на портал, что раскрылся перед ним, и в его глазах отражался огонь, от которого чернело небо.

— Всё будет хорошо, — прошептал он, улыбаясь. — Я спасу тебя... моя Эльвира.

Он сделал шаг вперёд и исчез в сиянии, а портал продолжал расти, разрывая пространство на части.