Мы... влюблены

С тех пор как мы вернулись с ужина, я был сам не свой, словно из меня ушла душа. Я пошел в спальню, хотя собирался на кухню за водой. Иногда Пхуму приходилось звать меня несколько раз, прежде чем я откликался. Он хмурился и, казалось, начинал обижаться.

Я старался не накручивать себя, но образ роскошной машины, медленно проезжающей мимо, нахмуренные брови отца Пхума, его добрый, но удивленный и полный сомнения взгляд – всё время стоял перед глазами. Я не знаю, видел ли он, как Пхум поцеловал меня, но он точно заметил его руку на моей талии. Стоит ли рассказать об этом Пхуму? Объясниться? Или он решит, что я параноик и переживаю на пустом месте?

– Эй, что случилось? Ты выглядишь неважно. Злишься на меня?

Пхум подошел, сел рядом и взял меня за руку. Мы сидели на балконе, ожидая обратного отсчета до Нового года, который наступит через несколько часов. Я повернулся и встретился с Пхумом взглядом. В его темных глазах я увидел собственное отражение. Я сжал его ладонь в ответ и слегка улыбнулся, пытаясь заверить, что со мной всё в порядке.

– Хех, и что же ты такого сделал, чтобы я разозлился? – поддразнил я его, потому что его грустное лицо выглядело слишком забавным.

– Я ничего не делал. Просто ты постоянно уходишь в себя. Каждый раз, когда я тебя зову, ты вздрагиваешь. Когда ты молчишь, я волнуюсь еще сильнее, понимаешь?

Голос Пхума, полный заботы, окутал меня. Посмотрев в его родные глаза, я подался вперёд и обнял.

Кто-то однажды сказал мне: если обнять человека за шею, это ощущение, будто обнимаешь его всего. И сейчас я просто хотел, чтобы Пхум обнял меня именно так.

– Пхум.

– М?

– Когда мы вышли из ресторана, когда дурачились и ты хотел поцеловать меня в щеку... Я... Я видел твоего отца.

Мне стало трудно дышать, лишь упоминая об этом. Пхум, вероятно, почувствовал то же самое, потому что на мгновение замер. Но сразу после этого он прижал меня к себе еще крепче.

– И всё? Почему ты так переживаешь? Глупенький маленький дурачок, – прошептал Пхум мне на ухо.

– Пхум, мне страшно.

Я понимаю, что я не самый сильный человек. Может показаться, что раньше нас это не волновало, словно мы не думали о том, что случится, если наши семьи узнают. Но на самом деле это не так. Где-то в глубине души, на дне наших сердец, всегда лежал этот страх. Какими бы счастливыми мы ни были, стоит чему-то потревожить этот осадок, как всё снова становится мутным. Каждый раз, когда я думаю о наших родителях, подавленный страх начинает нарастать.

– То, что ты видел Пора, не значит, что он видел тебя. Даже если он нас и заметил, не надо так переживать, Пим. Что бы ни случилось, я защищу тебя. Всё будет хорошо.

Я рассмеялся, чувствуя облегчение от его слов. Иногда детские мысли самые простые, но если они помогают почувствовать себя лучше – это уже хорошо.

– Хех, да. Что бы ни случилось, ты защитишь меня.

Я наградил своего красавчика поцелуем в щёку, но... почему у него такое лицо, будто он увидел привидение? Я повернулся, чтобы проследить за взглядом Пхума, и увидел...

– Пим, т-т-там таракан! Убери его, убери, коротышка!!

Пхум мгновенно сиганул мне за спину, словно ниндзя. Ха-ха-ха! Кто там только что говорил, что защитит меня? Если таракан сидит смирно, Пхум еще держится, но если он летит – Пхум до смерти пугается, ха-ха.

– Пим, прогони его, кыш-кыш! А-а-а, он летит, Пим!!!

Я расхохотался, наблюдая, как мой герой бегает по балкону, спасаясь от таракана. Пока мы есть друг у друга, пока Пхум – моя улыбка – рядом, у меня найдутся силы двигаться дальше.

*****

Пхум и я проснулись рано утром первого января 2012 года, чтобы совершить благие дела в ближайшем храме. Мы поднесли еду монахам, выпустили рыб и покормили их. После этого я предложил Пхуму поздравить мою тётю Пуи и сотрудников с Новым годом в кофейне. Но я забыл, что кафе закрыто на праздники. Когда я позвонил любимой тёте, оказалось, что она празднует с друзьями в Пхукете. Хе-хе, действительно путешествовать с севера на юг – это моя тётя! Так что мы с Пхумом поздравили тётю Пуи с Новым годом по телефону, а она ответила нам своим сладким голосом, даже спела новогоднюю песню для своего племянника. Ха-ха.

Позже мы отправились в дом Пхума, где его семья устроила обед в честь Нового года. Сначала я не хотел идти, потому что это семейное, но Пхум переживал, что я останусь один, поэтому настоял, чтобы я пошёл с ним. Ну, иногда не нужно так обо мне беспокоиться, Пхум, я могу справиться.

Не считая моего первого визита в дом Пхума, это был самый нервный момент для меня. Я только вчера встретил его отца и всё ещё не успокоился. А сегодня мне предстояло обедать у них дома. Я боялся абсолютно всего, не зная, когда стал таким пугливым. Я был чувствителен ко всему, что могло повлиять на наши отношения с Пхумом.

– Пхум и Пим, вы уже здесь?

– С Новым годом, Кхун Мэй, – сказали мы хором, когда увидели его маму, спускающуюся по лестнице.

Она поприветствовала нас радостным голосом, приняла наш поклон и улыбнулась.

– С Новым годом, дорогие! Подойдите ко мне, обнимите меня, оба. – Пхум улыбнулся мне и подошёл, чтобы обнять свою маму.

Она обняла и поцеловала его, как трёхлетнего ребёнка.

– Независимо от того, Новый год или нет, мой сын всегда выглядит красивым, – Пхум и его мама обнялись и сели на диван, а я небрежно устроился рядом.

– Конечно, Кхун Мэй.

Эм, не слишком скромный, да? Его мама посмотрела на меня расширенными глазами, как бы говоря, что её сын немного самоуверен.

– Теперь твоя очередь, Н'Пим. Подойди, обними меня, с Новым годом!

Что?? Я?

Я повернулся к Пхуму, не зная, что делать. Красавчик улыбнулся и кивнул мне. Я подошёл, чтобы обнять его маму. Она обняла меня и пожелала счастья, успехов в учёбе и быть хорошим человеком. Ах, как неловко. Особенно с Пхумом, сидящим там, ухмыляющимся и молча дразнящим меня, беззвучно шепча "тёща". Я был смущён и мне хотелось пнуть его.

"Чёрт, Пхум, заткнись!"

– Так, Н'Пим, ты куда-нибудь собираешься на Новый год? Хочешь поехать со мной в Макао, чтобы посетить храмы? – спросила Кхун Мэй, как всегда улыбаясь.

– Ух ты, Макао? Думаю, я не смогу, Кхун Мэй. Сначала я планировал вернуться в Чиангмай, но так как отпуск короткий, я решил не ехать. Но почему вы едете так далеко, чтобы посетить храмы?

– Ну, мои друзья пригласили меня поехать с ними. Изначально я должна была поехать с твоим отцом, но внезапно он передумал и решил не поехать.

Я замер. Не заморачивайся, Пим. Причина, по которой Пор не поехал, может быть связана с работой; это, скорее всего, не имеет ко мне никакого отношения.

– О, кстати, я давно хотела спросить, но всё забывала, Пим, у вашей семьи есть кофейня?

– Да, это кафе моей тёти.

– Правда? Пхум сказал, что там приятная атмосфера. Я давно хотела там побывать.

– Вы хотите пойти, Кхун Мэй? – спросил Пхум с энтузиазмом.

Спокойнее, парень.

– Да, мы должны сходить как-нибудь. – Его мама нежно похлопала Пхума по голове.

– Конечно, мама. В кафе есть вкусные торты. Я порекомендую лучшие блюда.

– Звучит здорово. Так, вы голодны? Пхум, ты уже завтракал? Не хочу, чтобы ты мучился с желудком.

– Я уже поел, а как насчёт кхун Пора?

– Он принимает душ, скоро спустится.

– А П'Оат и Фанг?

Ах да. Пхум упоминал, что П'Оат возвращается домой сегодня. Неудивительно, что Пхум выглядел таким радостным – он взволнован встречей со своим старшим братом.

– Они наверху. Только что Фанг что-то кричал. Думаю, Оат дразнил его. Взрослые люди, а ведут себя как дети. Пхум, не улыбайся так. Я знаю, о чём ты думаешь. Если снова начнёшь дразнить Фанга, он даст тебе сдачи. – Его мама отчитала Пхума, но не слишком строго.

– Пхум никогда этого не делает. А что насчёт Бира и его родителей? Они ещё не пришли?

– Бир придёт вечером. Твой отец организовал ужин с их семьёй. Пхум, ты можешь остаться со мной до вечера? У тебя есть что-то срочное? – Кхун Мэй посмотрела на нас обоих по очереди, а Пхум взглянул на меня, ожидая моего мнения. Ну, Новый год – это время, которое проводят с семьёй, и Пхум должен провести его с родителями. – Пим, ты тоже оставайся с нами. – Мама пригласила с улыбкой, кивая, как бы спрашивая.

– Спасибо, Кхун Мэй, но я уже запланировал поездку к бабушке. Я не смогу остаться до вечера.

– О, правда? Жаль. Ну ничего, в другой раз. Я пойду проверю тетю Орн и детей на кухне.

– Хорошо.

– Ты же обещал пойти со мной, – сразу же сказал Пхум, как только его мама вышла из гостиной, нахмурившись.

Пхум знал, что я собираюсь к бабушке, но мы договорились, что я возьму его с собой. Поскольку я изменил планы, он был не слишком доволен.

– Ну, ты проведёшь время со своей семьёй. А я, эээ, останусь у бабушки на ночь.

– Останешься на ночь? – Он чуть не сорвался на крик.

Ты что, серьёзно?

– Да, всего одна ночь. Или, если тебе будет одиноко, можешь использовать медведя, чтобы пережить это. Ха-ха.

Пхум не смог стерпеть мои поддразнивания над ним плюшевым медведем, и в отместку ущипнул меня за нос. Но прежде чем я успел ответить и схватить его за губы, нас прервал громкий вопль Фанга:

– П'Оат, вернись в джунгли! Отпусти меня!!!

Голова Фанга была зажата в стальном захвате: Оат крепко сжимал его за шею, держа в настоящих медвежьих объятиях. Фанг отчаянно пытался вырваться, его волосы растрепались, а лицо выражало полное смятение, пока Оат с довольной улыбкой тащил его вниз по лестнице.

– Н'Пхум, ты здесь? О, Пим, и ты тоже здесь, – Оат игриво улыбнулся нам с Пхумом.

Оат становится всё красивее с каждой нашей встречей. Интересно, он действительно работает в лесу или всё-таки в клинике пластической хирургии?

– С Новым годом, Оат!

Я поднял руки в жесте «вай», а Пхум подошёл и обнял брата. Это дало Фангу шанс шлёпнуть старшего по спине и успешно вырваться из захвата. Ха-ха, но Оат даже не поморщился. Он просто пожал плечами, игнорируя Фанга, который выглядел так, будто готов высосать жизнь из собственного брата.

– Привет, Н'Пим. Давно не виделись, а ты всё такой же мелкий, – ну вот, зачем Оат так говорит? – Ха-ха, я шучу, Пим, ты вытянулся. Правда, Кхао Фанг?

Два брата рассмеялись и сели на диван напротив нас с Фангом.

– Точно, ха-ха. Когда ты приехал, Оат? Сколько у тебя выходных?

– Я приехал утром, у меня пять дней отпуска. Пхум, ты будешь моим гидом; я так долго просидел в лесу, что уже забыл дороги Бангкока.

Оат и Пхум погрузились в свой счастливый семейный мирок, пока Фанг, закинув ногу на диван, ухмылялся и корчил рожи, глядя на братьев. Ну ты и мафиози, Фанг.

– Во что вы играли? – спросил Пхум.

– Похоже, что я играл, а? – Фанг схватил виноградину с аккуратно разложенной на столе грозди и швырнул её в Пхума. Ха-ха, чёрт, попал прямо в лоб.

– Оат, смотри! Фанг кидается в Пхума! – Пхум попытался выглядеть жалко, но при этом так выразительно вскинул брови, глядя на Фанга, что это выглядело уморительно.

Оат рассмеялся и повернулся к Фангу: – Зачем ты так с младшим, Фанг?

– Мне нравится. Тебе-то что? – Фанг встал и начал щипать Пхума за щёки, пока тот не завопил во весь голос.

На крик сбежались все: Кхун Мэй, домработницы, садовники, водители и охранники.

– Ай, Мэй! Фанг издевается надо мной! Мэй, Фанг бьёт Пхума! Мэй!!!

– Что случилось, дорогой? Почему Н'Пхум плачет? – удивлённо спросила Кхун Мэй. Ха-ха.

– Фанг меня обижает! – тут же нажаловался Пхум.

– Ох, я думала, случилось что-то серьёзное. Почему Кхао Фанг вечно дразнит младшего брата? Хм. А ты, Оат, ты же взрослый, почему не остановил его? Эх вы, дети... Вам не стыдно перед Н'Пимом? Ладно, хватит играть. Оат, поднимись наверх, позови папу и принеси мой телефон.

Кхун Мэй и остальные вернулись к своим делам. Фанг хитро улыбнулся, довольный, что мама не стала защищать Пхума. Но как только Мэй отвернулась, старший и младший переглянулись. Оат молниеносно щёлкнул Фанга по лбу.

– Ай! Больно же, Оат!

– Кто сегодня главный, а, Кхао Фанг? Хе-хе, – бросил Оат и направился наверх, оставив Фанга трястись от злости.

– Так тебе и надо! Хе-хе! – Пхум побежал за Оатом, цепляясь за плечо старшего брата. Обернувшись, он показал язык сердитому Фангу.

Я не смог сдержать смеха. Мне нравится, когда Оат ставит Фанга на место. Фанг метнул на меня злобный взгляд.

– Чего ржёшь? Гордишься своей жёнушкой-ребёнком, а, коротышка? Я сделаю тебя своей женой, чтобы выпустить пар, чёрт возьми! – рявкнул он, сгребая меня в охапку.

Нет! Не трогай меня!

Родители с детьми болтали и шутили. Когда трое братьев были вместе, это всегда вызывало улыбки на лицах родителей.

Я заметил, что Пхум был центром всеобщего внимания. Хоть Фанг и любил грубить или дразнить его, каждый раз он смотрел на Пхума с едва заметной улыбкой – улыбкой искренней привязанности.

Мне было приятно видеть Пхума улыбающимся, но внезапно я почувствовал неуверенность. Что я здесь делаю? Сижу, слушаю разговоры о вещах, которых не понимаю, и улыбаюсь, чувствуя словно я тут лишний.

Я всегда чувствовал себя комфортно за столом этой милой семьи, еда была вкусной, но кусок не лез в горло. Когда Пор спустился вниз, он улыбнулся мне как обычно, но за всё время не проронил ни слова в мой адрес. Честно говоря, я чувствовал себя опустошённым и мне хотелось уйти, если бы ни рука Пхума тайком не сжала мою ладонь под столом...

– Пхум, тебе не надоело всё время жить в кондо? Не хочешь вернуться домой? – вдруг спросил Пор, привлекая внимание всех присутствующих.

– В квартире удобно, Пор, – ответил Пхум, глядя отцу прямо в глаза.

Пор кивнул. Я заметил, как Фанг переглянулся с Оатом, а затем оба посмотрели на меня. Мне же показалось, что узор на тарелке стал самым интересным зрелищем в мире.

– Понятно.

– Да, Пор.

– После ужина зайди ко мне в библиотеку, хорошо?

– Хорошо, – тихо, почти шёпотом ответил Пхум.

Сказав это, Кхун Пор встал из-за стола и ушёл. Кхун Мэй нахмурилась и пробормотала что-то себе под нос, удивляясь странному поведению мужа. Оат проводил отца взглядом, а затем повернулся и с ободряющей улыбкой взъерошил волосы притихшему младшему брату.

Фанг продолжал пристально смотреть на меня, будто хотел о чем-то спросить. Я встретился с ним взглядом лишь на мгновение и снова уткнулся в тарелку. Я почувствовал прикосновение – Пхум слегка коснулся моей ноги своей под столом и улыбнулся мне. Я попытался улыбнуться в ответ, чтобы его успокоить, хотя, честно говоря, у меня едва хватало сил держать ложку.

После ужина у Пхума я извинился, собираясь уходить. Оат вышел меня проводить, так как Пхум всё ещё разговаривал с отцом. Оат пригласил меня в Хуаи Кха Кхаенг, если у меня будет свободное время, и обещал устроить для меня поход. Он также добавил, чтобы я не беспокоился о его отце. Заметил ли Оат что-то или же всё было написано на моем лице? На самом деле, Оат очень добрый человек. Он душевный, тёплый и понимающий, хотя иногда любит пошутить. Я понимаю, почему Пхум так привязан к нему.

На протяжении всей дороги до дома моей бабушки разговор между Пхумом и его отцом не выходил у меня из головы, вызывая беспокойство. Мне хотелось знать, о чём они говорили. Я пытался не накручивать себя, стараясь отвлечься, но это не помогало. Вздох... Новый год только начался, а вместо радости и хороших событий у меня уже появились поводы для тревоги.

Я пару раз посигналил у ворот бабушкиного дома, и тётя Йим, домработница, поспешила открыть дверь. Я припарковался, и, как только вышел из машины, тётя Йим бросилась ко мне с объятиями.

– Кхун Пим, вас так долго не было! Я уж думала, вы совсем забыли про этот дом! – воскликнула тётя Йим, схватив меня за руку. Её слова заставили меня рассмеяться. Я решил не зацикливаться на своих мыслях и улыбнулся, чтобы никого не волновать.

– Как я мог забыть? Я так по вам скучал, тётя Йим, что поспешил сюда! Ах, чуть не забыл поздравить вас с Новым годом! Я привёз вам подарок. Я открыл багажник и вручил тёте Йим корзину с угощениями. Она поблагодарила меня и пожелала всего наилучшего.

– А где бабушка? – спросил я.

– Мадам в саду. Кхун Пим, сходите к ней, а я попрошу Дао принести вам холодные напитки. Хотите что-нибудь особенное на ужин?

Если люди со стороны взглянули бы внутрь, они, наверное, подумали бы, что это дом или национальный парк. Ха-ха. Здесь даже есть маленький ручей, извивающийся между индийским пробковым деревом, пальмами и другими большими деревьями. У бабушки есть своё место – белый павильон прямо посреди сада. Издалека я увидел, что она чем-то занята. Похоже, она вязала, поэтому я подошёл на цыпочках, как можно тише, и...

– Ваа-аа!!!

– Ах! Пим, ты меня напугал! – Бабушка, уколовшись спицей, повернулась, чтобы легонько ударить меня по руке, а затем прижала руку к груди.

Хе-хе, теперь мне точно попадёт.

– Ты что, нежная женщина, которую легко испугать? – Я наклонился, чтобы обнять слегка пухлую, светлокожую женщину, которую я так люблю.

– Конечно, я испугалась! Ты должен был предупредить, прежде чем подкрадываться. Если бы у меня случился сердечный приступ, я бы точно пришла тебя пугать, Пим! – Бабушка бросила на меня притворно сердитый взгляд, хотя улыбалась.

– Я просто шучу, бабушка. Ха-ха. С Новым годом! – Я опустился на колени и положил голову ей на колени, а она нежно обняла меня и похлопала по голове.

– С Новым годом, мой хороший. «Я желаю тебе счастья, здоровья и только хорошего в течение всего года», – сказала бабушка, а я уткнулся лицом в её мягкий живот.

Пожилые люди не пользуются духами, но от них исходит такой приятный запах. Это аромат, который дарит тепло и покой, которые невозможно описать.

– Спасибо.

– А где ты был, бегал за девушками? Ты редко навещаешь меня. Если бы не Новый год, я бы не увидела своего внука, верно? – сказала она с лёгкой обидой. Ха-ха.

– Какие девушки? У меня никого нет. Кроме того, я был у тебя в прошлом месяце, бабушка. – Я встал и сел на другой стул, играя с пряжей.

– О, ты приходил с тем красивым молодым человеком, да? Почему ты не привёл его в этот раз?

Ух ты, ты запомнила его даже после одного визита? Ну, в прошлом месяце я привёл Пхума, чтобы он выразил уважение бабушке, и, похоже, он ей очень понравился. Она даже назвала его красивым, чего никогда не говорила о своём собственном внуке.

– О, у него есть родители, поэтому он должен быть со своей семьёй, правда?

– Да, это так. О, а что насчёт Пуи? Чем она занимается? Почему она не пришла с тобой?

– Тётя Пуи уехала в Пхукет отмечать Новый год с друзьями. «Она оставила меня, бабушка», – сказал я, жалуясь.

Хе-хе, когда появляется возможность, её надо использовать, чтобы заработать немного очков.

– У неё действительно зуд путешествовать. Только вчера она звонила жаловаться бабушке на скуку со своими студентами и на то, что она не планирует никуда ехать на Новый год. А теперь, не прошло и дня, она уже в Пхукете! – Бабушка покачала головой с досадой на свою дочь. Хе-хе.

– Ха-ха, это точно, бабушка. Согласен. Так ты дома одна? Где дядя и тётя?

– Да, твоя тётя и дядя пошли на новогоднюю вечеринку с сотрудниками компании. Дядя Рат и тётя Нуч тоже спрашивали о тебе. Они сказали, что ты давно не навещал. – добавила бабушка.

Тётя Нуч – это моя тётя, жена дяди Рэта, старшего брата моего отца. А Фото, парень, которому Пхум однажды угрожал по телефону, – сын дяди Рэта.

У бабушки четверо детей: три сына и одна дочь. Это дядя Рэт, мой отец, дядя, тётя Пуи и дочь, которая умерла в детстве, после которой появилась тётя Пуи. Ха-ха.

– А что с Фото, бабушка?

– Он ещё не проснулся. Вчера вечером он праздновал с друзьями. Я ему сказала, что если он будет пить, то пусть остаётся у друзей, но он настоял на том, чтобы вернуться домой. Пим, почему бы тебе не подняться наверх и не разбудить его, чтобы мы могли поесть вместе? Ой, я забыла спросить, ты уже ел? – спросила бабушка, глядя на меня.

– Я уже поел.

– А как насчёт большого полицейского с севера? Он планирует навестить свою мать?

– Мой папа очень занят на Новый год, бабушка. Я думал разыграть его телефонным звонком, но можно я переночую у тебя? – сказал я.

– Ха, я возьму с тебя аренду, – сказала она, взглянув на меня поверх очков.

– Да ладно, бабушка! Со всем твоим богатством ты берёшь деньги с собственного внука?

Бабушка покачала головой и улыбнулась мне, продолжая вязать и болтать о всякой всячине. Наблюдать за тем, как она вяжет этот шарф, было удивительно умиротворяюще. Настолько, что мои мысли снова вернулись к Пхуму. Что он сейчас делает? Закончил ли он говорить с Пором? Почему он мне не звонит? Где он будет спать этой ночью? Будет ли он скучать по мне?

– Пим, хочешь что-нибудь рассказать бабушке? Старики любят слушать истории от своих внуков, – бабушка перестала вязать шарф и посмотрела на меня с тёплой улыбкой.

Улыбка, которую я знал с детства, и даже сейчас она не изменилась. Она всё та же добрая и милая бабушка. Я положил подбородок на белый круглый стол и улыбнулся ей в ответ.

– Что бы ты хотела услышать, бабушка? Но у меня нет особо интересных историй.

– Ну, расскажи, о чём ты сейчас думаешь?

Я поднял бровь, удивлённый её словами, и попытался посмеяться. Я был удивлён, что она смотрела на меня так, будто понимала, что я чувствую. Её рука, морщинистая от возраста и почти семидесятилетних жизненных испытаний, мягко потянулась, чтобы похлопать меня по голове.

– Хехе, что такое, бабушка? «Не смотри на меня так, со мной всё в порядке», – сказал я, но лгать было неприятно. Мне это не нравилось. Но бабушка ничего больше не сказала, только снова мягко похлопала меня по голове.

– Со временем мой внук повзрослел, а твои мысли стали зрелыми. Но есть одна вещь, которая не изменилась, Пим. Ты не умеешь лгать, – глаза бабушки смотрели на меня так, будто она точно знала, о чём я думаю, как будто говорила с ребёнком, мысли которого легко предугадать.

Я отвёл взгляд, сосредоточившись на бабочке, сидящей на цветке жасмина. Когда что-то предназначено друг другу, это выглядит прекрасно. Но как много людей разделят моё мнение? Ведь цветы не обязаны быть с бабочками; кто-то может решить, что им место только в вазе.

– Бабушка... ты когда-нибудь грустила из-за тёти Пуи? Я имею в виду, из-за того, какая она... – Я не знал, почему задал этот вопрос, и даже не решился взглянуть на бабушку.

– Что ты имеешь в виду, говоря "какая она", дорогой?

– Я имею в виду, что тётя Пуи не выходит замуж, не подарит тебе зятя или внуков. Ты когда-нибудь грустила из-за этого? Ты когда-нибудь думала, что тётя Пуи совершает ошибку? – То, кем я являюсь, огорчает тебя, бабушка?

– Почему я должна грустить? – Ответ бабушки придал мне смелости взглянуть ей в глаза. Она все ещё улыбалась, ее рука лежала на моей голове. – Пуи никому не причинила вреда, дорогой. Я не вижу, чтобы кто-то страдал из-за того, что она кричит и сходит с ума по мужчинам каждый день. Я грущу? Нет, я совсем не грущу. Что бы ни случилось с моим ребёнком, он все равно мой ребёнок. Я горжусь Пуи. У неё стабильная работа педагога, она делится своими знаниями с другими.

– ...

– ...Пим.

– Да?

– Ты был хорошим ребёнком для своих родителей, замечательным внуком для меня и племянником для тёти Пуи. Мы все любим тебя, дорогой. Кем бы ты ни стал, просто будь хорошим человеком, вот и все, чего я прошу.

– Да, бабушка. – Я обнял ее, чувствуя переполняющую благодарность, заполняющую мою грудь. Я незаметно вытер слезы о ее мягкую рубашку. – Спасибо.

Я не ожидаю, что весь мир поймёт мою любовь. Мне не нужно, чтобы кто-то принимал то, что у меня есть с Пхумом. Мне нужно только, чтобы моя семья поняла. Это все, чего я прошу.

Я не знаю, что ждёт нас в будущем, какие трудности предстоит преодолеть мне и Пхуму. Я не знаю, как будет развиваться наша любовь или как долго мы сможем ее сохранить. Но сейчас, пока моя семья и Пхум рядом, я готов встретить все, что нас ждёт. Рядом с Пхумом мне хорошо.

После разговора с бабушкой я поднялся наверх, чтобы найти Фото. Он одевался, вероятно, собираясь выйти, поэтому я подошёл и ударил его по голове в качестве приветствия.

– Эй, как ты сюда попал, П'Пим? Ты даже не позвонил, чтобы предупредить. «Я думал, ты забыл дорогу к этому дому», – сказал Фото, широко раскрыв глаза от удивления.

Он быстро подбежал, чтобы обнять меня, и усадил меня на кровать.

– Хе-хе, ты слишком бурно реагируешь. Так куда ты собираешься, так красиво нарядившись?

Фото не был таким уж красивым. Просто светлокожий, немного похож на китайца, с острым носом, клыком и тонкими губами. Вот и все. И какого черта, почему он такой высокий? Мы же из одного рода, но почему мы такие разные?

– Я встречаюсь с девушкой на ужин, брат. Ох, если бы я знал, что ты приедешь, я бы не строил никаких планов. Остался бы дома и играл с тобой в игры. Кстати, ты стал симпатичнее, что ли?

Он схватил меня, крутя и вертя, рассматривая так, что чуть не залез мне на плечи. Фото привязан ко мне с детства. Возможно, потому что мы оба единственные дети, а наши семьи такие маленькие, что мы стали ближе, чем кузены – скорее, как настоящие братья.

– Истина никогда не умирает, мой дорогой младший брат. Ха-ха.

– Да, конечно. Если бы ты не был моим братом, я бы уже дал тебе зеркало.

– Ты такой зануда. Кстати, бабушка сказала, что ты разбиваешь девичьи сердца направо и налево. Это правда?

– Хехе, бабушка преувеличивает. Я просто плыву по течению, но это уже начинает раздражать. Они такие требовательные. Мой друг предложил мне встречаться с парнями. П'Пим, у тебя есть красивые друзья? Ха-ха.

Этот парень реально перегибает палку, как Кью и его парень, которые постоянно шутят. Ты можешь в итоге завести мужа, как Кью. Я толкнул Фото, который смеялся и показывал свои синие брекеты, пока он не отступил назад.

– Хех, хочешь попробовать, да? Но предупреждаю, это билет в один конец.

– Что ты имеешь в виду, брат? – Фото сидел, выглядя озадаченным.

– Билет в один конец. Если ты пойдёшь этим путём, пути назад нет, парень.

– Хех, ты эксперт, да? Это из твоего опыта? Ну, ты остаёшься на ночь?

– Да.

– Да! Теперь у меня есть напарник для игр. Я скоро вернусь. – На этот раз он вскочил и обнял меня за шею.

– Ты всегда играешь в игры. Ты думал о вступительных экзаменах в университет? Ты же сейчас учишься в Матайоме 5 (11 класс по американской системе), да? Думал о том, на какой факультет хочешь поступить? – Фото учится в той же школе, которую закончил Пхум, кстати.

– Ну, я хочу поступить в международную инженерную программу в твоем университете, но Пор хочет, чтобы я учился за границей. Это так раздражает, брат. Можешь поговорить с моим отцом за меня? – Фото умолял меня, выглядя таким же расстроенным, как говорил.

Но извини, мой дорогой кузен, я не могу тебе помочь в этом.

– Хех, ни за что. Дядя Рат слишком строгий, – строже, чем мой собственный отец, который бы осмелился.

Через некоторое время Фото ушёл встретиться со своим другом. Я спустился вниз, чтобы помочь бабушке готовить буа-лой (десерт), а потом пошёл мешать тёте Йим и П'Дао, которые готовили на кухне, пока бабушка не выгнала меня. Ха-ха. После ужина я пошёл в комнату бабушки.

Было около 8 вечера, и бабушка начала засыпать. Пожелав ей спокойной ночи и поцеловав ее в щеку, я вернулся в свою комнату. Да, у меня тоже есть своя комната в этом доме.

Как только я зашёл в душ, позвонил Пхум. Черт... почему ты не позвонил до того, как я пошел в душ? Мне пришлось быстро закончить и ответить, потому что, если бы я этого не сделал, он звонил бы без остановки, пока я не взял трубку. Он уже так делал, оставляя мне сотни пропущенных вызовов. Ха-ха, нужно быть таким же сумасшедшим, как Пхум, чтобы так поступать.

– Почему ты не взял трубку?

И вот оно, его голос уже звучал раздражённо.

– Я был в душе. Только что вышел.

На мне ещё не было одежды.

– Чем ты занят?

Как я только что сказал, я только что закончил принимать душ.

– Я собирался одеться. Подожди, я сначала надену одежду.

– Ты голый? Хе-хе.

Что? Как быстро изменился твой тон. Пожалуйста, Пхум, мог бы ты выбрать более подходящее время для своих шуточек?

– Замолчи, извращенец.

Я бросил телефон на кровать, быстро оделся, выключил свет и запрыгнул в постель, укрывшись одеялом, чтобы поговорить с Пхумом. ^_^

Мы разговаривали почти до полуночи, и когда я уже собирался повесить трубку, я услышал, как Пи Оат позвал его выпить молока и лечь спать. Ха, его так балует его брат. Я также слышал, как Фанг кричал, что, если ему не позволят спать в посередине сегодня ночью, он сожжёт дом и машины. Ха-ха, Фанг не щадит даже своих братьев.

После того как я закончил разговор с Пхумом, я выключил свет, чтобы лечь спать, но как только моя голова коснулась подушки, телефон снова зазвонил. Я схватил телефон, задаваясь вопросом, кто может звонить так поздно, но, увидев имя звонящего... Это был Клын. Ха, ты звонишь, чтобы раздражать меня перед сном?

– Алло, что за черт? – Я поприветствовал его, как обычно, вежливым тоном. Ха-ха.

– Хе-хе, ты очень вежливо отвечаешь на звонок, да? Ты уже спишь или я тебя отвлекаю?

Почему его голос звучит оживлённее, чем обычно? Он выиграл в лотерею и звонит, чтобы поделиться выигрышем? Ха-ха.

– Я выключил свет и собираюсь спать, так что решай сам, раздражаешь ты меня или нет.

Я решил подразнить его, вылезая из-под одеяла и прислонившись к изголовью кровати.

– Хе-хе, почему ты так торопишься спать? Если ложиться спать рано, ноги станут короче.

– Черт, Клын. Я кладу трубку.

– Ха-ха, просто шучу.

– .....................

Я замолчал. Подожди и посмотри, он подумает, что я на него обиделся.

– .....................

– .....................

– Эй, Пим, не молчи. Я просто пошутил. Ты правда обиделся? Пим, прости меня.

Он поспешил извиниться, звуча по-настоящему обеспокоенно. Ох, Клын, тебя так легко обмануть.

– Ха-ха, обмануть дурака так просто. Я уже столько раз тебя обманывал, и ты всегда введёшься.

– Черт, Пим. Да, я дурак, потому что слишком забочусь о тебе и легко тебе доверяю.

– Эй, эй, ты что, обиделся? Но я не буду тебя утешать. В любом случае, это ты виноват. Но я понимаю.

– Ладно, ладно, я всегда виноват. Я был виноват с...

– .....................

– .....................

– Эй, Клын, почему ты звонишь так поздно? У тебя что, желчный пузырь лопнул или что-то в этом роде...?

– Сегодня мой день рождения.

И тут уже я замолчал. Мне захотелось дать себе пощёчину за то, что забыл о дне рождения Клына.

– Эм... Я не знал. Эй, мне правда очень жаль. Я...

– Хех, всё нормально. Я специально позвонил тебе, чтобы ты был последним, кто поздравит меня с днём рождения. Круто, да? Именинник звонит тебе!

Его голос оставался мягким, как будто он вовсе не злился, хотя мог бы меня упрекнуть или рассердиться за то, что я забыл его день рождения.

– Клын, мне правда очень жаль. Я...

Любому было бы неприятно, если бы о его дне рождения забыли, правда? Особенно Клыну, который для меня особенный друг. Я только мог представить, как ему было обидно. Через несколько минут начнётся уже новый день.

– Эй, Пим, не молчи. Я уже сказал, что всё нормально, я не злюсь. Я правда не злюсь на тебя. Не переживай. Просто пожелай мне счастливого дня рождения, ладно? Звонить вне сети дорого.

– Хех, ты дурак. Ладно, ладно. Желаю тебе много счастья, только хорошего и отличных оценок по всем предметам. С днём рождения, Хун Клын. Подарок будет потом. С днем рождения, дружище!

– Я услышал, как он ответил:

– Да-да, садху, – а потом рассмеялся.

Хех, надеюсь, ты будешь всегда так же улыбаться и смеяться каждый день, мой друг.

– Спасибо, Пим.

– Мм, так ты нигде не праздновал?

– О, я запланировал кое-что с друзьями, но это будет не скоро. Хочешь пойти со мной? Я за тобой заеду. Хе-хе.

– Я бы с радостью, но боюсь, меня накажут. Ха-ха, может, я потом угощу тебя молочным коктейлем.

– Ладно, да, да. Ты обещал.

– Конечно.

– Пим.

– Хм?

– На мой день рождения можно попросить тебя кое о чём?

Я сразу замолчал, не зная, что именно Клын может попросить и смогу ли я это дать. Но сегодня был его особенный день, и, кроме того, Клын никогда не просил ничего, что я не мог бы дать. Поэтому я готов был выполнить его просьбу.

– Что именно?

– Можно я скажу тебе, что люблю тебя?

Его голос дрожал, и мое сердце сжалось, пока я слушал.

– Мм, хорошо. – тихо ответил я.

Но спустя несколько минут молчания он так и не ответил. Я слышал его дыхание, как будто он собирался с духом, чтобы заговорить.

– Есть много вещей, которые я сделал и которые, возможно, доставили тебе неудобства, и мне жаль. Я не знаю почему, но я просто не могу перестать любить тебя. Я хочу, чтобы ты знал: я люблю тебя, Пим. Я люблю тебя очень сильно. Клын любит тебя.

– Мм, спасибо. Болит? – Я крепко сжал телефон.

Мне было жаль Клына, но я не мог любить его так, как он хотел.

– Это терпимо, но, черт возьми, я счастлив. Это лучший подарок на день рождения, который я когда-либо получал. Спасибо, Пим.

– Эй, за что ты меня благодаришь? Я ведь ничего для тебя не сделал. Это ты делал для меня.

Если бы я мог любить тебя, я бы любил, Клын. Я никогда не раздражался и не чувствовал себя некомфортно из-за всего, что ты мне давал. Я знаю, чувства нельзя заставить или контролировать, но я просто не могу любить тебя больше, чем друга.

– Хочешь услышать песню? В следующем месяце мой отдел устраивает концерт, и я собираюсь петь. Не забудь прийти, хорошо? – весело сказал Клын.

– Хех, ни за что. Не хочу, чтобы мой слух пострадал от твоего голоса. Ха-ха.

– Хех, тогда просто послушай и прокомментируй, чтобы я мог больше практиковаться.

– Ладно, ладно.

Я услышал какой-то шорох, потом Клын сказал, что включит громкую связь.

После этого я услышал вступление акустической гитары и глубокий, приятный голос Клына

Глупая Любовь (รักโง่ๆ) от Radio Garden

Сердце создано для любви, и я выбираю любить только тебя.

Мне всё равно, я ничего не жду, заметишь ты меня или нет. Меня это не волнует.

Сердце создано для того, чтобы его использовали, и я единственный, кто им владеет.

Я хочу отдать его кому-то, кому угодно, но это не имеет значения. Всё, чего я хочу, – это любить тебя.

Хотя другие говорят, что то, что я делаю, глупо, что ждать тебя – пустая трата времени,

я скажу это снова: сердце выбрало тебя с того момента, как я впервые увидел тебя.

Это может показаться глупой любовью в твоих глазах,

но я просто хочу следовать своему сердцу.

Это глупая, наивная любовь, какой бы слепой она ни была,

но я не жалею, не жалею, что делаю всё ради тебя.

Как бы ни был я уставшим или измотанным, я не позволю своему сердцу, любящему тебя, измениться.

Я буду слушать только своё сердце, то, что позволяет мне всё ради тебя.

Хотя другие говорят, что то, что я делаю, глупо, что ждать тебя – пустая трата времени,

я скажу это снова: сердце выбрало тебя с того момента, как я впервые увидел тебя.

Это может показаться глупой любовью в твоих глазах,

но я просто хочу следовать своему сердцу.

Это глупая, наивная любовь, какой бы слепой она ни была,

но я не жалею, не жалею, что делаю всё ради тебя.

И я не жалею, не жалею, что люблю тебя.

– Ну как? Достаточно хорошо?

– Да, хорошо. Я думаю, песню стоит переименоватьв "Хорошая Любовь".