don't come near,but not either...

От лица Лилии

После пары я вышла быстрее, чем обычно.
Воздух в аудитории был слишком густой. Слишком тёплый. Слишком… его.
Я не видела Тома, но чувствовала — он был. Где-то рядом. Иначе почему сердце било так странно, будто ждало выстрела?

На улице пахло мокрым асфальтом. Лёгкий дождь только что прошёл. Листья стали темнее, город — тише.
Я сжала ремешок сумки. Не знала, куда идти. Домой — слишком рано. В кафе — не хочется. Просто… куда-то, где его нет.

Но, конечно, судьба — та ещё ироничная штука.
Потому что именно за углом университета, на ступеньках, сидел он.

Том.

Склонённая голова. Наушники в ушах. Сигарета между пальцами.
Один.
Как будто ждал.
И как будто — нет.

Я остановилась.
Он поднял глаза. Снял наушник. Медленно выдохнул дым — и не отвёл взгляда.

— Привет, — сказал он.

Моё горло пересохло.

— Привет.

Пауза.
Тихая. Долгая. Почти неловкая. Но не совсем. Не для нас.

— Я… читал твоё эссе, — произнесла я, сжав пальцы. — Вслух. Перед всеми.

Он чуть кивнул:

— Я знал. Препод предупредил.
А ты — моё?

— Да.

Снова пауза.
А потом он медленно встал. Подошёл ближе.
Мы стояли почти на одной линии. Как два противоположных полюса, между которыми слишком много всего. Но и слишком много — нас.

— Ты правда так думаешь? — прошептала я. — Про «не притворяешься»… и всё остальное?

— Я вообще редко вру, — сказал он просто. — А с тобой — вообще не умею.

Мне вдруг стало трудно дышать.

— А почему тогда неделя тишины?

Он усмехнулся. Но грустно:

— Потому что я идиот.
Потому что боялся, что если хоть ещё раз прикоснусь — сгорю.
И… что ты тоже это почувствовала.

Я посмотрела в его глаза. И впервые — не спорила.

— Я почувствовала, — шепнула я.

Он резко выдохнул. Шагнул ближе.

— Можем просто… поговорить? Не острить. Не спорить. Не убегать?

— Можем, — кивнула я.

— Сейчас?

— Сейчас.

И он вдруг улыбнулся. Настояще. Не криво. Не защитно.
А так, будто что-то внутри у него впервые сказало: можно не прятаться.

Мы пошли рядом. Молча.
Дождь снова начинался — лёгкий, ленивый, почти невесомый.
И я поняла, что с ним… я не боюсь промокнуть.