Безумие

Просыпаюсь, чтобы поцеловать тебя, но рядом никого нет,
В воздухе всё ещё витает аромат твоих духов.
Это трудно.
Вчера мне показалось, что я увидел, как по квартире передвигается твоя тень,
Забавно, что в этом старом городе всё остается без перемен.
Мы так далеко от звезд

This town(c)

Итан

Я никогда не считал свою жизнь идеальной, но всегда пытался создать иллюзию того, что считаю её именно таковой. Я просто хотел, чтобы мне завидовали сверстники, чтобы мной кто-то гордился и восхищался, чтобы моё имя было у каждого на языке. Я хотел иметь все, что только могу пожелать. И все это я захотел, когда увидел одну единственную девушку. И нет, ничего не изменилось. Мне казалось, что сделать её счастливой - единственный смысл моего существования.  По крайней мере мне так казалось в те годы.
Мне казалось, что я буквально создан, чтобы любить эту прекрасную девушку. Она была идеальной почти во всем: её идеально карие глаза, ровная осанка, модельная походка, то как она разговаривала с людьми - все было в ней идеально. Я питал слабость к идеальным вещам.
Машины, дома, люди. Но я никогда не задумывался о внутреннем содержании идеальной обложки.
Даже после того, как Сайли ушла, и я узнал что она больна и теперь лежит в психушке, я все равно считал её идеальной.
Я понимал, что живу не правильно, но не знал, что делать с этим. Как двигаться дальше? Я понятия не имел, продолжал играть свою роль идеального парня, капитана баскетбольной команды, тусовщика, ненавидящего математику, совсем не читающего. Но я был не таким и почему-то всегда боялся себе в этом признаться.
По вечерам, сидя в одиночестве в своей комнате, я играл на гитаре, пел свои любимые песни, читал любимые книги, чтобы убежать от реальности, работал онлайн на фирму-конкурента моего отца.

Но потом я познакомился с ней.
Лаванда Фэйлин - девушка, поменявшая мои взгляды на жизнь.
Я никогда не был заинтересован чужими проблемами, если только это не член моей семьи. Я никогда не останавливался, если слышал, что кто-то плачет, меня никто, кроме самого себя не волновал.
Я был эгоистом, козлом, мудаком - это можно называть по-разному.
Но мне никто и никогда не объяснял как нужно правильно жить., Никто не даёт тебе инструкций по применению твоей жизни, никто не проводит с тобой бесед, прежде чем ты должен вступить в жизнь.
Да, нам с детства объясняют, что хорошо, а что плохо, как делать нужно, а как не следует. Но суть в том, что ты сам должен принимать судьбоносные решения, сам говорить нужные слова и делать важные звонки, никто не подскажет тебе куда идти и кем тебе быть. Именно поэтому, мне кажется, я - идиот, все это время шёл не туда. Я шёл не в ту сторону, но пришла Лав, взяла меня за руку, усмехнувшись, и сказала:

«Дурачек, зачем же ты идёшь за толпой? Если все идут в ту сторону, не значит, что это и твой путь тоже».

И она повела меня в противоположную. Но она шла позади, лишь советуя мне что стоит делать. И все, что она говорила это: «Просто будь настоящим».

И я влюбился именно в это. Она принимала меня таким, какой я есть.
Лаванда всегда видела меня насквозь. Она знала, что я абсолютно беспомощен и не знаю как и что мне делать со своей жизнью. Но она не смеялась, а просто улыбалась, пожимая плечами. Она принимает мои недостатки, но свои ненавидит.
Она считает, что является одним сплошным ходячим недостатком.
Она научила меня принимать себя таким, какой я есть, но себя принять не может. И обнимая её каждый раз, мне хочется показать, что я люблю её такой, какая она есть. Я не знаю почему я полюбил её и в какой момент это произошло. Но осознал это лишь когда понял, что могу потерять её. И сейчас держа её руку в своей, чувствуя, как быстро бьётся её пульс, я понимаю, что она - то ради чего стоит продолжать двигаться. Нет, это не очередная девушка из которой я делаю себе идола. Лаванда не пытается изменить меня, вот почему она мне так нужна.
Мне больно видеть как она срывается, как ею завладевает паника. Но если ей помогают поцелуи со мной, я готов быть её лекарством. Когда мы возвращаемся обратно в зал, Лав говорит, что ей нужно умыться, и мне не стоит её ждать. Я отпускаю её руку и иду в направлении к залу.

- Итан, - сердце замирает, когда Лав зовёт меня, и я спешу развернуться. Она открывает рот и хочет что-то сказать. Мне почему-то кажется, что я знаю что именно, а может я просто хочу это услышать.
Ну же, Лав, давай, я знаю, что ты можешь.
Просто скажи это, пожалуйста.

- Да?

Она закусывает губу, нервно переминаясь с ноги на ногу.

- Скажи Люку, пусть много без меня не пьёт, мы напьемся сегодня вместе, - она поджимает губы, и я улыбаюсь ей.
- Хорошо, - я кидаю на неё последний взгляд, разворачиваюсь и иду обратно в зал.
Приятная, медленная музыка заполняет все пространство, я подхожу к нашему столу, ловя взволнованный взгляд карих глаз Эбби и пытаюсь ей улыбнуться.

- Все нормально, она сейчас придёт, - Эбби кивает, облегчённо выдыхая. - Люк, Лаванда просила тебе передать, чтобы ты много не пил без неё, она хочет, чтобы вы напились вместе.

Люк улыбается и ставит стакан с виски обратно на стол, откидываясь на спинку стула.
Мой взгляд падает на того самого мужчину, и я задумываясь почему Фэйлин ни с того ни с сего накинулась на него? Его серые глаза напоминают пасмурное небо в грозу, а толстые пальцы держат дорогую сигару. Его взгляд сталкивается с моим, и он поднимает бокал пива ухмыляясь мне. По спине бегут мурашки, и я не понимаю от чего. Его взгляд вызывает во мне отвращение, и я никак не могу себе это объяснить.

Уже три песни сменили одна другую, а Лаванды всё нет.
Я поднимаю взгляд, и понимаю, что волнуюсь об этом не только я.
Эбби нервно закусывает губу, ковыряясь вилкой в своём салате.
Люк то и дело осматривает толпу, а я сижу на стуле, нервно теребя белоснежную скатерть.

- Я пойду проверю, где она, - Эбби резко поднимается со стула и спешит в сторону туалета.
Её фигура быстро исчезает в толпе, и мы с Люком переглядываемся.
Моё сердце бьётся очень быстро, и мне кажется, что оно в любую секунду может выпрыгнуть из груди.

Не знаю, сколько проходит времени, но я поднимаюсь со стула и иду в том направлении, куда несколько минут назад ушла Слоу.
Я слышу, что Люк окликает меня, но не могу остановится: ноги сами меня несут к мрачному коридору.
Эбби идёт ко мне на встречу, на её лице я вижу застывшее беспокойство.

- Её нигде нет, и что самое ужасное, твоей машины тоже, - девушка почти задыхается, когда говорит эти слова, и моё сердце замирает.
- В смысле? - Люк смотрит на свою девушку. - Но ключи ведь у Итана и машину бы никто не угнал, да?

Я сую руку в карман пиджака, где до этого были мои ключи, и когда не обноруживаю их, меня охватывает паника.

- Она достала их, когда мы целовались, - меня словно осеняет, и к горлу подступает ком чертовых слез. Она могла задумать все, что угодно. Она так целовала меня... Будто прощалась. - Чёрт!

Я резко разворачиваюсь, собираясь найти Роба, но к моему счастью он стоит прямо тут, словно знал, что я буду в нем нуждаться.

- Итан, где Лаванда? - он спрашивает, но не даёт мне ответить. - Мне звонил Оливер, сказал, что соседи сообщили ему о пожаре в их дома
- Ч-что? - мои колени трясуться, и мне кажется, я вот-вот упаду на пол. - Лаванда угнала мою машину, и...
- Ты думаешь, что она сожгла свой дом? - Люк обращается ко мне, и наши с Робом взгляды сталкиваются.

Она больна... Хочу я признать это или нет, но это так. И она что-то задумала. И меня вдруг посещает самая ужасная мысль на свете...

- Что, если она сожгла дом и саму себя? - Мой голос дрожит, и Роб достаёт ключи из кармана.
- За мной, - он командует, и я с трудом, но следую за ним к выходу.

Мы буквально бежим к его черному "Седану". Сердце то бьётся слишком сильно, то замирает, причиняя физическую боль.
Страх обуздал все моё тело, хочется закричать так громко, чтобы услышал весь мир и тот, кто пишет сценарий моей гребанной жизни.

«Пожалуйста, пусть она будет в порядке...Пожалуйста»

В машине стоит полная тишина, и это раздражает. Каждый погружен в мрачные мысли, но каждый из нас надеется на лучшее. Когда машина подъезжает к дому Фэйлин, нашему взору открывается страшное зрелище. Дом больше не похож на дом - это словно огромный факел, не видно даже крыши, лишь оранжевые языки пламени и чёрный дым.
Тут стоит несколько пожарных машин, они все бегают в панике, пытаясь потушить огонь.
Люди из соседних домов вышли поглазеть на огненное представление.
Роб реагирует быстрее всех, выбираясь из машины, и идёт к мужчине в форме, который всеми командует. Следом за отчимом выходит Эбби, на её лице застыли страх и шок, а затем и Люк.
Я продолжаю сидеть на пассажирском сидении, вжавшись в спинку.

«Пожалуйста, пусть её там не будет. Я умоляю Тебя».

Моя мама всегда рассказывала о Боге, как о ком-то Величественом, кто заправляет моей судьбой и решает кто и когда должен появится в моей жизни. И я, возможно, верил в Него, но никогда не молился. Но сейчас я готов делать это, лишь бы её там не оказалось.
Она заслуживает жить.

Я выхожу из машины, и ко мне подходят Роб и Люк.

- Её там нет, - я с облегчением выдыхаю, и моё сердце ускоряет темп.
- Где же она тогда?
- Соседи говорят, что видели, как она шла на остновку...
- Итан, твоя машина, - Эбби окликает меня, привлекая наше внимание. Моя чёрная «Бугати» стоит недалеко от дома Лаванды.
Я иду к машине, и замечаю, что Эбби держит в руках маленький свёрток и белую ткань.

- Что это?
- Это было на ветровом стекле, - она протягивает мне, глядя на меня с жалостью.
Я узнаю свой платок, что дал ей однажды, когда встретил её в коридоре школы, у нее был разбит нос, а еще она была жутко упрямо. На платка остались капли её крови...

«Мне жаль, что я взяла твою машину... Мне жаль, что я заставила тебя нервничать. Мне жаль, что я собираюсь сделать это - разбить тебе сердце.
Прости меня, если когда-нибудь сможешь. И прости за платок, он не отстирался.
Мне так жаль, что я появилась в твоей жизни, Итан...»

И больше ничего.
Мои руки трясуться, а глаза обжигают слёзы. Она не может.
Я должен её спасти.
Думай, Хантер. Куда она могла...

- Я знаю, где она! - я быстро бегу к машине Роба, и на этот раз сажусь за руль. Друзья и отчим спешат забраться в машину, и я резко трогаюсь с места.

Она ещё жива. Она должна быть жива. Я должен её спасти.
Я давлю на газ со всей силой, что есть в моих ногах, выжимая из старой машины всю её скорость.
Надо было сесть в свою.
Когда мы доезжаем до клиники, я не уверен в том реален ли я вообще.
Я быстро выхожу из машины, и буквально бегу ко вхожу в клинику. , от которой исходит слишком яркий свет. Пытаюсь мысленно примерить: быстрее по лестнице или на лифте? Прихожу к выводу, что лифт быстрее доставит меня на двадцатый этаж, поэтому нажимаю на кнопку вызова. В холле появляются Эбби, Люк и Роб, но они не успевают добежать до лифта. Дверь закрывается, а я не собираюсь терять время на то, чтобы ждать их.
Время течёт слишком медленно, словно кто-то растягивать жвачку. Мне хочется закричать во все горло, когда циферблат показывает только десятый этаж.
Она не прыгнет, она не сделает это.

Я не могу дышать, лёгких словно больше не существует. Мои ноги сами несут меня к выходу на крышу, когда дверь лифта медленно открывается.
Я бегу на крышу, но здесь пусто. Никого нет. Я подхожу к выступ, где видел её пару раз, но её нет здесь. На выступ лежит лишь пара листов, вдоль и поперёк исписанных карявым почерком. На листах лежит небольшой камушек.
Мне нужно лишь пару секунд, чтобы понять, что письмо адресовано мне.

«Дорогой Итан...
Кажется так обычно начинаются прощальные письма, верно?
Пару минут назад я стояла на краю с полной решимость сделать шаг и покинуть этот мир. И я до сих пор хочу сделать это. Но я стояла, прикрыла глаза, и так отчётливо увидела твою улыбку, будто ты стоишь здесь. И услышала твой голос, даже запах твой почувствовала. А в следующую секунду перед глазами пронеслась совсем другая картинка - ты плачешь, кричишь, рвешь на себе волосы, и все это из-за меня. Впервые в жизни я задумалась над тем, что моя смерть может принести кому-то не облегчение, а боль. Я подумала об Эбби и Люке, о Роберт, даже твоей маме. И я вдруг поняла, что не имею права умирать. Я хочу, и такое чувство, словно мне это нужно. Давай будем честными, эта жизнь не для меня. С самого моего детства я борюсь с монстрами, которыми являются люди, окружающие меня. Но ты ворвался в мою жизнь, схватил меня за руку и показал, что жизнь и люди бывают другими. Я стояла здесь, готовая полететь вниз и в голове прозвучали твои слова: «Ты самый сильный воин, которого я знаю». Я вспомнила тот день, когда мы сделали тату, и вдруг поняла, что не хочу умирать, наоборот, хочу бороться, хочу чтобы твои слова стали правдой. А если я сейчас прыгну, то ты окажешься не прав и этат татуировка сделана зря.
А потом я поняла, если я хочу жить, то в этом городе мне больше не место. Тут происходили самые ужасные вещи в моей жизни, я не хочу гулять по городу и вспоминать как мне было в нем плохо. Я хочу создать новые воспоминания, хочу, чтобы меня запомнили как ту, кто боролся.
А ещё я не хочу, чтобы вокруг меня страдали люди. Я хочу уехать туда, где никто не знает моего имени. Забавно, но я взяла с собой документы. Я подумала, что когда моё тело найдут, при мне должны быть документы, чтобы все знали, что Лаванда Фэйлин мертва. Но нет, Лаванда Фэйлин будет жить.
Я знаю, что ты сейчас подумал. Я поступаю, как Сайли, да?
Но нет, Итан. Сайли было плевать. А я хочу спасти тебя от самой себя. Я хочу, чтобы ты двигался дальше, со мной или без меня. Давай вести борьбу вместе, но при этом находиться друг от друга как можно дальше. Поверь, ты будешь скучать по мне не слишком долго. Ты просто помни, что ты стал единственной причиной, почему я решила бороться.
Плевать я хотела, хочешь ты  или нет. Мы ведь оба знали, что у этой истории не может быть счастливого конца, Итан. Я не создана для счастливых концовок.
Именно поэтому я не хотела, чтобы ты привязывался ко мне, именно из-за этого я игнорировала тебя после твоего признания.
Я должна уехать, Итан, чтобы уберечь вас от себя, а себя от воспоминаний. Давай пообещаем друг другу, что ни за что не садимся, будем бороться со своими демонами. Давай победим.
Пока я стояла на краю, готовая прыгнуть, и вдруг увидела твою улыбку, я кое что поняла.
Я никогда и никого не любила. Никогда.
Даже Мелинду или свою мать.
Я не думала ни о ком, когда хотела причинить себе боль или умереть.
Потому что я знала, что когда я умру, всем будет легче.
Но не тебе. И это причина, почему я сделала шаг назад. Я потратила две лишних минуты, чтобы найти несколько листов и ручку.
Я пишу это, чтобы ты кое что знал: Я люблю тебя.
Я поняла это несколько минут назад. И именно поэтому я должна тебя оставить. Моя любовь - это как яд, в конечном итоге она убьёт либо тебя, либо меня, либо нас обоих.
Считай это письмо инструкцией по применению жизни. Я никогда не умела ею пользоваться, потому что все время держала эту инструкцию вверх ногами. Мы начинаем ценить и понимать жизнь, только когда смерть дышит нав в затылок.

Итан, я очень тебя прошу, не смей губить себя. Не начинай снова убегать от прошлого – борись с ним. Начни с простого: обрежь свои кудри.
Обязательно запиши все песни, что написал сам и отправь их на несколько радиостанций. Твой голос – самый чудесный звук, который я когда-либо слышала.
Не делай то, чего хотят другие. Следуй за своей мечтой, а самое главное: никогда не переставай мечтать. Когда умрёт твоя последняя мечта - умрёшь ты. Раньше я никогда и ни о чем не мечтала. А сейчас хочу, научиться бороться и знать, что у тебя все хорошо.
Чёрт. Я заляпала бумагу слезами.
Я давно не плакала, знаешь.
Так, у меня мало времени.
Уезжай из этого города, Хантер.
Беги так далеко, как только можешь. Поезжай в какой нибудь большой город, тебе подойдёт жизнь в муровейнике.  И забери с собой Люка и Эбби.
О, и передай им, что я желаю им счастья. Пусть сыграют свадьбу в Лас-Вегасе – это будет им подстать. Да, я уверена, что они будут вместе до скончания веков. Мне бы хотелось в это верить.

Итан, пожалуйста, не зацыклиывйся на мне, не закрывайся от родных и близких, не пытайся искать меня. Просто поверь, что я буду жить вопреки всему.
А главное, не закрывай своё сердце.
Я знаю, ты будешь боятся снова полюбить, боясь, что она снова уйдёт. Просто найди девушку с хорошим психическим здоровьем, борись со своей страстью к безумным.
Помни, что нет ничего прекрасней жизни, ты ведь сам меня этому научил.
Я всегда говорила, что жизнь – это наказание, но сейчас я поняла, что на самом деле жизнь – это чудо.
В моей душе атомная война. И я не хочу, чтобы она задела кого-то.
Особенно тебя.

Найди себе хорошую девушку. Не закрывайся от мира. Не дай демонам завладеть тобой.
Женись и заведи детей.
Но пожалуйста, не называй дочь моим именем. Даже собаку не называй. Выброс меня из своей жизни. Я не говорю, что ты должен обо мне забыть, потому что иначе, ты забудешь, что обещал бороться. Помни обо мне, и о нашем обещании, помни, что я живу где-то благодаря тебе.
Странное желание, да?
Если хочешь сохранить обо мне светлую память назови свою дочь именем, связанным с цветами. Называя её имя, ты будешь помнить, что ты обещал ни за что не сдаваться, так же как и я.
Я буду рядом с тобой, я буду думать о тебе и молиться за тебя. Всегда. Я никогда не верила в Бога, и в ангелов, пока не встретила тебя. Ты - мой ангел.
Я не очень хочу заканчивать это письмо, не хочу оставлять тебя одного, я боюсь. Но я надеюсь, что ты с держишь обещание, потому что я собираюсь сделать именно это.
Я должна уехать, Хантер. Не ищи меня, пожалуйста.  Дай счастью ворваться в твою жизнь.
Я правда люблю тебя. Ты стал светом во тьме моей жизни.
Но мне пора идти. Я буду рядом, не физически, но буду.
Помни, что ты стал моей причиной для жизни и всегда ею останешься.

С любовью. Навсегда Твоя Лав Фэйлин хх.»

На середине письма слышу, как на крышу забегают Эбби, Люк и Роб, но глаз не поднимаю. Они взволновано о чем-то переговариваются, кто-то даже окликает меня по имени, но я не в силах оторваться от корявого почерк. Она писала очень быстро, торопилась, плакала.
К концу письма вдруг осознаю, что плачу, и из-за пелены слез не могу разобрать последних строчек. В груди неприятно давит, руки трясуться, и мне невыносимо хочется закричать. Она просто уехала, оставила меня. Но она не прыгнула и обещает бороться.
Меня переполняет сейчас слишком много эмоций чтобы до конца осознать смысл письма. Роберт забирает письмо из моих рук и читает в слух. Но я не слушаю. Я смотрю вдаль, на город, утопающих в сотнях искусственных огней. Отсюда не видно района, где живёт Лав, но прикрыв глаза, я отчётливо вижу яркое пламя, которое охватил её дом. Она решила сжечь мосты перед смертью, но в конечном итоге сделала шаг назад, потому что? Потому что любит меня, потому что испугалась причинить мне слишком много боли, потому что решила бороться. Я должен её найти, должен вернуть. И в голове проносится десятки идей о том куда бы она могла поехать, и я уже собираюсь развернуться и бежать на вокзал, а Эбби и Люка послать на автобусную остановку, но оостанавливаюсь.
Я оборачиваюсь и смотрю на своих друзей и отчима, которые читают письмо с облегчением. Лаванда жива и обещает жить. Они этому рады, почему же я не испытываю радости? Я люблю её. По настоящему люблю, как ещё никогда и никого не любил. Я люблю не её идеальный образ, а то, что она заставляет чувствовать себя важным и значимым в чьей-то жизни.  Я люблю её улыбку, люблю то, как она смотрела на меня, словно я безумец, словно это я смотрю на мир иначе, а не она.

Она предупреждала меня, она говорила, что будет больно.

– Что будем делать? - тихий голос Люка звучит где-то под ухом, но у меня нет сил, чтобы понять где именно. Кажется они стоят далеко, но на самом деле нас разделяет всего шаг.
– Кажется, она чётко дала понять, что не хочет, чтобы её искали, - отвечает Роб.
– Её состояние было не очень хорошим...
– Она собиралась убить себя, Эбби, но передумала. - Профессиональным тоном говорит Роберт. – Это переломный момент. Если она пообещала бороться, если она просит Итана бороться вместе с ней, значит именно это она и должна сделать.
– Но мы ведь не можем просто так дать ей уехать, мы должны её искать, иначе выйдет так, словно...
– Словно её никогда и не было, - говорю я, и их взоры обращаются ко мне. – Этого она и хотела. Она хочет, чтобы мы помнили о ней ни как о серой тени, а как о человеке, который выбрал жизнь, который боролся за неё...
– Ты сейчас предлагаешь просто поехать домой и сделать вид, что её не было в нашей жизни? - Эбби возмущена, смотрит на меня с обсуждением. Люк кладёт руку ей на плечо, и она опускает взгляд.
– Я предлагаю запечатлеть её в своей памяти, и выполнить все её указания в письме. Думаю, когда она почувствует себя лучше, когда поймёт, что мы - её друзья, нужны ей, она сама с нами свяжется.

Я сам не верю в то, что говорю это и действительно так думаю, но это именно так. Она этого хотела, значит, мы должны выполнить её просьбу. Она вернётся через пару месяцев, она приедет и скажет, что ей стало лучше и она по нам скучала...

Так я пытался убедить в этом себя и своих друзей ещё несколько месяцев. Весна прошла, наступило лето, нужно было выбрать колледж, и я отправил свои документы в несколько. Первым мне ответили в Нью-Йорк, и я подумал: это знак. Лаванда хо ела, чтобы я уехал в большой город, может она там.
Я не переставал ждать и надеяться на то, что она свяжется хоть с кем-то из нас, что она вернётся. Поэтому уезжать оказалась сложнее, чем я предполагал. Я взял обещание с Роба, что он сразу же мне позвонит, если она появиться.
Но она не появилась: ни через пол года, ни через год, ни через три.

*************
Лично мне эта концовка нравится больше, а вам? Ждите ещё одну главу. Расскажите что думаете?
Жду. Mils 👻💝