Глава 78 Последний шанс
Чу Се заметил, что Ци Суй переменил позу: он чуть ссутулился, плечи его поникли, и весь вид стал каким-то подавленным. Налив ещё чашу вина, он одним глотком осушил её.
"Господин Ци, не стоит пить так много" Чу Се прислонился к столу, подперев голову рукой, и смотрел на профиль Ци Суя, который осушал чашу за чашей.
"По сравнению с тем, чтобы осуществлять свои стремления в ясную и процветающую эпоху... куда ярче проявляется талант достойного министра, когда он способен обратить разложившуюся эпоху в эпоху процветания."
Рука с чашей замерла на мгновение. Ци Суй взглянул на Чу Се и увидел лишь лёгкую улыбку, неизменно играющую на его губах.
"В смутные времена, естественно, всё даётся труднее" Чу Се взял чашу из его руки, допил оставшуюся половину. Крепкое вино обожгло горло, словно пламя.
"А-Се, ты же не пьешь!" Чжао Сюань тут же отобрал у него чашу.
"Ничего страшного, всего лишь глоток. Для храбрости" Чу Се выдохнул, сладковатый винный аромат коснулся лица Ци Суя, и он увидел, как на щеках Чу Се мгновенно проступил лёгкий румянец.
Дыхание Чу Се было подобно аромату орхидеи. Тот медленно моргнул. Его глаза казались ярче, словно наполненные влагой.
(П.п. Поэтическое выражение «выдыхать воздух, подобный аромату орхидеи», описывает приятное, нежное, ароматное дыхание, часто используется для описания прекрасных женщин или, в данном контексте, утончённых мужчин)
Кадык Ци Суя едва заметно дрогнул, и он, слегка смутившись, отвёл взгляд. Но Чу Се, наоборот, схватил его за подбородок, заставил повернуть голову к себе, наклонился ближе и пристально посмотрел в глаза.
"Ци Суй, я открою тебе один секрет"
"Ты ведь просто хочешь моей смерти? Тогда я скажу тебе, знаешь ли ты..."
"Чу Се!"
Чжао Сюань прекрасно знал, что Чу Се никогда не пьёт. Сейчас он сделал лишь маленький глоток, но похоже, опьянел. Он пожалел, что не смог вовремя выбить чашу из рук Чу Се, и теперь ему оставалось лишь быстро перегнуться через столик и зажать тому рот рукой.
"На самом деле...Ммм"
Ци Суй не понимал, что за игру ведут Чу Се и Чжао Сюань. Если бы он не знал Чжао Сюаня много лет и не был уверен в его характере, он бы почти решил, что сегодня его специально пригласили слушать их разыгранную сцену.
Чу Се дёрнулся пару раз, но рука Чжао Сюаня была сильнее. Затем Чу Се вскрикнул, и Чжао Сюань заметил, что его левая рука всё это время была скрыта в рукаве. Он закатал рукав и увидел багровый синяк на запястье, распухший почти на всю руку.
"Это же, наверное, кость задета!" воскликнул Чжао Сюань.
"Что с тобой случилось? Почему император вдруг переменился и решил лишить тебя должности? Что вообще происходит во дворце в последние дни?"
Чу Се спрятал руку обратно в рукав. Его лицо было необычайно безразличным.
"Потому что для Су Минъаня я больше не представляю ценности"
"Как вы думаете, почему раньше я так рьяно спорил при дворе, пытаясь передать триста тысяч войск в руки Сюй Чуньму?.. Сюй Чуньму, как наследник семьи Сюй, многие годы отличался на военной службе, и его чистое сердце известно всему миру. Чего бояться, если такой человек будет держать в руках триста тысяч войск?"
"Что касается меня, я сейчас тяжело болен и не проживу долго. О чем же беспокоится господин Ци..."
"Кха... кха-кха..."
Крепкое вино обожгло горло и грудь. Чу Се закрыл лицо рукавом и внезапно закашлялся так сильно, что его плечи задрожали.
Ци Суй только потом понял, что уже протянул руку, чтобы поддержать его. Когда он опомнился и хотел отдёрнуть руку, запястье его оказалось схвачено раненой левой рукой Чу Се.
Хватка была слабой.
Если бы он попытался вырваться силой, это только навредило бы его раненой левой руке. Он не был тем человеком, который причинял бы боль другим, поэтому просто стоял там с застывшим выражением лица и сказал: "Я всего лишь глава управления Шуньтянь. Император приказал мне держать Сюй Чуньму под стражей. Что я могу сделать? Су Минъань императорский наставник при четырёх династиях, а я всего лишь мелкий чиновник..."
"Тебе нужно лишь перевести его для меня из управления Шуньтянь"
Чжао Сюань нахмурился: "Даже если перевести, что с того? Думаешь, что сможешь покинуть столицу?"
"А-Се, не мучайся"
Чжао Сюань, видя, что после кашля у того даже руки начали мелко дрожать, сказал:
"Поехали в мой дом, отдохнёшь там. Будь спокоен, я не позволю никому тебя найти..."
Чу Се тихо рассмеялся, отпустил руку Ци Суя и, словно потеряв интерес, скользнул взглядом в сторону.
"Чжао Сюань, когда-то ты хотел, чтобы я поскорее умер, поднеся чашу отравленного вина. Ты также стоял у моего гроба, намереваясь триста раз высечь мой труп. В конце концов, ты всего лишь безвластный маленький шицзы в поместье герцога Юэ. Как ты собираешься меня скрыть?"
"Будь то Цзян Яньчи или Су Минъань, кто из них не человек огромного влияния и проницательного ума? Не стоит сейчас говорить мне такие пустые слова... Если ты действительно не согласен с поступками своего отца и деда, помоги мне на этот раз."
Чжао Сюань нахмурился, но в глубине души понимал, что тот говорит правду.
Вспомнив свою недавнюю нерешительность и увидев, что Чу Се всё ещё готов доверять ему, он почувствовал, как в груди разливается тепло. Он решительно кивнул:
"А-Се, мы дружим больше десяти лет. Возможно, я никогда не понимал тебя до конца и не знал, что ты на самом деле думаешь. Но я знаю, что ты умён, и в этом мне с тобой никогда не сравниться"
С этими словами он взглянул на стоящего рядом Ци Суя и искренне поклонился ему.
"Я знаю, что этот шаг подвергает вас, господин Ци, опасности. Но в последние дни вы не раз искали меня глубокой ночью, пили со мной вино... И я знаю: вы тоже не хотите держать молодого маркиза Сюя под стражей. Почему бы не объединиться с господином Чу и не вывезти человека из города?"
Ци Суй ответил спокойно и холодно: "Он не выйдет"
"Император приказал заменить стражу у всех городских ворот. Господин Чу думает, что, имея какое-то влияние в военном министерстве, он сможет вывести себя и молодого маркиза Сюя прямо у императора под носом... Это невозможно. В столице каждый узнает тебя, Чу Се. Даже если я выпущу его из управления Шуньтянь, вам двоим ни за что не покинуть столицу."
Только тогда Чу Се понял, что в этих словах есть уступка. Он сразу же сложил руки в почтительном поклоне.
"Вам, господин, достаточно лишь перевести человека из управления Шуньтянь. В будущем вы можете переложить всю вину на меня. Что касается остального... у меня есть свои соображения."
Потратив уйму усилий и выпив всего глоток вина, Чу Се всё ещё не избавился от румянца на лице. Поднимаясь, он пошатнулся, и Чжао Сюань поддержал его.
"Тебе следует вернуться. Я провожу тебя"
"Вернуться?" Чу Се усмехнулся с самоиронией.
"Куда?"
Теперь его поместье находилось под пристальным наблюдением Цзян Яньчи. Семья Чжао и военное министерство также находились под надзором молодого императора. Куда он мог пойти?
Молодой император действовал быстрее, чем он мог себе представить. Всего за несколько часов он лишил его должности, задержал людей в его поместье, заменил стражу у городских ворот. Всё было сделано быстро и решительно.
Его действия были настолько молниеносными, что не оставляли ему шанса передохнуть. Неужели молодой император действительно так ненавидит его, что может успокоиться лишь, лишив его жизни?
Чу Се не смел медлить. Он поднял глаза на яркое солнце, слепящее белым светом.
Был уже полдень.
Сегодня, до наступления ночи, он должен во что бы то ни стало отправить Сюй Чуньму за пределы столицы.
***
Внутри тюрьмы Чжао по-прежнему царила мрачная, пронизывающая холодом атмосфера. Чжао Линцюя держали здесь уже несколько дней. Хотя его не пытали, эти дни прошли в постоянном страхе и тревоге.
Этим утром, когда он проснулся, Су Минъань специально прислал человека с письмом, сообщая, что дела продвигаются быстро.
Его сердце наконец успокоилось.
Полуденное солнце было ярким и прекрасным, но Чжао Линцюй уже несколько ночей не спал как следует.
В глубокой ночной тишине ему всё время мерещился ледяной холод тюрьмы Чжао, той самой, где, как говорили, прежний наследный принц прошлой династии встретил свою смерть от рук Чу Се.
Хотя он хотел верить, что Су Минъань сможет его защитить, в тихие и одинокие ночи сон всё равно ускользал от него. А сейчас, средь бела дня, его, наоборот, стало клонить в сон. Но эта сонливость пришла слишком рано.
С протяжным скрипом железная дверь медленно открылась, и шаги, неторопливые и спокойные, приблизились издалека. У Чжао Линцюя возникло дурное предчувствие. Подняв голову, он увидел знакомую фигуру, показавшуюся из-за угла.
Чу Се выглядел худым и слабым. На первый взгляд этот человек казался совершенно лишённым силы: тонкие черты лица, движения, больше похожие на манеры болезненного учёного. Даже сейчас, когда он наливал чай перед ним, его жесты оставались мягкими и спокойными, без малейшей агрессии.
Однако в этот момент Чжао Линцюй почувствовал страх.
Чу Се держал чашку с горячим чаем, под глазами залегли тени, и вид у него был как у злого духа.
Сквозь поднимающийся белый пар Чу Се окинул взглядом фигуру в камере, заметив страх в глазах Чжао Линцюя. Он тщательно сдерживал себя, не позволяя тому заметить, что его спокойствие лишь притворство.
"Чжао Линцюй, на этот раз ты с тем стариком Су Минъанем действительно хорошенько меня подставил"
Спокойное и уверенное поведение Чу Се заставило Чжао Линцюя на мгновение потерять самообладание.
Тот поднялся со своей соломенной подстилки, ухватился за решётку и начал кричать наружу. Но никто не откликнулся.
Чу Се подошёл ближе и сказал: "Не кричи. Шумно. Неужели ты правда думаешь, что Су Минъань сможет тебя защитить раз пришёл с ним в столицу?"
"Чу Се, да как ты смеешь тронуть меня! Ты...."
"Чжао Линцюй, почему ты хотел убить Сюй Чуньму?"
Нахмурившись, Чжао Линцюй резко ответил: "Когда это я хотел убить Сюй Чуньму... Я хочу убить только тебя, отродье Шэнь. Тебя ещё тогда, в прошлом, нужно было убить! Как ты посмел прожить столько лет? С? кровью на руках после тех зверств, что творил твой отец, Шэнь Цяньань Ты..."
В оригинальном сюжете Сюй Чуньму действительно погиб от его руки. Чу Се понимал, что времени мало, и сейчас хотел лишь выудить побольше информации.
"Сплошная ложь. Думаешь, я не применю к тебе пытки?" Чу Се холодно усмехнулся, делая вид, что собирается позвать людей.
На мгновение это действительно напугало Чжао Линцюя.
"Чу Се, это ведь ты сам настоял на том, чтобы втянуть в это дело семью Сюй и затащить его в эту историю! А теперь обвиняешь меня! Если Сюй Чуньму умрёт, это будет из-за тебя! Ты потомок Шэнь Цаньаня, изменника родины, запятнанного кровью, тебя самого следовало бы стереть в пепел и развеять по ветру!"
Чу Се фыркнул и с силой швырнул чашку на землю у ног Чжао Линцюя.
"Говоришь, не хотел убивать Сюй Чуньму? Тогда почему ты преследовал его до самой северной границы и тяжело ранил?!"
Чжао Линцюй, казалось, начал что-то понимать, и внезапно пришёл в ярость от осознания: "Так ты знал, что это был я! В тот день я не собирался убивать его. Я хотел убить только тебя! Но он всю дорогу защищал тебя. И если бы я сначала не избавился от Сюй Чуньму..."
Что происходит? Почему Чжао Линцюй хотел убить именно его?
В оригинальном сюжете Чу Се погиб при неудачном покушении на Цзян Яньчи. А Сюй Чуньму умер от покушения, когда возвращался в столицу после большой битвы с северными гунами.
Убийца с копьём с красной кистью был именно Чжао Линцюй.
В оригинальном тексте всё было предельно ясно. Как у Чжао Линцюя могло не быть намерения убить Сюй Чуньму?
Неужели дело в этих двух месяцах...
Неужели эти два месяца настолько важны, что способны породить убийственное намерение?
Чёрт. Если бы только можно было разблокировать все сюжетные линии...
Чу Се не мог понять некоторые ключевые моменты и смутно чувствовал, что упустил нечто очень важное.
Время пришло.
Чу Се услышал условный знак снаружи и понял, что на этот раз не успеет вытянуть из Чжао Линцюя больше слов. Не смея больше медлить, он надел маску, которую держал за пазухой, и покинул тюрьму.
***
Уже третья четверть часа, ворота города сменял караул, и оставалось всего полчаса. Чу Се, облачённый в маску, не мог быть узнан простыми людьми по своей фигуре. Когда он увидел, как в тюрьме внезапно вспыхнул огромный пожар, всё мгновенно погрузилось в хаос. Даже зимний ветер не мог погасить яростное пламя.
С острым взглядом Чу Се заметил, как кто-то поспешно направился к особняку Су, чтобы донести новость. Вскоре он увидел знакомую фигуру императорского наставник Су, появляющегося у входа в тюрьму.
Поправив маску, Чу Се слегка прищурился, прижался к стене и, словно ничего не произошло, собирался спокойно уйти. Но стоило ему повернуться, как его запястье внезапно схватили и втянули в узкий переулок.
Сердце Чу Се забилось чаще, а крик удивления был подавлен холодной ладонью.
"Ш-ш-ш!"
Это был Сюй Чуньму.
Даже в маске он всё равно узнал Чу Се по фигуре.
Несколько дней в тюрьме явно не прошли для него бесследно. Он заметно похудел. Сейчас он смотрел на Чу Се, оглядывая его с ног до головы, и спросил:
"Ты в порядке, А-Се?"
"Я же велел тебе идти в другой дом Чжао Сюаня. Почему ты всё ещё здесь?" сердце Чу Се дрогнуло, он тут же начал подталкивать его.
"Слушай. Сейчас Су Минъань занят. Через полчаса на северо-западных воротах города будет смена караула. Чжао Сюань уже всё устроил. Ты должен сначала покинуть столицу."
Сюй Чуньму терпеливо выслушал слова Чу Се, прежде чем спросить: "А ты?"
Он огляделся, затащил Чу Се в пустой двор неподалёку, запер дверь изнутри и только тогда тихо произнёс: "Ты не собираешься уезжать, да?"
Чу Се признался: "Сейчас слишком много глаз следит за мной. Я не могу уйти вместе с тобой. Но я прикрою тебя. Ты сначала выйдешь из города. А я позже найду возможность..."
"Нет. Я должен уйти вместе с тобой. Я не оставлю тебя здесь одного" Сюй Чуньму вдруг схватил его за руку, крепко и упрямо, но тут же почувствовал неладное.
Увидев рану на его запястье, Сюй Чуньму потрясено застыл. Словно связав что-то в голове, он стиснул зубы, и множество слов застряло у него в горле.
Его взгляд потемнел. Наконец он обнял Чу Се с болью в сердце: "Не бойся. Я что-нибудь придумаю. А-Се, на этот раз не пытайся всё решить в одиночку. Я спасу тебя..."
Я не позволю тебе снова умереть ради меня.
"Послушай меня. Я уже слышал о твоём плане от Чжао Сюаня. По твоему плану я смогу спокойно покинуть столицу, но ты сам можешь оказаться заперт здесь. Ты всегда такой, никогда не думаешь о собственной жизни, только о том, как спасти меня... Но, А-Се, я хочу, чтобы ты жил. Я хочу, чтобы мы жили вместе..."
Чу Се понял, что тот снова вспомнил прошлую жизнь, и поспешил успокоить: "Ты снова собираешься говорить о тех снах? Не будь глупым, это всё вымысел..."
Нет, это не вымысел
Сюй Чуньму обнимал это худое тело, и голос его был полон печали: "Нет, это правда. В том сне ты взял вину на себя и умер. Я пошёл по твоему следу, пытаясь понять... Я не понимаю, почему ты хотел меня спасти. Но спустя всего несколько месяцев умер и я..."
Чу Се словно уловил нечто важное и поспешно спросил: "В том сне... как ты умер?"
"Я не буду скрывать от тебя"
Сюй Чуньму произнёс каждое слово: "Я понял это только в тот день, когда увидел генерала Чжао в уезде Хуайчжи. В том сне меня убил Чжао Линцюй."
Опять Чжао Линцюй. И в оригинальном сюжете, и в изменённой линии событий, Сюй Чуньму без сомнения погибал от руки Чжао Линцюя.
Слушая треск пламени неподалёку, Чу Се погрузился в запутанные мысли.
Почему же только что Чжао Линцюй сказал, что хотел убить не Сюй Чуньму, а его самого? Какое скрытое убийственное намерение окружает Сюй Чуньму?
Он не хотел следовать сюжету. Он не хотел совершать покушение на Цзян Яньчи.
Но если не совершить его... кажется, будеь невозможно распутать тайну, связанную с Сюй Чуньму.
Чу Се оказался в затруднительном положении. Теперь у него оставался лишь один выход, сначала отправить Сюй Чуньму из столицы.
"Чуньму, послушай меня. Не думай обо мне. Сначала выезжай. Я обещаю тебе, что в течение семи дней обязательно что-нибудь придумаю и выберусь. Хорошо?" мягко уговаривал Чу Се.
"Что же ты придумаешь?" настойчиво допытывался Сюй Чуньму.
"Я..."
"У тебя нет никакого плана. Ты просто хочешь, чтобы я жил один"
Сюй Чуньму увидел, что тот не может ничего ответить, слова застряли у него в горле, и сердце наполнилось горечью.
"Ты обманываешь меня. Я это вижу. Если я сейчас послушаю тебя и уеду, я больше тебя не увижу"
Сюй Чуньму уже не мог сдерживать свои чувства.
"Ты умрёшь здесь. Чу Се, ты не сможешь сбежать, ты умрешь в столице..."
"Не умру"
Чу Се не ожидал, что Сюй Чуньму окажется столь проницательным и сможет разглядеть его безрассудство. Пришлось снова его успокаивать: "Правда, у меня есть план. Сначала выйди из города. Послушай меня, хорошо?"
Сюй Чуньму покачал головой и силой схватил его за руку, не замечая, что сжимает больное место. Чу Се невольно поморщился от боли.
Сюй Чуньму в панике разжал пальцы и лишь поддерживал его за локоть. Он видел, что запястье Чу Се сильно повреждено, и в душе гадал, сколько ещё ран тот скрывает от него.
"А-Се, молодой император плохо с тобой обращается, да? Он тебя унижает, верно?"
Чу Се промолчал.
"Я говорил тебе, дружба с тигром не доведет до добра. Тебе не следовало выходить за него замуж. Это моя вина... Нам вообще не следовало возвращаться. Я погубил тебя... Я сам привёл тебя обратно в столицу. Это всё моя вина..."
"Сюй Чуньму"
Он поднял голову, взглянул на небо, понимая, что времени почти не осталось, снял с себя маску и надел на него.
"Времени нет. Быстро уходи. Не дай моим сегодняшним усилиям пропасть зря. Запомни: с этого момента, будь то столица или северные земли, чтобы ни случилось, никогда не возвращайся. Навсегда покинь это место!"
Он резко толкнул Сюй Чуньму: "Не оглядывайся"
"А что насчёт тебя?" колебался Сюй Чуньму, держа в руках тонкую и нежную руку Чу Се.
"Если я уйду, что ты будешь делать?"
"Я найду способ разыскать тебя"
"Нет, ты лжёшь мне"
Чу Се, словно успокаивая ребёнка, сделал шаг вперёд. Он снял с себя тяжёлый плащ, накинул его на Сюй Чуньму, завязал тесёмки и натянул капюшон ему на голову.
"Сюй Чуньму, ты должен понимать. Я привык просчитывать людские сердца"
"Но тебе я никогда не лгал"
Снаружи старых алых ворот раздался странный звук. Чу Се не заметил этого, но Сюй Чуньму, обладая чутким восприятием, воскликнул: "Кто там!"
Плохо.
Они всё ещё находились возле тюрьмы Чжао. Им не следовало задерживаться здесь так долго.
Если Су Минъань достаточно умён, он обязательно начнёт искать людей именно вокруг тюрьмы.
Чу Се потянул за рукав Сюй Чуньму.
"Быстро уходи, это могут быть солдаты"
Чу Се не мог ясно расслышать происходящее, но Сюй Чуньму чувствовал: всего за несколько фраз, которыми они обменялись, этот маленький двор уже оказался окружён. Со всех четырёх углов двора доносился звук вынимаемых из ножен мечей.
Так не должно было быть.
У Су Минъаня и так полно хлопот с пожаром в тюрьме Чжао полно, откуда у него столько солдат, чтобы так быстро прочесать округу?
Или... это вовсе не Су Минъань?
Внезапно у Чу Се возникла мысль, сердце его сжалось от тревоги. Он немедленно толкнул Сюй Чуньму наружу и прошептал: "Уходи! Сейчас же покинь столицу!"
"А-Се, ты!"
Если бы он не тащил на себе обузу, если бы уходил один Сюй Чуньму, а Чжао Сюань помогал прикрытием, покинуть город было бы не так уж трудно.
Чу Се смотрел, как длинный клинок разрубает старую задвижку. Разбитое дерево с грохотом упало на землю.
Затем дверь с силой распахнули, подняв облако пыли.
Человек, вошедший внутрь, оказался не проницательным Су Минъанем, а новоиспечённым императором Цзян Яньчи.
Всего за три-четыре прошедших часа он не только держал под наблюдением особняк герцога Юэ и военное министерство, но и быстро лишил его должности, сменил городскую стражу.
Чу Се никак не мог ожидать, что он не забыл и следить за тюрьмой Чжао. И не просто следил, он действовал стремительно.
Такая предусмотрительность. Это он просчитался.
Он никак не ожидал, что пожар в тюрьме Чжао, задержавший Су Минъаня, привлечёт внимание Цзян Яньчи. Неужели на этот раз он и вправду попадётся в руки этого щенка?
Лицо Чу Се побледнело.
Не успел он опомниться, как Сюй Чуньму уже встал перед ним, заслоняя от взгляда Цзян Яньчи, в котором не читалось ни радости, ни гнева.
Цзян Яньчи, облаченный в черные одежды, шагнул вперед. Его взгляд равнодушно скользнул по Сюй Чуньму, а затем медленно, дюйм за дюймом, остановился на лице Чу Се, которое почти полностью закрывала фигура перед ним. В его глазах не было ни холода, ни тепла. Только безмятежность, какой не было в последние дни. Словно застывшая вода, спокойная и без единой ряби.
"А-Се"
Его тонкие губы слегка приоткрылись.
"Подойди."