Глава 71
Всех Небожителей заперли по их же собственным дворцам. В суматохе никто и не подумал проверить богов на какие-нибудь артефакты или оружие. В любом случае, это им не поможет. Му Цин, уже в своих покоях, попытался использовать игральные кости, но даже те оказались бессильны.
— «Ну конечно, и чего я ожидал?» — меланхолично подумал Бог Войны.
И что теперь делать? Отсюда надо как-то выбираться, но на ум ничего не шло. С Хуа Чэном тоже связаться не получается… Неужели остаётся только ждать?
Сюаньчжэнь угрюмо сел на кровать и потянулся к и без того идеально заточенной сабле. Ему было просто необходимо хоть чем-то занять руки. Левое запястье пульсировало и пусть видимых кандалов не было, Му Цин отчётливо чувствовал насколько болезненно проклятая канга сковывает его силы. Генерал упрямо сжал зубы. В любом случае, от этой боли лекарства нет. Проклятая канга не рана, которую можно просто залечить.
Взгляд скользил по комнате, пока не остановился на зеркале, которое явно выбивалось из всех интерьера. Потрёпанное временем, оно было местами треснуто по краям, а раму обвивали, словно плющ, водоросли.
Точно, зеркало! И как Му Цин мог про него забыть? Давний подарок Хэ Сюаня на годовщину их с Хуа Чэном свадьбы.
Сюаньчжэнь убрал Чжаньмадао в ножны и тут же подошёл к зеркалу, проведя здоровой рукой по помутневшей поверхности.
— Черновод! Черновод, ты слышишь меня?
— Слышу, — раздался из зеркала голос, а после появилось лицо Хуа Чэна. Му Цин пару раз моргнул, а после спросил:
— Почему ты сейчас в облике Хуа Чэна?
— Выполняю его поручение в столице. Что-то случилось?
— Да. Где сейчас Хуа Чэн? Ты можешь передать ему, что Цзюнь У — это…
— Безликий Бай? Он уже в курсе. Генерал, подождите немного, помощь скоро придёт.
Изображение пропало раньше, чем Му Цин успел уточнить. Кто такой самоубийца, который явится прямиком в логово Безликого Бая, так ещё и хватит на это сил?
Ответ напрашивался сам собой, вот только Му Цин и представить не мог каким образом Хуа Чэн собирается проникнуть в запечатанную от остального мира Небесную Столицу.
Немногим ранее.
С помощью Ши Цинсюаня Хуа Чэн смог связаться с наследным принцем Сяньлэ и узнать обстановку в Небесных Чертогах. Конечно, никого посылать ему на помощь тот не стал. Инь Юя отправлять туда крайне опасно. Ещё не хватало, что бы с ним что-то случилось, Хуань-эр тогда очень расстроиться, если… когда проснётся.
Вместо этого Хуа Чэн решил явиться лично. В конце концов, там сейчас заперт его муж. Имей Хуа Чэн возможность, разнёс бы эти Небеса к чёртовой матери.
Искатель цветов под Кровавым Дождем направился прямиком во владения единственного небожителя, которому мог доверять и кто был в состоянии помочь ему. Узнав всю ситуацию, Юйши Хуан немедленно согласилась оказать посильную помощь. Вместе они придумали план, как помочь Хуа Чэну проникнуть в Небесную Столицу.
Прогорели две палочки благовоний, и перед дворцом Шэньу появилось несколько фигур. Всадница в зелёных одеждах с мечом на поясе верхом на огромном чёрном быке неторопливо подъехала к воротам в сопровождении группы крестьян. Прибыла Повелительница Дождя, которая сейчас исполняла роль Троянского Коня. А встретили Юйши Хуан лично Владыка и наследный принц Сяньлэ.
Перед уходом Повелительница Дождя внезапно обернулась и обратилась к Се Ляню:
— Ваше высочество.
— Повелительница Дождя, вы хотели о чём-то попросить?
— Напротив, я привезла вам подарок.
Подобного Се Лянь не ожидал, он растерялся:
— А?.. Благодарю.
Разыгрывая роль радушного хозяина, Владыка впустил слуг с коробками, а затем окликнул Се Ляня:
— Сяньлэ! Не заставляй Повелительницу Дождя ждать.
Се Ляню оставалось только повиноваться. К нему подошёл крестьянин и двумя руками протянул туго замотанный свёрток. Се Лянь пробормотал в ответ слова благодарности, рассеянно стиснул свёрток в ладонях и вдруг изменился в лице.
***
Му Цин вновь вернулся к чистке оружия. Он уже отложил очередной кинжал в сторону, когда вдруг раздался звонкий голос:
— Цин-гэ!
Бог Войны резко обернулся и увидел в окне игриво улыбающегося юношу в лохмотьях и с платком на голове.
— Хуа Чэн?
Му Цин тут же оказался рядом с юношей. Тот усмехнулся, соскочил на пол и сорвал с головы платок. Он неторопливо завязал рассыпавшиеся по плечам волосы, и Му Цин увидел знакомое бледное лицо с изящными чертами.
Хуа Чэн отбросил платок в сторону и вздохнул:
— Эх, генерал. Мне надоело молить Небеса о встрече с тобой — пришлось действовать самому.
Хуа Чэн прижался спиной к подоконнику, тогда как руки Му Цина оказались по обе стороны от него. Хуа Чэн улыбался, явно наслаждаясь таким положением. Му Цин же не обратил на некую двусмысленность особого внимания. Сейчас его интересовало другое.
— Как Хуань-эр? Она же в Чёрных Водах?
— Да, — улыбка Хуа Чэна немного померкла. — Её состояние стабильное, лучше или хуже ей не становится. Я оставил несколько бабочек присматривать за ней. Но без понятия когда она очнётся. Может, сегодня, а может через 10 лет или пройдут столетия.
Му Цин выдохнул, уткнувшись лицом в плечо Хуа Чэна.
— Главное, что она в безопасности.
Хуа Чэн молча погладил Му Цина по волосам.
— Цин-гэ, ты какой-то бледный. С тобой всё в порядке? Цзюнь У ничего тебе не сделал?
— Всё нормально, просто переволновался.
Голос Му Цина звучал ровно. Любой другой бы спокойно купился на это, но только не Хуа Чэн. Градоначальник нахмурился и поднял одну руку Му Цина, запястье которой под одеждой было обмотано бинтами.
— А это что? — с пугающим спокойствием поинтересовался Хуа Чэн.
Му Цин нервно отвёл глаза и попытался выдернуть руку, но Князь Демонов сжал сильнее.
— Ничего! Ничего, просто…
Хуа Чэн не стал слушать дальше. На пальце появился коготь и Искатель цветов одним точным движением разрезал бинты.
— «Просто»? Это ты называешь «просто»?
Му Цин сжал зубы, глядя на проклятую кангу, украшавшую его собственное запястье.
Незадолго до этого во дворце Шэньу.
Если всех остальных Небожителей сразу отправили под стражу во дворцы, то вот Му Цина Цзюнь У задержал.
— Сюаньчжэнь.
Му Цин напрягся, глядя на Владыку. Даже несмотря на дружелюбную улыбку, от него исходило чуть ли не физическое ощущение опасности.
— У меня есть для тебя предложение, — тем временем продолжал Цзюнь У. — Присоединяйся ко мне. Я верну тебе твоё положение на Небесах и даже повышу в звании.
— А что взамен?
— Ничего особенного. Тебе лишь нужно оставить в тайне, что ты согласился. Пусть Сяньлэ и дальше думает, что ты остался его верным слугой, — последнее Цзюнь У произнёс с нескрываемым ехидством.
— Даже не пытайтесь! Я никогда не стану предателем!
— А разве ты уже не он? — Цзюнь У склонил голову, а все возмущения тут же застряли у Му Цина в горле. — Ты уже предавал Сяньлэ, так в чём проблема сделать так ещё раз?
Улыбка пропала с лица Владыки. Му Цин отступил, но Цзюнь У схватил его за руку и притянул обратно.
— И не только Сяньлэ. Ты предал все Небеса, связавшись с Искателем цветов под Кровавым Дождем.
— Хуа Чэн человечнее всех вас, — прошипел сквозь зубы Му Цин.
— Ну конечно, — Цзюнь У усмехнулся, словно вспомнил что-то смешное. — Это ведь ты его вырастил. А потом прогнал из армии. Но вот беда, мальчишка всё равно умер. Ты нашёл его тело, пронзённое мечом в сердце.
Сердце Му Цина упало куда-то вниз. Мало того, что Цзюнь У роется в одном из его ужаснейших воспоминаний, но откуда Владыка знает столько деталей?!
— Это был мой меч.
— Что?..
— Мальчишка так отчаянно сражался, что мне стало даже жаль, когда он всё никак не мог погибнуть на поле брани. Поэтому я лично взял меч какого-то солдата и пронзил им Хуа Чэна. Я был милосерден. Мальчик даже не понял от чьей руки погиб.
— Ты чудовище, — Му Цин не узнал собственного голоса.
— Тебе стоит взглянуть в зеркало и спросить себя почему все от тебя отворачиваются. А те, кто рядом, умирают, как мухи. Скоро твоя дочь тоже умрёт. Надеюсь, ты успел насладиться жизнью с семьёй.
Руку, которую всё это время Цзюнь У сжимал чуть ли не до хруста, пронзила острая боль. Му Цину пришлось прикусить губу, чтобы не издать ни звука. Силы мигом покинули бога войны, а ноги подкосились. На весу его удерживала только хватка Владыки.
Двери дворца Шэньу открылись и вошли те, кто бы предан Императору, словно под гипнозом. Цзюнь У кинул им обессилившее тело.
— Заприте его во дворце.
Му Цин очень хотел обнажить Чжаньмадао, но сил не было даже чтобы банально держаться на ногах. Сюаньчжэня уволокли в его же дворец.
***
— Почему ты не сказал, А-Цин? — Хуа Чэн провёл нежно свободной рукой по щеке Му Цина. — Я думал, мы уже прошли тот этап, когда ты скрывал свои раны.
Му Цин прижался щекой к холодной ладони. Стоило ему прикрыть глаза, как перед глазами возникало тело Хун-эра и такой же холод его мёртвой кожи. Му Цин внутренне содрогнулся и прижался к груди Хуа Чэна. Дыхания не было, как и обычно.
— А что бы ты сделал? Рану можно залечить, но от проклятой канги не избавиться так просто.
— Не думал, что ты до сих пор сомневаешься в моих силах.
Хуа Чэн слегка отстранился от Му Цина, бережно сжимая в руке запястье с оковами. Князь Демонов провёл рукой по проклятой канге.
— Потерпи немного, А-Цин. Скоро всё закончится.
Му Цин кивнул, а после его запястье пронзила боль. Хуа Чэн сделал надрез, позволив крови стекать по руке бога войны. Прежде, чем канга успела соединиться обратно, Хуа Чэн схватил её за один конец и рывком потянул к себе, применив духовную силу. Му Цин едва пополам не согнулся. Это было хуже, чем когда кангу наложили.
Оковы спали, растворившись с тихим шипением. Хуа Чэн тут же прижал Му Цина к себе, покачивая в руках. Боль потихоньку отступила и скованные ранее силы вернулись. Сюаньчжэнь, наконец, смог вдохнуть полной грудью.
— Спасибо, — прошептал Му Цин куда-то в шею Хуа Чэна.
Продолжение следует...
Примечание автора: Я начала работать над новым AU, в котором омп (Сюй Лун) – древний дракон и фамильяр Цзюнь У, а помимо этого является названым отцом Му Цина. Если интересно, можете перейти в мой тгк: Канон? Не, не слышали