Убейте меня
Просыпается парочка уже вечером, Хосок снова говорит приготовить им с Юнги еду, на этот раз парочка решает покушать. Слуги приносят еду, которую забирает Хосок, еда размещена на небольшом переносном столике, альфа становит этот столик на кровать, живот Юнги чувствует аромат еди и так жалобно урчит прося пищи. Хосок также забирается на кровать, начиная кормить возмущённого Юнги, тот противиться говорит, чтобы Чон сам покушал, иначе Мин обидится делает вид что уже обиделся, Хосок обиженного котёнка слушается и также начинает есть салат и вкусное приготовленное мясо, запивая всё это вином.
— В меня больше не влезет, — гладя уже немного округлый животик Юнги.
— Не переживай, я влезу, — хитро подмигнул Чон, забирая уже пустой столик отставляя его на пол, немного в сторону, чтобы не мешал.
— Ццц… умеешь испортить момент, — отворачивается Мин подтянувши одеяло више так как он голий, сложа ручки на груди делает губки бантиком, продолжает игнорировать Хосока.
— Ты такой умопомрачительный, неси ответственность, за моё сердце, — Чон кладёт голову на бедра омеги смотря тому в глаза. Юнги после услышанного зависает, и переводит взгляд на альфу, он не понимает, услышал это, или ему послышалось.
— Что…? — как-то растерянно спрашивает Юнги.
— Моё сердце, ещё с первой нашей встречи лежит у твоих ног, оно принадлежит только тебе одному, береги его, — с улыбкой полной любви говорит Чон, взгляда от глаз омеги не отводя. — Я люблю тебя, — произносит с улыбкой на устах.
Юнги зависает, ему хочется расплакаться, нет он не слабый, но это признание слишком неожиданно, Хосок застал его врасплох, и своими словами дотронуться до его сердца, которые кстати принадлежат Хосоку с того времени, как Мин впервые открыл глаза, ещё там в гареме в купальне и впервые, увидел того, о ком легенды слогают.
— И я тебя, — улыбается Мин нагибаеясь, чтобы получить поцелуй, и он его получает, Хосок приподнимается в ответ и целует, во время поцелуя Мин снова облягает на кровати, а Хосок нависает сверху целуя со всей нежностью и любовью, медленно стягивает с Мина одеяло обнажая того, также обнажённый Чон нависает на парнем, не развивая поцелуй разводит его ноги и заполняет парня изнутри, начиная медленно двигаться, в этот раз оба двигаться медленно, с любовью и нежностью стараясь запомнить каждую минуту.
Всю течку Хосок проводит вместе с Юнги в своих покоях, Юнги за всё дни в прямом смысле затрахали. Юнги простить Императора отпустить его повидаться с единственным другом, Хосок отпускает омегу, но вместе с несколькими воинами. Юнги приходит к поместью, в котором живёт Генерал вместе с Джином, и встречает Джина у пруда, он палкой тянет к себе водяные лилии, но те не поддаются. Юнги улыбается сосредоточенному другу, давно они не виделись.
— Джин~а оставь бедных цветов в покое, — произносит Юнги видя как замирает друг, бросает, куда-то свою палку и поворачивается к нему.
— Юнги~я, — улыбается Джин идя к другу, Юнги также подходит и сгребает того в объятия.
— Вау, мне не кажется, — улыбается Мин отстранившись, от друга смотря на ещё даже незаметный животик. — Джин~и ты ждёшь малыша, — Джин улыбается и кивает, в глазах Юнги звёздочки прыгают, он с таким восторгом в глазах сейчас прикладывает руку к его животу и пищит.
— Я стану дядей, — улыбается Юнги, так нежно поглаживая животик Джина. — А скоро, он родится? — перевод взгляд на Джина.
— Да, он ещё совсем маленький, ему только 4 недели, — смеётся Джин.
— У малыш расти быстрее, я буду ждать тебя, — обращаться Юнги к животику в котором уже живёт новая жизнь.
Джин смеётся и уводит друга в поместье, предлагая ему чай.
— Ну как? — спрашивает Джин.
— Что как? — не понимает Мин и пробует чай.
— Как Император в постели? Понравилось? — чай раннее випитий Юнги оказывает на полу, Юнги выплёвывает его как с пульвиризатора.
— ДЖИН, — возмущается красный парень. — А тебе откуда известно? — вдруг спрашивает Юнги.
— Да весь город об этом только и говорит, ваши стоны всем спать мешали, — смеётся друг.
— Убейте меня, — прячет лицо в ладонях Юнги. — Боже, как стыдно.
— Да ладно тебе, они же завидуют, вот и всё, — смеётся Джин.
Парни весь день провели вместе, много разговаривали, смеялись, Юнги узнал, что генерал Императорского войска, очень неуклюжий ломает всё к чему прикоснётся. А ещё что Намджун очень любит Джина, Джин смущается об этом рассказывать, но всё-таки говорит, как альфа о нем заботится. Мин увукает, и говорит, что Джину очень повезло, также, как и Намджуну. Добавляет, что они отлично смотрятся вместе, а также говорит, что их ребёнок непременно будет умным, красивым и сильным как и его родители, на что Джин смущённо улыбается.
— Уже сверкает, мне пора, — поднимает голову к небу Мин, они сейчас на улице, гуляют возле поместья генерала, ведь Джину и малышу свежий воздух полезен.
— Пока, — обнимает друга Мин. — Пока племяшик, — присел на корточки и помахал животику, как будто малыш его видит.
— Приходи чаще, — улыбается Джин, уходящему другу.
— Хорошо, постараюсь, — Мин машет напоследок, перед тем как выйти за стены поместья Генерала.
Юнги накидывает на голову накидку, ведь дорога обратно в дворец состоит через главную площадь, а Юнги и так стыдно, не всё конечно знают омегу Императора в лицо, но всё же.
Юнги идёт впереди, за ним следуют два воина, Юнги разглядывает прилавки с разными товарами, и улыбается, засмотревшись на прилавок, с заморской тканью, Юнги не замечает человека спереди и врезается в него.
— Куда прёшь, глаза на лоб вылезли, — поворачивается мужчина с огромным пузом, по его одеяниях можно понять, что он не из бедных.
— Простите, — низко уклонился Юнги, и попытался уйти.
— Айщ, нищеброд, — мужчина схватил Юнги сзади за одежду, врезал пощёчину, и бросил на землю, от чего накидка Мина сорвалась и так же упала на землю.
— Вах, а ты похоже не просто нищеброд, наверное омега из дома кисен, — с ухмылкой сказал мужчина. — Тогда я к вам зайду куплю тебя на ночь и поучу манерам, — смотрит с высока мужчина, и так гадко улыбается, все вокруг собрались, посмотреть разборки, Юнги не понимает куда делись воины которые должны его охранять, решает не ждать от них помощи, а действовать самостоятельно. Мин не вставая с земли, ногой бьёт альфу прямо по его бубенцам, некоторые смотрят на это зрелище с восторгом, отмечая что у парня отличная растяжка. Мужчина сгибается, и шипит от боли.
— Ах ты ж тварь, жить надоело, — мужчина заносит руку для удара, Мин уже готовится к ответному удару, вспоминая всё приёмы которые, он знает. Но руку занесенную мужчиной в воздухе охватывает кнут, Юнги не понимает, кто и откуда. Но этот кто-то тянет за кнут, и мужчина валится на землю.
Весь народ поворачивается к обладателю кнута, так как Мин сидит на земле ему не видно кто это, в следующую минуту люди расступились и Юнги увидел генерала на коне, с тем самым кнутом в руке. Но ещё больше удивляется омега, когда возле генерала появляется, ещё одна лошадь с Императором.
Юнги смотрит прямо в глаза своего могущественного альфы, и понимает в каком состоянии, его застали, опускает голову и прикусывает губу.
— Не вежественно, поднимать руку на омегу, — начинает Хосок переводя злой взгляд, хоть и старается выглядеть невозмутимо, смотря на мужчину который лежит на земле, но думает, что под землёй ему бы было лучше.
— Ваше Величество, — присаживается тот альфа на колени. — Этот омега, — указывает пальцем на Мина, а Хосоку очень хочется отрубить этот палец. — Он ведёт себя не подобающе, начал ко мне приставать и соблазнять, я хотел его наказать, и преподать урок, — оправдывался мужчина.
Юнги его не слушал, он не хотел, чтобы Чон видел его в таком жалком состоянии, если бы можно было исчезнуть, Юнги бы исчез, чтобы не чувствовать на себе этот прожигающий взгляд. Но последние слова этого наглого мужчины приводят Мина в сознание, его глаз начинает дёргаться, он сжимает в руках землю, и переводится взгляд на наглеца. Хосок не вмешивается, и Намджуну не позволяет, интересно, что же сделает омега. Юнги, упирается рукой в колено и поднимается на ноги, испепеляя этого жирдяя взглядом.
— Это когда, я тебя соблазнял, кусок говна, — Юнги снова бьёт мужчину в пах, а за тем знакомит его лицо со своим коленом .
— Разве не знаешь, что врать не хорошо, — цедит сквозь зубы Мин, он бы его обматерил, но не хочет показаться, не воспитанным.
— Ах ты ж, — заносит руку для удара мужчина, но её снова перехватывает кнут генерала.
— Не смей поднимать руку на омегу Императора, — холодным тоном говорит Намджун.