«Гавхаршад Бегим»

Но даже не стремясь ко злу и не стараясь сделать кого-то несчастным, можно совершить ошибку и нанести душевную рану - стоит лишь проявить легкомыслие, недостаток внимания к чувствам других людям, бесхарактерность.

Джейн Остин, "Гордость и предубеждение"

---------------

|POV Гавхаршад Бегим|

Эти изумрудно-зелёные глаза...

Уже несколько дней я не могу выкинуть из головы эти изумрудно-зелёные глаза Ильяса Тархана. Они словно знакомы мне, согревают душу и словно мы когда-то были знакомы с ним, только не помню когда и где. Бывает, что даже неизвестный, незнакомый человек, при первой встрече, заглянув ему в глаза, может показаться, что Вы знакомы с ним много лет, а сам этот человек может помочь тебе в трудную минуту и поддержать. Так и эти изумрудно-зелёные глаза, такие же как и у меня, напоминают мне нечто родное, тёплое, приятное...

В покои, постучавшись, вошла Дильбар хатун и, встав напротив меня, поклонилась. Я всё ещё нервно рассхаживали от одного угла опочивальни к другому, нервно заламывая костяшки пальцев рук.

Я должна узнать, что меня связывает с сыном Гияс ад-Дина Тархана, что неожиданно решил познакомиться со мной.

-Дильбар, моя карета уже готова?-нервно выдохнула я, остановившись возле главной калфы гарема.

-Как Вы и приказали, моя госпожа, Ваша карета уже подана,-чуть улыбнувшись, сообщила Дильбар хатун, а на её бледном лице, появились еле заметные морщинки.

-Хорошо, а теперь прикажи, чтобы подготовили мне платье и накидку,-развернувшись ко окну, приказала я.

-Будет сделано, госпожа, но не сердитесь, пожалуйста, госпожа, но куда Вы отправитесь?-неожиданно спросила Дильбар хатун, застав меня в расплох.

Я зло взглянула на неё, повернувшись к ней лицом и со всей силы сжала край моей ночной атласной сорочки.

-Без лишних вопросов, Дильбар, иди выполнять мои поручения,-глубоко вздохнув, приказала я.

Я должна узнать всю правду об Ильяса ад-Дине Тархане, и пока я не узнаю этого, не жить мне спокойно, я должна узнать всё о нём...

|POV Автор|

Девушка с неприязнью посмотрела на лежащий возле ложа сундук, набитый многими отрезами из шёлка, адраса и ханатласа. Она глубоко вздохнула, понимая, что грядущая свадьба уже не за горами и что ей придётся делить брачное ложе с каким-то стариком. В покои, постучавшись, вошёл молодой евнух. Он поклонился и протянул юной госпоже позолоченный футляр для писем.

-Госпожа, гонец из Герата сегодня прибыл в Самарканд с этим письмом,-тихо оповестил евнух, явно заинтересованную юную госпожу.

-А кто прислал?-подойдя ближе к евнуху, спросила кареглазая девушка.

-Хранитель покоев Байсонкура Мирзы, -незамедлительно ответил молодой евнух.

Девушка подошла к небольшой шкатулке, расположенной возле длинного, во весь рост, зеркала. Достав оттуда маленький мешочек с золотом, она взяла из рук евнуха письмо и протянула ему тот самый мешок.

Когда евнух покинул покои, юная госпожа, подбежав к просторному ложу, опустилась на него и стрепетом открыла футляр с письмом. Раскрыв письмо, она глубоко вздохнув, принялась вчитываться в содержание данного письма.

"Моя любимая, моя дорогая, моя Солиха, я так несчастен, что не могу лицезреть твоего светлого ангельского лика. Но расстраивайся, вскоре Байсонкур Мирза отправится со мной и должен буду сопровождать его. Я обязательно найду тебя и попытаюсь что-нибудь решить. Ты, моя любовь, никогда не выйдешь замуж за нелюбимого...Только подожди и мы вновь будем вместе, как и прежде...Только подожди...

С любовью,
твой Али."

Со светло-карих глаз Солихи неожиданно потекли горькие слёзы, которые градом упали на белый лист пергамента, образовав мокрые пятна.

В её душе смешалось несколько чувств, из-за чего она не выдержала, и заплакала. С одной стороны, наконец, в скором времени должен будет приехать её горячо возлюбленный Али вместе с её братом, а с другой стороны - она не хотела подставлять и разочаровывать свою матушку и брата-повелителя. Всё это так запутанно, что она сама погрязла во всем этом и не может выбраться оттуда...

***

Зелёноглазая госпожа, подобрав подол светло-коричневого платья, вошла в просторные светлые покои, куда попадал солнечный свет из нескольких решётчатых окон. Возле одного из окон, вглядываясь в даль, стоял статный широкоплечий мужчина, чей тёмно-синий кафтан весьма сочитался с цветом его глаз. Услышав шаги, он переметнул взор изумрудно-зелёных глаз в сторону вошедшей, чья бриллиантовая высокая корона переливалась в свете солнечных лучей.

-Я знал, что Вы придёте ко мне, госпожа,-ухмыльнувшись, произнёс мужчина, заложив руки за спину.

Женщина вопросительно посмотрела на него своими не менее насыщенными изумрудно-зелёными глазами, и подошла ближе к нему.

-Значит, Вы ждали моего прихода, Ильяс Тархан?-осторожно спросила Гавхаршад.

-Да, Вы правы госпожа, я ждал Вас, но думал, что Вы придёте чуть раньше, но всё же...-улыбнулся Ильяс Тархан, сверкнув зелёными, как у Гавхаршад, глазами.-И, наверняка, Вы пришли ко мне для того, чтобы узнать, кто я такой и для чего с Вами познакомился?

Гавхаршад удивлённо приподняла одну бровь, а её бриллиантовое колье неожиданно сверкнуло сквозь тонкую ткань её платка, которым она прикрыла зону декольте и который прикрывал её скромную приподнятую причёску, под яркими лучами пробивающегося сквозь окна солнца.

-Значит, Вы знаете ответы на мои вопросы?-взяв себя в руки, спросила Гавхаршад, теребя на пальце кроваво-рубиновое кольцо.

-Да, знаю,-лукаво ответил мужчина, не спуская улыбки с лица.-Но хотите ли Вы это знать, Гавхаршад Бегим?

Гавхаршад на несколько мгновений замешкалась, обдумывая слова мужчины, но а после вновь взглянула на стоящего напротив кадия Бухары своими пронзительными изумрудными глазами.

-Да, я хочу узнать всё, что Вы скрываете от меня, Ильяс Тархан,-на одном дыхании произнесла царственная женщина, сомкнув руки перед собой, в царственном жесте.

Мужчина глубоко вздохнул, опустив глаза вниз, но а после вновь перевёл их к вопросительному лицу Гавхаршад.

-Ваш покойный отец, Галим Эфенди, приходится старшим братом моему отцу, Гияс ад-Дину Тархану,-выдохнув произнёс мужчина, следя за реакцией Гавхаршад.

Гавхаршад, ошеломившись от услышанного, отшатнулась назад, осев на тахту.

Она не могла поверить тому, что её отец был родным, и к тому же, старшим братом знатного узбекского аристократа Гияс ад-Дина Тархана, чьи сыновья являются знатными кадиями по всему Мавераннахру и Хорасану.

-Как так?-единственное, что смогла вымолить Гавхаршад.

-Когда-то, ещё до Вашего рождения, Галим Эфенди познакомился с необычайной красоты девушкой, Вашей матерью, которая являлась урождённой татаркой, но приехала в Самарканд вместе со своим отцом, дабы купить тканей для местного рынка в Башкирии. Её отец не позволил остаться своей единственной дочери в чужом городе вместе с возлюбленным, и увёз её обратно в родные края. Но, не выдержав столь долгого расстояния, Ваш отец отказался от всех богатств, званий и почётов, и отправился в Башкирию на поиски своей любимой,-Ильяс Тархан тихо присел рядом с неверящей в услышанное Гавхаршад.

-Не может быть этого,-смотря куда-то вдаль, произнесла Гавхаршад, сложив руки на коленях.-Никто из них не говорил мне об этом.

-Возможно, они не хотели ранить или расстраивать Вас,-осторожно ответил Ильяс Тархан, боясь в лишний раз ранить встревоженную рассказанным Гавхаршад.

А Гавхаршад всё ещё не могла понять, почему все пятнадцать лет её родители скрывали от неё тайну происхождения её отца...

***

~Пять месяцев спустя~

В цветущем весеннем саду дворца было накрыто множество низких столов, на котором лежали самые вкусные яства, которые только можно приготовить. Калфы и евнухи заканчивали последние подготовки к сегодняшнему торжеству. В дворцовом саду, который только проснулся от зимней, затяжной, спячки, был подготовлен праздник как для мужчин, так и для женщин, лишь белая тонкая ткань разделяла их, ибо не пристало знатным гостям и пашам смотреть на самое сокровенное, что ни на есть к повелителя,-гарем.

Потихоньку женская часть дворца наполнялась детским смехом и тихими перешёптываниями наложниц и рабынь гарема, а также знатных женщин, приглашённых на этот праздник и жён пашей, беков и эмиров.

В мужской части сада уже собрались многие паши, беки, эмиры и послы из разных государств, которые на данный момент отбывают свою посольскую миссию в Мавераннахре. Каждый из них сидел за низким столом на мягких подушках и кто-то переговаривался между собой, а кто-то спокойно попивал прохладного шербета, наблюдая за боями нескольких мужчин, которые показывали своё мастерство повелителю, сидящему посреди сада на просторном величественном троне, и всему его окружению.

В женской части музыканты играли красивые мелодии на восточный мотив, а дворцовые шуты весело бежали мимо женщин вместе с непоседливыми детьми. Вдруг музыка остановилась, а все женщины, дети и прислуги оставили свои прежние дела, встав с мест или же остановившись и попреветствовав царственную особу, облачённую роскошно сшитое платье из изумрудно-зелёной ткани, схожей с цветом её глаз. Она прошествовала по садовой дорожке, мимо склонившихся перед ней к небольшой тахте, больше напоминающий трон её сына своим величием и изысканностью. Подходя к шатру, её высокая корона, инкрустированная изумрудами, и изумрудное колье, красовавшееся на тонкой, длинной шее, блеснули ярким светом под лучами весеннего солнца, а тёмно-каштановые волосы, собранные в скромную причёску на затылке, красиво переливались.

Она мягко присела на тахту, взмахнув длинными рукавами платья, и жестом руки приказали всем продолжить торжество.

К госпоже подошла невысокая девчушка, чья светло-розовое платье весьма сочеталось с бледным цветом её кожи, а тёмно-каштановые волосы очерчивали аккуратное детское личико и подчёркивали светло-зелёные глаза.

-Матушка,-девушка поцеловала протянутую руку зелёноглазой госпожи.-Праздник просто великолепен!-восторженно отозвалась её младшая дочь.

-Да, ты права, Робия, праздник действительно замечательный, -слегка улыбнулась Гавхаршад, смотря на свою дочь.-Пока присаживайся,-она указала на мягкую подушек подле себя, а затем перевела взгляд на стоящую рядом главную калфу гарема.

-Дильбар хатун, а моя Солиха уже готова к торжеству?-сложив руки на коленях, спросила Гавхаршад.

-Если пожелаете, я проверю госпожу? -склонив учтиво голову, поинтересовалась Дильбар хатун.

-Да, пожалуй стоит проведать её, -согласно кивнула женщина, а затем смотрела в след поклонившейся, а затем уходящей в сторону дворца главной калфы.

Затем она перевела свои пронзительные изумрудно-зелёные глаза в сторону шедшей к ней женщины, чей до селе плоский живот стал округляться под тонкой тканью светло-голубого платья. Позади неё две служанки вели двое маленьких детей, держа за руки.

Гавхаршад недовольно посмотрела на неё своими изумрудными глазами, упомянув про себя то, что эта беременная наложница её сына весьма опасна для гарема, но только не для неё...

***

Юная госпожа сидела на тахте, устремив взгляд светло-карих глаз на руки, где красивыми витиеватыми узорами были нарисованы традиционные рисунки из хны. С глаз невольно хлынули непрошенные слёзы, градом падая на белоснежно-белое платье, на котором были вышитые замысловатые узоры золотыми нитями.

"...-Ничего не получается, моя дорогая Солиха,-глубоко вздохнув, подвёл итоги широкоплечий кареглазый мужчина.

Юная госпожа перевела на молодого мужчину изумлённый взгляд светло-карих глаз.

-Что ты такое говоришь? -Солиха подошла ближе к мужчине и взглянула в его карие, глубокие глаза.-Ведь ты клялся мне, что не оставишь меня одну в беде,-голосом, полным отчаяния, произнесла Солиха.

-Солиха, разве ты не понимаешь, что я уже не в силах что-либо сделать?-устало прикрыв глаза, произнёс Али ага, вспомнив недавний разговор с царственной матерью Солихи, Гавхаршад Бегим, которая смогла уразумить его, направить на правильный путь.

-Я не верю, что ты мог так просто сдаться! -отчаянно произнесла Солиха, сложив руки по бокам и, развернувшись в сторону, посмотрела на лазурное небо.

Повеял тёплый ветерок, развеивая в воздухе тёмно-каштановые волосы Солихи. С глаз её скатилось несколько слезинок. Она стёрла их с лица правой рукой и, поджав губы, вновь посмотрела на лазурное небо.

-Будь счастлива, Солиха,-напоследок бросил Али ага, а затем покинул тайную часть дворцового сада, навсегда попрощавшись со своей любовью.

Солиха тихо осела на гравильную дорожку и, прикрыв лицо руками, заревела от неописуемой боли, бушевавшей внутри неё. Вновь её бросили...Вновь её предали..."

Вспомнив их с Али агой последний разговор, Солиха с ещё большей силой заплакала. Двери в покои неожиданно открылись, пропуская весьма уставшую Дильбар хатун. Главная калфа гарема поклонилась и подошла чуть ближе к сидевший на тахте Солихе.

-Госпожа, Ваша мать, Гавхаршад Бегим, дожидается Вас во дворцовом саду,-настороженно глядя на девушку, произнесла Дильбар хатун.

-Зачем вообще нужна эта свадьба, Дильбар хатун?-шмыгнув носом, спросила Солиха, подняв на женщину свои заплаканные глаза.

-Вы плакали, Госпожа?-увидев заплаканные глаза Солихи, спросила главная калфа.

Солиха мгновенно стерла с глаз и с лица слёзы, и встала с тахты.

-Я не плакала,-тихо ответила Солиха, устремив взгляд на лежащую возле зеркала на небольшой бархатной подушечке высокую диадему, инкрустированную бриллиантами, а позади диадема была подвешана прозрачная белоснежная ткань, на которой жемчугами были вышиты узоры.

-Не отчаивайтесь, госпожа, всё ещё впереди, а эта свадьба лишь только начало,-тихим и спокойным голосом произнесла Дильбар хатун.

-Ну как же мне не отчаиваться, ведь я выхожу замуж за нелюбимого!-не выдержала Солиха, посмотрев на главную калфу гарема.

-Госпожа, со временем всё уладатся и Вы уже не будете так злиться на Вашего будущего мужа,-пыталась смягчить Дильбар хатун старшую дочь Гавхаршад Бегим.

Солиха посмотрела на Дильбар хатун, приподняв одну бровь. А ведь, быть может, стоит попытать удачу и, всё-таки, выйти замуж Махмуда пашу?...

***

Седовласый мужчина подошёл к повелителю, восседавшему на своём могущественном троне. Паша поклонился молодому повелителю и чуть улыбнулся.

-Здравствуй, Махмуд паша,-улыбнулся кареглазый повелитель.-Поздравляю тебя с этим знаменательным днём.

-Благодарю, мой повелитель. Я рад, что Вы удостоили меня такой чести - стать Вашим зятем,-на лице главного визиря появилось несколько морщинок, когда он улыбнулся.

С женской части сада послышался громкий голос глашатая.

-Дорогу, Солиха Султан Бегим!-в этот момент повелитель встал с трона, и вместе со своими младшими братьями, которые до селе стояли подле его трона, прошёл в женскую часть сада.

Все встали со своих мест и поклонились повелителю и шедшей со стороны гарема Солихе Бегим, чьё белоснежное платье красиво сверкало из-за множества драгоценных камней, пришитых на платье.

Повелитель подошёл к своей царственной матери и ослепительно улыбнулся ей, поцеловав протянутую руку.

Белоснежная прозрачная ткань, покрывающая лицо Солихи, открывала всем взор на её светло-карие глаза, полные грусти и печали. Она выбрала свой путь, хотя это решение далось ей не безболезненно. Она повзрослела за один день, который координально изменил её: из капризной девчушки-госпожи она превратилась в взрослую, сознательную молодую женщину, готовую принять все дальнейшие удары судьбы...