Глава 72
Так уж получилось, что строило Хуа Чэну и Му Цину выбраться из дворца, как они застали весьма неприятную, но довольно забавную для них сцену разборок между Наньяном и его женой с сыном. Князь Демонов и генерал не смогли сдержать смешок, когда Цоцо запустил огромную редьку прямо в лицо незадачливому отцу.
И тем не менее, хорошего понемножку. Хуа Чэн выяснил, что Советник Сяньлэ томится во дворце Линвэнь. Сейчас им были нужны ответы на вопросы, которые мог дать только Мэй Няньцин.
— Отправимся выручать его? — без особого энтузиазма спросил Хуа Чэн.
— Боюсь, даже если спасём Советника, на наши вопросы он не ответит, — хмыкнул Му Цин. — Нам нужен его высочество. Должно быть, он заперт во дворце Сяньлэ.
— Как скажешь, Цин-гэ. Идём выручать принца в беде, — шутливо протянул Хуа Чэн на что получил в ответ улыбку.
***
Вытащить Се Ляня оказалось даже легче, чем Му Цин предполагал, но стоило поторопиться. Кто знает, когда Цзюнь У заметит пропажу любимого пленника.
Мэй Няньцина сторожила Лин Вэнь, а пройти мимо неё, когда та в Парчовом Одеянии, было довольно трудно. Однако даже богине литературы нужен отдых. Небожители и Князь Демонов подстерегли момент, когда Лин Вэнь сняла Парчовое Одеяние и покинула комнату.
Проникнуть внутрь было несложно, а вот найти нужную одежду оказалось куда труднее. Единственное место, где оно могло быть — это сундук со множеством одеяний. И как понять которое из них Божество Парчовых Одеяний? Оставалось только примерить.
На Хуа Чэна оно не действовало по той простой причине, что Князь Демонов был сильнее. Се Лянь вызвался примерить одежду раньше, чем это сделал Му Цин.
— Я достаточно доверяю вам, чтобы сделать это, — с лёгкой улыбкой сказал Се Лянь. Му Цин предпочёл промолчать и отвернуться, но наследный принц заметил, что его слова тронули друга.
Однако всё гладко идти, конечно, не могло. Во-первых, демон всё никак не хотел находи́ться. Они уже совсем отчаялись, перерыв весь сундук. В конце концов, Се Лянь надел обратно свою одежду. Кто ж знал, что это была ловушка Лин Вэнь?
***
Уже на подходе к киноварно-красным дверям принц услышал дрожащий голос:
— Как это возможно? Нет, ну как?!
– «Советник! — испугался Се Лянь. — Неужели нас кто-то опередил?!»
Мощным пинком он распахнул дверь и рявкнул даже громче, чем собирался:
— А ну, отпустите его!
— Ваше высочество?.. — Советник разинул рот от удивления.
Повисла тишина, а потом Мэй Няньцин опустил голову и снова уставился на стол перед собой:
— Подождите… Да что же это? Везёт как утопленнику!
Му Цин закатил глаза, стоило понять почему бывший наставник так сокрушался. Ну конечно, самое время поиграть в карты! Невольно вспоминались былые времена, когда Мэй Няньцин частенько пренебрегал обязанностями ради этой игры. Карты были его страстью!
Мэй Няньцин, не поднимая головы, пробормотал:
— Ваше высочество, наконец-то вы пришли. Позвольте мне закончить партию…
Се Лянь понимал, что стоит советнику взять в руки карты — он позабудет мать родную, а потому решительно вытащил его из-за стола:
— Хватит! Сейчас не время!
Мэй Няньцин с раскрасневшимися глазами заспорил:
— Нет, дайте мне отыграться! Ещё чуть-чуть, и удача обязательно мне улыбнётся!
— Не улыбнётся, уверяю вас, — холодно возразил Му Цин, скрестив руки на груди.
— А тебя не спрашивали! Столько лет прошло, а всё не научился помалкивать, когда старшие разговаривают?! Никакого уважения! — фыркнул Мэй Няньцин, не отрываясь от игры.
Му Цин проигнорировал эти слова. Генерал привык к такому ещё со времён своего обучения в монастыре и, если раньше это задевало, то сейчас Му Цину было абсолютно плевать на подобные высказывания со стороны того, кто и не был особо важен ему. Правда, Хуа Чэн не разделял его терпения по отношению к Советнику Сяньлэ.
Князь Демонов подошёл к Мэй Няньцину широкими шагами, быстро оказавшись рядом. Он схватил его за шиворот и оторвал от игры, посадив на циновку подальше от стола с картами.
— Что за поведение, юноша?! Да ты хоть знаешь сколько мне лет?! Я на этом свете уже столько живу и повидал больше!..
— Мне плевать, — перебил Хуа Чэн. Му Цин даже удивился сколько неприязни было в голосе его мужа. Он уже и не помнил, когда в последний раз слышал что-то подобное от Хуа Чэна в чью-то сторону. — Вы не будете играть, пока не ответите на наши вопросы.
— Господин Хуа, это излишне… — пробормотал Се Лянь, но Хуа Чэн его проигнорировал.
Мэй Няньцин фыркнул и бросил взгляд на Му Цина. «Гости» уселись вокруг, и Хуа Чэн обнял Сюаньчжэня за талию. Му Цин легко погладил его по руке, чтобы супруг хоть немного успокоился.
— Два сапога пара, — Мэй Няньцин продолжал что-то бурчать себе под нос, но это больше не слушали. Взмахнув рукой, он убрал бумажных человечков и наконец-то снова стал серьёзным. — Ваше высочество, всё это время я ждал вас. Знал, что вы непременно придёте.
— Прежде всего я хотел убедиться… Цзюнь У и есть Безликий Бай?
— Можете не сомневаться: это он, — подтвердил Мэй Няньцин.
— И у меня с ним нет ничего общего, так ведь? Мы два совершенно разных человека?
— Единственное, что вас связывает, — это падение Сяньлэ.
— Но, советник, прежде вы говорили, будто не знаете, что за тварь Безликий Бай, и будто он появился из-за меня…
— Ваше высочество, в то время я действительно не знал, а когда догадался, было уже поздно. Впрочем, я не ошибся: он действительно появился из-за вас.
— Что это значит? Я до сих пор не понимаю: почему он уничтожил Сяньлэ?
Советник взглянул принцу в глаза и ответил:
— Из-за одной вашей фразы.
— Фразы? — опешил Се Лянь. — Какой?
— «Тело пребывает в аду бесконечных мучений, душа — у Персикового источника».
Хуа Чэн удивлённо поднял брови и переглянулись с Му Цином. Князь Демонов помнил что-то такое, но очень смутно. Его высочество действительно такое говорил? Му Цин едва заметно кивнул на немой вопрос мужа. Повисла тишина. Принц долго не мог собраться с мыслями, а затем уточнил:
— И всё?
— Да.
— Что не так с этими словами?
— С них всё началось… — горько вздохнул советник. — Позвольте поведать вам историю про павшую много лет назад империю Уюн…
***
— Ваше высочество, помните, как вы привели в монастырь Хуанцзи ребёнка? Вы здорово тогда меня напугали.
Все здесь присутствующие хорошо помнили тот день. Когда-то Се Лянь спас падающего со стены мальчишку, а после привёл его в монастырь, но ребёнок сбежал. Му Цин не говорил никому, что после нашёл мальчика и стал заботиться о нём. Се Лянь мельком бросил взгляд на Хуа Чэна, уже давно осознав, что именно он был тем ребёнком, и напряжённо ответил:
— Помню. А что не так? Вы сказали, он…
— Рождён под несчастливой звездой! — воскликнул советник, а затем понизил голос: — Тогда я почувствовал исходящую от мальчика мощную тёмную энергию, что весьма необычно. Позже я встретился со своими друзьями на горе Тунлу и узнал, что Медная Печь способна не только порождать монстров, но и насылать проклятия. Как вы смогли развеять по свету свою удачу, так гора, извергая накопленное горе, распространяла злой рок. Когда ребёнок назвал свои восемь циклических знаков, я понял, что ему уготована удивительная судьба: если счастье, то такое, что пробьёт небеса, а если невезение — то способное расколоть землю. И, боюсь, в день своего рождения он впитал зло Медной Печи и обратился в вестника горя. Стоило ему появиться на горе Тайцаншань, как всё едва не обернулось пеплом!
Му Цин не мог больше это слушать:
— Советник! Перестаньте.
Мэй Няньцин нахмурился, готовясь вновь отчитать его, но Се Лянь вовремя вмешался:
— Прошу, Советник, давайте оставим эту тему.
— Ладно, ладно, — кивнул тот. — Я лишь привёл пример ужасов Медной Печи.
Вдруг раздался невозмутимый голос Хуа Чэна:
— Ужасов — скажете тоже! Впрочем, надо отметить: предсказания советника весьма точны.
Хуа Чэн заметил, как дрожат пальцы Му Цина, хотя внешне тот был лишь более хмурым, чем обычно. Градоначальник положил руку на ладонь супруга, чувствуя его напряжение. Мэй Няньцин был прав. По правде, Хуа Чэну и 15* не было, когда он умер. И пусть собственная смерть не была самым худшим воспоминанием Хуа Чэна, то Му Цин причислял это к одному из ужаснейших событий в своей жизни.
*По нашим меркам 14
***
— Возможно, я и правда не самый приятный собеседник… Но называть меня в лицо ходячим бедствием и пророчить смерть мне и моим родителям тоже было не очень-то вежливо, не находите?
Советник выпучил глаза:
— Вы… Вы и есть… В-в-вы, это вы? Тот самый? Вы тот самый? — Руки и голос его дрожали.
Му Цин вздохнул, когда до Мэй Няньцина всё же дошло. Князь демонов наоборот наслаждался произведённым эффектом, ему даже не требовалось произносить что-то вслух, у него на лице было написано: «Да-да, я и есть тот самый мальчик, рождённый под несчастливой звездой, из-за которого всё на горе Тайцаншань едва не обратилось в пепел!»
— Его имя Хуа Чэн, — с нажимом произнёс Сюаньчжэнь. — Не стоит ворошить прошлое, Советник.
— Ты!.. да ты хоть понимаешь с кем связался?! Ваше высочество! Объясните же, наконец, что происходит?!
Се Лянь чувствовал себя как меж двух огней. Честное слово, с чего это Советник решил, что он знает причину того, почему Му Цин замужем за тем мальчиком из их общего прошлого? Наследный принц уже сделал вывод, что они любят друг друга, но досконально их историю любви не изучал! Се Лянь развёл руками и вымученно улыбнулся:
— Ну… как-то так.
— И ещё у нас есть дочь, — добавил Хуа Чэн с наполовину гордой, а наполовину ехидной улыбкой.
— Говорил же: с князем демонов лучше не связываться! В точности как я и предсказывал — прилип намертво! Восемьсот лет прошло, восемьсот! Всё это время он был одержим вами! Кошмар! — немного успокоившись, Мэй Няньцин добавил. — Правда, я думал, что он прилипнет к его высочеству, а не…
— Я уважаю его высочество, — в этот раз серьёзно сказал Хуа Чэн. — Но, боюсь, это ваше предсказание ошибочно. Моё сердце принадлежит только Цин-гэ.
— Довольно, не будем об этом… — попытался урезонить наставника принц.
Му Цин только фыркнул и закатил глаза. Хуа Чэн перевёл на него взгляд и выражение лица тут же смягчилось. Князь Демонов поцеловал генерала в висок, а Мэй Няньцин в тот момент пожалел, что вообще как-то связан с этими двумя бессмертными.
Продолжение следует...
Примечание автора: Тгк: Канон? Не, не слышали
Хуа Чэн не убил Мэй Няньцина на месте, так что это можно считать прогрессом...
(На самом деле он хотел этого, как и автор, но Му Цин отговорил).