Мы... влюблены

Жизнь в лагере продолжала бить ключом, а участники игры «Убийца» постепенно выбывали один за другим. Буквально этим утром Мик был «убит» Френдли – в его листке было сказано, что если он потрогает её грудь, то умрет. И теперь Мик покоится с миром, ха-ха-ха!

– Пим, у тебя есть время? Сходи, пожалуйста, помоги команде Мэй собрать овощи вместе с жителями у подножия горы. Там работают только девушки, присмотри за ними, – сказал П'Тонг, заходя на кухню. – Возьми с собой Парка.

– Понял, П'Тонг.

Я отложил топор, которым колол дрова, и пошел искать Парка, но увидел, что он уже ушёл вперёд с П'Мэй и остальными.

– Эй, коротышка! Ты куда направляешься? – раздался с крыши новой библиотеки громкий голос Пхума, когда я проходил мимо.

Солнце светило ему в спину, а мне прямо в глаза, так что пришлось прикрыть их ладонью, чтобы разглядеть его как следует.

– Иду собирать овощи к подножию горы.

Он кивнул и нежно улыбнулся мне. Я ответил тем же. Пока шум, похожий на завывания «демонов», требующих подношений, не заполнил всё пространство. Тан и Кью начали нас подкалывать. Я поспешил догнать группу П'Мэй, пока они не усугубили ситуацию.

Что вы вообще добиваетесь, изводя меня?!

– Пим, твои друзья все такие красавчики, да еще и веселые!

Э-э.... погодите. Получается, фраза «друзья Пима» означает, что я из этого списка исключен, верно? Но ведь «друзья» подразумевают, что все включены. Это сложносочиненное предложение или простое? В любом случае, всё предельно ясно – П'Мэй не включила меня в категорию «красавчиков».

Эх.

– О, они всегда такие сумасшедшие, П'Мэй.

– С такой внешностью они, должно быть, уже все заняты. Я вот положила глаз на Кхун Бира!

Некоторые люди, особенно те, кто не был близок с Биром, уважительно называли его «Кхун Бир». Что ж, справедливо. С такой фамилией это идет в комплекте.

– Мэй, ты метишь реально высоко! А что насчёт Н'Пхума – у него есть фаен, Пим? Ха-ха!

Ого. Вот это прямой удар. П'Фон в упор не видит очевидного.

– Э-э.... понятия не имею, П'Фон. Вам лучше спросить его самого.

Фаен Пхума? Ха. Если бы она просто повернула голову на 45 градусов в северо-восточном направлении, то всё увидела бы сама. Девчонки продолжали подначивать меня. К счастью, Парк был рядом – иначе я бы совсем растерялся.

******

И вот, в нашу последнюю ночь перед отъездом, мы устроили грандиозную прощальную вечеринку на вершине Мае Чем. Каждая цветовая группа подготовила свои выступления, празднуя завершение дня, полного веселых активностей с детьми. Ранее мы провели спортивные матчи для укрепления дружбы, а также официальную церемонию передачи новой библиотеки. Атмосфера была невероятно трогательной – еще один незабываемый момент.

Теперь мы сидели в своих секторах, наблюдая за острыми на язык ведущими – нашей бесстрашной Капук и самой королевой Френдли.

– В нашем первом выступлении участвует состав, чей суммарный возраст, вероятно, перевалил за тысячу лет!

Как только Капук закончила, со стороны почти-выпускников посыпалось шутливое буканье – ведь, конечно же, это было выступление старшекурсников. Как только вступление завершилось, воздух наполнила знакомая мелодия.

Кстати, сегодня нам разрешили использовать электричество – так что колонки, микрофоны и сценический свет были готовы к работе. Ха-ха! Работали с тем, что было.

И кто бы мог подумать – наш бывший лидер лагеря П'Тонг вел своих друзей на сцену... танцевать.

– Скажи мне – сколько раз ты хочешь этого сегодня ночью?

Ха-ха-ха! Эта строчка вызвала рев смеха и свист в толпе. Затем выступили первокурсники – с полноценной пародией на старших в лагере. Смелый шаг, перваши! Ха-ха!

Затем настала очередь Розовой команды с Кью и его бандой. Они подготовили пьесу под названием «Манора против Звезды».

[Прим. пер.: Манора – ключевая фигура тайского фольклора, киннари (получеловек-полуптица). Её история неразрывно связана с южнотайским танцевальным театром Нора, отличающимся изящными жестами и невероятными костюмами].

– П'Рит, Манора отказывается это принимать! Манора тоже хочет быть чемпионкой!

Грин играл роль Маноры, совершившей путешествие во времени, и фанаты шоу The Star просто сошли с ума – потому что, угадайте, кто играл Рита? Кью! Ха-ха-ха!

– П'Рит думает, что Маноре стоит остыть. Может, тебе сначала потренироваться с П'Кангсомом?

– Нет! Манора отказывается тренироваться с кем-либо, если это не П'Тоно-о-о! П'Тоно-о-о! Выходи ко мне-е-е-е!

[Прим. пер.: Рит и Тоно – участники 6-го сезона шоу The Star (аналог American Idol), невероятно популярные в то время].

Затем на сцену вышел Мэтт – и началось форменное землетрясение от визгов. Он драматично помахал рукой, прежде чем выдать:

– Я же говорил: не просите меня петь молам!

Я же говорил: не просите меня петь молам!

Я даже не знаю, что такое молам...

...Нгык-нгык-нгак-нгак, это типа...

нгык-нгык-нгак-нгак...

ВОТ ТАК это делается! ВОТ ТАК это делается!

ХА-ХА! Мэтт, ты легенда! Ты решил нас смехом убить?! Его подача была безупречной, а акцент – просто в точку!

Первая команда заставила нас кататься по полу, а потом настала очередь Зеленой команды – наш выход. Мы ставили пантомиму... ну, точнее, пьесу с озвучкой. Френдли озвучивала героя, а Марн (наша пацанка) – героиню.

Герой звучал до смешного манерно, в то время как у героини был низкий, хриплый голос. Бедный Чан застрял в роли героя вместе с П'Дао в роли героини. А я? Я был деревом.

– Ого, какое миленькое деревце!

Мои друзья-идиоты вовсю издевались надо мной. Я мельком взглянул на них и увидел Пхума: он стоял, скрестив руки на груди, и улыбался, глядя на мои страдания. Мерзавец.

Эта пьеса с озвучкой была трагичнее любой традиционной драмы, потому что всего два человека озвучивали почти десять персонажей. Иногда Чан (герой) случайно начинал говорить за героиню, не дождавшись своей реплики! Ха-ха-ха! А Френдли? Она постоянно несла отсебятину – то ли импровизировала, то ли просто троллила, кто знает?

– Нонг Йинг-тя, я исполню для тебя традиционный танец, чтобы показать свою любовь и преданность! – драматично провозгласила Френдли.

Что оставалось делать Чану? Только встать и танцевать! Ха-ха!

– О-о-о, Кхун Дже, что вы думаете о тех потрясающих выступлениях, которые мы только что увидели?

– Мне нечего сказать, кроме того, что актриса озвучки была просто великолепна. Ха-ха!

Ведущая, все ещё тяжело дыша после энергичного выступления, без стеснения хвалила себя.

– БУ-У-У-У-У!

– Прошу прощения. Вы не в состоянии вынести правду?

– Итак, дамы, господа и те, кто посередине, кто с нетерпением ждёт следующее выступление. Чтобы избавить вас от дальнейших мучений, с гордостью представляем – «Горную серенаду любви»!

[Прим. пер.: На самом деле песня называется «Сельская серенада любви» (Mon Rak Luk Thung) – это абсолютная классика тайского кантри].

Звуковая система воспроизвела вступительную композицию, но его полностью заглушил оглушительный визг девчонок – и настоящих, и «поддельных». Все они рванули к сцене, потому что вышел Пхум, ведя за руку П'Пэу, готовый петь серенаду.

«Сладкий аромат акации смешивается с запахом сена...»

ХА-ХА-ХА-ХА! Так вот оно что, они втихаря от нас репетировали после обеда! Мы с Чаном были в шоке, увидев «Мистера Красавчика» в образе деревенского парня: клетчатая рубашка, рваные джинсы, традиционный клетчатый шарф на талии. Ха-ха-ха!

Но, честно говоря, он всегда выглядит круто, что бы ни надел. А вот если бы я так вырядился? На меня бы, наверное, даже буйвол напал, решив, что я его на поле веду пахать.

А П'Пэу? Её смех вызывал трепет – она так искусно притворялась скромной и взволнованной, что друзья буквально сгорали от зависти. Она драматично склоняла голову и вытирала рот, словно готова была проглотить Пхума целиком. А её подруги? Они визжали и подкалывали её, как ненормальные. Ха-ха-ха!

Пхум? Да, он до неприличия популярен. Девчонки в лагере просто сходят по нему с ума. Во время вечерних посиделок он всегда оказывается наказанным, даже если ничего не сделал – просто потому, что девчонки специально просят выбрать «П'Пхума» или «Н'Пхума». Ха-ха!

И знаете, что? Я был в восторге. Так тебе и надо! Это тебе расплата за то, что ты чертовски хорош собой!

Они окунулись в мир романтической драмы – П'Тонгкуа-Пэу. Она должна была уехать в Бангкок, а Пхум обещал её ждать. Всё это сопровождалось песнями, ведь спектакль был похож на мюзикл.

Свит эффектно вышла на сцену с табличкой «Два месяца спустя», словно рефери на ринге, объявляющий раунды в боксе.

Пхум, сидя в зале, драматично сокрушался о скорой разлуке с любимой Тонгкуа. Внезапно на сцену вышла Тонгкуа-П'Пэу в сопровождении П'Панга, старшекурсника с архитектурного факультета, друга П'Хоя, который выглядел как матерый преступник. Сегодня он был одет в стиле столичного «плохого парня».

П'Пэу небрежно откинула волосы, игнорируя убитого горем Пхума-П'Клао. Он недоумевал: «Зачем ты это делаешь? В чём я провинился?» Его лицо выражало едва сдерживаемый смех.

П'Панг, войдя в роль, подошёл к Пхуму и показал ему «палец вниз». Зрители в первом ряду возмутились его дерзостью, игнорируя Пхума.

Тан и Бир, его верные друзья, выбежали на сцену, и начался хаос. Крики заглушали музыку, а в Розовом секторе, где сидел Фанг, раздавалось особенно громкое буканье.

Тан и Бир, одетые как Пхум – в клетчатые рубашки, поношенные джинсы и шарфы, – обняли друг друга, утешая. Вернулась П'Пэу, вся в слезах, и призналась, что её бросили, но она хочет помириться с Пхумом.

Тан и Бир, верные напарники Пхума, тут же затянули:

«Зачем ты вернулась домой, чтобы позорить меня?

О, девочка, не возвращайся.

В тот день, когда ты ушла, ты даже не попрощалась, сбежав с городским парнем!»

[Песня: «Зачем ты вернулась?» (Klap Ma Thammai)]

Тан все ещё держался, но мистер «Высшее общество» Бир... О, он полностью разрушил свой привычный образ. Ха-ха!

Пхум поднял взгляд – и тут произошло нечто совершенно неожиданное...

– Угх! И зачем ты здесь, чани?

[Прим. пер.: Чани (ชะนี) буквально означает «гиббон», но на сленге ЛГБТ-сообщества это шутливое, часто ироничное обозначение женщин].

ДА-А-А-А-А-А! Это означало – вот так поворот – что Пхум гей, и Бир с Таном тоже! Они одновременно щёлкнули пальцами, как всегда делает Грин, и раздался такой визг и хохот, что мы инстинктивно закрыли уши руками.

Они тут же начали следующую песню, погрузив девушек лагеря в новый восторг. Даже ведущие вышли на сцену, чтобы от души потанцевать.

«О, дорогие люди нашей земли, люди из одного дома,

Всего один взгляд – и мы понимаем друг друга.

Мы знаем, как вы устали, каким трудным был путь.

У нас всё еще есть слова утешения, слова ободрения,

И приветствие „Как ты?", которым мы всегда делимся,

О, дорогие люди нашей земли».

[Песня: «Люди нашей земли» (Khon Ban Diaokan)]

– Пим! Когда Пхум вообще успел это отрепетировать? Ха-ха, скрытный засранец! – прошептал мне Чан, наклонившись к самому уху.

Я только рассмеялся – я и сам понятия не имел. Может, его произношение не такое идеальное, как у Мэтта, а поведение на сцене не такое отточенное, как у Кью, но с его внешностью и голосом эти трое стали настоящей бомбой вечера.

– О-о-о-ох, я выжата! Это было ослепительно! Красавцы, да еще и талантливые певцы! Но что насчёт тех почтенных чани в первом ряду? Кто-нибудь уже умер от восторга? Убедитесь, что их души вернули обратно в тела. Ха-ха!

Взгляните на себя – сидите здесь, мечтательно хлопая глазами, вероятно, думаете, что Тан и Пхум смотрят прямо на вас.

Да, они смотрят... но куда направлен их взгляд? Конечно, прямо на тот флагшток.

– Почему, Френдли?

– Потому что они косоглазые. Ха-ха.

Ха-ха! Френдли всегда умудряется быть смешной.

– Ха-ха! Сейчас мы переходим к финальному номеру вечера – Оранжевая команда!

Должна сказать, мы гордимся этим выступлением. Оно обещает быть грандиозным.

Капук вовсю пиарила свою команду. Справедливости ради, это и правда должно было быть масштабно, учитывая, сколько «громких имен» собралось в этом составе.

– Это потому что это твой цвет, вот ты его так и нахваливаешь, а?

– Отчасти, Кхун Дже. Но наша Оранжевая команда – это не про банальные народные оперы или сельские истории любви. Нет-нет! Мы пригласили суперзвёзд Азии для этого выступления!!

– Сюда? На эту гору?!

– Именно!

– О, шикарно!

– Без лишних слов, давайте громко поприветствуем... SUPER JUNIORRRRRRRRR!

Над лагерем разнёсся оглушительный девичий визг.

Одно лишь упоминание Super Junior вызвало настоящий переполох. Крики раздались со всех сторон, и мне пришлось зажать уши. Неужели простая фраза могла вызвать такой хаос?

Вдруг наступила тьма. Свет погас.

Тяжелые биты начали доноситься из колонок.

– Хе-е-е-е-е-ей!

– Бам! Бам! Бам! Бам! Бам!

– SJ LIKE THIS.

Кто-то произнёс эту фразу как раз в тот момент, когда начало разгораться тусклое сценическое освещение. Воздух над лагерем буквально взорвался пронзительным девичьим визгом, который, однако, тут же сменился дружным буканьем и хохотом, стоило свету выхватить лица «артистов».

Пан, Мик, Эм, П'Джок, Н'Берд... черт возьми, даже Н'Парк и П'Берм! Все как один – в строгих костюмах и солнечных очках. Мне стало искренне жаль настоящих Super Junior: иметь такую «паленую» копию – то еще испытание. В этих очках каждый из них напоминал скорее уличного зазывалу из перехода, чем мировую звезду на сцене.

– SUPER JUNIOR! WE ARE SUPER SUPER MAN! – проорали они в унисон.

Следом зазвучала более знакомая мелодия:

«Sorry, Sorry, Sorry, Sorry,

Naega naega naega meonjeo

Nege nege nege ppajyeo...»

Боги, как же они танцевали! То, с каким усердием они тёрли ладони друг о друга, а затем драматично разводили их в стороны... Это было больше похоже не на K-pop, а на то, как деревенские мальчишки раздвигают высокую траву в поисках лягушек и сверчков.

Клянусь, я видел выступления Super Junior раньше, и они точно делали это иначе!

Затем «звезды» внезапно замерли, и началась другая песня – та самая, с преувеличенно размашистыми движениями рук...

«Because You Naughty, Naughty

Hey! Mr. Simple

Because You Naughty, Naughty...»

– Эй! Вам что, дверью руки прищемило? Чего вы так размахиваете?!

Шутки и подколы от Команды Грязи (си-гак), ой, простите, Розовой команды (си-чом-пху) посыпались градом. Конечно, Кью выкрикнул первым.

– По-моему, это больше похоже на то, что они ошпарились кипятком. Идите намажьтесь мазью вместо того, чтобы танцевать! – вставил свои пять копеек Фанг.

Их хореография?.. Скажем так – безупречна. (Ага, конечно – это был сарказм).

Я даже не знаю, что это было за движение – но, честно? Уморительно.

Наконец Пан привел команду к грандиозному финалу с песней «The Last Man Standing»! Он драматично отбросил свои солнечные очки, замер и принял гордую позу (ну, он так думал).

ХА-ХА! Это было нелепо!

За моей спиной сидела группа из четырёх или пяти девушек. Они явно были фанатичными поклонницами к-попа. Громкий визг при одном лишь упоминании группы выдавал их с головой.

Честно говоря, их, похоже, не волновало, как выглядят подражатели. Главное – это была их любимая группа, и в такие моменты они включали режим «фанатки».

– Может, вам стоит присмотреться к их лицам? – предложил я.

Я не фанат к-попа, но знаю Super Junior, 2PM и TVXQ. Хотя не могу точно сказать, кто есть, кто, но они определённо симпатичнее этой компании. Настолько, что даже не хочется сравнивать.

Скажем так:

Синхронность: Отрицательные баллы. Внешность: Минус сто. Смелость: Больше миллиона. Наглость: Высший балл.

– Давайте еще раз искупаем в оглушительных аплодисментах суперзвезд Азии! Они просто великолепны, ТАКИЕ красавцы!

– БУ-У-У-У-У-У!

Ха-ха! Теперь только буканье. Посмотрите на них – стоят, позируют, как настоящие знаменитости. А Мик, о, Мик! Дружище, носить тёмные очки и запрокидывать голову назад? Ты реально выглядишь как слепой. Ха-ха!

– Может, проведём с ними небольшое интервью?

– Интервью с этими ребятами? Э.... боюсь, они могут укусить.

ХА-ХА! Тан тут же крикнул в ответ:

– Это ты их первая укусишь, Френдли!

– Мы бы не стали! Все мы тут нормальные люди. Итак, переводчик! Сделайте шаг вперёд, пожалуйста!

И кто же был избранным? Не кто иной, как сам Той. Да – Той, который только что отплясывал как сумасшедший, теперь каким-то образом стал переводчиком. ХА-ХА! Разве переводчиком не должен быть кто-то, кто может связать хотя бы пару слов?

Я так сильно хохотал над Паном и Миком, когда вдруг кто-то похлопал меня по плечу. Я обернулся – П'Клао. Ой, простите, сам Мистер Красавчик присоединился к нам.

– Аннёхасэё! – Той поклонился, приветствуя «корейских артистов». Ха-ха!

– Аннёхасэё!

– Переводчик, переводчик! Это Кхун Кой Банг Тор, наш лаам!

Клянусь, она только что назвала его Кой Банг Тор? Ха-ха!

– Не «цепь» (лаам со), Кхун Дже. Просто переводчик (лаам).

– О-о-о, точно, точно! Так вот, дорогой переводчик, пожалуйста, спроси их, как там сейчас обстановка возле храма Преа Вихеар!

Вау, Френдли, ты жестока.

– Нет-нет, Кхун Дже! Мы должны спросить, жарко ли сейчас во Вьентьяне. Вы с ума сошли? Они же корейцы, помните?

– О-о-о, точно, просто глядя на их лица, я вспомнила о пограничных спорах, которые сейчас происходят. Если Эм может быть в Super Junior, то я тоже могу быть в Girls' Generation!

И она тут же разразилась песней и попыталась изобразить танец:

«We Bring the Boys Out...

Naega jeil jal naga...»

ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!

[Прим. пер.: Френдли смешала «The Boys» от SNSD и «I Am The Best» от 2NE1. Она истинная фанатка к-попа, прямо как Пим!]

Она попыталась сесть на шпагат – но потом.... Ага... она не смогла подняться. Бедной Капук пришлось помогать ей.

Я умирал со смеху, пока парень рядом со мной хитро закидывал руку мне на плечо. Я бросил взгляд на Пхума, но тут же вернулся к хаосу на сцене.

– Это было танцевальное движение – или тебя кто-то святой водой облил?! – выкрикнул Кью, прожаривая свою соперницу.

– Не недооценивай её! Она, похоже, рождена, чтобы уничтожать женские к-поп группы! – воскликнула Джиджи, уверенно поддерживая подругу.

– Забудьте о Girls' Generation! Моя подруга – находка для JYP! Если айдолы когда-нибудь столкнутся с ней, им не поздоровится, – вмешалась Кэти.

ХА-ХА!

– Заткнитесь, паразиты! Кхун Переводчик, спроси их, говорят ли они по-тайски.

Получив приказ от Френдли, Той повернулся к Мику и спросил:

– Уён-Тай-а-бит-грапит-гапой.

ХА-ХА! ЧТО ЭТО ВООБЩЕ БЫЛ ЗА ЯЗЫК?! Кью просто взорвался от смеха.

– Он-куэ-ман-банг-донг-бит-бит.

Мик выпалил что-то в ответ – бог знает, что это было, – но каким-то чудом Той «волшебным» образом это перевел! Впечатляющая командная работа моего друга и моего брата.

– Кхун Сивинн...

– СИВОН!!!!!

– Кхм, Кхун Сивон говорит, что немного понимает по-тайски.

– О-о-о, правда? Тогда пусть каждый из вас представится по очереди!

Той перевёл, и «айдолы» начали представляться.

– Привет, меня зовут Донхэ, кап!

Эм? Да, Эм абсолютно нагло подделывал этот тайский акцент. ХА-ХА!

– Я лидер, Итык!

П'Берм... ну, он определенно выглядел крепким парнем. Ха-ха!

– Привет, меня зовут... э-э.... как меня зовут, Пан?

– Сонмин, П'Сонмин.

ХА-ХА! П'Берд забыл собственное имя.

– Да-да, я Сонмин.

– Меня зовут Йесон, клаб. – П'Джок выглядел таким гордым своей ролью, будто это было пиковое достижение в его жизни.

– Я Ынхёк, – представился Нонг Парк.

– Привет! Я Кюхён, – добавил Пан.

Закончив, он ухмыльнулся, представляя себя мачо. Сложил указательный и средний пальцы в классический жест «пиф-паф!» и театрально отступил назад.

Но... вот незадача.

Если не уверен, что твоё лицо безупречно, лучше не использовать этот жест. Но Пан решил попробовать. И тут же споткнулся о провод, чуть не упав на сцене. Френдли

смеялась так бурно, что её голос внезапно перешёл на более низкие ноты. ХА-ХА!

– Я Сивон, кап.

Мик? Нагло врет и не краснеет.

ХА-ХА! Ты – Сивон?! О мой Будда.

– У тебя свинка или зубы мудрости так сильно воспалились? – Как и ожидалось, Кью не мог перестать их троллить.

– Э-э, простите, Кхун Йесон, вы случайно не врезались носом в оконную раму? Он выглядит каким-то... плоским.

Френдли – мастер самых беспощадных вопросов. П'Джок рассмеялся, отвернулся и просто махнул рукой.

– Проявите уважение к артистам, пожалуйста, – Той пытался звучать профессионально, хотя сам едва сдерживал смех.

– Ой, простите! Но подождите – в Super Junior обычно тринадцать участников, верно? Почему вас так мало? Куда делись остальные шестеро?

– Игг-хокк-кхон-пай-най-и-и-и.

Той, дружище, это было обязательно? Ты мог бы просто говорить по-тайски.

– Ран-чо-нгун-бо! – Пан внезапно выхватил микрофон.

– А? Что это было?! – Френдли наклонилась, пытаясь разобрать слова.

– Рап-чо-нган-бо.

– Чего?

– Они уехали подрабатывать на церемонию пострига в монахи, сучка! (бай-рап-чоп-нган-буат).

ХА-ХА! Кристально ясно. Super Junior на тайской храмовой церемонии?! Пан, ты легенда.

Веселье этой ночи ещё не закончилось! Но мне нужно сделать паузу, чтобы отдохнуть – слишком много смеялся. И, конечно, я обязательно сделаю фото с этими "корейскими артистами". ХА-ХА!

После выступлений команд у нас началась небольшая вечеринка. Пока остальные ели, Френ "перекусывала" микрофоном – у неё та же привычка, что и у Пана. Ей не нужно было говорить – просто держать микрофон и дышать в него приносило ей удовольствие.

Мы продолжили поздний ужин, а Френдли и Грин превратили происходящее в комедийное шоу. Это было куда интереснее, чем стендап П'Ноуза.

Тем временем, где-то происходило "убийство" – вероятно, дело рук команды доктора Карна. Их громкие крики "ТЫ ТРУП!" были слышны на всю округу.

Кстати, куда делись П'Клао, Тан, Чан и Бир?

Зная их, можно предположить, что они либо ускользнули за спиртным, либо Чан снова флиртует с Нонг Пингом.

Сейчас передо мной стоят вкусные блюда, немного алкоголя и звучит живая музыка, похожая на буддийские мантры. Но это, конечно, тоже считается. Вот она – хорошая жизнь.

Но сейчас главное – успеть поесть, пока Кью и Той не опустошили шведский стол быстрее, чем я моргну.

КРАШ!!!

– Эй, успокойся! Тебе не стыдно перед младшими?

– Стыдно? Вору, который меня обокрал, нестыдно, так почему должно быть стыдно мне?!

– Эм, просто забудь об этом и разберёмся в Бангкоке. Мы уезжаем завтра – нет смысла затевать драку сейчас.

– Тебе легко говорить, Чан, тебя-то не обокрали! Кто бы ни взял мои вещи, я этого так не оставлю! Я обыщу каждого, если придётся. Отпусти меня!

– Эм, замолчи хоть на секунду! Я же сказал, мы поможем найти!

– Ха, конечно, найдём, П'Берд. Вор просто так все не вернёт. Волонтёрский лагерь? Если они крадут телефон, что дальше – деньги из фонда клуба?!

Шум за дверью мгновенно убил всю атмосферу веселья. Френдли и Грин, которые только что смеялись, теперь выглядели напряжёнными. Мы оставили еду и поднялись, чтобы выяснить, что происходит.

То, что мы увидели...

Чан крепко держал Эма, который выглядел так, словно вот-вот взорвётся. Вокруг них стояли Дол, Пхум и другие, наблюдая за происходящим.

Оживлённая музыка внезапно стихла. Атмосфера стала напряжённой.

– Эй, это уже слишком! Твои вещи пропали – ладно, но не срывайся на всех нас! Ты мог просто потерять их где-то! – Тан толкнул Эма в грудь, и ситуация начала накаляться.

– Я их не терял! Флюк видел, как я положил их в сумку в своей комнате! – закричал Эм.

– Тогда что ты тут устраиваешь?! Берд уже сказал, что мы поможем найти. Перестань делать из этого цирк! – вмешался Дол.

Фанг, чувствуя напряжение, шагнул вперёд и встал рядом с Таном, пытаясь его успокоить. – О, это я «ломаю комедию»?! Да, конечно – тебе-то легко! Я не богатей, как ты, черт возьми!

Эм рванулся к Тану, готовый ударить. Пхум, Бир и несколько человек бросились вперёд, едва успев его перехватить. Я даже не заметил, как быстро оказался рядом.

– Тан, успокойся! – Пхум дёрнул его за руку. – Нам всем это нужно.

Удержать Тана удалось только общими усилиями.

– Да что с вами?! Вы каждый день едите вместе, а теперь дерётесь как псы! Вам не стыдно перед младшими?!

П'Тонг вовремя вмешался, и парни немного успокоились, хотя продолжали смотреть друг на друга с ненавистью.

– Все, кто не причастен, возвращайтесь к столу. Пэу и Френдли, отведите девочек спать. Завтра рано вставать. А вы, Пим, Дол, отведите мальчиков первого и второго курса в старую библиотеку.

– Понял, П'Тонг, – кивнул я и обменялся взглядом с Пхумом, который слабо улыбнулся.

Я повёл младших за стол, но никто из них не смог проглотить ни куска после такого зрелища.

– Хиа, что происходит? – спросил Той, цепляясь за мою руку.

– У Эма пропал айфон, – ответил я.

– В лагере вор? – спросил первокурсник.

– Похоже на то. Подозреваю, кто-то из младших. Наши комнаты разделены.

– Черт! Как это могло случиться? Мы же завтра уезжаем.

– Вот именно. Я уважал старших. А сейчас это? Кто мог украсть?!

Младшие ворчали и перешёптывались, явно расстроенные. Мы с Долом шли молча.

Когда младшие улеглись, мы с Долом остались дежурить. Внезапно раздался крик.

– ПОДЪЕМ!!! ПЕРВЫЙ, ВТОРОЙ КУРС – ЖИВО ВСТАТЬ!!! У ВАС ТРИ МИНУТЫ, ЧТОБЫ СОБРАТЬСЯ СНАРУЖИ!!!

Если я не ошибался – это был голос Тана. Младшие рванули с мест. БАМ! БАМ! – громкие удары в двери и окна сопровождались топотом мечущихся в панике людей.

– Эй, вставайте все! Быстрее на улицу!

Мы с Долом бросились будить младших. Некоторые всё еще были сонными и не понимали, что происходит. Только-только уснув на таком холоде, никто не хотел вылезать из постелей в этот час. Но выбора у них не было.

Все поспешили к старой библиотеке, где наши четверокурсники уже следили за происходящим.

– Никто из вас, черт возьми, не умеет строиться?! В шеренги, разделиться по полу! ЖИВО!!

Младшие выглядели растерянными, их страх рос от этого внезапного, беспричинного крика – фирменный стиль «дедовщины» наших печально известных суровых инженеров.

Тем не менее, они быстро выстроились: парни с одной стороны, девушки с другой, лицом друг к другу. Тан и Пхум стояли прямо в центре, а мы окружили их кольцом.

– НА ЗЕМЛЮ! – приказал Пхум, его голос звучал спокойнее, чем у Тана, но в нем все равно чувствовалась стальная решимость. – Я сказал: НА ЗЕМЛЮ! Вы оглохли? НЕИЕДЛЕННО!

Все младшекурсники – и юноши, и девушки – рухнули на землю, уткнувшись лицами в прохладную траву. Хорошо, что земля была мягкой, но влажная роса быстро пропитала их одежду. Но никто не думал об этом – не тогда, когда их подвергли столь суровому наказанию.

– Я никогда не думал, что подобное случится в нашем волонтерском лагере – в месте, где мы жили вместе, помогали друг другу и так усердно трудились плечом к плечу. Я всегда верил, что мы как братья и сестры, но, видимо... для некоторых из вас я никогда не был старшим братом, а?

Вопрос Пхума повис в воздухе – без ответа.

– Что происходит? Почему никто не отвечает? П'Пхум только что задал вопрос – так ОТВЕЧАЙТЕ!

– Нет, сэр!

– Если это правда, то почему это произошло?! Почему в нашем лагере появился вор?! Вы все знаете о пропавшем телефоне П'Эма, верно?!

– Да, сэр!

– Пан, принимай командование. Я больше не хочу с этими людьми разговаривать. – Тан отступил назад, и Пан занял его место в центре.

– Как вы все знаете, телефон П'Эма пропал. И теперь мы знаем, кто его взял. Мы даем этому человеку шанс – признаться сейчас, и мы всё замнём. П'Эм уже согласился – мы сделаем вид, что ничего не было. Но если никто не выйдет, мы накажем каждого первого и второго курсов, потому что вор среди вас.

Воцарилась гнетущая тишина. Атмосфера накалилась до предела

– Я считаю до десяти, – объявил Тан.

Ничего.

– Это ваш последний шанс. Один... два... три... четыре... пять... шесть... се-емь...

– Это был я.

Флюк внезапно поднялся. Все младшие разом подняли головы и уставились на него в шоке. Никто не мог поверить. Флюк? Неужели это Флюк?

– Ты? – Пхум шагнул к нему.

– Да, – твёрдо ответил Флюк.

Он стоял прямо – по-мужски принимая вину.

– Кто твои сообщники?

– Я сделал это один.

– Ха. Один? Что, решил в героя поиграть?! – Тан не унимался.

– Я...

– Я, П'Тан.

Мэтт?! Мы с Фангом немедленно обменялись взглядами. Той, который лежал рядом, дернул Мэтта за штанину, прежде чем тоже встать.

– Если это сделал Мэтт, то и я тоже.

Эти дети...

– И я тоже, Пи.

Один за другим младшекурсники начали подниматься, каждый брал вину на себя.

– Ха! Вы думаете, это шутка?! О-о-о, так вы у нас такие преданные, да?! Так сильно любите друг друга?! Прекрасно. Тогда я накажу вас всех. Четверокурсники – завяжите им глаза!

Как только младшим завязали глаза, мы заставили их взяться за руки в длинную цепочку и повели к новой библиотеке – той самой, которую только что закончили строить. Именно там их ждала правда.

Мы шли рядом, наблюдая со стороны и подхватывая тех, кто спотыкался или выпускал руку соседа. Мы следили, чтобы цепь не разрывалась. По мере приближения к библиотеке звуки гитарных аккордов начали доноситься по ветру.

«Не отказывайся от своих слов, когда подтверждаешь обещание.

Не меняй свою речь, когда меняются времена.

Будь непоколебим в своих намерениях...

Я всегда готов помочь тебе, пока ты сам не сбежишь первым.

Пусть тебе сопутствует удача. Пусть твои надежды сбудутся.

Навсегда».

[Песня: «Награда для мечтателя»]

И вот младшие стояли в центре, полностью окружённые нами – их старшими братьями и сёстрами. Мы смотрели на них с улыбками, а тёплое сияние свечей и факелов дрожало вокруг, окутывая этот момент уютной золотистой дымкой.

– Теперь вы можете снять повязки, – произнёс П'Тонг.

Они сорвали ткань с глаз. Тишина. Они стояли ошеломлённые, лица застыли в шоке и замешательстве. Некоторые девушки тут же осели на землю, обнимая друг друга, пока слезы катились по щекам. Парни тем временем чесали затылки, глупо ухмыляясь, прежде чем разразиться криками протеста. До них дошло: их обвели вокруг пальца!

– Мы просим прощения, если немного напугали вас, – продолжил П'Тонг. – Эм, покажи им свой айфон.

Эм расхохотался и весело замахал в воздухе тем самым «похищенным» телефоном, из-за которого только что разыгралась драма.

– БУ-У-У-У-У! – завыли младшие, понимая, что их виртуозно разыграли.

– Считайте это небольшим сюрпризом от старших. Похоже, вы всё ещё не в рядах, так что давайте проведём настоящую церемонию белой нити, чтобы поприветствовать и благословить вас.

С этими словами мы, старшие, расширили круг и сели на землю, приглашая младших подойти к нам.

– Идите сюда, позвольте нам повязать священную нить на ваши запястья.

Медленно они поползли вперёд – лица в слезах, но уже с улыбками. Мягкий перебор гитары Кью, нежное пение П'Дао и мерцание свечей вокруг углубляли тепло этого момента. Сцена, наполненная чистыми эмоциями, – связь, скреплённая искренней привязанностью.

Затем старшие запели вместе:

«О, дорогой младший брат...

Я благословляю тебя, встречая с чистыми намерениями.

Я буду любить тебя, как свою собственную жизнь...

Я использую длинную, чистую белую нить,

Чтобы скрепить нашу связь на твоём запястье...»

[Ритуал Бай Сри Су Кван]

– Ха-ха! Нонг Пинг, ты чего опять плачешь?

– Итак, как президент лагеря, я буду говорить от имени всех старших, – Пан поднялся, и шум постепенно утих. – Глядя на всё, что произошло сегодня, и на всё время, проведённое в этом лагере, мы просто хотим сказать: мы так гордимся всеми вами.

Гордимся вашим мужеством.

Гордимся вашей дружбой.

Гордимся вашим бескорыстием.

Гордимся вашим единством.

Эти ценности имеют глубокое значение. Быть студентом университета – это не только посещать занятия и ждать диплома. Истинная ценность не исходит только из книг. В жизни есть нечто большее. Она коротка – используйте её по максимуму. Живите каждый день со смыслом, а это значит – отдавайте что-то другим. И после всего, что мы увидели сегодня, мы знаем: вы на это способны.

Пан поблагодарил каждую группу: академиков, врачей, команду отдыха, строителей и отдел обеспечения.

– И напоследок – мы доверяем этот клуб вам. В следующем году настанет наша очередь выпускаться. Мы оставляем этот клуб в ваших руках. Мы передаём вам наши надежды, наш дух и наше обязательство – оставаться небольшой, но преданной силой, готовой служить на благо Таиланда. Пусть все вы будете подобны свету свечи – освещая путь тем, кто идёт следом. Спасибо.

Пан был встречен громом аплодисментов. И слезами глубокой благодарности. Он может быть нашим штатным смутьяном, вечно дурачащимся, но я знал, как упорно он работал. Несмотря на весь стресс, он не переставал улыбаться. Я гордился им.

Мы собрались вместе, чтобы спеть последнюю песню лагеря.

«Здесь зажжена одна свеча, она горит ярко.

Свеча, зажжённая в сердце, – её пламя поднимается.

Пламя, борющееся с иллюзиями, смелое пламя, бросающее вызов опасностям.

Одна свеча в конце концов гаснет, уходя от своих друзей.

Но здесь её свет продолжает сиять – пусть свечи младших горят вместо неё».

[Песня: «Одна свеча»]

Спасибо тебе, волонтёрский лагерь. Спасибо вам, друзья и младшие. Спасибо вам, добрые жители деревни. Пусть это всего лишь одна глава в моей жизни, но я буду беречь её... навсегда.

И мы обязательно вернёмся навестить тебя снова, Мае Чем.