Капе́ль

Постепенно тренировки откладывались на более позднее время. С инеем на поблекшей траве пришли морозные утра, окрашивающие пар изо рта в белый цвет. Деревья обронили свои последние листья, а птицы улетели зимовать в тёплые страны. По утрам лужи в саду, стоящие там после долгих осенних дождей, стали покрываться коркой льда. А после они и вовсе прекратили оттаивать к обеду. Температура понижалась, что хорошо ощущалось от влажного воздуха. Теперь для того, чтобы не мёрзнуть, одного только движения не было достаточно. Это декабрьское утро тоже было холодным. Не смотря на пришедшие ещё в ноябре морозы, снег так и не покрыл землю. Мелкие впивающиеся в лицо снежинки иногда напоминали гостям бывших Дарлидских территорий о пришествии зимы. Низина, именуемая долиной Эхот, сейчас выглядела особенно пустынно. Одинокие деревья, покрытые инеем, напоминали призраков, бродящих по бескрайним просторам.

Сегодня особенный день. Азуану исполнилось шестнадцать лет. Первый день рождения вне родительского дома. Это и напомнило юноше о том, что уже полгода ему не доводилось видеть своих родителей. Забыв о счёте времени, было трудно посчитать сколько дней прошло с того момента, как юному Джи пришлось покинуть замок. Вспоминая это, Азуан невольно представил свою семью, потом Алекса и его невесту. В суете дней время стёрло имя избранницы своего первого друга. Пытаясь вспомнить, юный Джи достал из кармана складной нож с инициалом "D". Образ проворной девчонки, похожей на юношу, встал перед глазами. Она улыбалась, протягивая заветный подарок.

Сидя в кресле у окна, Азуан пил чай и всё больше погружался в воспоминания. С весны жизнь юноши очень сильно изменилась. Скучные занятия и тренировки были заменены приключениями и полезными наставлениями дедушки. Любезный глава Джи даже вызвался помочь с изучением весоренского языка. Хотя тот факт, что дедушка знает несколько языков, уже не оставлял равнодушным. В библиотеке нашлись книги, некогда привезённые из Весорена. Такую редкость не встретить даже в главной рандарской библиотеке.

- Азуан, могу я войти? - Знакомый голос дедушки развеял густые мысли.

Юный Джи жестом руки приказал своему телохранителю открыть дверь. Са повиновался любому поручению беспрекословно и даже без вздохов. Это во многом упрощало жизнь Азуану, но иногда становилось причиной раздражения.  Мелкие поручения телохранитель выполнял хорошо, но было сложно представить, что этот худощавый человечек способен на что-то большее, свойственное званию "телохранитель".

- Вы хотели поговорить? - Азуан посмотрел в сторону вошедшего. - Сегодня есть какие-то особые планы?

- Да, я пришел поговорить. - Асан Джи зашёл в комнату, держа что-то за спиной, и занял свободное кресло. - Сегодня тебе исполняется шестнадцать лет. У меня как раз есть подарок для тебя.

- Подарок? Зачем?

- Что значит "зачем"? Только я буду решать когда и какие подарки я буду делать, - голос дедушки ничуть не сменил своего равномерного тона, но нотки обиды чувствовались сами собой. - Вот, этот меч сделали лично для тебя.

Асан Джи протянул внуку подарок. Меч был тяжёл, но особенно красив. На рукояти красовалась ювелирная работа мастера - солнце и луна, символы клана. Тонкие позолоченные элементы в качестве декора размещались на рукояти очень предусмотрительно. Ничего не торчало, не мешало, не могло никак навредить владельцу.

Подарок был хорош. В действительности качественное оружие, способное привести даже опытного знатока в восторг. Но не Азуана. Он с обыкновенным равнодушием осмотрел меч и поднял вопросительный взгляд на Асана Джи.

- Дедушка, скажите, для чего мне оружие, если я врач?

- Как глава клана Джи, я тебе объясню. Мы не просто врачи, многие из нас сопровождают отряды на военные операции, нападения, линии обороны. Каждый из нас должен уметь постоять за себя при встрече с врагом лицом к лицу.

- Неужели у вас в это время много врагов? - Азуан с недоверием наклонил голову и бросил косой взгляд.

- У нас. Теперь, когда ты мой приемник, хоть и неофициально, у тебя тоже есть враги. Ты думаешь, что телохранителя я тебе приставил, чтобы скучно не было?

- Глядя на телохра...

Господин Асан не стал ждать пока Азуан договорит. Он предугадал реакцию внука и одним резким движением метнул в Са кинжал. Оружие всё время было спрятано в слоях массивного наряда.

Азуан вскочил, уронив чашку. Он не думал, что дедушка решит избавиться от телохранителя при малейшем сомнении в его надобности. Прерывистое дыхание и частый стук сердца заставляли кружится голову.

Стоящий у стены Са вопросительно смотрел за парочку важных господ. Он не успел понять за что в него полетело оружие, но увидел кто именно это сделал. В немой тишине раб осторожно вынул кинжал из стены и поправил в этом месте обои. Не обращая внимания на оцепенение своего господина, Са принёс ему кинжал и стал собирать осколки чашки у ног.

- Не трогай. Чай был горячий. - Всё, что смог произвести после потрясения юный Джи.

- Да он остыл на полу давно, - с прежним безмятежным видом Асан Джи разглядывал лицо своего внука.

Когда раб собрал осколки и понёс из комнаты, Азуан сел обратно в кресло, подперев голову рукой. Он ещё раз проиграл в голове диалог.

"Как же дедушка смог предугадать, что речь пойдет о бесполезности Са? Он же только что со спокойным видом чуть не убил моего раба! Моего раба! Если бы Са не увернулся, я остался бы без... Помощника. Убивает с неизменно умиротворённым лицом. Кто же ты, Асан Джи?"

- Ты удивился? - Наконец глава Джи продолжил диалог. - Он не знал, что я буду метать в него, но ловко увернулся. В отличие от тебя, Са всегда готов к тому, что придётся спасать свою шкуру. Тебе стоит немного поучиться у него этому.

- Зачем вы сделали это? Вы же могли убить его. Или вы с самого начала целились мимо? - Азуан говорил шепотом, на большее не нашлось сил.

- Нет, я целился ему в голову. Но раб увернулся, - после этих слов Асан взял свой кинжал из руки внука с спрятал у тебя за широким поясом. Он не жалел, не нервничал. Глава был таким же хладнокровным, как и всегда.

- Вы же могли убить его, дедушка. Почему?

- Я знал, что он увернётся.

- Вы не могли сказать это наверняка! - Юноша поднял тон, чтобы лучше донести безумие произошедшего. - А если бы он не успел отреагировать?!

- Тогда тебе пришлось бы искать телохранителя получше. Того, чьи реакции и способности будут лучше.

Находясь в шоке, Азуан тяжело вздохнул и закрыл глаза. Дедушка в очередной раз разочаровал его. Невероятно спокойный и, казалось, мирный человек совсем не считался с жизнью бедного раба. История о тяжёлом прошлом телохранителя в руках другого господина сейчас казалось выдумкой.

"Даже если у Са и был другой господин, то до нынешнего беспокойного состояния его точно довел именно этот лицемер."

Господин Асан Джи встал и, заложив руки за спину, молча вышел из комнаты. Его шагов никогда не было слышно, поэтому сложно было предположить как быстро он удалился.

Но телохранитель не заставил себя ждать. Он тихо зашёл, посмотрел на брусья под потолком и снял с лица маску. Находясь наедине с Азуаном, он старался всегда снимать её.

- Ты как? - Беспокоясь о эмоциональном состоянии раба, Азуан обратился к Са. Но тот лишь растерялся.

- Я?

- Ну не меня же чуть не убили. - В голосе господина явно прозвучало раздражение. Раб будто специально тянул и не отвечал чётко.

- Меня совсем не задело.

- Ты испугался?

- Нет, господин, - сдерживая улыбку, Са старался отвечать серьезно.

- Что смешного в том, что ты мог умереть? Я вижу, что ты улыбаешься. - Почему-то это ещё больше раздражало Азуана. Раб был не только бесполезным телохранителем, но и не способным четко отвечать на вопросы.

- Ничего смешного, господин, - Улыбка тут же слетела с лица и он принял "рабский" поклон, значащий извинения и раскаяние. - Для меня подобное в порядке вещей. Я посмел удивиться вашему вопросу, прошу прощения.

Последние слова прозвучали для Азуана как саркастическая насмешка. Это ещё больше разгорячило его и он едва сдержался, чтобы не выплеснуть свой гнев на бедолагу. Желая как-то отвлечься, Азуан вспомнил о том, что у каждого "пожизненного" раба должна быть особая метка.

- У тебя есть рабская метка?

- Да, господин, - не подымая головы, ответил Са.

- Не покажешь? - Раздражение заменилось игривым любопытством. Азуан очень немногое знал о рабстве и ему не доводилось видеть "рабскую печать" даже на бумаге.

Нервничая, Са расстегнул жилетку. В одной только жилетке изнутри было видно несколько десятков игр и тонких метательных ножей. Сняв гольф, раб оголил худое тело, покрытое множеством шрамов. Плечи, руки, спина и даже живот - всё было в засечках, длинных белых полосках от плети и многих шрамах не очевидного происхождения. От увиденного Азуан вжался в спинку кресла.

- Кто тебя так...? Дедушка Асан? - Пришлось собрать в себе все силы, чтобы произнести это.

- Вы про шрамы? - В ответ на этот вопрос Азуан кивнул. - Шрамы остались на память от предыдущего господина, как и эта метка на груди.

Чуть выше ключицы красовалась рабская печать. По неосторожности или специально изображение едва заметно двоилось. Будто кто-то пытался поставить такой же символ в том же месте, но немного промахнулся.  Полукруг внизу, края которого направлены вверх, будто удерживал в себе две веточки. На этих веточках, наклонённых в разные стороны, было по 5 листочков. Изображение было бы симметрично, если бы не рандарская буква "Р", находящаяся сверху между веточками.

- Одевайся, - тихо проговорил Азуан. Увидев изуродованное шрамами тело Са, юноша вспомнил мальчишку жестокого убитого на полях Синара. Картина жестокости встала перед глазами. Только теперь на место того мальчика, был Са...

После Азуан спустился вниз. Слуги готовили всё для праздничного ужина. В таком далёком от людского взора места хозяева не ждали гостей. Потому на столах еда была разнообразная, но в совсем небольших количествах. Подготовкой к закрытому банкету целиком и полностью руководил Асан Джи. Он радушно давал наставления и советы. Слуги улыбались ему. Все эти улыбки сейчас казались такими ненастоящими, что Азуан почувствовал себя тошно. Не находя места своим мыслям, он занял место на диванчике в фойе. Са стоял рядом с диваном, но когда Азуан сел, тот тоже сел рядом на полу.

- Почему ты садишься на пол всегда, когда я сажусь или ложусь куда-то?

- Раб не может быть выше своего господина.

- Хах, а если раб выше ростом?

- Ему просто отрезают ноги и ставят протезы покороче, - Са говорил серьезно, но за маской не было видно лица.

- Что? Правда? - Азуан округлил глаза и резко обернулся в сторону раба.

- Нет, конечно, господин. Это не так работает.

- Ты ещё и шутить надо мной осмелился? Не могу понять, как твоя боязливость и насмешливости уживаются вместе?

- Господин Азуан, вам не стоит беспокоиться. Стоит вам приказать и я...

- Нет. Я не хочу контролировать каждый твой шаг. - Азуан вспомнил о своём намерении сделать из раба человека. - Сядь на диван рядом.

- Рабу не положено.

- Ты будешь учить меня как мне распоряжаться своим рабом? - Господин загорелся идеей поставить своего подчинённого в тупик. Игра слов? Отлично. Почему бы не выиграть?

- Я же нужен вам, чтобы вы научились правильно вести себя в обществе с рабами. Если вы будете нарушать нормы, ничему не научитесь. А ещё у вас нет плети.

- Плеть? Зачем мне она?

- Любой человек, имеющий рабов, носит с собой плеть. Она позволяет наказывать раба в любое время.

- Тебе хочется, чтобы я тебя бил? - Азуан в изумлении поднял брови.

- Вовсе нет. Но вас могут посчитать слабохарактерным в высшем обществе и попытаться вас использовать.

- Мне всё равно что там могут подумать. Их мнение ничего не изменит.

На эти слова Са никак не отреагировал. Какое-то время они сидели молча на своих прежних местах. После Азуана позвали у столу. Среди слуг нашлись и музыканты. Такой ужин был очень необычен: отсутствие гостей, много еды в скромном количестве, приятная музыка, никакого лишнего шума. Азуан наблюдал за этим с удивлением. Ранее дни рождения не были чем-то особенным. Они лишь сменяли число лет. Но сейчас этот день был особенно подготовлен. Слуги радовались открыто, общались тихо, чтобы не мешать. Но при всём этом Азуан не чувствовал праздника. Его мысли снова и снова возвращались в прошлое, путаницу с титулом и рабством. Образы несчастных рабов вставали перед глазами и не давали разуму отдохнуть.

Только Асан Джи обеспокоенно смотрел на внука. Он думал о том, что именно могло погрузить его в пучину мыслей. Его поступок по отношению к Са? Неужели этот мальчик уже успел привязаться к тому, чья жизнь в Рандаре даже не расценивается как человеческая?

Еда была отменной. Ни единой оплошности в организации праздника. Чудесный вечер, на котором веселились все, кроме именинника.

- Господин Азуан Джи, - тихо прошептал сзади Са, - вы плохо себя чувствуете?

- Нет, всё в порядке.

- Я могу вам чем-то помочь?

- Поешь. А то на твоём теле расположение костей изучать можно.

- Если моему господину так будет угодно, то после ужина он может...

- Са, нет!

- Любой ваш приказ я исполню в лучшем виде, - сказав это с задором в шепоте, раб отошёл от стола и направился на кухню за своим ужином.