Капе́ль

На всём этаже был слышен звонкий смех Асана Джи. Он смеялся, одной рукой держать за живот, а другой вытирая слёзы с глаз. Когда ему удалось успокоиться, откинулся на спинку дивана и наконец взглянул на недоумевающего внука.

- Ты что, действительно приказал ему посмотреть себе в глаза? - Господин Джи с широкой улыбкой поднял брови.

- Да, но я не понимаю от чего вам так смешно, - Азуан скрестил руки на груди и недовольно смотрел на собеседника.

- Я тебе потом объясню, когда ты подрастёшь, - господин Джи закрыл рукой нижнюю часть лица, пытаясь снова не сорваться на смех. Но злость на лице не понимающего ничего внука заставила вырваться наружу новый порыв смеха. - Я просто не могу поверить, что ты настолько ничего не знаешь. А что Са сделал?

- Его парализовало от ужаса, - Азуан закинул ногу на ногу и откинулся на спинку мягкого кресла. Чтобы занять руки, он взял чашку с блюдцем. Горький вкус крепкого чая показался особенно приятным.

- Он так и не посмотрел тебе в глаза?

- Нет. Наверное, до сих пор не может пошевелиться, - юноша отпил чай. - Я оставил его там, когда у меня закончилось терпение ждать.

- Признаю, за вами наблюдать ещё интереснее, чем я мог предположить. - Асан Джи не переставал улыбаться, перебирая мысли в голове.

- Мне совершенно не нравится то, что я не понимаю причины вашего смеха. Неужели что-то может нарушить психику больше, чем занятия медициной в возрасте восьми лет?

Дедушка снова рассмеялся. Сейчас такое поведение бесконечно злило Азуана, но он старался сдерживать бурлящий в груди гнев. От эмоционального напряжения пальцы рук нервно подёргивались. Юный Джи невольно сконцентрировал на лице главы клана свой испепеляюще грозный взгляд.

- Ну что ты так смотришь на меня? - Улыбка не сходила с лица собеседника, - не стану я тебе рассказывать об этом. Придёт время, ты сам всё поймёшь.

- Может, будет проще спросить у Са?

- Я бы послушал его ответ, - Асан задумчиво ухмылялся. - Не думаю, что это хорошая идея. Он же даже посмотреть на тебя боится.

Неопределенность и очередной поток причудливых насмешек вводили сознание Азуана в ярость. Чтобы не вспылить, юноша сжимал зубы. Он пытался отвлечься, разглядывая предметы в комнате.

Уютная комната, называемая гостиной, не обладала большим количеством мебели: диван, несколько небольших мягких кресел, столик между ними и несколько шкафов с книгами о медицине. Всё было оформлено в древесных тонах. Только в некоторых местах стояли небольшие бюсты не для многих известных, но воистину великих людей. Лишь один из этих бюстов был хорошо знаком Азуану. На одной из книжных полок в шкафу стояла гипсовая голова известного рандарского врача, первооткрывателя парентерального введения лекарственных средств. То есть введение лекарства напрямую, минуя желудок, с помощью шприца. Не смотря на то, что на континенте этот метод уже давно считался доисторическим, Рандара чтит своего "первооткрывателя".

Подавлять эмоции становилось всё сложнее, потому что Асан Джи не переставал улыбаться и иногда загадочно хохотать. Взрослый человек сейчас радовался чему-то как маленький ребёнок, чем вызывал у Азуана особое раздражение.

- Я не понимаю вас! - Гневный крик будто сам вырвался наружу, - почему мне постоянно приходится решать ваши загадки?! Уже полгода мне приходится думать над ними. Сначала похищение, потом это бессмысленное путешествие, новости о том, что я теперь приемник, рабство, телохранитель - вы не довариваете по поводу всего!

Крича, юноша поднялся на ноги. Не услышав ничего в ответ, он быстрыми шагами вышел из комнаты и демонстративно хлопнул дверью.

- Мне стоит проучить его? - Голос сверху надменно обратился к Асану Джи, якобы оставшемуся одному в помещении.

- Нет, не стоит. Мальчику нужно время, чтобы научиться справляться со своими эмоциями. - Глава клана смотрел на глиняную чашку с черным чаем, держа её перед собой. - Лучше присматривай за ним, чтобы он не натворил глупостей.

Азуан шел по коридору, желая не наткнуться на суетливых слуг. Он сжимал кулаки что есть сил, чтобы в порыве гнева не начать крушить попадающиеся на каждом шагу гипсовые статуи. Мысли в голове не складывались в четкие предложения, будто ком в горле мешал не только говорить, но и думать.

Он зашёл в свою комнату. В надежде увидеть в комнате Са, осмотрел всю мебель. Но раба в спальне не было.

"Наверняка снова сидит как оставили. Придурок, а не телохранитель."

На постели Азуана были аккуратно сложены его вещи. Слуги долны были убрать одежду в шкаф, но засуетились и забыли про неё. Это стало последней каплей на пути к урагану ярости. Вскрикнув, юноша сбросил одежду на пол. Этого показалось мало, поэтому он начал раздражённо пинать некогда сложенную одежду.

- Вы это ищете? - Неожиданное обращение напугало Азуана, поэтому он резко обернулся и замахнулся рукой, чтобы ударить появившегося из неоткуда человека.

Перед тяжело дышащим Джи стоял, скромно протянув руку со складным ножиком, его непутёвый телохранитель. На лице была та же белая маска, скрывающая эмоции этого непонятного человека.

- Откуда он у тебя? - Азуан вырвал ножик из руки Си и сразу спрятал его в карман.

- Подобрал на месте, где сейчас стою. - Голос раба был успокаивающе тихий.

Осмотревшись, Азуан испытал наплыв стыда. Почувствался приток горячей крови к лицу. Он только что в гневе разбросал вещи, которые кто-то из слуг аккуратно складывал на кровати. Ему хотелось извиниться за своё поведение, за то, что бедному рабу пришлось видеть своего господина в таком состоянии. Но он не мог найти в себе сил и подходящих слов. Казалось, что неведомая сила отобрала дарованную природой способность говорить.

Будто не замечая ничего, телохранитель начал безмолвно собирать с пола вещи. Одну за другой он подымал, встряхивал и аккуратно складывал в шкаф. Без лишних слов, вопросов и прочего. От такой спокойной реакции Са, юному господину было ещё более стыдно. Но он не стал ничего делать или говорить. Стыд за себя стал его тяжким наказанием за недавнее поведение. Если раб увидел гнев своего хозяина, то ему точно не скоро удастся побороть свой страх. Ситуация с налаживанием отношений казалась нерешаемой.

- Могу я ещё что-нибудь сделать для своего господина? - Са сел на колени перед Азуаном, ожидая приказа.

- Нет, ничего не нужно, - опустошение явно слышалось в голосе юноши. - Только снимай маску, когда находишься наедине со мной. Я не хочу думать, что разговарию с одной из коридорных статуй.

Уставший от своих эмоций Азуан подошёл к постели и, недолго думая, лёг. Он уже не смотрел на то, как Са снял маску и сел на пол около окна. Сейчас юноше было безразлично даже на присутствие чужого человека. Сон сам овладевал сознанием.

В спальной комнате было душно. Тяжёлый воздух с трудом пробирался в лёгкие на каждом вдохе и не хотел выходить на выдохе. От духоты глаза Азуана медленно открылись. В комнате царил полумрак, но не полная мгла, что говорило о скором рассвете. Юноша откинул в сторону плед, которым кто-то заботливо укрыл его. Он сел на кровать и почувствовал тяжесть собственной головы. Тупая боль не позволяла спать дальше и мешала бодрствовать.

На память пришли события вчерашнего дня. Ничего особенного не происходило. Не было ни тяжёлых тренировок, ни спонтанных переездов. Но усталость ощущалась до сих пор. Вспомнив, как сам оказался в постели, Азуан невольно подумал о своём телохранителе. Должность раба подразумевала собой защиту, опору, надёжность... Но пока этот человек не вызывал ничего, кроме жалости и непонимания.

Юный Джи начал искать глазами своего раба. В комнате, помимо кровати, был небольшой диван, два кресла - места, где можно было бы прилечь. Но Са не стал занимать эти удобства. Раб расположился на полу у ближайшего к постели окна. Странный выбор, ведь подальше от окон было бы теплее спать.

Телохранитель лежал на боку, поджав ноги. Руки были согнуты в локтях, будто он хотел спрятать своё лицо даже во сне. Маска лежала совсем рядом. Порывистое дыхание и подёргиевание привлекло внимание Азуана.

"Что это с ним? Ему плохо?"

Азуан поднялся с кровати и максимально тихо подошёл к рабу. Стараясь ступать без малейшего шороха, юноша наклонился над Са. Казалось, на сердце кто-то прислонил раскалённый кусок металла. Раб плакал во сне.

"Что же они сделали с тобой? Стоит ли будить или лучше...?"

Не успел Азуан завершить мысль, как Са в ужасе вскочил. От неожиданности Джи резко выпрямился и сделал шаг назад. Раб, не подымаясь на ноги, спиной отполз вплотную к стене. Он громко дышал с открытым ртом, а по щекам его текли слёзы. Тело нервно вздрагивало, а губы едва слышно проговорили: "Не надо".

Юный Джи несколько мгновений приходил в себя от испуга. Он предполагал, что может случайно разбудить Са, но совсем не так представлял это. Чтобы быстрее собраться с мыслями, Азуан зажмурил глаза и потёр переносицу. В очередной раз мысли путались.

"Как же так? Это я напугал его до такой степени? Мой гнев превратил его в зажавшегося в углу щенка? Нет, нельзя даже в мыслях сравнивать рабов с животными! Нужно как-то помочь ему"

Открыв глаза, Азуан осмотрелся. На небольшой тумбочке у кровати стоял стеклянный графин с водой и подходящий к нему стакан. Кто-то из прислуги принёс воды вечером, когда юный господин уже спал. Уже не стараясь идти тихо, Азуан подошёл к тумбочке и налил полный стакан воды. В свободную руку взял плед с кровати.

Раб сидел всё так же взявшись в стену и вытирал лицо рукавами зелёной  кофты. Поверх этой кофты была плотная безрукавка, явно набитая чем-то в карманах. Он убрал руки с лица и посмотрел в сторону приближающегося Азуана.

- Простите, - дрожащим голосом прошептал раб.

- Возьми, - господин Джи не церемонясь всучил в руки Са стакан с водой. Тот, не соображая, взял в руки стакан и потупился на него.

- Слушаю-с...- тихий голос хорошо отображал страх и неуверенность.

Азуан наклонился над рабом и накинул на его плечи тяжёлый плед. То, что Са не шевелился, сейчас даже немного радовало. Грубыми движениями господин Джи укутал в этот плед дрожащего не то от страха, не то от раннего пробуждения раба. Мысли о страшном сне уже покинули худое тело, сейчас телохранитель недоумевал от происходящего. Разные мысли и предположения о дальнейших действиях господина заставляли разум представлять не самые приятные картины.

- Что смотришь? Пей.

Раб вздрогнул от неожиданного строгого приказа и начал жадно глотать воду, будто на самом деле хотел пить. Когда стакан был опустошен, Азуан так же резко отобрал его и унёс на место.

- Если не хочешь лечь на диван, спи там, - юный Джи в развалочку добрался до кровати, - только под пледом. Не хочу выходить на работу раньше предначертанного мне времени.

Азуан снова уснул очень быстро.

Са в недоумении смотрел на своего господина. Он снова уснул, едва коснувшись кровати. Господин даже не стал думать о том, чтобы снять обувь.

- Наверное, обувь ему снимали слуги, - едва слышно прошептал раб. Он привстал, чтобы попытаться подойти и аккуратно снять обувь с Азуана.

- Я сказал тебе спать! - Азуан приподнялся, крикнул и, отвернувшись, снова уснул.

Поднятые вверх руки раба говорили о его смирении с ситуацией. Он укутался в плед с головой и уснул, оставив на лице кроткую улыбку.