73. Забавная рыбка
Слишком тихо. Шинсо понял это спустя сутки после того, как стал соучастником преступления. Сначала он не придавал этому значения; мало ли Спиннер и Магне, выбив информацию от Матери и Отца, решили обсудить это с остальными членами Лиги, и потому в штаб-квартире отсутствовали все, кроме Курогири. Первым делом Шинсо подумал, что ему не доверяют, но откинул эту мысль — его бы как минимум не оставили только с одним злодеем. На вторые сутки отсутствия злодеев Шинсо пришёл к простой мысли — до этого в его суждениях была странность; казалось, что только они трое были заинтересованы в архивных документах, так зачем Спиннеру и Магне обсуждать это с остальными без Шинсо? С Шигараки вопросов не возникало — он как лидер по умолчанию был заинтересован в том, что происходило вокруг Лиги, и потому мог вести обсуждение с этими двумя. Но как минимум Мистер Компресс и Даби не были в этом заинтересованы совершенно, а Твайс, если и испытывал интерес, то показал себя мягкотелым, когда дело касалось зрелищных фотографий. Тога иногда пыталась зарыться в документы, но быстро теряла концентрацию и, скорее всего, вместо этого хотела просто повеселиться и потому предлагала Твайсу во что-то поиграть.
Не то чтоб его сильно волновало отсутствие злодеев, на самом деле он был рад времени в одиночестве. Триггера в виде Даби и его глупых поддразниваний не было, так же не было речей Шигараки или, что было бы ещё хуже, его поздравлений, касаемо соучастия в преступлении. Зная о том, что Спиннер готов был ввязаться в драку с Магне из-за редкого виски (от которого Шинсо воротил нос, но остатки которого он в итоге полностью опрокинул в себя), он был рад как минимум избавиться от злобного ворчания Спиннера, а как максимум от его острых клинков. Касаемо Магне — ну, Шинсо избежал её унылых вздохов, которые могли бы вызвать у него стыд и желание вернуться обратно во времени и не лишать её дерьмового виски. Твайс и Тога в целом были милыми и не беспокоили Шинсо, но враждебный голос мог сказать что-то не то, а упоминание крови хоть и было обычной вещью, но в контексте произошедшего Шинсо не думал, что хотел бы в ближайшие часы иметь с этим дело.
Его мысли всё это время были далёкими и онемевшими — они будто трепыхались где-то на дне, но никак не могли выбраться на поверхность. Шинсо это устраивало. Он был систематичен и последователен, когда просматривал архивные документы, спокоен и собран, когда уложил их по нужным кучкам. В какой-то момент документы кончились, и он решил, что в гостиной слишком грязно. Он двигал и ставил мебель обратно, чтобы подмести полы, а затем вымыть их до блеска. Он расфасовал книги по алфавитному порядку и нашёл каждой настольной игре более подходящее место на полках, которые заранее протёр. Он распутал все имеющиеся провода и перевязал их резинками для волос Тоги таким образом, чтобы больше они не спутывались. Затем занялся более дотошными деталями — используя зубочистки, он очистил от пыли кнопки джойстиков и пультов, шахматные фигурки, трещины в столе. Он сменил постельное бельё на футоне Тоги и занялся стиркой. Пока он ждал, как стиральная машинка закончит стирать, вымыл ванну и туалет, избавил от липкости все флаконы и протёр зеркала. После вещи оказались на сушилке, а Шинсо — в своей комнате.
Настал момент заняться обустройством. Мистер Компресс каждый раз приносил по просьбам Лиги сворованные вещи, Шинсо ничего не просил, но и его не оставляли в стороне. Шинсо всегда трогал наощупь пакеты, которые ему давали, так что знал, что там одежда. До каких-то пор его устраивало то, что уже у него имелось, но сейчас он прошёл к пакетам, лежащим в углу, и наконец принялся их разбирать. Закончив, он уставился в шкаф с лёгким чувством замешательства. Мистер Компресс явно перестарался, но Шинсо не мог его в этом винить — ему нравилось то, что он видел. Футболки на вешалках выстроились в аккуратный ряд, и практически на каждой было изображение мультяшной кошки или кошачьей лапы. Было несколько клетчатых рубашек и лёгких свитеров, и когда Шинсо подразумевал, что Мистер Компресс перестарался, то имел в виду ещё одну деталь — на этих вещах не было изображений кошек, но на каждой бирке было название фирмы-изготовителя, где так или иначе значилось слово «Кошка». Это натолкнуло его на другую мысль — неужели одежда, которую ранее вручил ему Мистер Компресс, и которая прямо сейчас была на нём, имела такие же бирки? Шинсо оттянул спортивные штаны от талии, а после трусы. Ого, и правда...
Шинсо сходил в душ и затем провёл у шкафа пару часов, примеряя новую одежду. Он остановился на серой клетчатой рубашке, чёрной футболке с кошкой и синих джинсах. Оружие захвата с недавних пор завершало любой его образ. Он глянул в окно. Солнце всё ещё светило, а спать не хотелось совершенно, и когда он больше не нашёл, что привести в порядок, то отправился в бар.
Благословите божества Курогири.
Первое — он получил приятный комплимент своему виду, второе — Курогири по его просьбе занял его руки делом. Так он впервые оказался в подсобке и увидел все эти запасы лапши быстрого приготовления и остальную еду в холодильниках. Многое вышло из срока годности, так что Шинсо потратил кучу времени на то, чтобы собрать несколько пакетов. Курогири выкинул испорченные продукты через портал. Удобно. Затем Шинсо снова протёр пыль, подмёл и вымыл пол, затем раковину, а после выбился из сил и уснул в баре на диване.
Третьи сутки грозили бездельем и одиночеством, так что когда Шинсо привёл себя в порядок в ванной комнате и как обычно спустился в бар к началу радио шоу, то по его окончанию задержался. Курогири был любезен и никогда не отказывал в своём обществе. Так Шинсо узнал немного о Гиране. По словам Курогири, Гиран — довольно известное лицо в преступном мире, и он имел очень хорошую репутацию. В основном его работа заключалась в поиске новых рекрутов, но помимо прочего он был информатором. Информатором, который по наводке Шигараки нашёл информацию о Шинсо, где было сказано, что он попал в приют из неблагополучной семьи и остался совсем один. Шинсо всё никак не мог понять, почему о его сестре не было и слова. Но это уже неважно — все в курсе не только о ней, но и о его матери.
Курогири предложил вторую чашку чая, и Шинсо согласился. Он немного задумался; из того, что он знал, только Твайс...
— Погоди, так это Гиран привёл Твайса в Лигу?
Твайс упоминал, что работал на множестве подработок, чтобы накопить на пистолет, который быстро лишил бы его жизни. Твайс сказал, что, когда он отыскал нужного человека, то этот человек вместо продажи пистолета привёл его в Лигу.
Глаза-огоньки мягко изогнулись.
— Да, Гиран привёл его к нам.
Получается, Гиран спас его и избавил от одиночества. И в то же время Гиран был тем, кто предоставил подвальное помещение для пыток тех людей. Шинсо резко мотнул головой — не сейчас, — и вздохнул.
— А кого ещё привёл Гиран? Тогу, наверное?
— И Даби. Они пришли вместе, и Томура чуть не убил их обоих.
Шинсо поймал себя на мысли, что даже не удивлён.
— Ну от Даби он мог всё-таки избавиться... — проворчал Шинсо, и, о боже, Курогири усмехнулся. — А почему Шигараки..?
— Тога и Даби думали, что Лига сотрудничала с Пятном в Хосу, и потому Томура сильно разозлился на них.
Шинсо склонил голову. Он примерно знал, какие мотивы двигали тем или иным злодеем. В общем и целом, каждый из них хотел жить в комфортном для них обществе. Шинсо мог только догадываться, по какой именно причине Мистер Компресс здесь. Несмотря на своё дружелюбие и общительность, Мистер Компресс оказался довольно скрытным. Или, возможно, его таинственность — это часть его образа, который он всячески поддерживал. Но вот Даби... Шинсо впервые узнал о нём что-то, что хоть как-то касается Лиги; если Даби решил присоединиться из-за Пятна, то у него есть претензии к «фальшивым» героям. Что, на самом деле, было совершенно неинтересно Шинсо, куда больше ему стал любопытен тот факт, что Даби и Тога были знакомы до вступления в Лигу.
Но было ещё кое-что, что никак не вязалось с тем, что знал Шинсо.
— Но Спиннер восхищается Пятном. Он косплеит его.
Шигараки не переносил упоминания об убийце героев, но при этом Спиннер был его ярым фанатом. Спиннер так же высказывался о Всемогущем как об истинном герое, и Шигараки бесился от этого в сто крат сильнее, чем от убийцы героев.
— Они стали друзьями задолго до этого, — просто ответил Курогири.
И Шинсо не мог с этим спорить. Он догадывался, что для Шигараки самым близким человеком после Курогири был Спиннер. Но услышать подтверждение этому было в какой-то мере поразительно. Хотя, если копнуть глубже, то Шинсо не должен был вообще удивляться. В тетрадях Шигараки досье на Спиннера было самым большим, а в планах по захвату Японии наиболее детальным был текст о дискриминации людей, чьи причуды были мутантными. Был даже план о вербовке людей, похожих на Спиннера. Помимо этого Спиннер всегда злился, когда остальные высмеивали подход Шигараки к лидерству, а пьяный Шигараки как-то обмолвился о том, что только Курогири и Спиннеру позволено знать о том, что он не ходил к школу.
Видимо, Шинсо молчал слишком долго, поскольку Курогири подал голос:
— Какие у тебя на сегодня планы?
— Э-э... Хочешь помою полы в баре?
Курогири уставился на него с выражением, которое скорее всего означало удивление, а затем склонил голову.
— Может быть сыграешь со мной в го?
— Я бы сыграл, — ухватился за возможность Шинсо, но затем поёжился, — но не уверен, что хорошо помню правила...
Вместо ответа Курогири ушёл в подсобку, а вернулся уже с доской для го и белыми и чёрными камнями. Предложение Курогири сыграть в го означало, что остальная часть Лиги не вернётся ещё долгие часы.
Они распределили камни между собой, и Курогири предложил Шинсо взять чёрные камни и сделать первый ход, второй ход был за белыми. Шинсо примерно знал, как играть в го, и поначалу всё шло хорошо, но чем больше становилось камней на доске, тем больше Курогири пускался в объяснения правил. Уже к обеду Шинсо более-менее разобрался, а к вечеру состоялась полноценная игра, где помимо прочего Шинсо смог побеседовать с Курогири. Шинсо, на самом деле, интересовали многие вещи касаемо Курогири. Он не видел, чтобы Курогири спал, и потому спросил его об этом.
— Я бодрствую каждую секунду.
— С самого рождения? — изумился Шинсо.
Курогири покачал головой.
— Думаю, что с тех пор, как впервые очнулся таким.
— Таким?
— Ному, — ответил Курогири, и Шинсо случайно опустил камень не в то место. — Я не знаю, кем был прежде. Не знаю, кому принадлежало это тело.
Ному. Ходили слухи, что это были бездумные гибриды, созданные из тел нескольких людей, чьи причуды были в теле Ному. Шинсо видел Ному лишь на видео и фото, которые были сняты во время атаки на Хосу. В новостях упоминали, что один Ному был в тренировочном лагере, но Лига схватила Шинсо прежде, чем он стал этому свидетелем.
— Ты... отличаешься.
— Я единственный, кто обладает сознанием, — кивнул Курогири и опустил свой камень на доску, взяв в плен беззащитный камень Шинсо.
— Тебе не было интересно, кем... кому принадлежало это тело?
— Я не могу посмотреть на лицо, что находится за этим облаком тумана, могу лишь пощупать. Но я не то чтобы испытывал к этому сильный интерес. Я был создан для того, чтобы служить Мастеру, создан для того, чтобы заботиться о Томуре. Но... — Курогири ненадолго замолчал, и Шинсо, не особо обдумав свой ход, опустил камень на доску. — Иногда что-то вызывает во мне чуть более сильные эмоции, чем к которым я привык. Например, кошки.
— Кошки?
— У Томуры никогда не было домашних животных, так что я не знаю, почему все кошки кажутся мне странно знакомыми. — Курогири опустил камень, а Шинсо смущённо посмотрел на свою футболку. — Не беспокойся. Я же уже сказал, что ты хорошо выглядишь в этих вещах.
— ...А что-то ещё помимо кошек?
— Радио тоже кажется мне странно знакомым. Наверное, предыдущий обладатель любил все эти вещи.
Долгую тишину сопровождал стук камней о доску. Игра закончилась победой Курогири, что было предсказуемо. Курогири предложил сыграть ещё, но Шинсо, извиняясь, отказался. Он эмоционально выбился из сил, но всё ещё был полон физической энергии, так что спросил:
— Могу я попытаться починить плиту в подсобке?
— Инструменты в деревянном ящике.
Иногда во время спаррингов в лесу ему удавалось отобрать ножи у Тоги, но ещё примерно пару месяцев назад никто из Лиги не доверил бы ему что-то типа отвёртки, а тем более лом или молоток. Так что, когда Шинсо держал эти предметы в руках так свободно, им овладело странное чувство. Он резко мотнул головой.
Неважно.
Он подключил провод в розетку, и, что очевидно, плита не заработала магическим образом. Шинсо никогда не чинил бытовую технику, но предполагал, что после проверки провода ему нужно очистить внутренние комплектующие. Вдруг что-то вышло из строя из-за пыли или типа того? Он взял отвёртку, сел на пол и принялся разбирать плиту. Лапша быстрого приготовления, консервы и бутерброды надоели всем.
И хотя у Тоги была маленькая плитка с одной конфоркой, она очень ревностно её опекала, потому что это было подарком Шинсо, который он подарил ей совершенно случайно. Когда он только появился в Лиге, он наблюдал, как Тога настырно доставала Даби и умоляла поджарить ей мидий его огнём. Шинсо просто недоумённо спросил Магне о том, почему Мистер Компресс не может просто украсть маленькую плитку для Тоги, и Магне громко усмехнулась, чем и заинтересовала остальных злодеев. Ухмылка Шигараки была слишком широкой, когда он узнал, что именно Шинсо предложил что-то украсть.
Вдруг другое воспоминание завладело разумом Шинсо. В тренировочном лагере он и Каминари пришли утром на кухню, чтобы сделать себе несколько бутербродов, но обнаружили там взбешённого Бакуго, который ругался на неработающую плиту. Когда Каминари, используя электричество, «починил» плиту, им удалось убедить Бакуго в качестве благодарности приготовить вкусный завтрак для них.
...Воспоминания исчезли, когда Шинсо понял, что не имеет понятия, где именно должны быть прикручены все эти детали от плиты, которые он очистил от пыли. Теперь он пытался воссоздать картину того, в каком порядке разбирал все эти детали. Он провозился достаточно долго, чтобы стать раздражённым, и когда у него уже потерялась всякая надежда воткнуть куда-то несколько оставшихся деталей, он от злости ударился лбом о край плиты и айкнул из-за проступившей боли.
Шинсо услышал шорох и повернул голову. Шторка, разделяющая подсобку и бар, отодвинулась, и Курогири высунул голову.
— Что случилось?
— Я, э-э, просто не понимаю, где должны быть эти детали...
В итоге Курогири присоединился к нему, и, немного поломав голову, им удалось разобраться, однако плита так и не заработала.
Шинсо с унылым вздохом сел на барный стул и начал играться с кончиками оружия захвата, а Курогири занялся ужином — лапшой, которую всего-то нужно было залить кипятком. И хотя Курогири старался разнообразить это блюдо тем, что добавлял какие-то нарезанные овощи, Шинсо хотел что-то типа того рамена с мясом и яйцом, который он поел несколько дней назад. Шинсо только потом узнал, каких трудов это стоило Курогири — чайник использовался и как кастрюля для варки лапши, и как сковородка для жарки мяса и яйца, — так что он не настаивал на повторном приготовлении того чудесного рамена. Отстранено он подумал о том, почему Курогири не попросил у Тоги её плитку, но быстро опомнился — Тога очень рьяно защищала эту плитку даже от Шинсо. Однажды кто-то пошутил о том, что она бы точно поделилась этой вещью с ним, но она, сконфузившись, ответила отрицанием. Возможно, ей просто хотелось иметь что-то, что принадлежит только ей, и Курогири это понимал.
Шинсо ел лапшу, поглядывая по сторонам, и вдруг кое-что заметил. После того, как в битве с Мускулом замок на входной двери расплавился огнём Даби (или клоном Даби, что был создан причудой Твайса, Шинсо не помнил), замок снова был кем-то повешен на дверь. Шинсо моргнул, чтобы убедиться в увиденном, и да, прямо сейчас замок отсутствовал. Этот факт поселил в Шинсо странное чувство, и он оглянулся на Курогири. Затем его до краёв заполнило удивление, потому что лапша, что поднеслась палочками к предположительному месту, где должен быть рот Курогири, пропала. Шинсо пронаблюдал за тем, как вторая порция лапши исчезла в пурпурном облаке тумана, и затем пробормотал:
— ...Приятного аппетита.
Курогири изогнул жёлтые глаза в полумесяцы.
— Ты первый, чья реакция не вышла за рамки приличий. Мне приятно, так что спасибо.
Шинсо кушал лапшу в полном замешательстве, раздумывая, какими были реакции остальных на то, что Курогири делал такую банальную вещь, как поедание пищи. Но еда кончилась быстро, и стоило Шинсо встать с барного стула, его взгляд невольно метнулся к входной двери. Замка не было.
Шинсо шагнул, затем ещё и ещё, пока не встал впритык к двери, и оглянулся. Курогири спокойно протирал барную стойку. Шинсо потянулся к ручке и открыл дверь со скрипучим звуком. Курогири не отреагировал. Шинсо медленно вышел за порог, гравий захрустел под его ногами, тёплый ветер пробрался в бар, а Курогири лишь сказал:
— Не заблудись.
— ...Ага.
Вид из его окна не был особо информативен, но и сейчас Шинсо не заметил ничего примечательного. Всё то же самое — с одной стороны лесистая местность, по другую сторону заброшенная стройка, которая едва была начата, и снова лесистая местность. Намёк на дорогу едва был узнаваем, асфальта не было, лишь слегка стоптанная земля, которая уже зарастала травой. Он оглянулся к зданию, которое было штаб-квартирой Лиги, и заметил повреждённую табличку, где в иероглифах узнавалось слово «общежитие». Работники жили здесь, но по состоянию здания Шинсо мог сказать, что жили они здесь очень давно. Облупившаяся краска на оконных рамах, треснувшие кирпичи. К торцу здания были приложены строительные лестницы и доски, что успели заплесневеть, а холщовые мешки истрепались от перепада температур — мешки были в дырах, и оттуда наружу выбился песок. Шинсо обогнул здание и заметил аналогичную картину — брошенные вёдра, лопаты и прочие инструменты для стройки были либо сломанными, либо ржавыми, а строительный мусор лежал везде.
Шинсо отстранённо оглянулся вокруг и... что это за маленькое здание, едва выглядывающее из-под зарослей чуть вдалеке? Спустя мгновенье Шинсо шёл сквозь заросли, за которые цеплялось оружие захвата. Он так спешил, что совершенно не смотрел себе под ноги и споткнулся о корни дерева, упал в репейник, собрав кучу колючек, и случайно съел паутину. И добравшись до места назначения, он разочаровался. Маленьким зданием оказалась обычная трансформаторная будка, отвечающая за подачу электричества. Ничего интересного, но он всё равно подошёл к двери и вдруг обнаружил там замок. Увесистый камень удобно лежал у его ноги, так что вскоре замок отвалился, и он отпер дверь. Он не знал, что искал, возможно, какие-то документы о плане стройки, чтобы узнать, где он находится, но едва войдя в помещение и нащупав переключатель, он увидел несколько клинков, аккуратно висящих на стене сверху вниз, и понял, что совершил крупную ошибку.
Убежище Спиннера.
Шинсо знал, что у Мистера Компресса не было своей комнаты в штаб-квартире Лиги — злодей скорее отсутствовал, чем присутствовал. Так что Шинсо бы не удивился, если бы Мистер Компресс из соображений эксцентричности спал вверх ногами как летучая мышь на каком-нибудь из этих деревьев. Разумная часть его мозга подсказывала, что у Мистера Компресса просто есть своя квартира, и Курогири создавал для него порталы прямиком до туда.
То, где ночует Спиннер, тоже не вызывало у Шинсо вопросов — иногда он спал в баре на диване, к тому же Шинсо не единожды видел, как Спиннер и Шигараки ближе к ночи вместе поднимались на второй этаж, чтобы во что-то поиграть на портативных приставках. И, ну, Спиннер как близкий друг Шигараки мог спать у него?..
В любом случае прямо сейчас Шинсо тупо стоял и пялился на клинки, отстранённо раздумывая, каким из них его покромсают на куски. Он сделал ставку на самый верхний клинок — лезвие на нём было сбито и сколото по краям. Так, ладно. Нужно уходить. Шинсо, невольно мазнув взглядом по скрюченным одеялам и подушкам на полу, повернулся к переключателю, но замер. О боже. На тумбочке он увидел то, что не должен был видеть. Спиннер будет очень, очень недоволен. Ну точно верхний клинок.
На тумбочке стояло что-то типа аквариума, но без воды и со стеклом сверху, так что это была прозрачная коробка. А внутри... Ну, что ж. Причуда Спиннера была более мутантной, чем думал Шинсо. Помимо того, что Спиннер выглядел как рептилия, мог лазать по поверхностям, как рептилия, он к тому же сбрасывал кожу, как рептилия. В стеклянной коробке были прозрачно-белые перчатки. Выглядели перчатки хрупко, так что Шинсо даже не рискнул наклониться, чтобы присмотреться к узорчатой чешуйчатой коже, наоборот — он отошёл на шаг назад. Миновав первостепенный шок, Шинсо поймал себя на мысли, что умиляется — он будто увидел котёнка, а не сброшенную кожу. Хм, если Спиннер имеет с рептилиями куда больше общего, то как у него обстоят дела с половыми органами? Шинсо слышал, что у рептилий они парные...
Не верхний клинок, не-а. Спиннер воткнёт в него все клинки сразу.
Шинсо вздрогнул, выскочил из убежища Спиннера, кое-как нацепил сломанный замок обратно на дверь и побежал сквозь уже потемневший лес. Его оружие захвата чуть не застряло в зарослях, он снова споткнулся и упал в репейник, к нему прилипло ещё больше колючек. Распахнув дверь штаб-квартиры, он увидел, что в центре бара формируется портал, и оцепенело замер.
Облегчение нахлынуло на него, когда портал исчез сразу после того, как из него вышла Тога. Тога моргнула на него, затем резко побежала, крича:
— ТЫ ТАК КРАСИВО ВЫГЛЯДИШЬ В НОВОЙ ОДЕЖДЕ! Я ТАК СКУЧАЛА, ЭТО БЫЛО СЛИШКОМ ДОЛГОЕ РАССТАВАНИЕ! — Тога налетела на Шинсо с крепкими объятиями, одной рукой он обнял её, другой опёрся о стену, чтобы удержать их обоих на месте и не упасть. Тога вдруг отлепилась от Шинсо и оглядела его внимательней. — Ты что, поцарапался? Мне нравится! Ты чуть-чуть пахнешь кровью!
— Я, э-э, рад, что тебе нравится...
— Кстати, насчёт крови! Я хочу проверить свежую кровь, а ты хочешь? — поинтересовалась Тога и, не дожидаясь ответа, затараторила: — Я спросила у Шигги, и Шигги не против, если ты тоже проверишь! Пойдёшь? Магне сказала, что если ты не захочешь, то я не должна тебя заставлять, потому что это не мило, поэтому я тебя спрашиваю! Я не хочу возвращаться без тебя, но мне придётся, если ты мне откажешь! Пошли! Мистер Компресс сказал, что тебе нужно пространство, но у тебя было много пространства, пока нас не было! И-
Шинсо положил ладонь на рот Тоги, и Курогири выбрал этот момент, чтобы аккуратно подать голос:
— Какие распоряжения отдал мне Томура?
Тога ойкнула в ладонь Шинсо, и он убрал руку.
— Шигги сказал, что тебе нужно найти Даби и Спиннера и как можно скорее вернуть их сюда!
Как можно скорее? Вернуть Даби и Спиннера? Шинсо панически расширил взгляд. Тога повернула голову обратно к нему, и Шинсо был не в своём уме, когда импульсивно произнёс:
— Я пойду.
Тога удивлённо на него уставилась, её щёки тотчас покраснели, а затем она клыкасто улыбнулась, приобняла его за руку и крикнула Курогири:
— Портал!
Первое, что понял Шинсо, когда вместе с Тогой переступил через портал, так это то, что он оказался в тёмном складском помещении, где освещением служил лунный свет, пробивающийся в зазорах на крыше.
— Она тебя заставила?
Шинсо обернулся на звук и обнаружил на небольшой постройке сидящую Магне, чьи руки обхватывали большой предмет, обёрнутый тканью. Шинсо знал, что там. На совместных спаррингах Магне говорила ему о том, что не будет использовать против него своё основное оружие — гигантский магнит для прямой атаки, — потому что в таком случае у него не будет и шанса выиграть у неё спарринг. Зачем ей?..
— Я его не заставляла!
— Значит, ты его обманула? — заговорил другой голос, и взгляд Шинсо рассеяно скользнул дальше. Мистер Компресс, закинув ногу на ногу, сидел на соседней постройке, склонив голову в шляпе с пером.
— НЕТ! Я его не обманывала! Я рассказала ему о свежей крови! Шинсо согласился пойти со мной!
— Шинсо? — спросила Магне.
— Я... э-э, да. Тога говорит правду.
— О, так вот оно как, — послышался довольный голос, и из-за постройки, на которой сидел Мистер Компресс, вышел Шигараки, кладя в карман тёмного плаща портативную приставку.
Шинсо напрягся. Не из-за присутствия Шигараки, вовсе нет, а из-за того, в каком виде был злодей. Такого Шигараки он видел лишь однажды на видео, где лидер Лиги толкал речи толпе, пока Курогири клал на крышу торгового центра бессознательную Рэгдолл. Сейчас ампутированные руки покрывали не только лицо Шигараки, но и остальные его паучьи конечности.
— Чёрт возьми, приведи себя в порядок, — небрежно махнул рукой Шигараки и прислонился к стене меж двух построек. — Не позорь Лигу этим прилипшим репейником.
— Я тебе помогу! — Тога начала отделять колючки с его одежды, пока растерянный Шинсо постепенно осознавал, во что именно ввязался.
Кровь. Свежая кровь. В баре Шинсо не придал большое значение словам Тоги, потому что Тога постоянно болтала о крови и уже использовала словосочетание «свежая кровь» в значении «Я только что вытянула кровь из вены и сейчас поем!». Но выражение «свежая кровь» не было буквальным и означало нового рекрута?.. Чёрт, он был слишком ослеплён мыслями о Спиннере, чтобы понять об этом вовремя! Тога говорила, что хочет проверить свежую кровь, и что Шигараки не против присутствия Шинсо, но для проверки настоящей красной крови из вены ей не нужно было ничего спрашивать у Шигараки!
— На конверсах тоже.
— Да, сестричка!
...Магне сказала Тоге не заставлять его идти с ней, потому что это не мило...
— На волосах.
— Да, Компресс!
...Мистер Компресс говорил Тоге о пространстве для Шинсо и по их прибытию предположил, что она обманом привела его сюда...
Шинсо тупица. Он не поинтересовался у Курогири за всё время отсутствия злодеев, чем именно они занимались, потому что хотел отвлечься. Они занимались вербовкой.
— Всем на позиции, — объявил Шигараки, и за стенами склада послышался звук уже стихающего мотора.
За мгновение до того, как Тога утянула Шинсо на пол к постройке, где сидел Мистер Компресс, он успел заметить, как Шигараки расправил плечи и как его взгляд, смотря вперёд, блеснул опасным красным сквозь когтистую руку на лице.
Шинсо непроизвольно вцепился в край оружия захвата, что свисало к бедру, а Тога, обняв колени, расслабленно положила голову ему на плечо. Затем массивные двери медленно отворились в стороны, издавая грохочущий звук.
Твайс, а за ним — молодой мужчина такого же роста, что и он, но худее. Толстая меховая куртка, белые перчатки на руках. Но не это первым бросалось в глаза — внимание приковывала устрашающая огромная маска на лице, изогнутая и крючковатая, как клюв хищной птицы. Пронзительный взгляд мужчины едва ли посмотрел на остальных и остановился на лидере Лиги Злодеев.
— Ты поймал забавную рыбку, Твайс, — протянул Шигараки низким голосом.
— Забавную, говоришь? В моих глазах Лига Злодеев — не больше чем ирония, — спокойно ответил мужчина.
— Эй, миленький, он какая-то знаменитость? — обратилась Магне к Шигараки.
— Мастер рассказывал мне разные любопытные вещи. Он — якудза. По последним данным он действующий лидер Восьми Заветов Смерти, Оверхаул.
— Якудза?! Настоящий якудза? — распалилась Магне. — Ах, впервые такого вижу! Мне он уже нравится!
Тога подняла голову с плеча Шинсо и задрала её вверх к Мистеру Компрессу.
— А якудза не такие, как мы, что ли?
— Эх, Тога, тебе ещё учиться и учиться, — посетовал Мистер Компресс. — О якудза не рассказать в двух словах, но я поведаю тебе короткую историю. Долгое время различные группировки якудза держали японское общество в страхе, но когда настала эпоха причуд и появились герои, власть якудза начала постепенно ослабевать, а с приходом Всемогущего на их деятельности был поставлен крест. Те, кому удалось скрыться, отныне считаются злодеями неудачниками. Проще говоря якудза — пережитки прошлого.
— На данный момент точнее и не скажешь, — бесстрастно согласился Оверхаул.
— Значит, якудза намерены вернуть своё влияние, вступив в Лигу Злодеев? — спросила Магне.
Оверхаул даже не взглянул на неё и обратился к Шигараки:
— У меня есть вопрос.
— Что ты хочешь знать? — тяжёлым голосом спросил Шигараки.
Глаза Оверхаула блеснули.
— Все За Одного. Он действительно существует? — спросил Оверхаул, и Шинсо непроизвольно вздрогнул, но, казалось, его не заметили; Оверхаул, храня взгляд на Шигараки, продолжил: — Не пойми меня неправильно. С детства я слышал от стариков множество вещей о нём. Об императоре, что правил всем подпольным миром, о короле, что отбирал и даровал силы. Прошло много лет, а старики, кажется, продолжают бояться его ещё больше. Моё же поколение считает его не больше, чем легендой.
— Всего-то? Личный интерес? — удивился Мистер Компресс.
Зрачки Оверхаула даже не сдвинулись с Шигараки.
— Я смотрю на тебя, лидера Лиги, и вижу перед собой лишь щенка. Твоя организация появилась буквально из ниоткуда и быстро заимела репутацию, и меня интересует, не находится ли за тобой кто-то намного выше рангом. И если этот кто-то существует, то я хочу знать.
Шинсо ожидал, что Шигараки оскорбится, взбесится, ожидал, что он яростно прокричит о существовании Все За Одного. Однако голос Шигараки был безупречно спокойным и стоическим, почти скучающим.
— Мне нечего тебе сказать.
Оверхаул, цепко смотря на Шигараки, задумчиво молчал, а затем незатейливо спросил:
— Значит, таким образом ты отдаёшь первенство мне?
— Какой глупый вопрос... С таким ничтожным тараканом, как ты, Лига даже сотрудничать не будет, — усмехнулся Шигараки. — Как и было замечено ранее, якудза — пережитки прошлого, что лишились своего влияния. У тебя нет ничего.
— Это временно. Моё влияние растёт, пока мы с тобой просто разговариваем. И совсем скоро ты увидишь, как я разрушу мир героев, — надменно ответил Оверхаул и медленно раскинул руки в стороны. — Тем временем посмотри на себя. Что есть у тебя? У тебя был убийца героев, Пятно. Потом был безумный маньяк, Мускул. Затем был заключённый, приговорённый к смертной казни за серийные убийства, Мунфиш. Ты потерял троих первосортных подчинённых, двое из которых теперь заменены студентом из геройской академии. Это просто смешно. Ещё больше меня смешит твой подход к лидерству; ты не способен контролировать своих подчинённых, когда только двое должны разговаривать. Абсолютно никакой дисциплины и уважения.
— Как же ты действуешь мне на нервы... Твайс, впредь проверяй намерения тех, кого приводишь, — пробормотал Шигараки, и Твайс с застенчивым видом отошёл от Оверхаула к постройке, где сидела Магне. Однако Оверхаул, будто ничего не произошло, продолжил:
— Смысл тебе вербовать кого-то, накапливать мощь, если ты не способен всем этим распоряжаться с умом? Я знаю, что ты вряд ли когда-нибудь начнёшь уважать меня, — Оверхаул протянул раскрытую к верху ладонь в приглашающем жесте, — но уважай хотя бы самого себя. Начни с малого: отдай мне своих подчинённых и в стороне понаблюдай за тем, как хорошо я дисциплинирую и использую их. Затем дождись того момента, когда я возвышусь над тем, кто прослыл лишь жалкой легендой.
И, как и прежде, голос Шигараки был спокоен и совсем немного раздражённым:
— Проваливай.
Но это не касалось Магне, вскочившей с постройки с магнитом наперевес.
— Мы тут собрались не для того, чтобы прислуживать кому-то! И хотя ты поначалу показался мне довольно симпатичным якудза, это было до того, как ты открыл свой рот! — вскричала она в гневе, и Оверхаул расширил глаза, когда его тело, озарившееся синим свечением с буквой S, означавшей направление юга, вдруг потащилось вперёд из-за силы магнетизма. — Недавно я встретилась со старым другом, с тем, кто так сильно похож на меня, с тем, кто, зная меня прежнюю, сказал мне добрые слова о пути, который я выбрала! Ты хочешь загнать нас в рамки?! Дисциплинировать и использовать?! Я хочу жить, как мне вздумается, поэтому я в Лиге! — Магне направила кончик магнита в сторону движущегося Оверхаула, который снимал белую перчатку с руки, и крикнула: — Мы сами решим, за кем идти и что нам делать!
Когда магнит протаранил плечо Оверхаула, голый палец Оверхаула коснулся руки Магне.
Всё произошло меньше, чем за секунду. Кожа Магне зарябила и изнутри разрослась наростами, а увеличившись в размерах, не только её кожа, но и вся верхняя часть её тела взорвались, словно воздушный шар.
Шинсо в ужасе замер.
— Сестричка... Ма-магне? — судорожно вздохнула Тога рядом с ним.
Изуродованные останки Магне струями хлестнули во все стороны, а её ноги накренились и с хлопком упали на пол склада. Оверхаул выпрямился под кровавый дождь.
— Даже не вздумайте, он начал первым, — заметил Оверхаул и растёр рукава куртки, нахмурив брови. — Чёрт... как же грязно, ненавижу... ненавижу грязь...
Возле Шинсо упало что-то, похожее на кишки; к его горлу подступила тошнота.
— Компресс, стой! — потеряв спокойствие, крикнул Шигараки.
— Я сожму его, а потом разберёмся! — крикнул Мистер Компресс, и Шинсо краем зрения увидел, как что-то с потолка стремительно метнулось к нему. Неважно, насколько быстрым был Мистер Компресс, это что-то, что оказалось часовой стрелкой, оказалось в разы быстрее и коснулось его, замедлив все его движения.
— Не прикасайся ко мне! — в тот же момент взревел Оверхаул и, откинув в сторону Мистера Компресса, лёгким касанием уничтожил его правую руку в кровавые ошмётки. — Почему вы не можете никак понять?! Если Все За Одного был богом в детской страшилке, то я стану богом в реальности, поскольку я способен как отнять жизнь, так и вернуть её!
Глаза Шинсо расширились, его мысли заметались в клетке, словно яростная порхающая птица, лишённая свободы. Мистер Компресс, замедленный под действием чужой причуды, пытался встать, звук агонии из его горла протянулся, как заторможенное аудио, как бесконечность. Оверхаул, всё ещё бешено глядя на Мистера Компресса, поднял руку по направлению к нему и...
— Компресс! — крикнул Твайс и, создавая клона, двинулся к нему.
Нет. Нет.
Конец оружия захвата всё это время был сжат в кулаке Шинсо. Шинсо вскочил, направляя руку, и ткань полетела к Мистеру Компрессу. Часовая стрелка, что двинулась сначала к Твайсу и его клону, а затем к Шинсо, вдруг ещё раз изменила направление — Шигараки выскочил и метнулся, как пуля, к Оверхаулу. Тем временем оружие захвата петлёй сжалось вокруг Мистера Компресса. Оригинальный Твайс и Тога схватили руками оружие захвата, помогая Шинсо подтащить Мистера Компресса из зоны поражения. Видимо, замедляющая причуда работала по принципу причуды Шинсо — как только они коснулись своими руками Мистера Компресса, тот дико забрыкался и завопил во все лёгкие от боли. Пока Твайс успокаивал Мистера Компресса, взгляд Шинсо устремился вперёд. Часовая стрелка уничтожила клон Твайса и двинулась дальше к Шигараки, почти настигнув его, но из-за ножа Тоги, резко выброшенного вперёд, стрелке снова пришлось изменить направление, чтобы сбить нож в воздухе. Из-за этой маленькой заминки Шигараки, ловко извернувшись в воздухе, избежал часовой стрелки и направил все пять пальцев в Оверхаула, до которого оставалось совсем немного.
— Прикрой! — вскричал Оверхаул, и между ним и Шигараки вдруг вырос человек с изогнутой маской, в массивное тело которого обрушилась ладонь Шигараки. Тем временем второй нож Тоги пронзил плечо Оверхаула.
Пока серый прах оседал на пол, Шигараки отскочил и оказался возле членов Лиги, а с потолка спрыгнул якудза в белом одеянии, под капюшон которого спряталась часовая стрелка. Как только якудза поравнялся с Оверхаулом, стены загрохотали и треснули. Куски бетона рухнули на пол, в воздух взметнулись тяжёлые клубы пыли, на склад ворвалось не менее десяти якудза и окружило Оверхаула. На каждом из них была изогнутая в виде клюва маска.
— Опаздываете, — кинул своим союзникам Оверхаул.
— Э-э, ну... — пытался оправдаться злодей, который превышал своими параметрами Мускула как минимум вдвое.
— Неважно, — небрежно отозвался Оверхаул и посмотрел вперёд на Шигараки. — Я пришёл сюда с мыслью, что сокращать численность друг друга нет смысла. С каждой стороны есть по одному трупу, ваш союзник потерял руку. Моя рука тоже ранена. Казалось бы, что это равноценный обмен, но теперь... теперь я загрязнён, — Оверхаул вытащил из плеча нож Тоги и ненавистно откинул его на пол, где лежали кровавые останки Магне. — Я хочу избавиться от каждого из вас!..
Часовая стрелка мелькнула из-под капюшона злодея в белом одеянии, остальные якудза пришли в движение.
— Компресс, защищай Шинсо! — толкнув Шинсо к нему, крикнул Твайс и побежал вместе с Тогой к Шигараки.
Расширенный взгляд Шинсо метнулся к вялому Мистеру Компрессу, едва способному встать. Кровь хлестала из открытой раны. Плохо, очень плохо. Кровь нужно остановить, как это сделать? Точно. Шинсо резко опустился, снял оружие захвата с плеч и, наспех перевязывая плечо Мистера Компресса, выпалил:
— Как мне связаться с Курогири?!
— ...Моё связное... где-то там... — пробормотал Мистер Компресс.
«Там» означало, что средство связи было утеряно среди ошмётков плоти, где прямо сейчас развернулось сражение.
Закончив накладывать жгут, Шинсо встал перед Мистером Компрессом, как щит, и звуки сражения заполонили его уши; ни у кого из Лиги не было и секунды, чтобы залезть в карман и вытащить средство связи, а тем более кинуть его к ним. Паника настигла Шинсо, но вместе с этим его мозг заработал сверхурочно. Пока его глаза следили за сражением, а окровавленные пальцы сжимались в кулаки, каждое знание из Юэй, каждый урок Айзавы, каждая крупица информации поступали в его мозг и наслаивались друг на друга в поисках плана, в поисках выхода. Шинсо будто думал в нескольких измерениях одновременно, он создавал параллельные вселенные и прорабатывал теоретические события. Но любой приходящий на ум вариант не находил места в реальности, слишком много переменных, слишком много неизвестного. Здесь не было Даби и его огня, не было Спиннера и его клинков, Тога, пришедшая без снаряжения в виде воротника, отбивалась лишь одним ножом, клоны Твайса, защищая союзников, беспомощно падали и растворялись под натиском якудза, Шигараки был занят тем, что пытался избежать часовой стрелки, и потому ни один якудза ещё не попался под пятиточечное касание его ладони. Помимо этого, все трое, казалось, пытались не подпустить якудза к Шинсо и Мистеру Компрессу. Оверхаул беспечно стоял в стороне, наблюдая. Шинсо не мог бросить Мистера Компресса и ввязаться в сражение без оружия захвата. У него не было искусственных голосовых связок, чтобы подделать чей-то голос, но если бы это устройство было у него, то это бы всё равно ему не помогло, потому что...
У Шинсо нет причуды. Все За Одного, которым интересовался Оверхаул, забрал её. Численное преимущество было на стороне якудза, но, может быть, их можно было остановить и дать Лиге хотя бы маленькую передышку. Взгляд Шинсо расширился в осознании.
— ОН СУЩЕСТВУЕТ! — вскричал Шинсо, и его глотку обожгло от силы, которую он вложил в голос. Когда голова Оверхаула повернулась к нему, Шинсо крикнул ещё раз: — ОН СУЩЕСТВУЕТ!
— ВСЕМ НАЗАД! — скомандовал Оверхаул, и якудза отступили, встав позади своего лидера, но было видно, что каждый из них был готов снова вступить в бой. Тем временем Твайс схватил брыкающуюся в ярости Тогу и потянул её назад. Шигараки, оставшись в центре среди кровавых останков Магне, не поворачиваясь, прорычал:
— Не смей, Читер!
— Не глупи, Шигараки. — Оверхаул пальцем поманил Шинсо к себе. — Если маленький герой говорит правду, то сражение между нами бессмысленно.
И Шинсо с бешено бьющимся сердцем сделал дрожащий шаг вперёд, но второй шаг оказался под сопротивлением; слабые пальцы Мистера Компресса обхватили его штанину.
— Не иди... туда...
Шинсо вытянул ногу вперёд, и бессильная ладонь с хлопком ударилась о пол. С каждым шагом он ощущал, как над ним нависает что-то тяжёлое, он остановился, чтобы глянуть на ошеломлённого Твайса и на Тогу, крепко сжимающую нож, и заметил, что у неё разбит лоб. Её взгляд был ясен под потоком крови, сочащейся из раны. Гримаса ненависти исказила её лицо.
— Я отомщу ему за Магне, Шинсо, просто-
— Я не буду ждать вечно, — сказал Оверхаул, и Шинсо, сжав губы, прошёл мимо Твайса, продолжающего сдерживать Тогу.
Шигараки, вытянув руку в сторону, заслонил ею проход Шинсо, когда они почти поравнялись.
— Теперь ты знаешь, — не отрывая взгляда от Оверхаула, прорычал Шигараки. — Какой ответ тебе ещё нужен, а?
— Уступчивый. Такого ответа я от тебя не дождусь. К тому же, я не до конца верю и хочу, чтобы мне это доказали.
Когда Шигараки готов был что-то рыкнуть, Шинсо тихо повторил слова Оверхаула:
— Сражение бессмысленно, — и обошёл вытянутую руку. Шигараки наверняка находился в противоречиях, но не стал его останавливать.
Якудза в белом одеянии предупредительно направил часовую стрелку, и Шинсо остановился. Каждая его мышца была напряжена, а лицо, отвыкшее от выражения невозмутимости, сумело накинуть на себя эту маску, как лёгкий шлейф. Воздух был наполнен запахом железа, но это было ничто по сравнению с проникающим взглядом Оверхаула. Шинсо физически ощущал, как его ноги вдавливаются в пол, будто гвоздь забивают молотком. Оверхаул, не отрывая взгляда от Шинсо, произнёс:
— Немото, Исповедь.
Немото, якудза в чёрных шляпе и маске, с почтительным поклоном сказал:
— Повинуюсь.
— Спроси, есть ли у него намерение использовать причуду против меня.
— Маленький герой, — сказал Немото, и Шинсо напряжённо повернул голову. — Настолько ли ты глуп, чтобы использовать свою причуду против нашего лидера?
— Я не собирался использовать причуду на вашем лидере.
Шинсо ладонями зажал рот, его глаза расширились. Только что его губы зашевелились против его воли.
— Причина в том, что ты слишком напуган...
— Это лишнее.
— ...нашим лидером? — всё-таки закончил Немото и тихо извинился перед Оверхаулом.
Тем временем Шинсо зажмурился, он сопротивлялся ощущению движущихся голосовых связок в собственном горле, но не смог бороться.
— Ваш лидер... пугает меня... но причина не в этом.
Немото взглянул на Оверхаула и дождался кивка, прежде чем продолжить:
— Тогда в чём причина?
На виски Шинсо будто надавили. Он не хотел отвечать, он пытался дать отпор ментальной причуде, его голова сильно заболела, а его тело сжалось. Он рухнул на колени, упираясь руками в пол и сжимая губы, и проиграл, когда стало невыносимо терпеть боль. Его рот изрыгнул:
— Причина в том, что даже если бы я захотел, я бы не смог использовать причуду, потому что в моём теле её нет.
Шинсо слышал лишь собственные вдохи в образовавшейся тишине. Казалось, будто если бросить иголку на пол, можно было бы услышать её звон. Но совсем скоро послышался шорох одежд, и голова Шинсо вздёрнулась.
Оверхаул с безумным ликованием в глазах резко склонился, сев на корточки, и протянул руку, где не было белой перчатки, к предплечью Шинсо.
— Эй, не трогай его! — вскричала Тога, надрывая голос.
— Тога, не вмешивайся! Твайс! — крикнул Шинсо. И, кажется, Твайс не был намерен отпускать Тогу, поскольку послышались звуки сопротивления. Затем Тога что-то снова крикнула, но её голос прервался. Видимо, Твайс вырубил её. Это хорошо, если у Твайса был выбор спасти кого угодно или Тогу, он всегда выберет Тогу. Когда пальцы Оверхаула обхватили предплечье Шинсо в крепкой хватке и обожгли его кожу силой причуды, он отчаянно выпалил: — Если вы называете себя якудза, то честь якудза обязывает вас не вредить простым людям!
— Хочешь сказать, что ты не состоишь в Лиге Злодеев? — спросил Немото. — Что за бред-
Его ртом снова завладела ментальная причуда, но на этот раз Шинсо не сопротивлялся.
— Я не состою в Лиге Злодеев, потому что Шигараки не удалось меня завербовать. — Когда он ответил на вопрос, и к нему вернулась воля, он понял, что жжения на руке больше нет, но хватка сохранилась. Оверхаул медлил, и Шинсо, смотря ему в глаза и дрожа всем телом, продолжил: — Навредив мне, обычному беспричудному человеку, репутация якудза будет запятнана. Это будет позором.
Оверхаул склонил голову, в задумчивости он постукивал пальцем по предплечью Шинсо.
— Ты прав. Беспричудный человек — это идеал, на котором я не хочу оставить даже царапины, — медленно сказал он. — Но вот в чём дело — причуда моего подчинённого, Исповедь, заставляет человека отвечать на вопрос правдой, в которую тот верит. Но одной твоей веры мне недостаточно. Мне просто нужно разобрать тебя и собрать снова, чтобы убедиться, что в твоём теле нет фактора причуды и что ты действительно исцелён. — Взгляд Оверхаула стал более интенсивным. — И, если это так, то ты волен попросить у меня что-то равноценное в обмен. В таком случае ты заключишь со мной сделку?
Шинсо оцепенело переспросил:
— Разобрать и собрать снова?
— Твоя рука будет в полном порядке. Ну так что, согласен?
Шинсо сглотнул.
— ...Да.
Не прошло и секунды, как руку Шинсо обожгло, из-под кожи появились наросты, разорвавшие его плоть, потом боль, которую он никогда не испытывал прежде, захлестнула каждый его неповреждённый нерв. Тёплая красная влага хлынула, как конфетти, он не понял, когда именно закричал и когда Оверхаул среди его воплей безумно зашептал:
— Не могу поверить... Совершенство... Это правда, правда...
И, когда Шинсо готов был потерять сознание, потому что мгновение длилось мучительную бесконечность, всё — кости, мышцы, вены, кожа, — вернулось на место. Оверхаул отпустил его, и Шинсо, отпрянув, обхватил собственную руку, где сохранялись остатки боли, и спрятал её в защитном жесте другой рукой.
— Честь якудза, — произнёс Оверхаул, и даже сквозь крючковатую маску на лице можно было понять, что он широко улыбался. — Самое время сказать, чего ты хочешь.
Шинсо рвано дышал, будто тонул, едва успевая сделать вдох, его взгляд был мучительно расширен, грудная клетка трепыхалась, и всё-таки, хоть его тело и было не в себе, его разум был ясен.
— Доказательство, — прохрипел он.
— Доказательство чего?
— Верните жизнь, которую отняли... Верните её. — Шинсо услышал, как взволнованно вздохнул Твайс.
Бровь Оверхаула вздёрнулась.
— Её? А, ты имеешь в виду его, — насмешливо сказал он, на секунду уведя взгляд в ту сторону, где лежали ноги Магне. — Что ж, ты же понимаешь, что это неравноценный обмен?
Шинсо сжал губы.
— Я понимаю. Но... Что вы хотите от меня взамен?
Взгляд Оверхаула сузился в расчётливости. Затем, выждав долгую паузу, он резко выпрямился и прошёл мимо Шинсо, а за ним — якудза в белом одеянии, навострив перед лидером часовую стрелку в качестве щита. Шинсо вскочил с пола, чтобы пойти за ними, но вдруг его схватили за шею.
— Эй! Прекратите! — крикнул Твайс, и Шинсо брыкнулся, но чужая хватка только усилилась.
— Ему не навредят, — прошелестел Оверхаул.
Тем временем Шигараки смотрел на Шинсо видимым красным глазом из-под ампутированной ладони, его тело было напряжённо и казалось тяжёлым. Твайс, держа в руках бессознательную Тогу, стоял рядом и так же смотрел на него, растерянный. Позади них Шинсо углядел Мистера Компресса, съехавшего по постройке вниз на пол — он потерял слишком много крови.
— Ты же понимаешь, что это значит, Шигараки? — спросил Оверхаул, склонившись над валявшимися ногами. — Беспричудный ребёнок, которого ты не смог завербовать, дорожит одним из твоих грязных людей. Что это, если не проявление преданности? Ради этого я, как якудза, подарю ему своё доказательство силы. — И с этими словами Оверхаул коснулся ладонью одной из ног. Кровь и останки, что были разбрызганы повсюду, теперь же отслаивалась от поверхностей и пролетали по воздуху, сплетаясь в кровяные клубки, пока не достигли ног. И, когда тело слепилось полностью, Магне сделала резкий вдох. В ту же секунду часовая стрелка пронзила плечо Магне, и все её движения замедлились. Оверхаул выпрямился и полез в карман куртки.
— На этом, я думаю, стоит остановиться. — Оверхаул кинул визитку к ногам Шигараки, возвращаясь обратно вместе с якудза в белом одеянии. — Я оставлю беспричудного ребёнка у себя, пока ты не будешь готов к дальнейшим переговорам.
Не успевая полностью осмыслить услышанное, Шинсо ощутил, как что-то острое вонзилось в его шею. Он тяжело заморгал, сопротивляясь, его взгляд устремился к Магне, к живой, дышащей Магне, и только после он позволил тьме окутать себя, как тёплому одеялу.