Нити Данталли

Бэстифар нашел Дезмонда в одном из коридоров дворца на первом этаже. Тот воззрился на своего покровителя с видом побитой собаки, предчувствуя новое наказание. Он хорошо помнил угрозу Бэстифара и знал, что настал черед платить по счетам.

Бэстифар смотрел на него устало и отчего-то казался постаревшим.

— Ты его все еще держишь, — с тяжелым вздохом сказал он.

Дезмонд от ужаса предстоящей расправы не сообразил, о чем идет речь. Подняв рассеянный взгляд на Бэстифара, он непонимающе заморгал.

— Что?

— Ты все еще его держишь. Грэга Дэвери, — терпеливо пояснил Бэстифар.

Дезмонд смиренно кивнул, не в силах вымолвить ни слов оправдания, ни просьб о пощаде.

— Отпусти, — приказал Бэстифар. — Сейчас же.

Рука Дезмонда дрогнула.

— Хотя бы... хотя бы до комнаты дашь дойти? — упавшим голосом спросил он. — Не хочу вот так... посреди коридора.

— Я сказал, отпусти. Сейчас же, — повторил Бэстифар.

Дезмонд не решился вновь испытывать его терпение и освободил Грэга Дэвери.

— Отпустил, — сокрушенно прошептал он.

— Вижу. Теперь дай согласие.

— Что?

— «Что-что», — протяжно передразнил Бэстифар. — Согласие дай, пока не свалился посреди коридора! Или мне еще и тебя уговаривать?

— Нет, я...

— Не «нет», а «да», Дезмонд! Просто скажи «да», этого достаточно.

— Прости, я... — Дезмонд скривился от подступающей боли и задрожал. — Да.

Ладонь аркала засияла, и Дезмонд ощутил, как начавшая разгораться боль отступает. Он изумленно уставился на Бэстифара. До последнего момента он опасался, что тот издевается над ним и собирается лишь усилить мучения.

— Ты ее забрал? Вот так просто?

— Ты сегодня до ужаса туго соображаешь.

Дезмонд потряс головой.

— В прошлый раз ты сказал, если я облажаюсь на представлении, останусь с расплатой один на один. Отчего такое милосердие? — затравленно спросил он.

Бэстифар пожал плечами.

— Просто ты не облажался, — тоскливо сказал он.

— Что?

— Будь добр, научись понимать с первого раза!

Дезмонд поджал губы. Вздохнув, Бэстифар продолжил:

— А теперь слушай внимательно. Ты не облажался. Облажался я, решив, что все данталли одинаковы. Как уже давно выяснилось, это не так. Я больше не намерен требовать от тебя невозможного. Глупо ждать от тебя и того, что претит самой твоей натуре: ты не терпелив и никогда таковым не станешь. Поэтому твои постоянные два часа отменяются.

— Что? — изумленно переспросил Дезмонд.

— Да что ты заладил?! — воскликнул Бэстифар.

— Прости, я...

— Ладно, забыли. — Аркал махнул рукой. Он собирался уйти, но на половине разворота передумал и с поднятым указательным пальцем вновь повернулся к Дезмонду. — Еще один момент. О Грэге Дэвери забудь, его ты в своих представлениях больше никогда использовать не будешь. Я это запрещаю. Сразу повторить, или понял?

— Я понял, — вжав голову в плечи, буркнул Дезмонд.

— Пошел вон, чтобы глаза мои тебя не видели. — По насупившемуся виду и раздувшимся щекам Дезмонда Бэстифар понял, что горе-кукловод собирается что-то ответить, поэтому поспешил предупредить: — Еще раз произнесешь слово «что», верну тебе расплату. Уходи молча. Прямо сейчас.

Боясь навлечь на себя гнев аркала, Дезмонд спешно зашагал по коридору.

***

Бэстифар появился в комнате Кары в привычное время и застал ее в кровати с книгой. Она лежала на животе и на царя не отреагировала даже поворотом головы.

— Что-о-о, — кривлялся Бэстифар, передразнивая Дезмонда и воздевая руки кверху. — Иногда мне кажется, что у него голова опилками набита! «Что-о, что-о», только и знает себе повторять...

Кара заговорила тихо, скучающим тоном:

— Я беременна.

— Что?! — Бэстифар поперхнулся. Слово вылетело изо рта раньше, чем он его обдумал, а вот нервный смешок удалось придержать. Откашлявшись, Бэстифар сделался нарочито серьезным. — Так, Кара, еще раз. Ты беременна?

Впервые на его памяти Кара смущенно зарделась, не в силах поднять взгляда от книги.

— Возможно... не знаю... я не уверена. 

Бэстифар промолчал, не найдя нужных слов. Он поджал губы, осторожно приблизился и присел на край кровати. Кара зашевелилась.

— Бэстифар, скажи, если... если у нас родятся дети, они будут аркалами?

Он сумел сдержаться и не поперхнуться вновь.

— Гм... с чего у тебя вообще взялись эти мысли, если ты не уверена?

Кара ожгла его взглядом.

— Просто ответь на вопрос!

— Что ж, хорошо. Ребенок наследует способности аркала лишь в том случае, если его вынашивает женщина-аркал. Поэтому, нет, Кара, если у нас родятся дети, они будут людьми.

Она шумно выдохнула, и Бэстифар, как ни старался, не разобрал, был это выдох облегчения, или же разочарования. Он нахмурился.

— Объясни, ты, что, хочешь детей? От меня?

После этого вопроса уголки губ Бэстифара дернулись вверх в нервной улыбке. Кара посмотрела на него испепеляюще.

— Не знаю! — воскликнула она.

Бэстифар мысленно призвал себя к терпению, хотя терпение его за сегодняшний день успело изрядно истончиться.

— Проклятье, тогда я ничего не понимаю! Ты не знаешь, беременна ли. Ты не знаешь, хочешь ли детей. Но мы ведь сейчас об этом говорим, а на пустом месте такие разговоры не возникают.

— Тебе не понять, — раздраженно отмахнулась Кара.

— Я никогда не слыл глупцом, — мягко напомнил Бэстифар, положив руку ей на спину. — Справедливо будет, если ты хотя бы попытаешься объяснить. Тебя беспокоит неизвестность? Но ведь можно...

— Нет, неизвестность меня не беспокоит. По крайней мере, в этом вопросе, — хмыкнула Кара. — Скорее всего, я не беременна. Но могла бы быть, понимаешь? Только сегодня я осознала, что это возможно.

Бэстифар склонил голову. Он не мог взять в толк, как цирковое представление, в котором пострадал Грэг Дэвери, могло подтолкнуть ее к таким размышлениям. Впрочем, спрашивать об этом он не решился. Кара, конечно, ничем не могла ему угрожать, но напарываться на ее гнев отчего-то не хотелось. 

— Не понимаешь, — констатировала она. — Дело в том, что мы этого никогда не планировали. Никогда не говорили об этом, не думали даже. И, справедливо заметить, мы были осторожны. Но сегодня... я впервые испугалась этого по-настоящему. Что бы из этого получилось?

— Подозреваю, что вариантов всего два, третьего пола боги пока не придумали, — ответил Бэстифар, получив еще один обжигающий взгляд.

— Я не о том! Ты ведь должен понимать, что у этого ребенка будет за судьба, сам ведь таким рос! Внебрачный сын, благо, признанный...

— То есть, ты боишься, что я не признаю ребенка? — поинтересовался Бэстифар.

— Я тебе никто, — холодно сказала Кара. — Таков был уговор, и я соблюдала условия. Никаких обязательств, никаких привязанностей. У меня отлично выходило, и меня все устраивало. Я не ревновала тебя, Бэстифар, ничего от тебя не требовала. Меня вполне удовлетворяла роль любовницы, каких у тебя могут быть тысячи...

— Но у меня нет тысячи, — отрезал аркал. — Кара, вот сейчас замолчи и послушай, что я тебе скажу. Все верно, мы не планировали детей. Но если уж так произойдет, что они появятся, я не против. 

Она изумленно заглянула ему в глаза.

— Бэстифар...

— Если уж на то пошло, я не могу представить себя отцом ничьих детей, кроме твоих. Я и это-то с трудом могу себе представить, но меня такая перспектива вовсе не пугает, я попросту не знаю, каково это. Разумеется, я признаю твоего ребенка, но, коли тебя все равно страшит его судьба, хорошо, пусть будет законным. Это ведь так просто решается.

Кара глядела на него, не отрываясь, широко распахнутыми глазами.

— И ты готов вот так запросто сделать своей женой любовницу, которая вздумала капризничать?

Бэстифар пожал плечами. Он не понял, возмутилась она или пришла в восторг.

— Да я готов сделать своей женой хоть Грэга Дэвери, если так нужно! Это не имеет никакого значения. Статус для меня ничего не меняет, Кара. Подумай об этом на досуге.

Он поднялся с кровати и зашагал к выходу из комнаты. Кара не сумела вымолвить ни слова и молча проводила его взглядом.

Оказавшись за дверью, Бэстифар громко выдохнул, потерев руками лицо.

— Проклятье, что за день сегодня! — в сердцах шепнул он и спешно зашагал по коридору.