Истина в письмах
Примечание: та самая глава, которая планировалась совсем другой, но получилось вот так, по объему мне совершенно не нравится, еще и на Гин сил не хватило) Люблю писать реакции, но в последнее время очень сложно именно в эмоциальном плане, еще и не знаю, как буду писать в учебном году( Самое страшное, что я осознала, так это то, что я точно напишу в этой книге 100 глав (и с учетом глав с моими эмоциями), а это еще 60+ глав: самое страшное для меня, что начинала я писать реакции (точнее сказать, вернулась писать) в середине 6 класса, а по моим подсчетам, если я смогу также выкладывать по одной главе в месяц, я закончу эту книгу уже когда буду заканчивать 11 класс, или вовсе буду поступать на 1 курс...Очень страшно, ребят.
Персонажи: Эдгар Аллан По, Дазай.
Эдгар Аллан По
Уважаемый Эдгар Аллан По!
Пишу Вам, признаюсь, сумборно и спонтанно: узнав от моего хорошего друга о Ваших произведениях и природном таланте, я, сказать по правде, сильно заинтересовалась, углубившись в чтение Ваших работ. И могу сказать — Вы и вправду поразили меня! Полностью погружаясь в написанную Вами историю, я могу только представлять, какие события в Вашей жизни могли подтолкнуть Вас к такому прекрасному писательскому слогу, к таким глубоким и будто настоящим персонажам..Говоря о чистоте моих намерений, я хотела бы набраться Вашего бесценного опыта в сфере литературы: только начинающая писать собственные романы, я хочу добиться Вашего уровня, но не подумайте, что это хвастоство или какая-либо зависть: я по-настоящему благовею Вашим руке и мыслям, сумевшим совсем недавно полностью поглотить мой разум.
Желаю спросить, устраивает ли Вас мое предложение — я приму любой ответ, будь то принятие иль отвержение, потому что Вы стали символом моей жизни: я хочу равняться на Вас, суметь писать столь же красиво, как и Вы, когда-нибудь создать себе имя среди круга Вашего, и отчасти моего, писательского общения. Непременно жду Вашего утвердительного ответа,
Благовеющая перед вами □ ■.
Четырнадцатое сентября.
Здравствуйте,
Могу лишь ответить вам согласием: я никогда не противился таким практикам. Но твердо прошу Вас оставить обмен опытом в рамках писем — я человек нелюдимый.
Эдгар Аллан По.
Шестнадцатое сентября.
Добродеятельный Эдгар Аллан По,
Кланяясь, благодарю Вас от всего моего дамского сердца! Я искренне, с самого своего детства, желала писать: будучи выросшей в семье довольно обеспеченной, я имела возможность проникнуться книгами из довольно большой библиотеки своего отца. Скажу Вам по секрету, около лет пяти назад я совершенно случайным образом наткнулась на одну из Ваших книг — и признаюсь честно, она полюбилась мне точно также, будто юноша! Я всегда восхищалась Вашими стилем и чувством, Вашими посылом и мыслями: для меня лишь то, что Вы ответили на мое письмо, является благословением свыше. Надеюсь, что Вы радушно окажете мне некоторые услуги в моем обучении и смиренно жду, когда у Вас появится свободная минута написать мне,
Ваша преданная поклонница, □ ■.
Шестнадцатое сентября.
Моя поклонница, □ ■,
Я никогда, в силу своего характера, не мог отказать даже самым циничным людям. Я и правда восхищаюсь вашеф ко мне привязанностью: даже в кругу своих соратников стесняюсь я своей известности и личных признаний. Говоря о ваших умений (я с удовольствием прочитал собственноличную рукопись, недавно вами присланную), могу сказать, что написано довольно умело и с чувством: сам работая в подобном жанре, я могу отметить некоторые ваши недочеты в описании характеров героев, но, погружаясь в историю, вами описанную, смело пишу, что она полностью перекрывает недочеты.
Эдгар Аллан По.
Двадцатое сентября.
Достопочтенный писатель,
Огромное спасибо Вам за то, что уделили время моим очеркам: я и не думала, что кто-то может оценить то, что я создаю: люди из моего малого окружения относятся к этому довольно скептически, а многие и вовсе не знают. Честно, я боюсь и стесняюсь рассказать кому-либо о своем увлечении, но Вы стали для меня тем, кому я могу без сметения показать свои работы. Не знаю вовсе, как Вас и благодарить: все те подношения, которые я хотела Вам отправить, так и остались лежать в моей комнате, нетронутые и спрятанные, лишь потому, что я боюсь того, что Вы не примете и не оцените их. По секрету, я, стесняюсь, узнавала у некоторых (не хочу раскрыть своих информаторов) о Ваших предпочтениях и увлечениях, но доселе не уверенна, что найду в себе силы подарить Вам что-то от всего сердца,
Ждущая каждый ваш ответ, □ ■.
Двадцать первое сентября.
Уважаемая □ ■,
Мне несомненно льстит, что вы открываетесь такому человеку, как мне: не могу сказать, что в моем обществе есть господа, готовые открыться мне или которым готов открыться я. Как бы я не был погружен в работу, я найду любое время, дабы прочитать ваши письма: любое слово в них вызывает у меня дружеский восторг. Не скрываю, иногда путаюсь я в мыслях, но, понимая ответсвенность перед вами, оставляю дела свои многочисленные и погружаюсь в текста. Времени у меня много: знаете вы или нет, я предпочитаю дома отдаться работе, чем провести время в чьем-то обществе,
Почитаемый вами Эдгар Аллан По.
Двадцать третье сентября.
Добродеятельный Эдгар Аллан По,
Кланяясь, благодарю Вас от всего моего дамского сердца! Я искренне, с самого своего детства, желала писать: будучи выросшей в семье довольно обеспеченной, я имела возможность проникнуться книгами из довольно большой библиотеки своего отца. Скажу Вам по секрету, около лет пяти назад я совершенно случайным образом наткнулась на одну из Ваших книг — и признаюсь честно, она полюбилась мне точно также, будто юноша! Я всегда восхищалась Вашими стилем и чувством, Вашими посылом и мыслями: для меня лишь то, что Вы ответили на мое письмо, является благословением свыше. Надеюсь, что Вы радушно окажете мне некоторые услуги в моем обучении и смиренно жду, когда у Вас появится свободная минута написать мне,
Ваша преданная поклонница, □ ■.
Шестнадцатое сентября.
Умелая □ ■,
Хоть и не могу в полной мере выразить это словами, но я безмерно рад за вас: вспоминается сразу и мое первое печатание. Работы у меня в последнее время и вправду много: но лишь только улучив свободную от тягосии минуту, я сразу же сажусь за прочтение ваших бумаг.
Эдгар Аллан По.
Двенадцатое октября.
Неземная □ ■,
Совсем недавно, около дней трех тому назад, по наставлению и властности своего давнего друга, пришлось мне выйти в свет: и только очутившись там, сразу же отправился я посмотреть книжные новинки. Вы и представить не можете, какого было мое удивление, когда увидел я «Врата свободы» на полке наряду с произведениями достопочтенных Пол Верна и Марка Твена: удивительно, как вы за столько короткое время смогли завоевать уважения и любовь аудитории. Впрочем, не скрою, я в вас не сомневался: вы девушка одаренная,
Удивленный вами, Эдгар Аллан По,
Двадцать четвертое октября.
Прекрасный Эдгар Аллан По,
Изначально, хочу выразить Вам всю мою благодарность: я по-настоящему счастлива, что Вы увлеклись моим творчеством. Но, сказать правду, удивлена я была, увидев Вас на недавнем светском вечере: попала я туда совершенно случайно, замеченная Марком Твеном, с которым смогла я найти общее; там же я встретила Вашего друга, много о Вас рассказавшем. Звали его Эдогава Рампо, и я была шокирована, услышав от него многое: но, признаться честно, не хочу я верить и в половину, о Вас наговоренную. Говорил он что-то странное о близкой нашей связи, о зародившихся чувствах и Вашем необычном трепете в ожидании моего письма: не подумайте, уважаю я этого господина лишь за его легкий характер, но совсем непонятны мне подобные высказывания! Наслышана я, что господин этот довольно весел и коварен: будто он всегда любит привирать и выдумывать, лишь бы понаблюдать за окружающими. Но даже и представить я не могу, чтобы он врал о Вас, своем дорогом друге. В любом случае надеюсь на скорейший ответ и начитанный отзыв о моем писании,
Безмерно Вас уважающая, □ ■.
Четвертое ноября.
□ ■,
Я в огромном смятении: не могу представить, чтобы такой Великий Детектив, как Рампо Эдогава, прирожденный японец, захотел бы наклеветать про меня. Не могу и выразить того, о чем думаю: у меня всегда были с сим проблемы, но сиело заверяю вас, что такие приступы у него обычно бывают от большого количества горячительного. Я обязательно с ним поговорю: не пугайтесь и не надумывайте. До свидания,
Эдгар Аллан По.
Седьмое ноября.
Дорогой Эдгар Аллан По,
Как вижу, Ваша беседа прошла не совсем удачно: буквально вчерашним поздним вечером мне пришло письмо от уважаемого детектива Эдогавы. В нем он в красках все расписал: и то, как Вы в мрачном опьянении явились к нему поздней ночью в одном лишь хладном нижнем одеянии, и как резко выяснили с ним, как оказалось, не клевету, а самую настоящую правду его, и как яро защищались от любых его нападков, тут же приходя в смятение. Цитирую:
«Скажу тебе честно, ■, Аллан самый настоящий, несмотря на его застенчивость, врунишка: то, как он передо мной метался, постоянно заправляя за ухо переднюю прядь, как всегда делает в смущении, меня просто забавляло! Не могу раскрыть тебе все карты, но скажу честно, как думаю сам — он не такой уж и плохой вариант, если тебя больше привлекает домашний уют, чем разгульная уличная жизнь! Если что, я буду свидетелм на свадьбе»
Уже не знаю, кому и верить: Вас я всей душою безмерно уважаю, но к Рампо Эдогаве пропиталась дружескими и искренними чувствами. Если Вам сложно лично встретиться со мною, я буду ждать Вашего письма. Жду нашей встречи,
□ ■.
Десятое ноября.
Богемная □,
Прощу прощения за неподобающее мое поведение: я редко когда бываю пьян, но, скрою свои истинные намерения, в тот вечер не нашел я другого выхода. Стыдно мне признаться, но Рампо полностью прав: не знаю я, как такое со мною случилось, но я быстро привязался к вам, полюбив впервые только вашу речь. Приходите на мое любимое место, библиотеку близ вашего поместья: там я смогу полностью объясниться.
Ваш Эдгар Аллан По.
Четырнадцатое ноября.
Дорожайший Аллан,
Прости, что пишу тебе спонтанно: и за то, что уже перешла на неформальное обращение: но ситуация полностью критическая! Рада была я встретиться с тобою вживую и услышать твой лелейный голос, сложивший в твоей голове для меня столько стихов, которые я всегда перечитывала вечерами, увидеть твои прекрасные волосы, которые, признаюсь, я хотела потрогать. Но отец, заметивши мою пропажу, отыскал в моей комнате и всю нашу переписку! Корю я себя за то, что и не смогла сдержать чувств, узнавши об этом и расплакавшись, виню за то, что не спрятала письиа понадежнее, скрыв правду от его глаз... Отец категорически против всего, что между нами, и обещает отослать меня к тетушке, в Англию: говорит, что пока я не выйду замуж и не забуду тебя, то ничему между нами не бывать. Он клянется в ближайшие сроки выдать меня за состоятельного японца и отправить заграницу, подальше от тебя и «твоего дурного влияния». Прошу тебя, помоги мне! Не смогу я вытерпеть ни нашей разлуки, ни принудительного замужества,
Твоя □ ■.
Пятнадцатое ноября.
Дорогая □,
Я в ужасе от ситуации сложившейся: я попытаюсь убедить отца твоего, притворившись другим человеком: не знающий меня в лицо, он, посмотрев на мое состояние, которым я не хвалюсь, сможет хотя бы подумать над моим предложением. Да, я довольно стеснителен в общении, но если то касается тебя, я не отступлю даже перед его отказом. Рампо, как только сможет, доставит тебе письмо в ближайшие сроки: каким-то образом смог он выведать твой будующий адрес. Я уже завтра приду к отцу твоему: Эдогава, на удивление, согласился мне помочь, чему я несказанно рад. Люблю тебя,
□.
Пятнадцатое ноября.
Дорогая □,
Я был безмерно удивлен, но ■ согласился: даже не став спрашивать у меня причины моего состояния и непонятную, по общим меркам, любовь к тебе, он сразу же дал добро, посоветовав мне подождать около двух недель, когда ты приедешь, как он сказал, с гостей. Признаться, думаю я, он просто хотел поскорее выдать тебя замуж: хоть и категорично он говорил про другие страны, важно ему было только богатство спутника. Надеюсь, Рампо быстро передал мое письмо? Сказать честно, я до сердца испугался этой ситуации: боялся, что больше никогда тебя не увижу, потеряв в бесконечных садах богачей. Карл скучает по тебе: он никогда не привязывался к людям так быстро, но почувствовав твой запах, проникнулся к тебе мгновенной симпатией и признанием: постоянно он приносит мне письма, на которых остался аромат твоих духов. Даже если бы судьба разлучила нас, я, пользуясь связами, все равно бы к тебе приехал: чего томить, я встречу тебя на корабле из Англии в Америку, чтобы обсудить наше будущее замужество: точнее, свадьбу □ ■ и Джона Оскара. Смиренно жду тебя,
Твой Аллан.
Шестнадцатое ноября.
Аллан!
Я выразить не могу, как благодарна тебе и детективу Эдогаве: правда, ему чуть меньше, потому как увидев меня, блуждающую по саду тетушки, он прямо из кустов схватил меня за корсет и утащил в листву деревьев: в тот момент боялась я только того, что нас заметят и меня вышлют к еще более дальнним родственникам. Совсем бесцеремонно, он впихнул мне письмо, что-то бормоча под нос о вечности любви и внезапности чувств, потирая постоянно затылок то ли от неловкости вмешательства, то ли от радости. Но зная его характер, предпологаю второе. Только увидев печать рода По, я чуть лиине заплакала: не принято такое обсуждать, но уверена я, что могу тебе довериться. Я счастлива от того, что вернусь в родные края Америки, но еще более от того, что сможем мы теперь быть еще ближе. Мое сердце разрывается от любви к тебе, и я верю, что ты испытываешь тоже самое.
Навечно твоя, □.
Двадцать второе ноября.
Дорогой друг мой, Эдгар По!
Надеюсь, ваша свадьба пройдет более, чем успешно: ну а как может быть по-другому, когда в ее организации принимал роль такой великий человек, как Эдогава Рампо! Думаю, вы отлично смотритесь вместе, да и я с самого первого ее письма заверял тебя, что между вами точно что-то будет, но даже я не рассчитывал на такую сложную историю любви. Жду не дождусь того, как буду наблюдать за тобою около алтаря, всего в смущении и мандраже: это уж точно будет смешно! Скажу тебе по секрету, несмотря на это, я все равно счастлив за вас: конечно, не без моей помощи, но и ты, и она счастлива, а для меня то самое главное — чувствовать счастье других.
Без подписей, потому что устал писать!
Великий детектив,
Спасибо за то, что так лестно о нас отзываешься, но я все равно когда-нибудь наберусь смелости тебя ударить, несмотря на то, что ты мой дорогой и близкий друг. Полностью вверяю женитьбу тебе и надеюсь, что, даже если мы оба этим увлекаемся, она пройдет без очередных логических задач и разгадывания сюжета моих невышедших рассказов — прошу тебя всем своим нутром. Не могу словами отблагодарить тебя за всю помощь, оказанную мне в делах любовных, потому вместе с письмом присылаю коробку твоих любимых японских сладостей с Родины. Я наконец-то обрел счастье, о котором писал в ранних своих творениях, о котором мечтал, сидя за столом поздней ночью в написании нового рассказа, которое лелеял, сам не смогши его обрести до встречи с нею.
Теперь навсегда счастливый,
Эдгар Аллан По.
Семнадцатое декабря.
Дазай Осаму
Милая □ ■,
Ах, милая барышня, я был поражен Вами на балу в моем, уверен, прекрасном поместье: Вы так элегантно двигались со мною в танце, что я без стеснения имел право засмотреться на Ваши изгибы и формы. Вы так молоды и невинны, что я Вами истинне восхищаюсь: думаю, Вы знаете о слухах обо мне, ходящих в кругах многих известных аристократов; о моей распутности и огромной, недуховной любви ко всем встречающимся мне девушкам. Спешу Вас не огорчить: то абсолютная ложь! Если хотите, как и я, узнать меня поближе — смело приглашаю Вас снова в мое поместье, дабы обсудить Ваши интересы и мои предпочтения.
Уважаемый Дазай Осаму,
Двенадцатое июня.
Дазай Осаму,
В-первую очередь, хотелось бы мне узнать, что же Вас во мне привлекло: еле-еле перекинувшись парой фраз во время танца, мы сразу же разошлись по разные стороны. Спешу Вас уведомить, не уважаю я людей, судящих только по-внешности: разве же то является более глубоким влечением, чем обычное желание соития? Во-вторых, я бы от того не отказалось, но лишь с учетом, что более близких отношений между нами и быть не может: Вы, не скрою, человек симпатичной наружности, довольно богат и известен, но я, в силу своего характера и нежелания очернения репутации, не имею влечения сразу же броситься в Вашу гостеприимную даже для служанок кровать: хоть Вы и подобные слухи опровергаете, не могу поверить я, что Вы ни разу не пользовались своим положением. В-третьих, интересует меня, почему прирожденный и чистокровный японец вдруг решил с уютом жить в Англии, окруженный змеями? Я подумаю над Вашим предложением, но ничего не могу обещать,
□ ■.
Четырнадцатое июня.
Восхитительная □ ■!
Если честно, поражен я Вашей рассудительностью: но уверяю, молитвенно клянусь, что и руки не положу на Ваше плечо без взаимного соглашения! По-поводу моего неожиданного переезда из дома родительского, сказать могу лишь то, что в плане бизнеса меня намного больше привлекала Англия и Старый свет: Япония, закрытая от всех внешних факторов, не сможет принять моих новвоведений в жизнь смертных обитателей. Жду Вас шестнадцатого июня в Серебряных Садах поместья Дазая,
Благосклонный к Вам, Дазай Осаму.
Четырнадцатое июня.
Дазай Осаму,
Огорчу Вас, не думайте, что сразу же была я очарована Вашею красотой и манерами: благодарна я Вам за ужин и увлекательную беседу, в которой почувствовала я Ваши тонкие, призрачные намеки. Не смогла Вам вчера сказать, но сад поистинне поразил меня своей красотой и великостью: не знаю, кто занимался устройством этого великолепия, но попрошу передать этому человеку мое восхищение. Вы, как было понятно сразу, довольно умный человек: не понимаю, почему предпочитаете Вы решать вопросы постелью и грубой силой, а не собственными умом и хитростью, которые, по-моему, превосходят даже такого известного детектива, Эдогаво Рампо, с которым также удосужилось общаться мне около нескольких лет тому назад: еще тогда поразилась я его логикой и мыслей. Если Вы того не против, предпочла бы я проводить с Вами больше бесед: возможно, могли бы мы вести дела наших компаний совместно? (Повторю, Вашими привычными решениями то не получится).
Поразившаяся Вам, □ ■.
Семнадцатое июня.
Ах, восхитительная □ ■!
Я абсолютно также поражен Вашими словами и логическими заключениями: уверен, работай мы вместе, достаточно увеличутся наши доходы. Даю слово по закону делить с Вами поровну прибыль: но сейчас это для меня мысль не первостепенная! Хотел бы я в первую очередь восхититься Вашими вкусом, стилем и манерами: Вы правда та, о которой мечтают многие мужчины, и до сих пор совершенно непонятно мне, почему же до сих пор не нашли Вы для себя спутника жизни. Посмею предложить свою кандидатуру, но заранее знаю неменуемый отказ. Рад был бы видеть Вас рядом на приближающейся моей деловой встрече, которая состоится двадцать пятого июля в павильоне Накахары: признаюсь Вам честно, как уже другу, что для девушки и парня странно, на дух не переношу я данную персону, возомнившую себя лучшим в мире бизнеса Англии по производству горячительных напитков: лишь одна из моих компаний в подобной сфере превзойдет все его предприятия! Отбросив ненависть, я готов попытаться договориться с ним о расширении бизнеса, но увы, не видя Вас рядом со мною, боюсь я провала! Ведь Вы, такая умная, красивая, с ласковым голосом девушка точно сможете притупить бдительность Накахары, который, к Вашему сведению, еще больший любить женских сердец, чем я сам. Жду скорейшего согласия,
Дазай Осаму.
Восемнадцатое июня.
Осаму,
Похоже, Вы и правда не наврали: честно, Накахара смотрел на меня слишком долго для обычного восхищенного мужчины, что меня саму безусловно напрягает. Недавно присланное им письмо меня и вовсе поразило: не буду раскрывать подробности личной беседы, но благосклонно прошу Вас не тревожить Вашими бесчисленными письмами еще хотя бы пару дней, пока попытаюсь я отойти от такой яркой наглости, проявленной данным человеком в мой адрес. Похоже, этот молодой человек решил играть по Вами иследованной тактике: и я не удивлена, уведанная о Вашем долгом знакомстве. Надеюсь, Вы поймете мое положение — и тогда мы обсудим условия объединения наших компаний.
□ ■.
Двадцать шестое июня.
Уважаемая □ ■,
Я прекрасно понимаю Ваше нынешнее положеник: нередко я и сам становился объектом его унижений, которые мастерски отбивал, оставаясь в полном и относительном покое. Чуя человек вспыльчивый и отказов не терпящий: потому рекомендую Вам и вовсе на его глупые предложения не отвечать: сам он, уверяю, найдет новую девушку для своего ложе. Что до меня, желал бы я вновь увидеться с Вами, но уже на Вашей территории: без каких-либо предложений о сотрудничестве и взаимовыгоде, которые говорю я вам каждый день, конечно же! Вы, несомненно, не сможете отказать такому прекрасному человеку, как я, правда?
Известный Дазай Осаму,
Тридцатое июня.
Дазай Осаму,
Не могу поверить, что время и вправду летит так быстро: совсем недавно, только в начале нашего знакомства, я всей душою Вас презирала, проникаясь к Вам только как к человеку распутному и падкому на людскую похоть: но как бы не было мне прискорбно признать, Вы человек по-настоящему мыслящий и глубокий. Однако не могу сказать тоже самое про Господина Накахару: он более настойчив, чем Вы, и совсем не понимаю я, к чему я нужна ему: наши компании совершенно несовместимы, но все равно продолжает этот мужчина надеяться на наше объединение. Встречались мы с ним совершенно случайно: то встретившись в Главной Библиотеке, то в доме какого-нибудь аристократа, то среди толпы забываемых людей: но при каждом случае начинал он говорить о Вас абсолютно несуразные вещи: о Вашем скрытом мотиве насчет меня, о пользовании мною. Надеюсь я, что то неправда: ведь я по-настоящему прониклась к Вам, как к дорогому другу,
Уважающая Вас, □ ■.
Восьмое июля.
Дорогая □ ■,
Интересно мне, с каких пор начали Вы называть Чую Господином? Жаль, что даже я не удостоился до сих такой чести от Вас: и отвечаю Вам, что встречи эти точно не случайны, подстроенные самим Накахарой или его верными слугами. Я искренне надеюсь на Вашу разумность и на то, что не свяжете Вы жизни с таким недостойным человеком, как «Господин», сладко наслаждающимся многими женщинами в своих покоях: не стоит даже и общаться с ним Вам, пока есть я: думаю, Вы это уже поняли? В любом случае, не желаю я Ваших бесед: каждый раз видя на очередном балу, как вы с недовольством, но все же поддерживаете с ним беседу, желаю я подойти к Вам и остановить от этого неблагоразумства, предостеречь от невидимой опасности этого жестокого человека: но Вы выглядите втайне счастливой от каждой встречи с ним, и я совершенно не принимаю подобной Вашей связи. Разве не видите Вы, что в разы лучше я, чем Чуя: признаю, что прошлое мое было темным, и не желал бы, чтобы Вы узнавали о нем подробности, но именно ради Вас, внезапно появившейся в моей жизни подруги, стараюсь я отгородиться от того, что совершил: неловко в том признаваться и даже неприлично, но за все время нашего общения, не имел я связи ни с одной восхищающейся мной женщиной. Да, наврал я Вам: раньше не был против я насладиться служанкою или первой встреченной мною на балу, которая готова была отдаться мне без остатка: в глубине души презираю я этих женщин, похожих на особу легкого поведения, ради богатства и знатности готовых слиться с каждым, какого возраста и характера тот бы ни был. Но именно с Вами ощущаю я то, о чем мог только читать или слышать: о настоящем чувстве, по слухам подаренном людям Богом. Нередко задумывался я о смерти, имея в жизни все, о чем могут только могут мечтать люди низшего слоя: но при том не понимал я, чего в жизни мне не хватает, не знал, ради чего я не берусь за петлю и рельефный нож, не осознавал ценности, подаренной мне матерью: но встретив Вас, уверил я в то, что прожил жизнь не напрасно.
Живущий только ради Вас, Осаму.
Двенадцатое июля.
Дорогой Осаму,
Поражена я Вашими словами: дайте мне время все это обдумать. Отвечая на Ваши слова, не испытываю я теплых чувств к Накахаре, который, по моему мнению, только и может, что восхваляться собственному влиянию, кичиться положению, им заработанным лишь от смерти родного отца, наслаждаться новыми и новыми девушками, внимания некоторых из них недостойный. Вы, уважаю Вас, намного больше заслуживаете того, что имеет он: влияния, денег, любви, хоть и физической, но все равно любви. Вы тот человек, который, как и мой покойный учитель, вернули мне отнятую жизнь: настоящую жизнь, не обусловленную лишь продолжением рода и однотипным существованием, коей она являлась до вашего появления. Желаю я обсудить все с Вами на свадьбе хорошего нашего знакомого, Юкичи Фукудзавы: думаю, Вам стоит повеселиться спустя долгие годы бренности. С нетерпением жду Вас на торжестве.
□ ■.
Пятнадцатое июля.
Дорогая □,
Думаю, уже давно пора отбросить формальности: в тот вечер ты одним лишь своим видом подарила мне радость и восхищение в сердце: захотелось мне резко прижаться к тебе и ощутить легкое красное платье, забраться в твои волосы, с упоением в них зарываясь: не думал я, что после моего нелегкого и запутанного признания, решишь ты взглянуть на меня еще раз, а уж тем более и занять место рядом со мною. Признаюсь, не стоило мне все-таки пить: стыдно мне за тот поцелуй в уголке безлюдного балкона, но не могу отрицать, что сердцем я того не желал. Уверен, Накахара, наблюдающий за нами, смел только кипеть от зависти и вновь найти покой с какой-то дешевой девицей голубых кровей в одной из комнат нескончаемого поместья Фукудзавы. Ты давно подарила мне то, о чем я желал: а твои теплые губы опустили меня в такое райское наслаждение, которое не мог я доселе найти ни в одной излюбленной мною девушке. Не надеюсь я на большее, но мечтаю коснуться тебя еще раз: не возжелаю я с тобою лишь ночи, грезю мыслями о нашем дне. Несвойственно для себя, волнуюсь я, представляя тебя рядом с собою: властную, но со мною нежную девушку непоколебимой воли, которая меня покорила. Мечтаю вновь пройтись по саду вместе с тобою.
Любящий только тебя.
Тринадцатое августа.
Любимый только мною,
Не могу я отбросить мысли о твоем смущенном лице: кажется мне, что такое случается только в случайных снах. Видеть тебя таким — для меня лишь истинное наслаждение. Засыпаю и просыпаюсь я с мыслями о тебе, за чтением не могу удержать внимание, притрагиваясь к губам своим и вспоминая твое тепло; ненавистно видеть мне Накахару, приходящего теперь прямо во дворы моего поместья. Не могу я скрыть своей к тебе привязанности и вспыхнувшего сердца: приятно мне, что ты ревнуешь меня, приятно, когда укрываешь от холода своим плащом, приятно, даже когда пытаешься поддеть меня нелепою шуткой, при том смотря в глаза мне с нескрываемой нежностью: и Юкичи, недавно мне написавший, отметил замеченную им нить между нами, интересуясь, взаправду ли то. Не могу я четко ответить ему на этот вопрос: тебя я люблю сильнее, чем что-либо на этом свете. Не знаю, как это все свершилось так быстро, будто в очередном низкопробном романе, но восхищаясь тобою, приобрела я чувство еще глубже, чем легкая привязанность. Мечтаю крепко обнять тебя,
Теперь уже твоя, □ ■.
Тринадцатое августа.
Моя будущая жена,
С нетерпением жду тебя в своем поместьи: учтя все твои прошлые пожелания, обустроил я все так, как ты мне и посоветовала. До сих пор не сказал я тебе, что устройством сада занимался я: взращивая все те цветы, надеялся я когда-нибудь услышать восхищение от женщины моей. Теперь ожидаю я только видеть твой лик в моем доме: спать я желаю только с тобою, гулять я желаю только с тобою, читать я желаю только с тобою, ходить на встречи я желаю только с тобою. И все это без притворства: могу я теперь представить тебя только в роли спутницы моей жизни: Чуя поплатиться лично от меня за своей неподобающен поведение, а Фукудзава, по мому желанию, будет свидетелем нашей свадьбы: и надеюсь, что ты против того не возражаешь.
Люблю тебя безмерно и буду любить всегда. Ты — мой свет, оберегший меня от тьмы сердца моего. Обожаю я тебя всем сердцем, моя дорогой и любимый котенок, моя несравнимая ни с кем □ Дазай.