Our little world

— Акутагава! — Натаниэль выбегает на палубу, едва не падая от нового взрыва. Он спотыкается об обломки, но вовремя подставляет руки, благодаря чему спасается от болезненной встречи с полом. — Акутагава, ты живой вообще? — Веснински подбегает к старшему, помогает ему встать и с беспокойством осматривает его. Ничего особо критичного он не находит, однако замечает, что несколько костей у Рюноске точно сломано.

На самом деле Акутагава выглядит отвратительно: весь в ссадинах, довольно глубоких ранах и наверняка с сотрясением. Также он едва держится на ногах, что ожидаемо — схватка с Тигром забрала все силы, да ещё и способность Рюноске опасна для него самого.

— Я в порядке, ребёнок, не дай оборотню уйти, — Акутагава пронзительно и со свистом закашливается, сгибаясь пополам и едва не падая. Натаниэль придерживает его, оглядываясь в поисках убежища. Взрывы гремят то тут, то там, удушающий дым мгновенно проникает в лёгкие, и Натаниэль сам едва сдерживается от кашля. — Эта девчонка предала нас. Нужно сообщить Мори...

— Забей на них, поймаем позже. Сейчас нужно выбираться отсюда или совсем скоро уйдём на дно вместе с кораблём! — Нат закидывает руку Рюноске себе на шею и, пошатываясь, направляется к концу палубы, откуда совсем недавно спрыгнули беглецы. Дым перекрывает любую возможность сделать вдох; он проникает в лёгкие, вызывая ужасную головную боль. Головокружение мешает нормально идти, из-за чего Натаниэль периодически спотыкается.

Когда до конца палубы остаётся пара метров, происходит последний, контрольный взрыв.

***

Нил просыпается резко, словно по щелчку. Он бешено крутит головой, пытаясь сделать хоть один вдох, но ничего не выходит. Словно дым от пожара на корабле всё ещё в его лёгких и мешает вдохнуть спасительный кислород. Джостен хватается за голову, грубо дёргая себя за волосы, и подтягивает к себе ноги. Что только что произошло? Это был он? Но когда? Что в его кошмаре делали те парни? Акутагава? Так вроде звали одного из присланных дядей «охранников». Нил совершенно не знает, что ему делать.

— Эй, — Кевин, проснувшийся от странных и слишком громких звуков, включает фонарик на телефоне и недоумённо смотрит на Нила. Растрепанные волосы, затуманенный страхом взгляд и дрожь в руках ясно давали понять, что его соседу приснился кошмар. — Что-то случилось?

— Я-я не знаю... Кошмар, это просто кошмар, н-ничего особенного, забей... — Нил качает головой, но он не в силах сдержать дрожь в голосе. Кевин хмурится ещё больше и подсаживается ближе, кладет руку на плечо друга и пытается поймать его взгляд, который все еще метался по палатке. Когда ему это удается, Дэй слабо улыбается и крепче сжимает чужое плечо, чтобы немного заземлить.

— Дыши, Абрам, просто дыши, — Нил старается повторять дыхательное упражнение за Кевином, и на пятый раз у него даже получается, что радует обоих. Этот факт заставляет обоих парней облегченно вздохнуть и разойтись по своим спальникам. — Как ты?

— Порядок, — отвечает Джостен, когда действительно более-менее приходит в себя. Он еще раз делает глубокий вдох, не спеша выдыхать, и зажмуривается до тех пор, пока перед глазами не затанцуют блики. Лишь тогда он выпускает воздух и включает телефон, чтобы проверить время, которое едва перевалило за два часа ночи. — Пойду пройдусь. Надо проветриться.

— Не заблудись только, не хочется терять игрока в середине сезона, — Нил усмехается и выходит на улицу, полной грудь вдыхая холодный ночной воздух, а когда голова начинает кружиться уже от перенасыщения кислородом, ложится на землю недалеко от палатки и зачарованно глядит на небо. Он смотрит на звёзды, любуется их холодной красотой и восхищается недоступностью и скрытностью. Нил не замечает, как начинает улыбаться, пока его затуманенный мыслями взгляд собирает звёзды в кучки и выстраивает поражающие сознание созвездия.

Ещё ребёнком он любил зачитываться книгами про космос. В доме Балтиморского Мясника практически не было детской литературы вроде сказок или стишков, поэтому маленький Натаниэль, когда прятался от отца на чердаке в своём домике из старых покрывал и сломанной мебели, читал сложную для детского ума литературу, но от того не менее интересную. Экономика, астрономия, психология, история, медицинские справочники, томики по биологии и химии — все эти книги стали верными друзьями Натаниэля на долгие годы, пока он с братом и матерью не сбежали. Потом пришлось забыть о нормальном чтении, хотя то, что Нат запомнил из медицинских справочников, было полезно: обработка ран, как зашить, как наложить жгут, что делать при отравлении газом, как вправить кость и прочее, прочее, прочее.

Глубоко вздохнув, Нил закрывает глаза и позволяет себе расслабиться. Они в относительной безопасности, брат счастлив новым друзьям и возможности заниматься любимым спортом, а рядом близкие сердцу люди. В принципе-то, больше и не нужно ничего для душевного спокойствия, верно? Улыбка невольно появляется на губах Нила, а взгляд вновь возвращается на небо. Рука сама тянется к чёрному полотну, словно желает ухватиться за что-то. Или кого-то.

«Мам, мы в порядке. Мы смогли найти уголок, где сможем отдохнуть. Наверное, ты бы сильно ругалась за такую долгую остановку, но я всё же хочу верить, что ты присмотришь за нами оттуда и не дашь так просто умереть».

Спустя пару минут Нил поднимается с холодной земли и направляется в сторону леса. Спать не хочется от слова совсем, поэтому, возможно, он сможет подумать о том, что увидел во сне, когда останется один на один с подсознанием?

Джостен неспешно прогуливается по чаще, особо ни на чём не задерживая внимание. К его удивлению, в голове практически нет никаких мыслей — лишь пустота. Под ногами приятно шуршат листья, трещат ветки, а на деревьях мелодично ведут беседы птицы. Нилу становится интересно, о чём они говорят. Наверное, о приближающейся зиме с ледяными ветрами и снегом, а может, о птенцах или запасах еды.

Дойдя до поляны, где он поймал брата в прошлых догонялках, Нил замечает одну абсурдную мысль, что появилась буквально на секунду: а как давно он лазил по деревьям? Наверное, лет шесть назад, когда они с матерью скрывались в Аризоне и приходилось часами сидеть на высоте в пятнадцать метров, чтобы их не обнаружили. Ещё Нил помнит о том, что Миллиан тогда серьёзно заболел. Это было неудивительно, ведь летний сезон муссонов никто не отменял. Дождь лил два дня подряд, то есть практически всё время, что они проводили в лесу. Мэри тогда единственный раз предала свои правила, приведя обоих детей к врачу. Нил и думать не хочет о той лжи, которую мама наговорила доктору, когда рассказывала о произошедшем, ведь это в порядке вещей — врать окружающим.

— Наверное, ложь заразна, — Нил усмехается, наступая на выглядывающий из-под земли корень, затем обеими руками хватается за ветку и подтягивается, чтобы забраться на неё. Чем выше он карабкается, тем сильнее кружится голова от того, на какую высоту он залез. Джостен уже и забыл это чувство, поэтому поднимается всё выше и выше, пока, посмотрев вниз, не может увидеть землю из-за веток. Несмотря на позднее время года, большинство деревьев все ещё одеты в богатые наряды из листьев, что создаёт тень защищённости для того, кто собирался скрыться от посторонних глаз.

Нил усаживается на самой, по его мнению, безопасной ветке, свесив левую ногу, а правую притянув к себе; спиной он облокачивается о мощный ствол дерева и закрывает глаза. Здесь звуки леса становятся более громкими и отчётливыми, нежели на земле, а также появляется чувство свободы, что дарит прохладный ветер. Вдохнув полной грудью, Нил улыбается на выдохе и решает помедитировать.

Уже знакомая темнота, невидимая тропа и развилка. Джостен думает о том, куда сходить на этот раз, как его взгляд невольно приковывается к одной из троп. Серая, едва заметная, она не вызывала никакого интереса раньше, но сейчас почему-то притягивает.

Извилистый путь приводит Нила к двери, на которой висит около десятка замков. Они разного размера и цвета и висели в хаотичном порядке. Сама же дверь... интересная? Чёрное дерево, разрисованное детскими мелками, по краям обрамлённое золотыми витиеватыми рисунками. Нил запоздало вспоминает о том, что точно такая же дверь вела в его детскую комнату в Балтиморе. Он присмотрелся к рисункам и... Да! Это те самые каракули, которые он собственными руками нарисовал в пять лет. Отец был вне себя от ярости, когда увидел их.

Вздрогнув, Нил пытается перевести внимание на что-то другое и обнаруживает ещё одну странность — табличка с именем хозяина. Её нет. Нахмурившись, Нил касается кончиками пальцев двери и не может сдержать испуганного трепета, когда замки внезапно открываются и падают, растворяясь в бездне. Переводя шокированный взгляд с пола на дверь, Нил осторожно толкает её и несмело заходит внутрь.

***

— Перестань шуршать. — Аарон поправляет очки, кидая раздражённый взгляд на соседа. Миллиан же только строит гримасу, продолжая активно уничтожать шоколад. Единственный плюс их временного сожительства, это то, что они оба полуночники. Если бы было иначе, то было бы совсем худо.

— Отвали, четырёхглазый, — Веснински делает из пальцев очки, весело усмехаясь. Миньярд на такое оскорбление только кидает в Мила фантиком от его же конфеты и отворачивается, переворачивая страницу учебника по химии. Хоть кто-то не забывает об учебе даже на каникулах.

— Придурок.

— Идиот.

— Недоучка.

— Лох.

— Лжец, — Миллиан хотел ответить новым оскорблением, но в его мозгу щёлкает какой-то переключатель, и он подозрительно прищуривается.

— Это почему я лжец?

— Смеёшься? — Аарон вскидывает брови, закрывая книгу и приспуская очки на кончик носа. Он пристальным взглядом осматривает соседа с головы до ног, после чего презрительно хмыкает, возвращая очки обратно на переносицу. — Наверное, потому, что вы с братцем только и делаете, что врёте? Ваши слова, действия, внешность — сплошная ложь. Что в вас вообще настоящего?

— Наша природная харизма, — Мил подмигивает Аарону, а тот только саркастично выгибает бровь, всем своим видом показывая, что не верит. Веснински пожимает плечами, не зная, что отвечать на внезапный вопрос, и устраивается поудобнее в спальнике. Он задумывается на несколько секунд над тем, что ответить. По правде говоря, сказать хочется много чего, а на самом деле — абсолютно всё. Мил устал врать и скрываться, ему надо разделить с кем-нибудь, кроме брата, тяжесть прошлого. Даже если это будет Аарон Миньярд. — Ты прав, Аар, в нас нет ничего настоящего, — его голос выдохшийся, он скрипит от горечи и боли, которая наступила от осознания, что это первые правдивые слова, которые он сказал кому-то постороннему. Он снова нарушает правила и осознания этого тяжелым грузом давят на грудь.

— Что за внезапные откровения? — закатив глаза, Миньярд возвращается к чтению, изредка скашивая взгляд на лежащего рядом Милалиана, который задумчиво смотрит в потолок палатки. Как бы ему не хотелось рассказать всю правду — он не мог. Это не только его тайна, да и к тому же он не настолько отчаялся, чтобы раскрывать ее кому-то, вроде Аарона.

— Неважно, — Веснински вздыхает, закрывая глаза. Если он снова посмотрит на Аарона, то словесный поток будет невозможно сдержать. А Миньярд задаёт новый вопрос, словно прочитав его мысли:

— Ты так и не сказал, где вы познакомились с теми японцами.

— В Токио. Говорю же, мы раньше много путешествовали с мамой и навещали её друзей в Японии, — шестерёнки в голове Миллиана быстро крутятся, стараясь придумать хоть что-то адекватное, что может сойти за правду. За годы практики сознание автоматически генерирует правдоподобную брехню, которой будет достаточно, чтобы Миньярд отвязался. Но тот явно не собирался просто так отвязываться.

— Сколько тебе тогда было?

— Не знаю... одиннадцать или двенадцать, — Мил неуверенно глядит на Миньярда, который, нахмурившись, смотрит в одну точку на книге. В его голове тоже крутятся шестерёнки, мечутся мысли в попытке сопоставить известные факты с только что полученными. На взгляд Аарона, картина вообще не сходится, слишком уж много противоречий, которые не возможно было соединить в пазл.

— А когда погибла ваша мама? Что, говоришь, с ней случилось? — Миллиану совершенно точно не нравится тон Аарона. Миньярд словно ведёт допрос опасного преступника, который наконец-то начал раскалываться, а это было плохо. Очень плохо.

— Несчастный случай в две тысячи пятом. Машина взорвалась. Мы успели выскочить, мама — нет, — Миллиан наконец-то может спокойно выдохнуть, потому что на подобные вопросы у них с братом уже были готовые ответы. Но шестое чувство ему подсказывало, что только что Мил своими руками выкопал себе яму и он оказался прав.

— Я не помню, чтобы в новостях были подобные ситуации.

А вот теперь сердце Мила действительно останавливается. Он осторожно достаёт из специального кармашка на штанах короткий нож и принимает вертикальное положение. Он подумывает о том, что раз Эндрю одарённый, то могло бы случится так, что у Аарона проявятся отголоски способности? Они близнецы, так что это вполне возможно. — Было что-то про пожар в Айдахо, наводнение в Фениксе и мелкие преступления. А где это было?

— Сиэтл, — Аарон поворачивается к Милу, когда слышит изменение в его голосе. Он стал более холодным, даже предупреждающим, с нотками угрозы. Нахмурившись, Миньярд выуживает из памяти новостной заголовок, который на то время не особо его заинтересовал. Но теперь пазл начал потихоньку собираться.

— Там же заметили Балтиморского Мясника. Его задержали на пути в Сан-Франциско. Это как-то...

— Не смей продолжать эту мысль. — Мил за секунду оказывается рядом с Аароном, чтобы закрыть ему рот. Даже будучи привыкшим к переменам настроения Эндрю, Аарон не успевает отследить скорость перемещения Мила, пребывая в шоке, когда у его горла оказывается холодное лезвие ножа. Все, что он сейчас может, так это смотреть в карие глаза напротив, в которых бурлила злость вперемешку со страхом. Он так же улавливает проблеск зелени, убеждаясь в своей теории о том, что оба брата носят линзы. — Забудь об этом разговоре. Даже не думай развивать эту тему, понял?

— Но...

— Миньярд! Это не твоё дело, не суй сюда нос. Тебе ясно? — Мил прищуривается, смотря прямо в янтарные глаза напротив, которые буквально взрываются любопытством. Ну, конечно, Аарону пиздецки интересно совать нос в чужие дела. Это значит, что он будет либо докапываться с вопросами до Миллиана, либо искать ответы самостоятельно, и одному богу известно, к какому тогда выводу он придёт. — Пойду поищу брата. Ложись спать, книжный червь, завтра рано вставать, — с трудом оторвав взгляд от наполненных интересом глаз Миньярда, Миллиан выходит из палатки и буквально бежит в сторону палатки «экси-наркоманов». Ему срочно нужен Нил.

Мил уже сто раз пожалел о том, что открыл рот. Пускай ничего особенного он не сказал, но даже этого достаточно, чтобы сложить два и два. Аарон умный парень, умнее многих знакомых Мила, и он не сомневается, что Миньярд сложит пазл. Это очень и очень плохо.

— Абрам! — Миллиан буквально залетает в палатку, однако единственного, кого он видит, так это Кевина, смотрящего очередной матч Троянцев. — Где он?

— Гуляет, наверное, ты же его знаешь, — Дэй пожимает плечами, вытаскивая наушник. — А что случилось-то? Выглядишь так, словно Наследник лично пришёл за вами.

— Да тьфу на тебя, Дэй! — Миллиан машет руками, вздрагивая всем телом, словно от сильного разряда тока. — Совсем сдурел такое говорить? А вдруг Он услышит?

— Каким образом? Господин Морияма влиятельный, но не настолько, — Кевин скептически приподнимает бровь, смотря на младшего Веснински как на дурака. Тот в удивлении поднимает брови, из-за чего его глаза забавно округляются. Оказывается компания Нила на Дэя очень даже хорошо влияет. Он поднимается со своего места, прихватив толстовку, и вместе с Милом выходит на улицу. — Пойдём искать нашу потеряшку. Навряд ли он сбежал без тебя.

— Он, наверное, в лесу.

— Тогда иди туда, а я по опушке пройдусь.

***

Нил не может понять, сколько он просидел вот так с закрытыми глазами. Возможно, пару минут, а возможно, и час, но то, что он узнал, перевернуло его сознание. Голова нещадно болит, а слёзы неконтролируемо бегут по худым щекам. Стерев солёные дорожки рукавом кофты, Джостен смотрит вниз. Он видит там брата.

— Нахера ты туда залез, идиот? — Мил стоит в своей излюбленной позе осуждения, скрестив руки на груди. Нил только коротко усмехается и спрыгивает вниз.

— Почему не спишь? Что-то случилось? — Нил озабоченно сводит брови к переносице, в то время как Миллиан нервно оглядывается.

— Меня напрягает Аарон, — вздохнув, Мил засовывает руки в карманы и садится на поваленное дерево, которое стояло недалеко от них. Нил садиться не спешит, остановившись напротив брата в ожидании продолжения. — Он начал интересоваться нашим прошлым. Слишком уж правильные вопросы он задаёт, и мне это не нравится.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, — Мил поджимает губы, поднимая серьёзный взгляд с земли на старшего, — что ещё немного — и он докопается до правды. Аарон уже понял, что Балтиморский Мясник имеет к нам какое-то отношение, Абрам. Нельзя допустить, чтобы он копал дальше.

— Ты прав. Это плохо, — воздух в лёгких Нила резко заканчивается, когда Миллиан высказывает своё предположение. Мозг принимается быстро обрабатывать полученную информацию, обдумывать возможные ветки событий и варианты решения этой проблемы. — Нельзя допустить, чтобы он поделился своими мыслями с близнецом. Аарон умный, но он не так опасен для нас, как Эндрю. Если они вдвоём начнут думать над этим, то нам конец.

— Что ты предлагаешь?

— Я не знаю. Изменять мысли сложно, а воспоминания опасно. Аарон знает про мою способность, и если его размышления внезапно поменяют свой ход или воспоминания исчезнут, то он всё поймёт. Надо что-то придумать. Что ты ему сказал?

Слушая пересказ брата о разговоре с Аароном, Нил хмурится только сильнее. С одной стороны, Миллиан действовал в ситуации, для которой они не придумали красивой и правдоподобной лжи, но с другой — его действия дали понять Аарону, что он двигается в верном направлении. — Я придумаю что-то. Готовься к тому, что нам придётся уехать.

— Надеюсь, это крайний случай? — на этот вопрос Нил предпочитает не отвечать. Миллиан и сам понимает, что это самый оптимальный выход из ситуации. Они никогда настолько сильно не сближались с людьми. Вполне ожидаемо, что кто-то начал копать под их прошлое. Побег — лучшее, что можно сейчас сделать.

— Идём, а то ещё заметят, что нас нет.

***

— Что за?!.. — Нил подскакивает, когда в голову без стука врывается звонкий голос Рианны. Кевин, которому прилетел пинок от Джостена, тоже вскакивает и с полным непониманием принимается крутить головой.

— Выключи это дерьмо! — разъярённый тон брата даёт понять, что не он один не понимает, что тут происходит. Через секунду слышатся бодрые голоса Дэн и Мэтта, которые объясняют абсолютно всё.

— Эй вы, поднимайтесь живо! — издав жалобный стон, Нил падает обратно, закрывая уши подушкой. За что ему всё это...

Когда Лисы вышли на улицу, Дэн объявляет о том, что отдых отдыхом, но зарядку и разминку никто не отменял. Как выяснилось, Кевин был с ней полностью согласен, и, на удивление, Ники тоже перешёл на сторону тьмы. Узнав это и окрестив их предателями, Нил берёт под ручку брата и вместе с ним отправляется пить кофе. По их скромному мнению, которое никто не спрашивал, утро не может начаться без этого волшебного напитка. И нет, осуждающие взгляды капитана и Дэя никак не мешают их диверсии, к которой присоединяются близнецы и Сет с Элисон.

— Доброе утро спортсменам! — когда кофе вот-вот должен был свариться, к ним подходят «переведённые». Они слишком бодрые для шести утра, чем ужасно бесят собравшихся у костра сов.

— И вам не хворать, — Мил вяло машет рукой, удобно устроившись в объятьях Элисон, которая досматривает свои сны, лёжа на плече Сета. Гордон же стеклянным взглядом смотрит на огонь, ведя диалог с Нилом, понятный только им двоим.

— Какие-то вы вялые. Разве спортсмены не встают в пять утра на свои тренировки? — Дазай садится рядом с Миллианом, получая три ненавидящих взгляда за своё высказывание.

— Вон там, — Гордон показывает на поляну за своей спиной, где сейчас проводится разминка под руководством Кевина Дэя, — спортсмены. Мы лишь невольные участники этой клоунады.

— Будет тебе, Сет, тебе же нравится эта клоунада, — Нил пихает Гордона под рёбра, разливая горячий кофе по кружкам и передавая их владельцам. — Толкни Элисон, будь другом.

— Рэйнолдс, вставай! — Сет, будучи всё ещё одной ногой во сне, воспринимает просьбу Джостена буквально, чуть ли не столкнув Элисон с бревна.

— Гордон, ты охренел?! — за свою ошибку Сет расплачивается подзатыльником. — Ещё раз так сделаешь, я тебя убью! Спасибо, дорогой, — сменив гнев на милость, Рэйнолдс улыбается Нилу, взяв две кружки, одну из которых она передаёт Милу.

— А где остальные? — вернувшись на своё место, Нил оглядывается в поисках остальных псов, но, увы, не находит их.

— Предпочли завтрак в столовой, — закатив глаза, Осаму наливает кофе и себе, оглядываясь на шум сзади. — Что там происходит?

— М? — Лисы оглядываются и как один закатывают глаза. — Кевин гоняет Лисов, ничего нового.

— Ставлю пять баксов на то, что он убьёт Ники, — Гордон пинает рядом сидящего Нила, привлекая его внимание к цирку.

— Ставлю десятку на то, что Ники свалит раньше, — пожав Сету руку, Джостен с интересом наблюдает за хаосом на поляне.

— Зачем вы делаете ставки? Разве не надо их разнять? — Дазай искренне не понимает взаимоотношений между Лисами, но ему интересно разобраться в них, поэтому он считает своим долгом закидывать преимущественно Нила вопросами о каждом неясном ему моменте.

— Фишка Лисов в том, чтобы делать ставки на любое нелепое происшествие. Итог драки, отношения, учёба, игра и так далее. Победителю — всё, проигравшему — ничего, — вместо брата отвечает Миллиан, прекрасно понимая, что Нил не горит желанием общаться с Дазаем.

— В прошлом месяце я сорвала неплохой куш на ставке. Было очевидно, что наш дорогой Аарон все же решится пригласить Кейтлин на бал, — Элисон картинно вздыхает, скашивая взгляд на нормального близнеца, который настолько ушёл в мир биологии, что не услышал вопроса. Зато его слышит Эндрю, который мирно лежит на противоположном бревне и, кажется, спит.

— Следи за собой, Рейнолдс.

— А то что? — Нил оглядывается на Миньярда, вздёргивая бровь. Эндрю нечитаемым взглядом смотрит в глаза Нила. Атмосфера между ними леденеет за считанные секунды, провоцируя волну мурашек у всех, кто за ними наблюдал. Мил предпочитает отодвинуться подальше, чтобы его не задело в случае новой драки, а вот Сет и Элисон лишь переглядываются, уже забыв про Кевина и остальных — здесь поинтереснее. — Не угрожай им, Миньярд.

— А не то что? — Эндрю усмехается в своей обычной манере, в то время как глаза Нила на мгновение вспыхивают. Мил знает, что значит это мимолётное свечение, и едва сдерживается от того, чтобы не стукнуть брата.

— Hör auf.Прекрати.

— Aber ich tue nichts,Но я ничего не делаю. — Джостен склоняет голову к плечу, внимательно смотря в карие глаза. Взгляд Миньярда прикован к Нилу словно к чёрной дыре, медленно поглощающей его. Головная боль пока терпима, но с каждой секундой она усиливается. Видно, что Джостен не шутит, а серьёзно предупреждает не лезть к Лисам, показывая, что будет, если Миньярд сунется.

— Verschwinde aus meinem Kopf, du Idiot!Уйди из моей головы, придурок!

— Абрам, — Нил хотел было надавить сильнее, чтобы увидеть новую гамму эмоций, но ему мешает рука, внезапно появившаяся на плече. — Не хочешь пробежаться?

— Да, погнали, — Джостен нехотя поднимается с насиженного места и идёт следом за Кевином, не обратив внимания на то, с каким облегчением выдохнул Мил.

***

— Что у вас там произошло? — Кевин решает заговорить лишь спустя пятнадцать минут молчанки. Нил только фыркает, закатывая глаза, и продолжает молчать. Дэй прищуривается, понимая, что Джостен скрывает нечто любопытное, и толкает его в плечо, чтобы привлечь внимание. — Эй, мне интересно!

— Отвянь, Дэй. Ничего занятного не произошло, — Нил толкает в ответ, но тень усмешки всё равно не ускользает от внимания Дэя.

— Я по лыбе твоей вижу, что произошло. Вы опять с Эндрю погрызлись? Из-за чего на этот раз? Ты же знаешь, я не отстану!

— Боже, ты хуже Мила. Да, мы опять погрызлись, в этом нет ничего удивительного, — Кевин понимающе кивает, однако даже не пытается скрыть смеха. Даже пинок от Нила не отменяет его веселья, из-за которого спустя пару минут Дэй останавливается, а после падает на землю в приступе хохота.

— Прости, прости, Нил, просто это так забавно! — что именно в этой ситуации кажется Кевину забавным, Нил никак не может понять, да Дэй и не спешит пояснять. — Вы как малые дети, которые не могут определить, кто главный в песочнице.

— Я тебя закопаю, Дэй, прямо здесь, если не заткнёшься!

— Нил! — Кевин картинно вздыхает, хватаясь за сердце. — Разве можно убивать друзей?

— Мы не друзья, — Нил складывает руки на груди, наблюдая за театром одного актёра.

— Ты разбил мне сердце!

— У тебя его нет, так что переживёшь. Вставай, Дэн решила собрать всех, — и, пнув Кевина напоследок, Нил уходит к остальным, чтобы, как выяснится позже, принять участие в коллективном суициде, а точнее, купании в озере. И никого совершенно не волнует тот факт, что вода холодная. Одно дело, когда Нил с братом там ныряют, ведь они закалённые, да и не в первый раз в ледяной воде плавать, но совсем другое — смотреть, как морозятся остальные Лисы.

К слову, не все настолько сумасшедшие, чтобы лезть в воду. Близнецы вместе с братьями Джостен сидят себе тихо-мирно на бережку и наблюдают за водным побоищем: бедного Кевина Ники с Элисон и Сетом решают утопить, но он героически отбивается, плескаясь водой, словно пятилетний ребёнок; Мэт, Дэн и Рене как звёздочки, поддерживаемые водой: они переговариваются о чем-то своём и периодически смеются. Японцы же не отстают от первой группы — Дазай снова ведёт разговоры про суицид, Чуя грозится самолично его утопить, а вот Акутагава и Ацуши решают, кому помогать — своим или Кевину.

— Не любишь воду? — Миллиан опускается на песок рядом с Аароном, передавая ему баночку энергетика.

— Скорее температуру. Не хочу подхватить бронхит или что похуже.

— Но их это, похоже, не волнует, — оба одинаково вздыхают, а в их глазах буквально можно прочесть «идиоты». Видимо, только они понимают, чем может обернуться купание в холодной воде. Радует лишь то, что погода хорошая и совсем нет ветра.

— Они придурки, нечего сравнивать, — согласно покивав, Мил обращает внимание на учебник, который читал Миньярд. Даже на отдыхе он не может оставить своего внутреннего книжного червя дома, едва не заснув с книгой в обнимку. Подсев поближе, Миллиан заинтересованно пробегается по строчкам, отдалённо припоминая, что это такое. — Не знал, что педиатру необходимо знать строение насекомых. Или ты решил в ботаники податься?

— Это для общего развития. И вообще, что тебе надо? Свали в туман и не отсвечивай, — но Мил не уходит, продолжив читать на удивление интересную книжку.

Часа через два Лисы всё-таки выбираются на берег. Все мокрые, уставшие, но ужасно довольные, ребята отправляются переодеваться, а тех, кто находится на берегу, просят развести костёр. Близнецы сразу сваливают к себе в палатку, оставив добычу огня на Джостенов, а те и не против. Немного поругавшись по поводу оформления костра, братья достаточно быстро справляются с поставленной задачей и готовят для всех горячий шоколад. Надо сказать, Лисы признательны им (и даже Эндрю, хоть он этого и не говорит).

Когда все отогрелись, Кевин и Элисон тащат их играть в гольф, а потом Ники придумывает какую-то игру и ещё кучу-кучу разных занятий, за которыми незаметно пролетает день, за ним второй и третий, и Лисы даже не замечают, как приходит время возвращаться в Пальметто.