Нити Данталли

Урбен Леон вскочил, стукнув кулаками по столу так сильно, что суставы отозвались протестующим хрустом. В других обстоятельствах он мог бы испугаться за их сохранность, но сейчас злость вытесняла в нем другие чувства. В тусклых старческих глазах вспыхнул яростный огонь.

— Что?! — проревел он. В скрипучем голосе обнаружилась давно забытая сила и требовательность.

Бенедикт Колер остался невозмутимым. Он терпеливо вздохнул и медленно оперся руками на стол, издевательски приняв ту же позу, что жрец Леон. Стоявшие по бокам от двери кабинета Иммар и Ренард не пошевелились. Бенедикт спокойно выдержал взгляд Леона и невинно приподнял брови.

— С какого момента мне повторить? — спросил он, чем привел старика в еще большую ярость. Будь у Леона под рукой любое оружие, он, не задумываясь, убил бы наглеца. И плевать, как после этого пришлось бы отчитываться перед Кроном! Руки его задрожали от бешенства, глаза налились кровью, лицо раскраснелось, на багрянце проступили тревожные белые пятна. 

— Вы растеряли всё, кроме своей наглости, Колер?! — закричал он, вновь стукнув по столу, на этот раз раскрытыми ладонями. — Пятнадцать человек! Я отрядил вам пятнадцать человек для охоты на одного — одного! — данталли! И вы так просто заявляете мне, что все они мертвы?! 

— Потому я и спросил, жрец Леон, — тихо и размеренно заговорил Бенедикт, — с какого момента мне повторить? Понимаю, вы никогда прежде не теряли бойцов, и для вас этот случай — настоящее потрясение. Уверен, именно это затуманило ваш взор, и вы не осознали, что именно произошло у трактира.

— Я осознал, что вы не справились с заданием! — вздернув подбородок, процедил старик. — И не сдержали обещание! Скольких данталли поймали вы втроем? — Леон разочарованно окинул взглядом присутствующих. — А здесь восемнадцать человек не сумели обезвредить одного?

Ренард, перенеся вес на здоровую ногу, нехорошо улыбнулся. Он понимал, что терпения Бенедикта надолго не хватит. Услышав, что Аэлин Дэвери была заодно с Мальстеном Ормонтом, он невольно ощутил себя победителем: его командир открыто признал, что охотница затуманила ему взор. Ему было нелегко это сказать. В свою очередь и Ренард, и Иммар вынуждены были согласиться, что умелой лицедейке удалось обвести вокруг пальца их всех. Она единогласно была признана опаснейшей пособницей данталли, которую после поимки без суда будет ожидать костер. Ренард знал, что вся эта история взбаламутила Бенедикта, и сейчас ему не без труда удается сдерживать собственный гнев.

— Сбавьте тон, жрец Леон. И ведите себя, как подобает старшему, — холодно осадил старика Бенедикт. На виске Леона начала пульсировать жилка.

— В Кроне узнают об этом, — севшим голосом сказал он. В его интонациях зазвучала неприкрытая угроза, однако Колер был не из тех, кто боялся гнева головного отделения Культа.

— Всенепременно, — сказал он. — Думаю, когда в Крон придет первый в истории содержательный отчет из вашего отделения вместо ежегодной отписки, они всерьез обратят на него внимание. И, разумеется, учтут, что первое дело в Олсаде появилось лишь с моим приходом.

Иммар и Ренард не удержались от усмешки, за что старик ожег их уничтожающим взглядом, тут же вновь посмотрев на Бенедикта.

— На что вы намекаете? — Леон старался сохранить голос строгим, однако предательская дрожь угадывалась в нем без труда. Бенедикт качнул головой.

— А разве нужны намеки, Урбен? — прищурился он. — Олсадское отделение бездействовало с момента, как вы приняли пост старшего жреца. Даже когда вся Арреда одобрила нашу миссию, вы продолжали сидеть тихо, получая материальную поддержку из головного отделения и процент с налогов горожан, ежегодно сочиняя байки о «тихом городке, где ничего не происходит». Так это выглядело? Или вы использовали несколько другие формулировки?

Леон побледнел, и Бенедикт прекрасно понял по его взгляду, что ни в чем не ошибся.

— Теперь представьте себе реакцию Крона на вашу жалобу. Возможно, следствие по моему делу и начнут, но, думаете, ни у кого не возникнет вопроса, почему пятнадцать олсадских жрецов оказались совершенно не подготовлены к встрече с данталли? На что, если не на подготовку, шли средства, присылаемые из Крона? А ведь само ваше отделение обустроено весьма современно. Куда лучше, чем, к примеру, хоттмарское. — На лице Бенедикта показалась нехорошая снисходительная улыбка. — Жрец Леон, это ведь не меня головным отделением нужно пугать. 

Бенедикт испытующе смотрел на старика, просчитывая наперед три варианта развития событий. В первом Леон сдастся и будет готов исполнить все, что ему скажут. Во втором соберет остатки своих принципов и выставит наглых пришельцев вон, что потребует от группы Бенедикта спешки и будет сопряжено с рядом неудобств. В третьем и самом худшем Леон может приказать взять Колера и его команду под стражу, и тогда разбирательство затянется до приезда проверяющего из Крона, что позволит Мальстену Ормонту, Аэлин Дэвери и трактирщику Гансу Меррокелю затеряться и замести следы. В этом случае Бенедикт готов был незамедлительно вступить в схватку с олсадскими жрецами и биться насмерть, если потребуется. Отчет перед Кроном его не волновал.

Урбен Леон заметно задрожал, опустив голову. Руки его сжались в кулаки, из груди вырвался хриплый вздох.

— О, боги, дайте сил! — страдальчески воскликнул он, тяжело опускаясь в кресло и сжимая руками виски. — Чего вы хотите?

Бенедикт с трудом сдержал победную улыбку, просящуюся на лицо.

— Как ни странно, я хочу, чтобы вы действительно связались с Кроном.

Леон затравленно посмотрел на него и сглотнул вставший в горле ком. Бенедикт приподнял руку, успокаивая собеседника.

— Не волнуйтесь, жрец Леон, у меня нет цели развалить ваше отделение. Да и то, кто будет занимать здесь пост старшего, мне глубоко безразлично. В главной резиденции должны узнать не о том, что погибло пятнадцать неподготовленных жрецов, а о том, кто и как убил их. Поэтому я возвращаюсь к своему первому вопросу. С какого момента мне повторить вам, что произошло у трактира «Сытый Хряк»? Потому что вы ведь действительно не услышали, какая опасность нависла над Арредой.  

Леон покачал головой и вздохнул.

— Лучше повторите мне эту историю позже и с самого начала. Сейчас, жрец Колер, я предпочел бы приступить хоть к каким-то действиям. У меня погибло пятнадцать человек...

— Соболезную вашей утрате, — кивнул Бенедикт и, заложив руки за спину, принялся мерить шагами помещение. — Что ж, если угодно, можем и впрямь начать с принятия мер. Задействуйте каждую эревальну в городе. Необходимо разослать по всем ближайшим отделениям Культа сообщение следующего содержания: «В округе бродит данталли, способный прорываться сквозь красное. Вооружен и очень опасен. Путешествует с охотницей на иных по имени Аэлин Дэвери. Близко не подходить, обо всех замеченных передвижениях сообщать Бенедикту Колеру».

Лишь теперь Леон встрепенулся и испытующе посмотрел на своего собеседника.

— Да, жрец Леон, именно так это существо и убило ваших бойцов. Он управлял ими, несмотря на защитное красное одеяние. Нам с Иммаром просто повезло, что мы не попали в поле его зрения, — кивнул Бенедикт.

Леон ничего не ответил, взгляд его сделался растерянным, в глубине глаз застрял осколок пустоты. Бенедикта вполне удовлетворила такая реакция: сейчас старик был настолько покорным, что с ним не могло возникнуть проблем.   

— Также необходимо найти эревальну, которая свяжется с дэ'Вером и передаст очень важный запрос. Туда нужно будет сразу отправить гонца. Я хочу собрать с этой земли все, что известно о семействе Дэвери. Любую мелочь! Все, что наши агенты смогут найти. Сведения пусть соберут в письменном виде и доставят в головное отделение, изучать материалы я буду уже там. Чем быстрее у меня появится эта информация, тем быстрее я смогу составить план дальнейших действий.

Жрец Леон, поморщившись, поднялся с кресла.

— Что ж, если пока это все указания, я распоряжусь об их немедленном исполнении.

— Благодарю. Если поспешить, нужные сведения окажутся у меня примерно дней через девять-десять. У гонца будет возможность менять лошадей во встречных отделениях Культа. Соответствующую бумагу, а также пропуск для прохождения границ Сембры, Ильма, Ларии и Крона я выпишу.

Леон тяжело вздохнул.

— Ваши люди будут ждать здесь, в Олсаде, я верно понимаю? — спросил он.

— Если вы позволите, жрец Леон, — подавив усмешку, отозвался Бенедикт. Старик кивнул, вид у него был сломленный.

— Разумеется.

В кабинет постучали, и старик вздрогнул от неожиданности.

— Кто там? — раздраженно спросил он.

Дверь открылась, и на пороге замер молодой жрец. Бенедикт узнал Далтона, встречавшего группу по прибытии в Олсад.  

— Прошу простить за беспокойство, — вежливо кивнул молодой человек, переводя взгляд на хоттмарскую троицу. В глазах его при этом читалась смесь разочарования, презрения и опаски.

Бенедикт понял, что сегодняшнее происшествие уже вовсю обсуждается в отделении. Осталось только ждать, когда поток претензий обрушится на легендарную боевую группу.

— Жрец Колер, там к вам пришли, — сказал Далтон.

— Ко мне? — Бенедикт недоверчиво приподнял бровь.

— Мортимер Каммель. Говорит, у него срочное дело к вам. Что-то про Ганса Меррокеля.

Бенедикт кивнул и, ничего не объясняя, направился к своему осведомителю. Ренард и Иммар, выдержав дистанцию, пошли за ним.