Глава 47
- Я и не думал, что тебя будет так трудно разговорить, - тихий и противный голос отголоском отзывался в сознании. - Но я знаю, что тебе доложили обо всём, Ромеро Джи. Ещё раз спрашиваю. Где Черная Жемчужина?
Он молчал. Хотя и эта информация была ему известна, он продолжал хранить молчание. Руки, подвешенные цепями к потолку, ужасно болели и сил держать голову уже не было. Беспощадный палач ударил плетью по спине. Горящая боль размыла сознание и перед глазами вновь потемнело.
- Ты скажешь мне где она! - Кричал человек в чёрном. - Иначе я порву тебя на куски! И каждый, слышишь, кусочек будет молить о пощаде!
Глухой звук удара. Тело жалобно изогнулось и безжизненно повисло на цепях.
- Унесите его в камеру. Продолжим позже, если он выживет.
******
Сани двигались резво. Погода была подозрительно приемлемой. Как говорят в Рандаре, перед каждой бурей есть несколько мгновений тишины. Молодые люди холодной страны любили эту тишину и радовались ей. Но люди, имеющие опыт жизни, со страхом и трепетом встречали такую погоду. За ней всегда следовала череда ужасающих событий. Хасе знал эту примету, в глубине души переживая за то, что в любой момент может внезапно подуть сильнейший ветер. Тем не менее, дорога была невыносимо скучна и Хасе едва мог бороться со сном.
- Господин Хасе, - обратился Шее́ри, один из телохранителей Ромеро, - может, вам стоит прилечь? Дорога дальняя, у вас наверняка ещё много работы.
- Нет, если я сейчас лягу, то ближайшие сутки точно не проснусь. Да и погода заставляет только надеяться на то, что мы не попадём в ураган. Найти нас по следам будет уже невозможно даже с отрядом поисковых собак. Ну что я? Как там Ромеро?
- Он в порядке. Хотя мне кажется, что этот трудоголик долго не проживёт.
- Почему же? - Хасе расплылся в своей приятной улыбке.
- Он хочет успеть всё и сразу. Всем известно, что на всех стульях не усидеть. Если так и будет продолжаться, он просто сгорит.
- Да, такой наш Ромеро, - Хасе отвлечённо почесал лоб, пытаясь что-то вспомнить. - А что у них с Алексой? Они встречаются?
- Ах, если бы, господин Хасе. Не дождёмся мы от него потомства, точно не дождёмся. Боюсь, скоро господин Имран приведёт ему девушку и заставит изменить взгляды на жизнь.
- Дядя радикальный, - Хасе рассмеялся, - но не настолько же.
- Вы снова в пролёте, мой господин. Имран Джи уже присмотрел ему невесту.
- Да что ты говоришь?! Имран Джи для Ромеро? И кто же эта счастливица?
- Знаете леди Ленниту? Она дочь...
- Лелли? Она же ещё совсем юна.
- Ну... Ей уже тринадцать. Её отец сказал, что природа дала знак о её готовности к зачатию...
- Как же это мерзко, - прошептал Хасе. - Я не завидую кузену в этой участи. Уверен, что он придумает как выпутаться из этого.
- Вы думаете, что господину Ромеро не всё равно? Он мог бы один раз посетить невесту и удовлетворить этим желание его отца. Дальше просто продолжать работать.
- Нет, Роджи, конечно, та ещё скотина, но не настолько бессердечная.
Сани резко остановились, отчего Хасе полетел носом в своего попутчика. Снаружи началось какое движение.
- Что происходит?
- Господин, лучше не высовывайтесь! Кажется, мы в опасности!
Дверь саней резко распахнулась и человек в чёрном, которого Хасе едва успел заметить, выпустил из маленькой трубочки иглу. Снаряд пришелся в бедро. Даже быстрое извлечение не помогло избавиться от вещества, попавшего в кровь. Хасе вырвался наружу за воздухом, которого становилось всё меньше. Перед глазами мерцало оружие людей в коричневом и в черном. Всё смешалось в кашу: люди, стражи, зрители, кони. Ноги обмякли и земля становилась всё ближе.
- Ну и денёк, - невнятно пробормотал он и упал.
******
Глухо капала вода. Запах сырости, крови и гнили стоял где-то в горле до чувства тошноты. Света практически не было, казалось, что уже наступила глубокая ночь. Холодный пол неприятно остужал бок, делая боль ещё более ощутимой. Кожа чувствовала грязь, отчего на ранах чувствовалось жжение. Глаза открылись с большим трудом. Над истерзанным телом жалко суетился телохранитель. В условиях темницы невозможно было обработать раны, но он всё же пытался перевязать их своей верхней одеждой.
- Это бесполезно, - прошипел Хасе и закашлял, - они не закончили.
- Что им нужно от вас?
- Тихо.
Хасе приподнялся на руках и скривился от пронзившей тело боли. Тело не поддавалось, было лишено сил. Шепот его голоса больше был похож на хрип:
- Они приняли меня за Ромеро.
- Какой ужас! Не будь здесь меня...
Телохранитель, сидевший на коленях рядом, отстранился. Он инстинктивно потёр рукой повязку, закрывающую один глаз. Хасе не знал когда именно, но слышал от Ромеро, что Шеери потерял глаз на одном из заданий.
- Нет, Шеери, не думай об этом. Они нападали без разбора кто в карете. Им нужен не Ромеро, им нужен Джи. Они хотят знать где Черная Жемчужина.
- Жемчужина Саккодо? Они думают, что вам это известно?
- Да. Асан Джи спрятал Жемчужину так, что никому не удастся найти её. Но они решили пойти на этот подлый шаг, чтобы уничтожить власть клана Саккодо.
- Мы не можем допустить этого...
- Поэтому надо думать как выбираться отсюда. Ещё два таких побоища и моё тело посчитает, что проще испустить дух, чем восстановиться.
- У нас нет ни оружия, ни бумаги...
Хасе осмотрелся. Совершенно неизвестное место. Камеры не были старинными или заброшенными. Было видно, что они были построены совсем недавно. В камерах напротив, казалось, никого не было. Хасе подошёл к решётке, чтобы осмотреть коридор. В нескольких местах всё же были заперты люди: молодые люди, девушки, дети...
- Это же рабы! Эй, где мы? Скажите! - Хасе прислонил лицо к решетке и стал дёргать её.
- Молчать! - Из неоткуда появился смотрящий и через прутья ударил Хасе в живот дубинкой.
Тот изогнулся от боли и сделал шаг назад, едва удерживая равновесие. Телохранитель подбежал и придержал его за плечи. Он с удивлением смотрел на господина, не понимая происходящего. Но Хасе не переставал кричать:
- Выпустите меня! Я буду жаловаться императрице! Она убьёт всех вас!
По темнице раскатом прогремел безумный смех. Несколько смотрящих подошли к двери, один из них стал отпирать камеру. Но Хасе продолжал безумно смеяться, тыча в них пальцами.
Один из зашедших внутрь схватил рукой волосы Хасе, а ногой ударил в живот. Тот упал на землю и смех его превратился в истерику с возгласами и слезами. Чтобы он замолк, двое начали бить его ногами, вытащив за пределы камеры.
Шеери вырывался, чтобы выхватить обезумевшего господина. Чувство жалости разрывало его грудь, сжимая грудь. Внезапно оно дополнилось и страхом. Ромеро лично придушит его, если узнает, что он допустил такое случиться с любимым кузеном. Телохранитель сделал несколько рывков, но сил не хватало, чтобы оторвать цепи от стены.
Побоище длилось не более двух минут, пока не прекратился безумный смех. Но телохранителю казалось, будто это длится вечно. Безжалостные звери били ногами по спине, где ещё час назад оставила следы плеть ненавистного врага. И всё это происходит прямо перед глазами. Неужели никак нельзя вмешаться?
Избитое в очередной раз тело ногами затолкали в камеру и снова заперли. Смотрящие не стали задерживаться над жертвой, быстро разошлись по местам. Шеери же смотрел на едва дышащее тело действительно хорошего человека. Сердце обливалось кровью. Даже лицо господина теперь было в ссадинах и синяках.
- Господин, - шептал телохранитель, - вы живы?
Он до последнего надеялся, что Хасет Джи образумится, что он не сошел с ума. Но тот неподвижно лежал навзничь, не подавая признаков жизни. Только грудь едва заметно подымалась от дыхания. Губы медленно растянулись в улыбку и глаза выдали тот самый испепеляющий взгляд, который был свойственен представителям рода Джи.
- Господин Джи, вам ничего не сломали?
- Кажется, нет, - на выдохе прошептал Хасе. - Но побили без пощады совершенно.
- Не удивительно... Я уж подумал, что вы совсем сошли с ума.
- Кажется, ты не ошибся. Я безумец до мозга костей. Но мы знаем теперь, что эта темница под землёй, это прямой коридор с двумя выходами, имеющий шесть вооруженных человек для контроля порядка, по три на лестницу.
- Господин Хасе, это того не стоило.
- Ты что, решил остаться здесь? Не думаю, что Ромеро это понравится.
- Он просто скормит меня своим доберманам, - телохранитель тяжело вздохнул. - В любом случае, мне не избежать наказания.
- Минутку. Я заметил одну странность.
Хасе с трудом поднялся и вытер локтем каплю крови, стекающую по лицу. Он посмотрел на пустую камеру напротив, потом на руки Шеери. Несколько времени подумав, Джи продолжил:
- Здесь много пустых камер, но мы с тобой в одной. Цепями скован только ты, хотя известно, что Ромеро очень сильный противник. Я понимаю, что после имитации истерики поймут, что я не Ромеро. Но ведь до этого они не знали.
- Вы избиты до такой степени, что едва способны держаться на ногах. Думаю, они просто не видят опасности в вас сейчас.
- А вот зря, - Хасе болезненно улыбнулся, закрыв глаза. - Они хотят получить Жемчужину? Получат, но только не то, что хотят.
*****
Работа в замке оказалась гораздо сложнее, чем представляла себе Эллен. Приходилось много переходить из одной палаты в другую, поводить процедуры перед операциями. И хотя бо́льшую часть работы всегда брал на себя напарник, Франс Джи, всё равно к концу дня отваливались ноги от усталости. В некоторые моменты Эллен даже жалела, что решилась на такую работу, даже сама профессия стала не так приятна ей. Больше всего успокаивало то, что напарник был очень внимательным и всегда спокойным. Он никогда не повышал голоса, был готов по несколько раз объяснять одно и то же.
- Эллен Миллиам, вы сегодня работаете не так охотно, как даже вчера. Вы уверены, что вам не нужен выходной?
- Нет, я справлюсь. Вы все справляетесь, чем я хуже?
- Эллен, милая, - Франс не отвлекался от обработки своих приборов, - вам не следует сравнивать себя со мной. Я, можно сказать, родился уже на работе. А вы здесь недавно, вам нужно время на адаптацию. Тем более, что я вполне смогу справиться и один, если вам не дадут замену.
- Что вы говорите? Один? Здесь слишком много работы.
- До вашего появления я и был один, вы меня не удивите. Просто с вами я могу работать медленнее.
- То есть... Моя помощь не нужна здесь в целом?
- Что вы! Я могу справляться один, но это будет более утомительно. Не люблю спешить. Возьмите на завтра выходной, а то ваше кислое лицо утомляет меня больше этой работы.
- Извините, я не знала. Я могу быть поактивнее!
- Завтра у вас выходной.
- Нет!
- Я, Франс Эллиас Джи, призываю вам исполнять моё поручение!
Эллен на мгновение замерла, пытаясь понять какую должность занимает Франс. Но после того, как он начал улыбаться, стало понятно, что это лишь часть шутки.
- Вы смеётесь надо мной. Кстати, господин Франс, а почему Хасе лежит в госпитале, а не здесь в больнице?
Доктор перестал двигать руками и начал задумчиво разглядывать шприцы в своих руках. Он молчал, отчего Эллен почувствовала, что задаёт неуместный вопрос. Франс обернулся, посмотрев на дверь, будто убеждаясь, что их точно никто не сможет услышать.
- Кто вам сказал, что Хасет Джи в госпитале?
- Алекс...
- Алекса телохранитель Ромеро и не имеет права разглашать некоторые моменты из жизни Джи. Не всё, что она вам говорит, правда. Эта история с госпиталем - очередной пример. Хасе не в госпитале, но многим из нас хотелось бы знать где он.
Эллен побледнела. Её руки начали бесконтрольно дрожать, а в мыслях образовалась густая каша из фактов, которую невозможно было переварить сейчас. Она лишь на выдохе смогла задать максимально простой вопрос:
- Что с ним?
- Экипаж, на котором он ехал, нашли примерно на середине пути. Все сопровождающие убиты. Только Хасе и телохранитель Шеери, служащий Ромеро, пропали. Из-за прошедшей пурги не видно никаких следов, собаки не могут учуять следы.
- Как так? - Эллен медленно опустилась на стул, сердце в груди пропустило удар.
- Ах! Госпожа Эллен! Вам плохо?
- Нет. Я не могу поверить... Его могли убить? Это ужасно..
- Не стоит думать об этом, госпожа. Вам сделать чаю? Я не знал, что вы принимаете всё столь близко к сердцу, обычно врачам это несвойственно...
Внезапно он остановился, обдумывая что-то с кружками в руках. В небольшом кабинете было очень много различных вещей, которые стояли в своеобразном беспорядке. Только он сам мог найти в этом хаосе нужную ему вещь. Была ли там закономерность? Возможно. В первый день Эллен удивилась от того, насколько же здесь неорганизованно используется пространство.
Холодный взгляд оценивающе прошёлся с ног до головы Эллен, после чего он поставил кружки на стол за своей спиной и закрыл лицо руками.
- Какой же я идиот...
- Что-то случилось? - Эллен выглядела взволнованной, но я вно не из-за слов Франса.
- Нет-нет, я просто ужасно невнимателен. Вам дать что-нибудь успокоительное? Уверен, что с Хасе Джи всё будет в порядке. Ромеро в ярости, Андрэ уже прочесывает местности. Асан Джи тоже не остался в стороне, его люди ещё и не такое проворачивали. Может, настойку?
- Давайте...