69. Связь
Айзава надеялся, что его голова перестанет болеть. Но пока он не уйдёт из кабинета директора, этого точно не случится. Незу, ублюдок, попивал чай из маленькой кружки, его глаза-бусинки жмурились от улыбки.
— Как интересно, — тренькал Незу между глотками. — Думаю, скоро начнётся веселье!
В чём бы ни заключался восторг, Айзава его не разделял. По его мнению, всё было плохо. Контролёры чуть не завалили экзамен Каминари, к нему так же заявились родители, ранее подписавшие документ об отказе на него. Шинсо всё ещё похищен. Тодороки на полтора месяца отстранён от занятий, а Старатель умудрился подлить масла в огонь, дав интервью телеканалу. СМИ сходят с ума. Его студенты сходят с ума. Все сходят с ума, и Айзава в том числе.
— А ты так не думаешь?
— Думаю что насчёт чего. — Айзава даже толком не оформил голосом вопрос.
Глаза-бусинки внимательно посмотрели на него.
— Не предвкушаешь веселье?
Айзава потёр переносицу.
— О чём конкретно ты говоришь? Зачем я вообще здесь?
Айзава не думал, что имеет отношение к чему-то, кроме Шинсо, но если бы дело касалось его, то он уже был бы в курсе. С улыбкой Незу отставил кружку на стол.
— Конечно же я о милой Эри. Её проект замечательный.
Ах вот в чём дело. Айзава грозно прищурился.
— Ты ей подкинул идею, а она за неё ухватилась.
— Не вижу, чтобы ты был против.
— В следующий раз спроси меня, а не манипулируй Эри в своих интересах.
Незу имел наглость улыбнуться шире.
— Я ей не манипулировал. Я просто помог ей оформить её же мысли. Мы много разговаривали с Эри. Она умная для своих лет. Её мысли глубже и шире, чем может показаться на первый взгляд. Она нравится мне, а ей нравлюсь я. Знаешь, моя шёрстка блестит ярче после того, как она меня погладит, — хвалился Незу.
Айзава вздёрнул бровь.
— Ближе к делу.
Незу снова взял кружку в лапы и сделал медленный глоток. Показушник.
— Я думал о формате проекта Эри. Мне кажется, что радио формат будет слабоват для такого масштабного проекта, что уж говорить о текстовом аналоге с презентациями и слайдами или об обычном видео про причуды. Так же не факт, что начальник Ямады одобрит проект, а если одобрит, то проект подвергнется некоторой цензуре. Видеоинтервью — лучший вариант для проекта Эри. Независимое шоу Эри в интернете. Она уже согласилась с этим и ждёт лишь твоего одобрения.
— Когда ты... Ты спросил Эри вчера? Когда я был занят экзаменом?
У Ямады было радио шоу, а у Каямы дневной патруль. Вчерашней нянькой был этот хитрец.
— ...Чаю?
Айзава когда-нибудь утопит Незу в чае. Пока он сдерживал себя от этого позыва, Незу взобрался на стол, налил чай и предоставил ему крохотную кружку. Айзава выпил содержимое одним глотком и молчаливо потребовал ещё. Пусть эти маленькие отростки, называемые лапами, поработают. Незу уселся обратно после четырёх налитых кружек.
— Формат видеоинтервью будет включать в себя интервью, как ты уже догадался, — продолжил Незу. — Насчёт участия студентов я пока не решил, но вот признанные обществом герои смогут поучаствовать без проблем. Каяма, Полночь, согласна быть первопроходцем; она поговорит с Эри о своей причуде. Кан, Король Влад, утром дал своё согласие на участие в шоу. После того, как оба выпуска появятся в интернете, я займусь отправкой электронных писем остальным героям.
Ну, что ж, Айзава был зол, но признал, что Незу учёл самое главное — комфорт Эри. Каяма и Кан — отличные кандидатуры для общения с Эри как минимум потому, что она знает их обоих. Каяма и Эри сблизились на последней неделе летних каникул после похищения Шинсо, частенько Каяма укладывала Эри спать и засыпала сама. А Кан помогал Эри с учебным материалом в тренировочном лагере и так же сажал её к себе на плечи, когда прогуливался по лесу, чтобы проверить своих студентов. На первый взгляд всё казалось хорошо, но...
— ...Я не могу принять такое решение без одобрения её матери.
Незу отставил кружку чая и невинно улыбнулся.
— Нам, кстати, пора уже выезжать.
О, ну конечно. Предусмотрительный ублюдок. Айзава, не ответив, встал с места и ускорил шаг, чтобы Незу как обычно не всунул свою маленькую тушу в оружие захвата. Всю дорогу до тюрьмы, пока они ехали, Айзава молчал, а Незу миленько улыбался, так же ничего не комментируя.
Айзаве было о чём подумать. Первый визит к Харуке был своего рода проверкой; может ли он привести детей к родной матери, не страшась того, что это пагубно повлияет на них? И хотя Айзава был на девяносто девять процентов уверен, что всё в порядке, ему нужно было убедиться, что личный файл, который он читал у Цукаучи в кабинете, действительно отчасти предвзят, и Харука не представляет опасности. В следующие несколько встреч в течении месяца он всё ещё приходил один, но это было не из-за проверок и подозрений. В то время Шинсо был занят учёбой, потому что после его перевода на геройский факультет ему пришлось догонять остальных — некоторые материалы изучались не так глубоко на общеобразовательном факультете. Эри так же была погружена в учёбу, она слишком отстала от школьного материала, пока Айзава с Ямадой разбирались, как именно организовать её домашнее обучение и кто помимо них будет учить её. В те визиты Айзава приходил с новостями о её детях, рассказывал, как проходит их адаптация, делился некоторыми подробностями их домашней жизни, показывал распечатанные фото. Как только Шинсо и Эри немного обустроились, как только их учёба не стала занимать так много времени, Айзава привёл их на долгожданную встречу с матерью. Все встречи Айзавы наедине с Харукой проходили настолько хорошо, что они даже стали обращаться к друг другу неформально (что в последствии удивило Шинсо, но вопросов он задавать не стал, умный парень).
Однако Айзава сейчас не был уверен, всё ли пройдёт так гладко. Совсем скоро он встретится с Харукой, но дети должны были быть при нём. Для Хитоши и Эри это стало бы второй встречей с матерью спустя нескольких лет разлуки. Айзава обещал и Харуке, и её детям, что после тренировочного лагеря они снова увидятся. Но вместо этого Айзава придёт один.
— О, мы уже тут!
Ну, почти один. Айзава вздохнул при виде серого здания.
— Дай мне немного поговорить с ней наедине.
Машина была припаркована. Минуя проверки, охранников с дубинками, несколько коридоров, разделённых решёткой, он наконец зашёл в приватное помещение для посещений и сел на стул, дожидаясь охранника и заключённой.
Вскоре в помещение вошло двое человек. Когда Харука села на стул, она не улыбалась. На секунду Айзава задумался, нужно ли как обычно говорить охраннику, чтобы с неё сняли наручники, вдруг она накинется на него с кулаками, но он отмёл эту мысль. Он впервые видел Харуку в настолько дрянном состоянии. Её до плеч волнистые волосы, ближе к корням фиолетовые, как у сына, и белые с голубым отливом на кончиках, как у дочери, были слегка растрёпаны. Серая одежда была такой же мешковатой, как и всегда; ткань висела на фигуре, как на вешалке. Тонкие запястья обрамляли цепи от наручников и браслеты, подавляющие причуду. Она так плохо спала, что под её глазами появились мешки. Она так же плохо ела; Айзава был уверен, что в прошлые визиты свет не так сильно оттенял её острые скулы и тонкие ключицы, выглядывающие из-за ворота тюремной рубашки.
Так что Айзава красноречиво взглянул на охранника; это был всё тот же мужчина, что и в прошлые разы. Охранник, поджав губы, снял наручники с рук Харуки и вышел из помещения. Айзава снова взглянул на Харуку и испытал глубокое чувство стыда, пробирающее его до самых костей.
— Не смей извиняться, — прошипела Харука. — Только попробуй и я, блять, обещаю, что задушу тебя.
Айзава безрадостно фыркнул.
— Ты не в состоянии даже поднять куриную ножку, что уж говорить об удушении.
Харука так же безрадостно фыркнула.
— Ты выглядишь чуть лучше меня, но, думаю, праведный гнев матери сравняет наши силы. Тебе понадобилось слишком много времени, чтобы навестить меня после того, как моего сына похитили. О, захлопни свой рот сейчас же, мне не нужны чёртовы извинения, — Харука ударила рукой по столу, и спустя несколько секунд дверь распахнулась.
— Всё в порядке! — рявкнул Айзава охраннику. — Это не нападение!
Охранник окинул тяжёлым взглядом Айзаву и Харуку и медленно вышел. К этому моменту Харука успела сделать ряд глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Она положила руки на стол, сплетая пальцы, и снова заговорила, но сдержанно и тихо.
— Я знаю о всех новостях из телевизора, стоящего в общей комнате отдыха. Но есть ли что-то ещё?
Она просила рассказать детали, о которых знают лишь те, кто причастен к расследованию. Айзава не всегда был образцовым гражданином, следующим букве закона, как Цукаучи, поэтому решение принял сразу. К тому же, ему было стыдно, так что...
Городская тюрьма, напомнил себе Айзава, не Тартар. Меры безопасности есть, но не то чтоб отличные. Он знал, как обустроено помещение. Две камеры по углам, без звука транслирующие запись охране, были направленны на обоих людей. При желании охрана могла читать по губам.
— Я не могу ничего сказать, — Айзава, касаясь оружия захвата, аккуратно вильнул пальцем, показывая Харуке направление, куда она должна двинуться. — Это закрытая информация, ты заключённая как никак.
Харука подозрительно сощурилась на него, но потом её осенило.
— О, я понимаю. Мой статус матери бессилен перед статусом заключённой... — Харука якобы поправляла волосы и вздыхала, меняя позу до тех пор, пока Айзава не дал знак остановиться.
Айзава получил для себя слепую зону. Камера всё ещё должна видеть его лицо, но не его руки, которые прятались за телом Харуки. Он не стал добиваться для рук Харуки слепой зоны — это могло бы стать уже подозрительным. Одну ладонь Айзава переплёл в захватном оружии. Ткань должна скрыть движения его пальцев. Хорошо, что Харука знала язык жестов, это значительно упрощало задачу.
— Но мы можем обсудить новости, которые ты видела по телевизору...
Айзава жестикулировал не так свободно и не так быстро, как мог, потому что ему приходилось одновременно с этим говорить и косить взгляд на камеру в углу. Но ему удалось сообщить несколько вещей. Наслаивая жесты на информацию из новостей, которую он озвучивал вслух, он дал понять, что Хитоши не мёртв, что лоскутное одеяло, в которое была завёрнута Рэгдолл, принадлежало её сыну, а значит ему было предоставлено нормальное место для сна. Из одного магазина украли подростковую одежду с кошачьим принтом. Хитоши был замечен в городе в относительно свободном передвижении вместе с Лигой. Случилась драка между Лигой и группой людей, и одна из злодеек рьяно защищала Хитоши.
Айзава не стал сообщать подробности, не стал жестикулировать о том, что у Хитоши случился нервный срыв из-за... Айзава всё ещё переваривал информацию об Одного За Всех и Все За Одного.
Но кое-что он всё-таки дал знать.
Боюсь, что он может раствориться в них, продактилировал Айзава и одновременно с этим замолк.
В выражении лица Харуки углядывалась боль, но вместе с этим там плескалась надежда.
— Мы с тобой так много треплемся о новостях, но... знаешь что? Я хочу, чтобы Хитоши просто остался в живых, — сказала она и улыбнулась улыбкой, переполненной болью. — Понимаешь?
Айзава кивнул. Он понимал. Уж лучше Хитоши быть в статусе злодея, а не в статусе мертвеца. Со статусом злодея можно найти выход из ситуации, а вот с мертвецом — нет. Хитоши любил мать-преступницу, и его мать делала для сына тоже самое. Он ей нужен любым, несмотря на то, какие поступки он может совершить или уже совершил.
Харука откинулась на спинку стула, слепая зона Айзавы пропала, и он отзеркалил её движение.
— Расскажи мне, как моя голубка. Эри справляется? — спросила она.
— Её стойкости можно позавидовать. Поначалу поведение Эри меня испугало, она была слишком спокойной, но... — Айзава на мгновение умолк. — Она смотрит наперёд. Она анализирует так много вещей и... Её выводы... Идеи... Она... — Айзава давно не чувствовал себя так глупо, пытаясь подобрать слова. Он протяжно выдохнул, пока Харука озадаченно смотрела на него, и наконец решился. — Изначальная цель визита касалась Эри. Я пришёл не один. С ней всё в порядке, — быстро добавил Айзава, когда Харука приобрела встревоженный вид.
— Ох, ладно...
Айзава встал со стула и дошёл до дверей, постучав по металлу. Охранник по ту сторону пропустил Незу в помещение и запер за собой дверь. Харука склонила голову, наблюдая как маленький Незу карабкается по геройскому костюму Айзавы. Незу не стал залезать внутрь оружия захвата, вместо этого он дождался, пока Айзава сядет обратно на стул, и затем спрыгнул с его груди на стол.
— Та-да! Рад приветствовать!
Харука моргнула.
— Никогда не думала, что повстречаю директора Юэй в таких обстоятельствах, — медленно сказала она.
— О, вы в курсе, кто я? А значит, вы знаете, что мне можно доверять!..
Незу без лишних предисловий начал вываливать всё об Эри. О том, какой она замечательный, умный ребёнок; как ей нравится тусоваться в его кабинете; какие у неё хорошие рисунки; как она любит пить его чай с яблочными закусками и разговаривать с ним о героях и причудах. Незу нахваливал Эри, не забывая упоминать, что он везде с ней взаимодействовал.
— ...моя шёрстка блестит ярче, стоит только ей меня погладить своими нежными руками, — закончил Незу и выпятил грудь, выдавая для Харуки самую невинную улыбку, припрятанную в своём арсенале. Айзава смотрел на Незу со смесью замешательства и недоверия. А вот Харука казалась очарованной, но так было только на первый взгляд.
— Что вы от меня хотите? — Благоговейная улыбка Харуки чуть дрогнула. Ей явно понравилось всё, что она услышала про Эри, но она учла контекст и догадалась, что Незу своего рода аферист.
— Наш дорогой друг Айзава не стал принимать решение без вас, Харука, и я полностью солидарен с ним в этом вопросе... — фамильярничал Незу, хоть ему разрешения и не давали. — Дело в том, что у Эри намечается потрясающий проект! Ах, я даже взял некоторые её рисунки с собой...
Незу достал из-под одежды сложенные в несколько раз бумаги и протянул их Харуке. Когда бумаги были развёрнуты, Незу заговорил. Он не стал сразу обсуждать проект, а сделал за Айзаву его дело — рассказал о самочувствии Эри, о её спокойствии и невозмутимости после похищения брата. О её стойкости и силе духа. Было несколько подробностей, о которых не знал Айзава — Эри говорила о Хитоши с Незу. Эри обсуждала с Незу причуду своего брата. Эри делилась мыслями о том, что хочет, чтобы её брата никто не обижал за то, каким он родился. Не будь Айзава взрослым тридцатилетним мужчиной, он бы заревновал.
Эри так же рассказывала Незу о приюте и детях, которых там обижали. Эри сострадала детям, которых задирают из-за их «страшных» причуд. Эри, как и всякий ребёнок, была проста в своих желаниях — узнав о боли, она не захотела видеть её в мире. Но не всякий ребёнок задумывался о причинно-следственных связях, как Эри. Не всякий ребёнок был движимым целью, как Эри.
— Эри хочет, чтобы её брат вернулся в общество, которое стало бы чуть лучше, чем есть сейчас. — Незу ещё в середине речи перестал льстить и хвалиться, теперь его морда хранила на себе маленькую, искреннюю улыбку, а не сладкую ухмылку.
Харука внимательно смотрела на Незу.
— Помимо того, что я знаю о вас, как о директоре Юэй, я так же знаю, что люди причинили вам боль, — спокойно заявила она.
Айзава вздёрнул бровь. Факт об экспериментах на Незу — открытая информация, но мало кто осмеливался сказать ему это в морду.
— Вы поймали меня с поличным, — отшутился Незу, даже не дрогнув. — Не отрицаю, у меня есть личные интересы. Сводить счёты с людишками крайне приятно. И всё же некоторые люди заслуживают уважения... Я говорю о вас, Харука. — Незу обворожительно улыбнулся, на что Харука мельком глянула на Айзаву, как бы спрашивая: «Он это серьёзно?». Айзава пожал плечами.
Харука ещё какое-то время хранила на Незу долгий, задумчивый взгляд, прежде чем произнесла:
— Я вам не доверяю, но я доверяю Шоте. Если Эри действительно хочет воплотить свой проект в жизнь, то я не могу быть против. Тем более зная, что именно ею движет. Я не могу отобрать у неё надежду. Я так же мало что могу сделать отсюда. По правде сказать, вы оба знаете Эри больше, чем я. — Харука горько улыбнулась, прежде чем её голос приобрёл стальные нотки: — Позаботьтесь о ней за меня.
И прежде, чем Незу успел сказать что-то типа: «О, не переживайте об этом!», Айзава заговорил:
— Не списывай себя со счетов. Ты тоже это будешь делать, когда она будет здесь.
Харука криво улыбнулась Айзаве.
— Ага, и как долго мне ещё ждать?
— Если хотите, я могу приводить Эри вместо Айзавы, если опека будет переоформлена на меня, — предложил Незу, и два твёрдых голоса в унисон ответили:
— Нет.
Незу пожал плечами. Айзава вздохнул.
— Я приведу её в ближайшее для посещений время.
Харука удовлетворённо кивнула. Незу, пышущий энтузиазмом, продолжил говорить о деталях проекта Эри, о том, как всё будет устроено, о надёжном персонале, в поиске которого он находится и прочее. Он не забывал напоминать, что интересы Эри будут в приоритете, что сценарий для интервью будет согласован с Эри, и если ей что-то не понравится, то этого не будет. Незу верил в успех, и у Харуки появились вопросы, связанные с реакцией СМИ.
— Критика неминуема, — честно ответил Незу. — Но эта критика буквально ничто по сравнению с тем, с чем Эри уже столкнулась.
Это было справедливым замечанием, но Эри всё ещё была ребёнком. Лишние проблемы ей ни к чему. Айзава знал, что Харука как никто другой это понимала, но, как она и сказала, она не могла отобрать у дочери надежду. Харука откинулась на спинку стула и посмотрела в потолок.
— Эри... СМИ... — бормотала она. Вдруг она резко подпрыгнула на стуле и обхватила руками край стола. Харука прищурилась на Незу. — Прежде, чем всё это начнётся, Эри нужно сменить фамилию.
Айзава склонил голову и вспомнил о причине, по которой СМИ до сих пор не разнюхали о родстве Эри с её мамой и братом. Причина состояла в том, что в приюте в какой-то момент брата и сестру хотели разлучить. Документы для этого даже были готовы, но персонал приюта по каким-то обстоятельствам передумал от этой затеи; либо им попросту не хватило времени, чтобы это сделать, потому что появился Айзава. Незу, разбираясь тогда с бюрократией, сообщил об этих документах Айзаве, но так как эти документы не мешали взять под опеку брата и сестру, они не стали подавать заявление на их изменение в первоначальный вид, потому что это затянуло бы процесс передачи опеки, а работать нужно было быстро. По сути у Айзавы на руках находилось два документа на двух разных детей с одинаковой фамилией. Но сейчас СМИ могут заинтересоваться конкретно Эри; они уже знают, что она была в приюте — об этом сама Эри обмолвилась на радио шоу Ямады. Узнать, какой конкретно это приют — не составило бы труда. Журналист, жаждущий наживы, мог попросту прикинуться заинтересованным будущим родителем и прийти в приют. Зная назойливость некоторых журналистов, была велика вероятность незаконного проникновения в архивную картотеку. Но если фамилия Эри не Шинсо, то там бы ничего не нашлось. К тому же как правило картотека делилась по половому признаку, так что шанс найти файл Хитоши, когда нужен файл Эри, был мал.
Айзава не думал о возможности смены фамилии Эри, а если бы он даже задумался об этом хоть на секунду, то отмел бы эту идею. Эри знает, что фамилия её семьи мелькает в СМИ в не лучшем свете. Даже если это просто смена надписи в документах, Эри может воспринять это негативно, словно её хотят разлучить с семьёй. Будто её, как хорошую девочку, отделяют от плохих родственников. Вряд ли Эри согласится.
Но Харука предложила сменить фамилию дочери не столько из-за ассоциации с мамой-преступницей и братом, которого похитила злодейская организация для вербовки, сколько из-за защиты.
— Моя фамилия очень хороша, — предложил Незу.
— Моя девичья намного лучше, — фыркнула Харука. — Что думаешь, Шота?
А вот теперь Эри может согласится. Как только она узнает, что может взять фамилию мамы, у неё не будет мыслей о том, что её разлучают с семьей. В крайнем случае можно сказать, что Хитоши тоже сменит фамилию, когда вернётся.
Айзава кивнул. Они поговорили ещё немного, прежде чем охранник вошёл в помещение и сказал, что время вышло.
На следующий день Айзава подпирал учительский стол в помещении 1-А класса, пока ждал студентов, и вспоминал, как накануне он и Ямада провели с Эри долгий разговор, убеждаясь, точно ли она хочет ввязываться в шоу с интервью. После череды вопросов хватило одного невинного вопроса Эри: «Вы передумали?» и грустного, встревоженного голоса, чтобы заткнуть обоих мужчин. Впрочем, они ещё весь вечер тут и там вкидывали уточняющие, обеспокоенные реплики, но Эри оказалась непреклонной.
— Нихера ж себе... А вы рано, старик. Чё, уснуть не могли и поэтому припёрлись?
Айзава взглянул на вошедшего студента.
— И тебе доброе утро, взрывной ребёнок, проваливший экзамен.
Бакуго мрачно на него уставился, затем закатил глаза и прошаркал до своего места, ругаясь себе под нос. Иида быстро справился с потрясением, когда увидел Айзаву, и поприветствовал его как хороший староста, чего было не сказать о некоторых других студентах, таких как Ашидо, Хагакуре и Сэро. Впрочем, Айзава не был против их бурной реакции, им нужны были эти крохотные, забавные моменты, чтобы отвлекаться от других, более мрачных новостей. Оджиро вошёл в класс, как тень, едва кивнул с опущенной головой и прошёл на своё место. Когда класс собрался, Айзава заговорил о Тодороки и его отстранении от занятий и, не давая никому и слова вставить, прочитал им лекцию о том, что нельзя так беспечно распоряжаться своими силами рядом с людьми, нарушая закон. И хотя все, кроме Бакуго, Тодороки и Оджиро, получили временную геройскую лицензию, им нужно было чётко осознавать, что можно делать, а что нельзя.
— Независимо от того, получили вы геройскую лицензию или нет, вас всех ждёт стажировка в геройских агентствах. — Айзава заметил, как Оджиро заметно приободрился и как Бакуго от напряжения чуть не сломал стол. — Но прежде, чем вы обрадуетесь, я сообщу о нюансах. На этот раз ваша стажировка — вне юрисдикции Юэй, это означает, что агентства не будут рассылать вам приглашения, как это было после спортивного фестиваля. Вы сами будете искать себе стажировку; другими словами, вас должны нанять как сотрудников. Единственное отличие состоит в том, что если у вас есть геройская лицензия, то теперь у вас есть возможность участвовать в миссиях.
Помимо возгласов радости, раздались и возгласы уныния; многие переживали, что агентства не захотят их нанимать. До слуха Айзавы донёсся едва слышный треск; на парте Бакуго появилась трещина. Оджиро тем временем опустил плечи и стал выглядеть ещё хуже, чем в момент, когда он только вошёл в класс. Оба студента были заметно расстроены. Когда Иида успокоил класс, Айзава продолжил говорить. На поиск стажировки им дан месяц, а по окончанию стажировки каждый студент должен предоставить детальный отчёт о полученном опыте. После Айзава ответил на несколько вопросов и отпустил класс на практику с причудами. Но Оджиро не вышел из помещения, а подошёл к Айзаве с неуверенным видом. Спустя несколько секунд тишины Оджиро резко поклонился и повышенным тоном произнёс:
— Извините! Я... я...
— Не нужно. — Айзава решительно взял Оджиро за плечо и выпрямил его. — Я горжусь тем, что ты послушался Исцеляющую Девочку и не напрягал свой хвост во время экзамена.
Это и правда было большим достижением, которое не смогли бы получить многие студенты 1-А класса. Иногда безрассудство могло сделать только хуже, но Оджиро обладал трезвым умом и предпочёл проиграть битву. Сданный экзамен во вред здоровью не принёс бы пользы в долгосрочной перспективе.
— Я... спасибо. Правда спасибо, но... я не по поводу своего провала на экзамене. — Оджиро виновато взглянул на Айзаву и быстро затараторил: — Ваше оружие захвата. Я потерял его. Я искал везде, но не нашёл. Я должен был положить оружие в портфель, но когда я стал разбирать вещи в общежитии, то его там не оказалось. Я был с Каминари, и мы переодевались после экзамена, и мы даже немного обсудили наши с вами тренировки, оружие висело на моих плечах, и даже уборщица видела это оружие, и-
— Я не обвиняю тебя в воровстве, Оджиро, — перебил Айзава.
— Но это оружие наверняка дорогое! Я возмещу вам-
— Оджиро, — твёрже обратился Айзава, и тот затих. — Я дал тебе оружие захвата не взаймы, я отдал его тебе в личное пользование навсегда на безвозмездной основе.
Оджиро округлил рот.
— Навсегда? В таком случае потеря ещё обиднее... — Оджиро опустил голову.
Айзава вздёрнул бровь, размышляя о реакции студента. Выходило, что Оджиро всё это время думал об оружии захвата как об одолженной вещи, которую он вернул бы после экзамена. Но узнав о перспективе того, что он мог бы работать с оружием захвата дальше, он расстроился потере.
— Предположу, что ты бы хотел развить свой дальний бой. Это так?
Оджиро чуть растерялся от резкой смены темы.
— Ах, да... Стоило мне повредить хвост и... результат вы знаете.
— Отдел поддержки может предложить множество вспомогательных устройств для дальнего боя, — сказал Айзава и проследил за реакцией. Оджиро напряжённо сжал губы и после низко опустил голову. Что ж, понятно. — ...Но если ты видишь в оружии захвата выход из ситуации, то я могу продолжить с тобой тренироваться в прежнем режиме до тех пор, пока ты не освоишься с ним.
Оджиро резко вскинул голову, его выражение лица было ошеломлённым и смущённым, и он залепетал:
— Я буду рад этому! Я поищу оружие захвата ещё раз! Может быть как-то связаться с людьми из того здания? Вдруг оружие осталось где-то в переодевалке? А если-
— Просто отправь заявку на создание в отдел поддержки, Оджиро.
— Да... Да! Хорошо! Спасибо! Я...
— Опоздаешь на урок учителя Яги.
Оджиро пробормотал смущённые извинения и ушёл. Ещё в начале этого разговора Айзава заметил одну странность в словах студента. В день таких важных мероприятий, как экзамен на временную геройскую лицензию, весь персонал имел выходной; сколько бы ни было подписано договоров о неразглашении, всегда был риск утечки информации. Айзава отправил короткое сообщение Мэре, не ожидая, что ему тут же ответят, и собрался проверить Эри в кабинете Исцеляющей Девочки, однако спустя мгновенье ему поступил звонок.
— Никакого персонала не было в тот день, — Мэра даже не поздоровался, и Айзава уловил напряжение в его голосе. — Расскажи, о чём именно идёт речь.
Айзава рассказал ему об Оджиро, не забыв упомянуть, что Каминари тоже видел уборщицу. Мэра сказал, что запросит видеозаписи с камер видеонаблюдения, и поблагодарил его за информацию. Айзава, как и планировал, направился в кабинет медсестры. Эри спала на кушетке, пока Исцеляющая Девочка проверяла её домашнее задание, но стоило ей увидеть Айзаву, как она кивнула на дверь подсобки, намекая на личный разговор.
— Так больше не может продолжаться, — укорила Исцеляющая Девочка, стукнув тростью по ногам Айзавы. — Ты не можешь больше запирать бедную девочку в четырёх стенах перед телевизором, дай ей доступ к своим студентам. Ей нужно общение не с какими-то старпёрами вроде нас.
Айзава уже думал об этом, но правда была такова, что он не мог контролировать словоизлияния своих студентов в своё отсутствие, а смущать студентов своим присутствием он не хотел, а если бы хотел, то не имел бы возможности из-за работы. С Ямадой было аналогично. Они уже притирались со своими графиками как могли. Исцеляющая Девочка со своей стороны делала всё для социализации Эри, она брала ребёнка на прогулки со своими внуками при любой возможности. Но вот уже больше недели этого не случалось — Исцеляющая Девочка была загружена работой.
— Я знаю, что ты переживаешь, — продолжила она, сменив строгость на мягкость. — Я тоже переживаю. Но у тебя же есть студенты, которых ты можешь приставить к Эри? Те студенты, которые проследят за обстановкой и прочим.
Айзава поразмышлял над этим с минуту, а после кивнул. Когда занятия 1-А класса были окончены, Айзава написал Ииде сообщение о том, чтобы он зашёл в учительскую вместе с Бакуго. Вскоре они явились.
— Эй, в чём дело, старик?
Айзава взглянул на мрачного Бакуго. Может быть было плохой идеей звать его? Проваленный экзамен на лицензию наверняка сильно ударил по нему. Отправить его обратно? Нет, это лишь вызовет у Бакуго гневный, требовательный интерес.
— Не называй нашего учителя «стариком»! Наш учитель такого же возраста, как мой брат! — как обычно укорил Иида.
— Ну так твой брат тоже старик, — фыркнул Бакуго, и прежде, чем произошло что-то ещё, Айзава вклинился:
— У меня просьба к вам двоим.
Айзава обычно был пугалом для своих студентов, и такая вещь, как просьба, была редким явлением. Не удивительно, что лица обоих студентов в мгновенье стали серьёзными и любой намёк на перепалку исчез. Айзава тяжело вздохнул. Он не хотел взваливать на своих студентов лишнюю ответственность, им изрядно досталось, однако ему, как взрослому, нужна была помощь именно от детей.
— Если я иногда буду приводить Эри к вам в гостиную, кто-то из вас сможет присматривать за ней?
Иида, рубанув воздух рукой, тут же ответил:
— У вас и у учителя Ямады много важной работы, и мы-
— Это из-за Мешка-под-глазом, да? — спросил Бакуго, и Иида, наверняка готовый поругать Бакуго за перебивание, умолк при упоминании Шинсо. Айзава спокойно посмотрел на обоих студентов и кивнул. — Иными словами, вы просите нас не то чтоб присматривать за Эри, а если что разбить парочку-другую ебальников?
Иида даже не отчитал Бакуго за резкость, вместо этого с задумчивым видом уставился за Айзаву.
— ...Хорошая ли это идея? — спросил Иида, когда тишина затянулась.
— Ты чё несёшь, Очкарик? Конечно идея полное дерьмо! Но чё ты тогда предлагаешь? Запирать мелкую и дальше в четырёх стенах у старика, где только спальные мешки валяются и телек стоит? Она ж отупеет!
Иида резко повернул голову.
— Но Мидория проводит время вместе с Эри! Они рисуют! Мидория умный и не даст Эри отупеть!
Какого хрена? Хоть это было глупо, но Айзава почувствовал себя крайне смущённо, когда Иида не защитил его честь перед Бакуго.
— Да ты умом тронулся или чё? Унылый задрот, серьёзно? Пораскинь мозгами. Демоница, Невидимка и Блёстка только и ждут прихода Эри, чтобы покрасить ей ногти тем блестящим лаком! Пока Двумордого не отстранили, я помог ему разработать рецепт нормальной собы, а не то подобие серых соплей, которое он постоянно жрёт. Он, видите ли, не мог поверить в то, что Эри не понравилась его холодная соба. Идиот тот ещё... А Щекастая разве не говорила недавно, что купила по скидке какой-то сраный брелок с кошкой для Эри? Открой глаза шире, придурок. Мелкой нужно нормальное общение. Идея привести Эри к нам — дерьмо, но её изоляция ещё хуже.
Иида какое-то время ловил ртом воздух, пока смущённо не пробормотал:
— ...Я спрашивал у учителя Айзавы, хорошая ли это идея, разбить кому-то... лицо.
— Конечно!
— Сбавь обороты, Бакуго, — устало вырвалось из Айзавы.
— Да вы мне ещё спасибо скаже-
— Бакуго.
Бакуго закатил глаза, и Иида, смотря на Айзаву, заговорил:
— Правильным решением было изолировать Эри, когда... когда похищение Шинсо было свежим. Извините! — Иида почти поклонился, но Айзава его остановил:
— Всё в порядке, я понимаю, о чём ты.
Иида продолжил увереннее:
— Но теперь я склонен согласиться с тем, что для Эри будет лучше вернуть обстановку, которая была у неё раньше. Если что-то произойдёт, то я или Бакуго сразу же доложим вам! Я так же прослежу за Бакуго, чтобы он не бил лица!
— Эй!..
Двое студентов были отпущены после коротких наставлений. Не обязательно откровенно липнуть к Эри как надсмотрщики, достаточно того, что она находится в зоне видимости кого-то из них. Айзава даст заранее знать им о приходе Эри, но он так же сказал им, что не нужно соглашаться, если у них в тот или иной день намечаются важные дела. Резервная нянька в виде Незу практически всегда была свободна, хоть Айзава и пренебрегал им при каждом удобном и неудобном случае.
Прошло несколько дней, прежде чем Айзава и Ямада столкнулись с конфликтом в своих графиках и спросили у Эри, хочет ли она немного потусоваться с ребятами из 1-А класса. Её восторг был одновременно и радостной вещью, и грустной. Ей и правда не хватало общения. Перед радио шоу Ямада отвёл Эри в гостиную 1-А класса, а Айзава забрал её спустя пару часов, когда закончил тренировать Оджиро; он наконец получил своё оружие захвата от отдела поддержки. Ашидо упрашивала Айзаву оставить Эри ещё ненадолго, но стоило спросить студентку о том, сделала ли она домашнее задание, и та понуро стихла под смешки одноклассников.
Уже в комнате Эри радостно разбирала подарки. Брелок с кошкой от Урараки она прикрепила к молнии портфеля; маленького плюшевого пингвина от Яойорозу вставила в нагрудный карман летней кофты так, чтобы выглядывала лишь морда игрушки; коллекция цветных браслетов пополнилась на три штуки — Хагакуре сплела их из бусин прямо при Эри в гостиной; брошка в виде гитары от Джиро теперь красовалась на юбке Эри.
— А это меч! — Эри гордо вскинула игрушечное оружие к потолку, другой запихивая в рот кусок яблочного пирога; Сато постарался. — Я и Токоями сражались, а Тёмная Тень была моим оруженосцем! В следующий раз Тёмная Тень будет моей заложницей, Токоями рыцарем, а я драконом!..
Поступившее сообщение от Незу избавило Айзаву от ласковой улыбки. Завтра начнутся съёмки, так что Айзаве пришлось усадить Эри на диван, сесть на корточки перед ней и сказать, что недавно он был в тюрьме.
— Вы виделись с моей мамой? — ошарашенно спросила Эри.
— Она попросила кое-что передать тебе. — Айзава сложил руки в жесты, затем птица вспорхнула у лица Эри. Её выражение лица стало восторженным. — Твоя мама сказала, что её голубке не стоит переживать о том, что я сообщу дальше.
Эри склонила голову и принялась внимательно слушать. Айзава взял ребёнка за ладони.
— Твоя мама хочет дать тебе свою девичью фамилию.
Сначала Эри молчала. В её выражении лица не было и намёка на замешательство. Она была крайне спокойна, и так же спокойно она ответила:
— Хорошо.
— Хорошо? — переспросил Айзава, не веря. Он был готов к долгим объяснениям и протестам.
Эри робко улыбнулась.
— Тоши рассказывал мне, что многие подпольные герои имеют другую фамилию в отличие от их родственников. Так плохие люди не смогут навредить семье героя. Тоши говорил, что он хочет быть подпольным героем. А какая фамилия была у моей мамы?..
И вот так все планы Айзавы по убеждению Эри улетели в другое измерение.
На следующий день после занятий со студентами Айзава и Ямада вместе с Эри направлялись в кабинет директора.
— Я что-то переживаю, — сказал Ямада, покрепче обхватывая Эри в своих руках.
— Всё будет хорошо! — решительно ответила Эри, пытаясь утешить Ямаду поглаживанием по голове, но наткнулась на лакированные пряди и озадаченно нахмурилась. — Директор Незу сказал, что мне сделают причёску. У меня же не будет то же самое, что у вас на голове?
— Такого ужаса, как у него, точно не будет, — ухмыльнулся Айзава, и Ямада пихнул его в плечо.
— Эй! Моя причёска идеальна! Эри, скажи ему!
Эри мгновение молчала.
— ...Я не хочу, чтобы мои волосы были такими же твёрдыми.
Ямада принялся театрально возмущаться, и Айзава фыркнул. Вскоре они вошли в кабинет Незу.
Незу уже стоял на столе с довольной улыбкой.
— Ах, Эри, как приятно тебя видеть! Иди сюда, покажу тебе кое-что!
Ямада отпустил Эри, и она быстрым шагом направилась к Незу.
— Как думаешь, какое помещение арендовал Незу? Подойдёт ли это для Эри? Может, там слишком много розового? Это не самый любимый цвет Эри! — тихо шептал Ямада, пока Эри разглядывала в своих руках предмет, который ей дал Незу. — А вдруг это будет классика из чёрного и белого? Это совсем не подходит Эри! Он должен учесть все её пожелания! У меня почти кончился бензин в машине... А в твоей есть бензин? Нам долго нужно будет ехать?..
Айзава даже не успел и рта открыть, чтобы успокоить Ямаду, как боковая стена начала двигаться. Появился небольшой проход чуть больше стандартной двери. Айзава и Ямада были настолько шокированы, что даже не уследили за Эри, сразу же вбежавшей в проём.
— Мои ценные учителя, — обратился Незу к Айзаве и Ямаде.
— Это что такое?!
— Ах. Я подумал, что аренда помещения это не самый лучший наш вариант. Всё-таки шоу Эри — эксклюзив, и нам не нужны лишние глаза и уши. Цементос помог мне переоборудовать соседнее помещение и соединить его с моим кабинетом. Так будет надёжнее. И я прибегнул к помощи ещё одного своего ценного учителя, Погрузчика. Его мастерская по моему заказу изготовила некоторое оборудование. Сам он будет оператором на шоу Эри, кстати. Я так же нанял вспомогательный персонал, состоящий из четверых студентов. — Незу резко спрыгнул со стола и направился в проём.
Студенты? Айзаве хотелось со злостью рявкнуть на Незу, но из проёма доносился гул голосов, поэтому он просто уставился в крошечную спину Незу самым мрачным взглядом из всех, пока сжимал кулаки. Какие ещё студенты? Точно не из 1-А класса, иначе бы вчера Айзава заметил на лицах своих студентов украдкой брошенные взгляды, когда забирал Эри.
— Он не стал бы подвергать Эри опасности, — шепнул Ямада, похлопав Айзаву по плечу, но голос его звучал нервно.
Это было логично, Айзава понимал. Незу мог быть тем ещё ублюдком, но не стал бы ставить Эри под удар. Но Айзава... Айзава даже от своих собственных студентов слышал болезненные слова насчёт Шинсо. Как он мог довериться студентам, которых не знал? Незу наверняка поставил этих студентов в известность о том, что можно говорить, а что нельзя в присутствии Эри, но вдруг?..
Стоило Айзаве миновать проём и увидеть, как Эри смеётся, пока её в воздух энергично подбрасывал и ловил Тогата Мирио, его волнение немного поутихло. Взгляд Айзавы скользнул дальше. Неджире Хадо с широкой улыбкой помахала рукой, где была расчёска, ему, Незу и Ямаде, а после сказала Тогате, что Эри нужно сделать причёску.
— Эй, как долго ты будешь стоять у стены? Помоги мне настроить моих детей! Тут столько оборудования, а мой учитель задерживается! Эй, а у тебя уже есть мой ребёнок? Могу сделать! Знаешь, что у меня есть? Сейчас покажу...
Амаджики Тамаки стоял лицом к стене, его спина была сгорблена. Он что-то тихо бормотал себе под нос, пока Хацумэ Мэй рекламировала ему свои изобретения.
— Не о чем переживать, — теперь уже расслабленно сказал Ямада и, похлопав Айзаву по плечу, примкнул к Тогате, Неджире и Эри, чьи волосы расчёсывали перед большим зеркалом с кучей лампочек.
Ответственность за Эри была взвалена на Ииду и Бакуго, но им не хватало такого опыта, как у Тогаты, Неджире и Амаджики. Они третьегодки и через полгода станут действующими про-героями. Трое студентов, прозванных Большой Тройкой, были одними из лучших студентов Юэй. В отличие от первогодок они уже прошли уроки углублённой психологии, имели за плечами не одну стажировку в геройских агентствах, участвовали в настоящих миссиях и знали, как вести себя в той или иной ситуации. Они точно не позволят себе лишнего в присутствии Эри. Что до Хацумэ, то она обучалась на первом курсе факультета поддержки, и её мало волновало что-то, не связанное с её изобретениями. Маиджима, Погрузчик, часто жаловался на Хацумэ, приговаривая, что она слишком продуктивная.
Айзава признал, что незнакомцы, которые подписали бы документы о неразглашении, были бы менее надёжными людьми, чем эти студенты.
— Учитель Айзава! Директор Незу! — поприветствовал их Тогата, широко улыбаясь. — Я так рад вас видеть! Знаете, я счастлив поучаствовать в чём-то подобном, большое спасибо за возможность! Этот опыт будет очень ценным! Не только для меня, но и для Хадо с Тамаки! — Тогата чуть склонил голову и прошептал: — Особенно для Тамаки, он такой стеснительный. Ему нужно хоть немного выйти в люди и привыкнуть к камерам.
— Эй, хватит бормотать! — громче сказала Хацумэ, держа в руках какие-то устройства перед Амаджики, чей лоб упирался в стену. — Ты здесь, чтобы помочь мне! Помоги! Мой учитель опаздывает!..
И в этот момент в помещение вошли Маиджима и Каяма. Поприветствовав друг друга, Маиджима пошёл спасать Амаджики от Хацумэ, а Незу, мерзавец, улизнул вместе с ним. Тогата присоединился к Эри и остальным у зеркала. Каяма встала бок о бок с Айзавой, но смотрела вперёд.
— А директор постарался, — сказала она. — Белый, нежные жёлтые и бежевые оттенки, немного бледно-фиолетового для контраста. Хорошее сочетание.
Айзава наконец обратил внимание на место проведения съёмок. Мебель, обои и горшки с искусственными цветами хорошо сочетались по цвету друг с другом. Никакого кислотно-розового и официального чёрно-белого. Ничего кричащего. Эри будет отлично смотреться в такой обстановке.
— Нет, ставьте левее! — крикнула Каяма и оставила Айзаву, чтобы помочь Маиджиме и Хацумэ с расстановкой прожекторов и камер.
Взгляд Айзавы скользнул в сторону. Амаджики всё ещё сгорбленно стоял лицом к стене. Он вообще хотел находится здесь? Несмотря на то, что сказал Тогата, не всем нужен был подобный опыт. Если бы не обстоятельства, Айзава бы не выходил в люди и избегал бы всех камер, даже если снимать будут не его.
Айзава приблизился к Амаджики медленно, но не стал скрывать своё присутствие, отчего его тень отчётливо легла на стену в поле зрения студента. Амаджики слегка повернул голову.
— Здравствуйте, учитель Айзава, — тихо пробормотал он и снова отвернулся.
— Тебе не обязательно быть здесь, — ответил Айзава и для спокойствия студента добавил: — Никто тебя не отругает за это.
— Знаю. Но... — Амаджики замолчал, Айзава прислонился рядом спиной к стене. — Но... меня попросили о помощи.
Айзава вздёрнул бровь, прозвучало натянуто и неохотно.
— Исполнять прихоти директора — это не то же самое, что помощь.
Амаджики снова замолчал. Возможно, Айзава слишком надавил на студента, но он не мог избавиться от мысли, что сам бы хотел в свои подростковые времена отказаться от лишних забот с разрешения учителя.
Тем временем в помещении кипела работа. Маиджима отбирал у Хацумэ какие-то устройства; это что, дроны? Неджире помогала Эри с одеждой, пока Ямада и Тогата поправляли горшки с цветами и двигали мебель так, как этого хочется Каяме и Незу.
— Однажды я отлёживался в медпункте из-за травмы, и... —пробормотал Амаджики, и если бы Айзава находился хотя бы на несколько сантиметров дальше, он бы не услышал его. Амаджики вздохнул. — Обычно, когда дети узнают, что я хочу быть героем поддержки с такой сильной, идеальной причудой, как у меня, они относятся ко мне скептично и говорят, что это странно. Многие взрослые, не вовлечённые в героизм, и вовсе считают меня идиотом. Но Эри... была в восторге. Она спросила, значит ли это, что я буду героем для героев. — Амаджики глянул на Айзаву. — Я... здесь не из-за директора Незу. Я здесь из-за того, потому что она помогла мне справиться с тревогой, и я хочу тоже помочь ей, чем смогу, — тихо закончил он и снова отвернулся к стене.
Было большим достижением со стороны Амаджики преодолеть робость и признаться в подобном. Герои поддержки и правда не ценились так же, как герои на первом плане. Амаджики мало чем мог помочь Эри, стоя лицом к стене. Немного подумав, Айзава ответил:
— Эри нравится наблюдать за трансформацией тела.
— ...Тогда в медпункте ей понравились ростки сои, которые я вырастил на пальцах. — В голосе Амаджики слышалась улыбка, но после он прозвучал неуверенно, почти мрачно: — Но не думаю, что ей понравятся щупальца осьминога или куриная лапа...
— Ты сильно ошибаешься, — усмехнулся Айзава, вспоминая, с каким восхищением Эри наблюдала за Шоджи, на чьём теле вырастали лишние уши или глаза. Многие дети и взрослые находили это отвратительным, но не Эри. Амаджики, даже если хотел что-то ответить, не успел. Все приготовления для съёмок были окончены, и Ямада вскричал:
— По местам!
Эри сидела в мягком кресле. Её причёска была почти такой же, как и всегда, но по бокам Неджире заплела ей по одной тонкой косичке. Из одежды на Эри сменилась лишь домашняя футболка, вместо неё там была голубая блузка с драпированным воротником, где крепился маленький микрофон для записи звука. Каяма в геройском костюме сидела рядом на низком диванчике; разница в высоте мебели почти сравняла её зрительный контакт с Эри.
Спустя час съёмки были окончены. Не всё прошло так гладко, как хотелось бы Айзаве. Несмотря на решимость и уверенность Эри до начала съёмок, она занервничала, как только камеры были включены и гул голосов стих. Поначалу Эри с непривычки беспокойно оглядывалась, иногда запиналась или забывала, что хотела сказать. Каяма пыталась переключить внимание Эри, но только после того, как Тогата пошутил о схожести персика и задницы, Каяме удалось отвлечь Эри от её неудачи, сказав, что хуже этой шутки уже ничего быть не может. Но Эри шутка понравилась, и она заспорила с Каямой. Этот спор разгорячил и попутно расслабил Эри. Обстановка разрядилась, так что уже к середине съёмок интервью шло так, будто в помещении находились лишь Эри и Каяма.
Вечером Исцеляющая Девочка отправила Айзаве сообщение о том, что результаты крови Эри наконец были получены от лаборатории, и попросила его зайти в её кабинет завтра после занятий.
Так что на следующий день он постучался в дверь и вошёл; Эри как обычно сидела за столом, но на этот раз вместо учебников и тетрадей на столе лежала коробка. Эри расстроенно туда смотрела.
Исцеляющая Девочка кивнула на стул рядом с Эри, и Айзава сел. Он заглянул в коробку, куда пялилась Эри. Там лежала потрёпанная крыса, её маленькая грудная клетка едва вздымалась. Исцеляющая Девочка пролистала бумаги с результатами, отложила их и поставила руки на стол.
— Прежде, чем я сделаю окончательный вывод, мы немного потренируемся. Эри, не бойся. Твоя причуда не выйдет из-под контроля как в тренировочном лагере, пока Айзава здесь. Он сотрёт твою причуду, если что-то пойдёт не так.
Эри медленно повернула голову к Исцеляющей Девочке.
— А если крыса умрёт?
— Приглядись, милая, — мягко ответила Исцеляющая Девочка. — Крыса моих внуков уже умирает от старости и болезней. Посмотри, какая плохая шёрстка у неё. Ей недолго осталось. Ты не сделаешь хуже, но ты можешь попробовать сделать лучше.
Эри снова заглянула в коробку, её большие красные глаза наполнились сочувствием. Эри оглянулась на Айзаву, и он ей тепло улыбнулся, а затем её лицо озарилось робкой решимостью.
— Хорошо!
Исцеляющая Девочка аккуратно вытащила крысу из коробки и положила её на стол, попутно давая наставления. Спросив у Эри, готова ли она, Эри вместо ответа глубоко вдохнула и выдохнула, направила руки к крысе и оставила небольшое расстояние между ними. Затем рог Эри замерцал. Мягкое золотое свечение распространилось от рога по её телу, а затем кинуло отблески на всё остальное. Айзава следил за усердным выражением лица Эри, решая, может ли он посмотреть на крысу. Когда Эри удивлённо ахнула, Айзава опустил взгляд. Шёрстка животного медленно отрастала, затем появился пятнистый окрас и блеск на волосяном покрове.
— Эри, всё хорошо, продолжай, — подбадривала Исцеляющая Девочка.
— А-ага!
Маленькая грудная клетка начала вздыматься чуть чаще, затем крыса пришла в движение — она постепенно вставала на лапы.
— Получается, да?
— Всё отлично, продолжай в таком же медленном темпе.
Так Эри и поступила. Крыса окончательно встала на лапы, немного принюхалась к окружению, отчего усики подрагивали, и увидела Эри. Затем взгляд крысы был прикован к ребёнку. Мягкий свет от рога всё ещё мерцал, и Айзава вопросительно посмотрел на Исцеляющую Девочку. Крыса уже в порядке, так почему Эри продолжает? Но Исцеляющая Девочка внимательно наблюдала, ласково подбадривала Эри использовать причуду дальше. Айзава отступил и снова посмотрел вниз. В тренировочном лагере птица, которую нашли в лесу и захотели вылечить Кота и Эри, из взрослой особи превратилась в птенца. Но Айзава всё равно был удивлён зрелищем — крыса медленно уменьшалась в размерах.
— А теперь, Эри, остановись, — сказала Исцеляющая Девочка.
Эри повиновалась и, приковав взгляд к теперь уже крысёнку, примерно подростку, положила руки на колени. Исцеляющая Девочка поставила коробку на стол и предложила Эри самой положить крысёнка внутрь. Эри боялась, но Исцеляющая Девочка помогла ей. Затем крысёнку дали немного еды, и Исцеляющая Девочка спросила у Эри, как она себя чувствует. Придя в себя от замешательства, Эри оживлённо воскликнула:
— Я как будто могу ещё полечить много крыс!
Полечить? Причуда Эри была похожа на омоложение. Айзава не хотел думать о том, что плохие люди могли нацелиться на Эри в своих интересах.
Исцеляющая Девочка, чтобы убедиться в самочувствии Эри, проверила ей температуру и пощупала пульс, приговаривая, какая она умница.
— В таком случае, перейдём ко второму этапу. — Исцеляющая Девочка вытащила из тумбочки стеклянную пробирку и положила её на стол. — Милая, используй, пожалуйста, свою причуду на этом.
Айзава уставился на Исцеляющую Девочку, как на сумасшедшую, но та убеждала недоумевающую Эри, что им нужно кое-что проверить. Вскоре всё повторилось — Эри занесла руки над пробиркой, и её рог замерцал. Какое-то время ничего не происходило, но затем резко стекло покраснело и расщепилось в песок.
— Ой! — Эри удивлённо отпрянула от стола и прекратила действие причуды. — Что случилось?!
— Эри, ты умница, — Исцеляющая Девочка мягко улыбнулась ей. Айзава же тем временем с укором смотрел на медсестру, тыкающую пальцем в небольшую кучку песка. — Сейчас я всё объясню.
Исцеляющая Девочка дала Эри яблочный мармелад и заговорила с Айзавой:
— Я получила звонок из лаборатории и меня спросили, не подвергалась ли кровь Эри каким-то внешним воздействиям. Я не буду вдаваться в подробности, но дело в том, что собрали целый коллоквиум из медиков, чтобы проверить кровь Эри. — Исцеляющая Девочка поймала взгляд Эри. — Твоя причуда — не исцеление.
— Омоложение? — спросила Эри.
Но что-то типа омоложения работало бы лишь на живых существах. Изначальное предположение Айзавы разбилось о стену, когда стеклянная пробирка стала кучкой песка.
— Я бы назвала это перемоткой, — сказала Исцеляющая Девочка. — Твоя причуда способна «отправить» живое существо или неодушевлённый объект во времени. Крыса, которая была больна и стара, стала подростком. Ты не омолодила грызуна, ты вернула его обратно во времени. То же самое касается и стеклянной пробирки. Знала ли ты, что стекло изготавливается из песка? В нескольких словах: в песок добавляют примеси, затем его закаляют и получают стекло. Стеклянная пробирка стала тем, чем была когда-то. Но, — Исцеляющая Девочка мельком взглянула на Айзаву, — из увиденного я делаю вывод, что перемотка работает не только назад, но и вперёд. Мы оставим это на дальнейшие тренировки; дождёмся, когда твой рог чуть-чуть вырастет.
Эри, кормя крысёнка в коробке, бормотала о том, как это странно, что её причуда не исцеление и не омоложение, пока Исцеляющая Девочка совсем ненадолго взяла телефон в руки, что-то напечатала и отложила его обратно. Эри задала несколько вопросов медсестре, тем временем Айзава находился в полном замешательстве, пытаясь осмыслить всё, что только что увидел и услышал. Прошло не больше пяти минут, прежде чем в лазарет вошёл Незу.
— Эри! Хочешь посмотреть на смонтированное видео, где ты сияешь, как звезда?
Незу забрал восторженную Эри из лазарета. Исцеляющая Девочка, убедившись, что голоса и шаги стихли, заговорила:
— Удивительно, что до сих пор не произошло чего-то непоправимого. — Её выражение лица было серьёзным. — Эри и Шинсо попали под твою опеку из-за инцидента с её причудой? Что произошло?
Вспоминая что-то, что было всего несколько месяцев назад, но по ощущениям так давно, Айзава ответил:
— Эри и её подруга из приюта прыгали на кровати. Та девочка упала на пол, ударившись об угол какой-то игрушки. Была кровь, Эри испугалась, затем её причуда активировалась. После у той девочки не было и следа травмы.
А Эри попала в больницу не столько из-за истощения, сколько из-за стресса и дальнейшей потери сознания. Персонал приюта хотел отправить Эри в специальное учреждение, где выяснили бы детали о её причуде. У Шинсо была дилемма. Ему пришлось бы либо находится в разлуке с Эри, либо бросить тренировки с Айзавой, прощаясь с мечтой стать героем, и поехать в приют близ того учреждения.
— Сегодня я сказала Эри остановиться, но если бы она продолжила, то крыса стала бы младенцем, а после... — Исцеляющая Девочка поджала губы.
Если бы Эри при том инциденте в приюте так сильно не испугалась и из-за стресса не потеряла бы сознание, что бы тогда стало с её подругой? Насколько далеко Эри отмотала бы её тело назад во времени? Лицо Айзавы омрачилось. Эри ещё не понимала силы своей причуды. Повезло, что в тренировочном лагере Кота забил тревогу, а Айзава оказался совсем рядом, чтобы стереть причуду Эри. Зародыш птицы не выжил бы. Несформированный младенец умер бы. И если её причуда — это перемотка во времени, то закономерно, что есть время, где живое существо ещё не родилось. Это не было смертью в классическом понимании. Как мог кто-то умереть, даже не родившись? А если время мотать вперёд — то живое существо прожило бы свою жизнь за пару мгновений и умерло бы от старости. Тело бы разлагалось прямо на глазах Эри или, скорее всего, от тела ничего бы не осталось; рано или поздно от всех и всего ничего не остаётся.
Айзава сильно потёр лицо. У Инуи Рё, героя-собаки Гончего, была лицензия мозгоправа. Айзава ещё не понял, кому такие услуги нужны сильнее, ему или Эри. Запланировав с Исцеляющей Девочкой тренировку Эри через неделю, Айзава ушёл из лазарета. Откладывать было нельзя ни тренировки, ни поход к Инуи. Эри должна узнать об истинной силе своей причуды как можно раньше. Она всё ещё была ребёнком, и лишь чудо не позволило ей сделать что-то, что нанесло бы ей глубокую травму.
Но Айзава знал, что чудес не бывает.