Капе́ль

Вставать утром задолго до рассвета всегда трудно, особенно зимой. Хуже, если эта зима вечна. Рандарские морозы не щадили ничего и никого. В зимний период температура становилось ниже и даже отопительная система едва могла поддерживать положительные значения термометра.

- Эллен, ты уверена, что успеешь собраться?

Алекса надевала на себя все металлические защитные части формы строго в отведённом порядке. Её рабочий внешний образ всегда выглядел одинаково. Волосы неизменно были собраны в высокий черный хвост, а поверх лица девушка выпускала две пряди, которые были короче других волос. Одевалась она всегда в чёрное, хотя все люди Имрана Джи всегда были в белом. На лбу у девушки была татуировка в виде луны, которую она закрывала, завязывая белую ленту на лоб. Эта лента - единственный светлый предмет в её мрачном образом. Иногда он дополнялся тёмной косметикой поверх белой пудры.

- Я успею, мне нужно быть на соседнем коридоре через час. Я даже голову сегодня не планировала мыть, - Эллен села на постель и потянулась. - Алекс, а почему ты в черном, если ваш цвет белый?

- Я вообще-то свободный наёмник и могу одеваться как хочу.

- Но твой знак на лбу...

- Это символ Номиды и моего знатного происхождения там, это никак не связано с Джи.

В голосе соседки послышалось едва заметное раздражение и Эллен пожалела, что затронула эту тему. Но неловкое молчание казалось невыносимым.

- Ты его прячешь?

- Я не люблю отвечать на глупые вопросы людей, которые хотят узнать почему рабыня такая наглая.

Эллен неловко засмеялась, но Алекс лишь на мгновение иронично растянула губы. Какое-то напряжение стояло в комнате с самого утра. Эллен чувствовала, что что-то не так, но не решалась спросить. Она опустила взгляд и думала о том, как построить вопрос.

- Кстати, Эллен, сегодня ты работаешь без Хасе.

- Без Хасе в первый же рабочий день? А почему?

- На его экипаж напали по дороге с бала, приняв его за экипаж Ромеро. Это было что-то вроде запасных саней, которыми эти двое часто пользуются. В общем, мальчик в госпитале, а Ромеро ест нервы всем нам. Я его придушу скоро с такими темпами.

- Оу, - Эллен подняла взгляд на подругу. Та стояла, строго сведя брови и о чем-то бормотала себе под нос.

- А Ромеро очень строг с вами? Ты очень боишься ошибиться где-нибудь?

Набравшись решительности, Эллен наконец смогла встать с постели и начать сборы. Прохлада комнаты неприятно охватила тело, хотелось поскорее одеться, чтобы хоть немного было теплее. Даже стало грустно, что тепло осталось под тяжёлым одеялом на постели.

- Ромеро... - После недолгой паузы Алекс замялась. - Ну, он может быть как и душкой, так и беспощадным тираном. Он может даже убить, если кто-то причинит вред его лошади. Ну и за семью он горой, особенно когда речь о Хасе или его матери. Касаемо работы, очень строг. Даже слишком помещен на работе.

- Семью? Он женат?

- У тебя нет шансов, дорогая. Ромеро Джи женат на своей работе, - девушка задумчиво усмехнулась.

- А сколько ему лет?

- Двадцать два или двадцать три... Я не помню. А зачем тебе? Понравился?

- Да я и не видела его.

- Я бы тебе советовала кого-то вроде Хасе или Франса. Ачера ты не знаешь, но там не очень. Ромеро чрезмерно суров для такой милой девушки, как ты.

- Ачер? Кто это?

- Младший брат Роджи. Имран Джи усыновил его около шести лет назад.

- Роджи? Почему ты так называешь Ромеро?

- Джи в качестве фамилии, а Ро - что-то вроде краткой формы его имени. При нём нельзя так говорить, он злится.

Закрепив катану на поясе, статная девушка вышла из комнаты. Она не прощалась и не здоровалась. Разговор с ней будто никогда не прекращался, но лишь приостанавливалась на время разлуки. Она ушла, но казалось, будто напряжение от отсутствия настроения соседки всё ещё висит в воздухе. Застегнув рабочий халат, Эллен медленно пошла по коридору. Желания работать уже не было, а время выветриться ещё было. Навязчиво в голову ворвалась мысль о том, что Хасе ранен и лежит в госпитале, а не здесь. Раз он в госпитале, то случилось что-то очень серьезное. Эллен не могла понять причины этого беспокойства за чужого ей человека. Чтобы не посвящать этому мысли, она стала медленно расхаживать, рассматривая портреты и медицинские стенды.

- О, новенькая! - Один из проходящих стражей окликнул её, повесив неприятный ярлык: - Очередная блондинка в замке! Тебя только по внешности отобрали?

Опять. Ну почему никогда люди просто не проходят мимо новеньких девчонок? Даже здесь нашелся какой-то задира, не давший просто погулять.

- Я не знаю, - Эллен опустила глаза, - может и так. Вас ведь тоже, верно?

Мужчина во мгновение воспылал гневом. Он не был стар, но и молодым парнем было сложно его назвать. Его внешность была привычной Рандарской и ничуть не выделялась среди сотни других. Если его взять и кинуть в толпу других стражей, отыскать его было бы той ещё проблемой

- Да ты кто вообще такая, медсестра, чтобы так разговаривать со врачом?

Очевидно, из-за отсутствия бейджа её приняли за обычную помощницу. Хотя и опыта работы у Эллен не было, у неё было недешевое образование. Но этот человек не был даже в медицинской форме, чтобы называть себя врачом.

- Мне представиться?

- Тебе рот бы свой закрыть, нахалка! Доживи до моего возраста, а потом разговаривай так со взрослыми людьми!

Эллен почувствовала как кровь внутри начинает вскипать от ярости. Чтобы хоть как-то сдерживаться, она всё крепче сжимала кулаки. Хуже всего ощущалось присутствие на коридоре других людей, которые просто безучастно проходили мимо. Вот откуда берутся люди, желающие вот так приставать к незнакомым в толпе?

Услышав шумное приближение целой свиты, Эллен повернула голову вправо. Из-за угла появился человек в белом в сопровождении нескольких телохранителей, среди которых нетрудно было узнать Алексу. Судя по их одежде, они только что вернулись откуда-то, с улицы. Они были одеты преимущественно в белоснежные тулупы. На голове человека, идущего впереди, было что-то вроде кивера, делающего его едва выше телохранителей. Было заметно, что сами телохранители отобраны из высоких людей. Его лицо было до самих глаз закрыто тонким плотным шарфом - незаменимая вещь при защите от мелкого снега. Двигалась процессия очень величественно, но и очень быстро. Телохранителям позади приходилось чуть ли не бежать за спешащим господином.

На коридоре люди расступались, освобождая дорогу и слегка кланяясь идущему Ромеро Джи. А он всё приближался, не сбавляя скорости. Правда, человек, читающий нотации Эллен, так и не замолк. Он всё это время что-то бурно говорил в адрес нахалки и загораживая путь этим людям.

Дойдя до них, Ромеро Джи на мгновение остановился. Он взял за плечо увлеченного руганью стража и гневно швырнул его в сторону, освободив себе дорогу.

- Прочь с дороги, - вполголоса сказал тот и сразу же продолжил свой путь.

Казалось, он даже не посмотрел в сторону девушки и не стал и задумываться о происходящем. Но Эллен успела за это мгновение посмотреть на его глаза. Она замерла от удивления. Они были так похожи на глаза Хасе. Не зная, что это Ромеро, можно было бы принять его за кузена. Те же брови, те же глаза. Остального лица не было видно из-за шарфа, но, казалось, он точно так же невообразимо сильно похож на своего дядю. Может, это и есть Хасе, поэтому он не снял шарф в помещении?

Для семьи Джи было свойственно быть похожими друг на друга. Из поколения в поколение передавались одни и те же черты лица, особенно глаза. Эллен вдруг захотелось увидеть лица всех членов семьи Джи и сравнить их друг с другом. Если они так похожи друг на друга, то интересно, кто же из них красивее всех. От своих мыслей Эллен улыбнулась.

******

Азуан отправил письмо дедушке с известием о том, что Черный ран написал ему о начале службы. После болезни ещё трудно было заставить тело полноценно жить, но Азуан держался изо всех сил. А Асан Джи не стал медлить с ответом и приказал организовать корабль капитана Грея для того, чтобы добраться до острова. Это был самой большой корабль клана Джи, имеющий три мачты и огромное количество весел для рабов. Масштабы судна и количество необходимой рабочей силы для того, чтобы сдвинуть с его места в штиль, повергали в тихий ужас. Азуан подходил к всё ближе, дивясь размерам этого чудовища - единственного свободного корабля в сегодняшний день.

- Судно капитана Грея! - Поприветствовал человек на причале.

- Азуан Джи.

- Ваш багаж?

- У него, - Азуан глазами указал на небольшой саквояж в руках у телохранителя.

- Он раб-телохранитель?

- Да. Какие-то проблемы? - Азуан насторожился.

- Вам стоит повесить ему кандалы на ноги или хотя бы ошейник в качестве отличительного знака.

- Он не животное, я не стану этого делать! - Азуан отстранился, будто бы не до конца веря своим ушам.

- Тогда вас не пустят на судно. Капитан дал четкое распоряжение распоряжение для обозначения рабов. На его судне он определяет порядки и мы настаиваем на их исполнении.

Азуан кивнул и отошёл в сторону, дав знак Са идти следом. Став на заметном расстоянии, Азуан глубоко вздохнул несколько раз и обратился к телохранителю.

- Я этого не позволю. Как я могу поговорить с капитаном?

- Он не сделает исключения, господин. Глава Асан Джи одобрил его требование после последнего рабского восстания, где капитан лишился дюжины своих людей.

- Я не позволю так относиться к человеку. Тем более, если речь идёт о ком-то вроде тебя. Это ужасно оскорбительно...

- Да бросьте, господин. Не вам носить. У раба нет гордости. Вот я бы предпочел ошейник, он не сковывает движения, - в голосе за маской послышалась улыбка.

- Кандалы звучат не так унизительно, - Азуан отвёл глаза в сторону, желая избавиться от воображения.

- Они могут помешать мне защитить вас при необходимости. Не переживайте, это лишь временное неудобство, которое не будет вам мешать.

- Нет, я не могу одобрить это.

- Вы можете осуждать здесь, пока я схожу за ошейником. Я быстро.

- Са! Нет!

- Я мигом!

Азуан остался стоять рядом с саквояжем. Бороться с рабством - идея очень громкая. А здесь он не может даже возразить по поводу своего личного раб-телохранителя. Чувство угнетённого достоинства заполняло лёгкие, мешая дышать.

Са действительно прибежал скоро с достаточно широким ошейником в руках. Он снял маску и повесил её у себя на спине, разглядывая безделушку. Его брови забавно играли, передавая разнообразие эмоций. Вдруг он демонстративно протянул ошейник, показывая свой довольный вид.

- Смотрите какой выбрал! Самый красивый, тёмно-коричневый. Прям как ваши глаза.

Услышав это, Азуан брезгливо цокнул. Заметив то, что господину неловко, Са расплылся в хитрой улыбке.

- Поможете надеть?

- Что? Нет. Я же сказал, что не одобряю.

- Я прошу вас не одобрить, а помочь надеть. Вы же не хотите опоздать на остров и выставить себя в дурном свете в первый же день?

- Са, я хочу обойти это! Хотя бы попробовать.

- У вас нет времени на революцию, господин, - раб всучил в руки Азуана ненавистный предмет. - Вы вообще обязаны носить при себе плеть, потому что у вас есть раб.

Азуан опустил взгляд на старый кожаный ошейник, ничем не отличающийся от ошейника для собак. В груди сдавило. Как это унизительно.

- Прости, - прошептал Азуан и осторожно преподнес вещь к шее бедного раба. Так никогда не получится сделать его нормальным человеком. Пальцы не слушались от мороза и грусти, что ещё больше давило. - Так не туго?

- Можете и потуже затянуть, - раб снова заулыбался, встретившись взглядом с Азуаном.

- Я же так тебя задушить могу...

- От ваших прекрасных рук я даже не против и умереть.

Азуан ударил раба по затылку, скривившись от услышанного. Но тот лишь тихо засмеялся, вызвав у господина ещё больший стыд.

- Прекрати.

- Как скажете, мой господин. Ну что? Как я выгляжу?

- Как собака...

Са на мгновение опешил и стал смеяться ещё больше.

- Гав, - шёпотом произнёс Са.

- Нет, нет, нет. Не делай так!

- Гав-гав?

- Са!

И снова смех. Тихое хихиканье, которое на самом деле так не хотелось прерывать. Са смеялся очень редко и Азуан хотел отложить в памяти эти моменты. Моменты, когда казалось, что он немного приблизился к своей цели.

На корабле качало. Азуан невольно вспомнил своё первое плавание. Да, детстве оно совсем не так представлялось. Оказаться в плену у человека, нанятого собственным дедом... Детское воображение не строило и примерно таких сюжетов.

В каюте было уютно, за исключением того, что была только одна кровать. Для раба был предназначено место в углу: там были цепи.

- Удивительно, что они вообще сделали место для раба, - Азуан решил начать разговор, чтобы не скучать.

- Ага, там можно сковать совершенно разными способами.

- А ты ездил так на корабле раньше? Имею ввиду, вон в таком углу.

- Да, когда я служил у Саккодо, - Са на мгновение оставался, - тогда мне приходилось многое переживать.

- Он много издевался над тобой? - Азуан говорил тихо, будто бы это можно помочь Са легче пережить неприятности.

- Да, господин. Я пережил такие пытки, что в ваших невинных мыслях и идеи не могло бы такой возникнуть...

- Ненавидишь его?

- Я хочу его убить.