25. Мелодия перемен.
Ночь для Бена выдалась ужасной. Он совсем не выспался после вчерашней суматохи с родителями. Чувство вины тяготило его, хотя по сути он ни в чём не был виноват. Объяснить это сестре он не мог: Бен ничего не рассказывал матери о действиях Эшли, но девушка явно не хотела слышать оправданий.
За дверью комнаты послышался шум. Бен понял, что его сестра уже проснулась — если вообще спала. Обычно Эшли не встаёт так рано, но, похоже, её мучили мысли и переживания по поводу случившегося. Теперь школьник понимал: простить его Эшли, скорее всего, не сможет. Прошлое можно было оправдать — мол, брат был маленький и не понимал, что делает. Но теперь, когда он якобы раскрывал её секреты перед родителями, ситуация выглядела совсем иначе. Эшли этого не знала, но мысль терзала Бена.
Он не мог понять происходящее. Последние два дня он старался быть ближе к сестре: разговаривать, вызывать доверие, делать всё, чтобы она могла на него положиться. Один визит родителей перечеркнул всё это. Теперь их встречи на кухне или в гостиной обещали быть неловкими: Эшли смотрит на брата с ненавистью, а он, в свою очередь, печально уходит в свою комнату. Какими станут их отношения после ссоры — Бен даже представить себе не мог. Сначала будет плохо, сестра будет ненавидеть его, доверие окажется разрушено, а как долго продлится эта дистанция — неизвестно. Может, так будет всегда.
«Почему именно я?» — сам себе задал вопрос Бен, но ответа не получил.
Зайдя в ванную, школьник посмотрел в зеркало на опухшее от слёз лицо. Он закрыл дверь, чувствуя себя как герой в мелодраматическом фильме, где герой страдает от судьбы, моется под душем и плачет. Только это был не фильм — это была его жизнь.
Бен вышел, переоделся в чистую, сухую одежду и снова направился в свою комнату, готовясь встретить новый день, тяжесть которого уже висела на нём с самого утра.
Скоро должны были приехать родители для разговора с Эшли. Бен и представить не мог, что они могут ей устроить. Девушка уже была взрослая, чтобы ей назначать домашние аресты, поэтому школьник ожидал чего-то ужасного.
Бену предстояло спуститься на кухню. Было страшно попадаться на глаза сестре, но скрываться в комнате он не мог вечно. Решительно он вышел и стал спускаться по лестнице. Войдя в гостиную, он увидел Эшли за столом с кружкой в руках. Девушка заметила брата, быстро поднялась и, нервно проходя мимо, направилась в свою комнату.
Бен вздохнул, оглядев убегающую сестру, и подошёл к холодильнику. Еды почти не было, поэтому он взял хлеб и арахисовое масло, решил сделать тосты. Поставив хлеб в тостер, стал ждать. Звук готовых тостов немного его напугал, после он сразу заварил чай и сел завтракать.
Не успел Бен присесть за стол, как в дом ворвались родители.
— Доброе утро, Бенджамин, — сказала Роуз, проходя в гостиную. Видимо, отец остался в машине.
— Доброе, — ответил школьник, хотя очень хотелось промолчать и игнорировать её.
— Эшли! — крикнула мать.
Сверху послышались быстрые шаги, и девушка спустилась вниз.
— Привет, мам, — натянув кислую улыбку, сказала Эшли.
— Сейчас твоя улыбочка спадёт, — сказала Роуз, садясь на диван. — Присаживайся.
Эшли, нервно крутя браслет на руке, села в кресло рядом, с виной в глазах глядя на мать.
— Я долго думала, что с тобой делать, — начала Роуз, — но, по-моему, тебя только могила исправит. Хоть это второй раз, я могу тебя простить, потому что ты безнадёжна. Я бы с радостью забрала твои документы из университета и увезла тебя к нам в Вашингтон, но, знаешь, такие проблемы, как ты, там совсем не нужны... Ты ужасна, Эшли, и я не знаю, в кого ты такая.
Глаза Эшли наполнились слезами. Такие слова обижали, но она привыкла к подобным оскорблениям от матери и пыталась не воспринимать это всерьёз.
Бен, сидя за столом и доедая завтрак, слышал каждое слово. Его удивляло, что Эшли ещё не убежала рыдать в свою комнату, но хотя бы её оставили безнаказанной, что радовало парня.
— Мне пора ехать. Честно говоря, могла и не приезжать, не очень хочется тебя видеть, — сказала Роуз, вставая с дивана. — Бен, надеюсь, ты помнишь, что с понедельника у тебя начинается учеба. Не подводи меня. И ещё кое-что, — остановилась у двери. — Бенджамин, милый, ты можешь сразу рассказывать нам, чем занимается твоя сестра. Мы с папой заняты и не можем наблюдать за взрослым ребёнком. Я надеюсь на тебя.
Развернувшись, Роуз вышла, даже не попрощавшись с детьми.
Эшли сидела словно никакая. Было видно, как ей тяжело переживать эту ситуацию. Бен смотрел на сестру и не мог сказать ни слова. Через несколько минут она отправилась в свою комнату, а он остался печально доедать завтрак.
Сегодня утром у Роберта не было никаких важных планов, поэтому он решил немного подольше поспать. Единственное дело, назначенное на вечер — поездка к Эрику, так что ничто не мешало ирокезнику понежиться в постели.
Однако другим было не до того, что Роберт спит. Его мобильный, лежавший рядом с ухом, внезапно громко зазвонил. Парень подскочил с кровати и схватил телефон.
— Да, ало? — спросил он сонным голосом.
— Здравствуйте, Роберто? — послышался мужской голос.
— Просто Роберт. Кто говорит?
— Вы пару дней назад звонили по поводу студии для вашей группы около центра, — сказал мужчина с решительным голосом. — Спешу вас обрадовать: место свободно, сегодня можно оплатить аренду, и студия будет ваша.
Роберт счастливо улыбнулся, мгновенно проснувшись.
— Серьезно? Это замечательно! Я сразу начну собирать всю аппаратуру, — радостно сказал он.
— Отлично, я жду вас на месте, — ответил мужчина и положил трубку.
Счастью Роберта не было предела. Из всех студий, о которых он спрашивал, именно эта оказалась самой подходящей: около центра города, на первом этаже и просторная. Ребятам больше не придется таскать технику на третий этаж к Сиджею. Конечно, репетиции там были неплохими, но новая студия была намного лучше.
Роберт полностью взбодрился, вскочил с постели и направился к шкафу. Он даже не стал завтракать — хотелось скорее собрать все инструменты и технику и отправиться в студию. Первое, что попалось ему в шкафу, — старые рваные черные джинсы и майка цвета его яркого ирокеза. Быстро надев их, парень помчал к выходу.
Взглянув в зеркало, Роберт тяжело выдохнул:
— Грёбаный ирокез... — прокричал он и достал расчёску, чтобы привести прическу в порядок.
Через пятнадцать минут стараний ирокез был готов. Роберт рванул на пятый этаж, чтобы поделиться новостью с другом. Дверь в квартиру Джонсона была закрыта, но после пары стуков дверь открыла Лиза.
— Здравствуй, Роберт. Ларри ещё спит...
— Извините, что так рано, но мне нужно его разбудить. Надо кое-что сказать, — перебил её Роберт.
— Тогда проходи, — освободив путь, сказала Лиза.
Роберт сразу побежал в комнату к Джонсону и увидел Ларри, крепко спящего в своей кровати.
— Ларри, подъём! — громко сказал ирокезник, подойдя к другу. — Джонсон, вставай! — он начал трясти парня.
Шатен испугался так, что почти ударил Роберта.
— Аккуратнее с руками! — проговорил Роберт, чуть не получив по лицу. — У меня ахуенная новость...
— Роберт, ты нормальный? Иди нахуй! Сколько время? Я сплю, не трогай меня! — закипал Джонсон.
— Ларри, нам дали...
— Я сказал: «иди нахуй!» — кричал парень, заворачиваясь в одеяло и отворачиваясь к стене.
— Да боже, Джонсон, нам дали студию! Наконец мы сможем нормально репетировать, а ты спишь! — воскликнул Роберт. — Короче, и без тебя справимся, только я гитару заберу, Ларри. Я забер...
— Делай, что хочешь, только отъебись, — прокричал Ларри.
— Отлично... — пробормотал Роберт. — Удачно поспать и всё как всегда просрать.
Взяв небольшой усилитель и гитару Джонсона, Роберт вышел на улицу. Но тут он понял, что забыл ключи от машины, и тяжело вздохнул. Оставлять технику без присмотра было небезопасно, поэтому парню пришлось подниматься обратно на свой этаж.
Из тумбочки около выхода он взял ключи от машины и вернулся за своей бас-гитарой и большим усилителем. Все это время за ним наблюдал сосед Чарли.
— Что ты тут ходишь, перед глазами мельтешишь? — с недовольством проговорил тот.
— Извини, мне осталось только забрать гитару, — сказал Роберт, заходя в лифт.
Дома он собрал все нужные шнуры и, взяв в одну руку усилитель, а в другую самую ценную и любимую гитару, направился вниз. Комбоусилитель был большим и тяжелым, но Роберту удалось донести его до автомобиля. Он аккуратно сложил все в машину, сел за руль и поехал к новой студии.
Теперь предстояло разгрузить хотя бы гитары, ведь ещё нужно было разместить барабанную установку, гитару и усилитель Сиджея, а также клавишные Нила.
Роберту предстояло познакомиться с арендодателем, внести плату за аренду и осмотреть помещение, чтобы убедиться в его пригодности. Хотя выбора у него особо не было: найти другую студию в городе было бы куда сложнее.
Поездка к студии оказалась короткой — всего несколько минут от апартаментов Роберта. Парковка была рядом с входом, что облегчало переноску техники. Он припарковал машину, вышел и радостно огляделся, не скрывая улыбки.
Сал после ночной смены в баре так и не смог уснуть. Было много народу, парень сильно вымотался, но придя домой к семи утра, сон не приходил. Сколько бы он ни ворочался в постели, это было бесполезно. В голове стоял хаос — мысли о вчерашнем непростом дне слились в один большой клубок под названием «стресс». Хоть раньше у Сала были времена и похуже, сейчас, после короткого периода беззаботности, он почти забыл, что такое тревожность и нервозность.
Рано утром Фишер уже не мог лежать, уставившись в белый потолок. Казалось, мозг постепенно выходит из строя. Сегодня ему нужно съездить в офис, чтобы договориться с мистером Холмсом о гитаре. Он больше всего желал, чтобы Люк был на месте — мужчина часто в разъездах, и порой его трудно поймать. Сейчас продюсер был нужен как никогда. Даже за оплатой концертов Сал не ждал его так сильно.
Наконец парень встал с постели и направился на кухню. Обувь отца на месте говорила о том, что мужчина дома.
«Надеюсь, ты сегодня мне никакой хуйни не подкинешь», — подумал Сал.
На кухне его встретила тарелка с остатками вчерашнего омлета. Фишер вылил все — есть это уже было невозможно. На готовку у него сегодня совершенно не было настроения, поэтому по пути в офис он решил зайти в ближайшую забегаловку. Быстро убрав кухню, парень направился в ванную, чтобы взбодриться.
Перед тем как отправиться в офис, Сал набрал мистера Холмса:
— Люк на связи, я слушаю, — послышался мужской голос.
— Здравствуйте, мистер Холмс. Скажите, могу ли я приехать в офис сейчас или в течение дня? Вы в городе? — спросил Сал.
— Конечно, я уже давно в офисе, приезжайте, — ответил Люк.
— Отлично, тогда я скоро буду, — сказал Фишер, и с уверенностью отправился собираться.
В шкафу лежала горка грязной и мятой одежды, ведь стиральная машина давно не работала. Чистой одежды почти не осталось. Времени на стирку было достаточно, но оставаться дома он не хотел. Сал быстро надел черную майку и тонкие джинсы, взял ключи, деньги и телефон, обувшись, и вышел.
Остановившись у офиса, он постучал в дверь.
— Да, входите, — послышался приглушённый голос.
Сал аккуратно прошёл внутрь и сел за стол Холмса.
— Оу, Сал! Здравствуй, что-то случилось? Выглядишь... уставшим, — сказал мужчина.
— Да, ночная смена, — натянув улыбку, проговорил Фишер.
Действительно, он выглядел плохо: глаза красные, лицо усталое и грустное. Люк больше не стал расспрашивать о самочувствии.
— Так, зачем пришёл? — спросил Холмс.
— Проблема в том, что на завтрашний концерт у меня нет гитары. Денег на новую тоже нет, но я собрал их со вчерашней смены — возможно, этого хватит на аренду, чтобы хотя бы выступить, — объяснил Фишер.
— Думаю, можем купить тебе гитару от моей фирмы. Деньги вернёшь потом, — задумчиво сказал Люк.
Сал удивлённо поднял брови:
— То есть вы просто купите мне гитару?
— Именно, какую захочешь, — улыбнулся мужчина.
— Это было бы здорово! — радостно сказал Сал.
— Тогда поедем за гитарой. Пошли вниз, там мой автомобиль, — вставая, добавил Люк.
Фишер был вне себя от счастья. Возможность купить гитару сразу снимала весь стресс перед концертом. Они вышли на улицу, где за рулём машины сидел водитель Люка. Сал с удивлением оглядывался, но сейчас его это мало волновало.
— А что думаешь насчёт кражи инструментов? — неожиданно спросил Холмс.
— Не знаю, никто ничего не знает, — ответил Сал.
— У меня есть догадки, — сказал Люк. — Возможно, это группа Ларри Джонсона. Они странно себя ведут.
Сал задумался:
— На последнем концерте вроде всё было как обычно. Джонсон дал мне свою гитару — это было немного странно.
— Они хотят показать себя добрыми, чтобы никто не заподозрил, а сами украли гитару и продали её, — объяснил Холмс.
— Но у них тоже пропал инструмент, клавитара... — сказал Фишер.
— Это сказано, чтобы отвлечь подозрения. Я бы не давал им спуску, особенно на последнем концерте, он важный, — сказал Люк.
— Возможно, вы правы, — согласился Сал.
Машина остановилась около единственного дорогого магазина музыкальных инструментов в городе.
— Вы уверены,покупать именно здесь? Там всё дорого... — начал Сал.
— Не беспокойся. Выбирай любую гитару, и я уверен, Джонсон обзавидуется, — улыбнулся Люк.
В магазине выбор был широк, но одна красная гитара сразу привлекла внимание Фишера.
— Тебе нравится? — спросил Холмс.
— Да, очень, она похожа на мою старую, — ответил Сал, не отводя глаз от инструмента.
— Эта гитара функциональней, мы её берём, — обратился к продавцу Люк.
Выходя из магазина, Сал был счастлив. Он только мечтал о такой гитаре.
— Я даже не знаю, как вас благодарить, — сказал он, широко улыбаясь.
— Рад, что тебе нравится. Благодарности не надо. Могу подвезти тебя домой вместе с новой гитарой? — спросил Холмс.
— Конечно, только за, — ответил Сал. — Везти её самому в общественном транспорте — плохая идея.
— Вот и отлично, — сказал Люк, садясь в машину вместе с Салом.
Роберт вошёл в здание и прошёл к нужной комнате. Почти у входа сидел молодой парень, который встал и протянул руку:
— Здравствуйте, Роберт, рад вас видеть, — сказал он.
— Привет. Эта комната теперь полностью наша? — поинтересовался ирокезник.
— Да, нужно оформить пару бумаг — и студия полностью ваша.
— Отлично, давайте скорее заполним их, мне уже нужно перетаскивать технику, — радостно сказал Роберт.
На небольшом столе он разложил все бумаги, внимательно прочитал их и подписал. После чего отдал документы арендатору.
— Вот ключи от студии. Поздравляю! — протянул парень.
— Спасибо большое! — счастливо взял ключи Роберт.
Когда арендодатель ушёл, ирокезник стал осматривать комнату, не скрывая восторга. Сразу после того, как он перенёс в студию всю технику из машины, Роберт набрал номер Нила. После того как тот пропустил прошлую репетицию, Роберту хотелось увидеть его и услышать объяснения. Хотя он знал, что Нил отлично провёл время с Тоддом, пропускать последнюю репетицию перед концертом было нехорошо. Тем не менее Роберт не злился на друга — наоборот, радовался, что между Нилом и Тоддом больше не будет конфликтов, и они смогут спокойно общаться.
— Алло? Ты чего так рано звонишь? — спросил Нил сонным и недовольным голосом.
— Привет! Пора просыпаться, я скоро приеду за тобой и у меня отличная новость, — ответил Роберт.
— Серьёзно? Зачем приезжать-то? Я порадуюсь и снова лягу спать, — пробурчал Нил.
— Нет, нужна твоя помощь. Приготовь клавитару для новой студии, — пояснил Роб.
— Стоп, что? — переспросил Нил.
— Скоро буду, собирайся, — бросил трубку Роберт, оставив друга в замешательстве.
Следующим делом он позвонил Бену, чтобы предупредить и его о планах на день. Ему тоже понадобится помощь с переноской и установкой барабанов.
Через несколько минут Бен взял трубку:
— Хей, привет! Надеюсь, ты не спишь? — поинтересовался Роберт.
— Привет, давно уже не сплю, — ответил школьник.
— Отлично. Сегодня тебе понадобится помощь, я скоро подъеду за тобой. Подробности потом.
— Ага, хорошо, — сказал Бен.
— Всё нормально? Ты какой-то грустный... — заметил Роберт.
— Всё в порядке, уже собираюсь, до встречи, — сказал Бен и положил трубку.
Роберт немного удивился, но быстро сел в машину и поехал за Нилом. Дорога была недолгой, и вскоре он припарковался у дома друга. В дом заходить не стал, чтобы не раздражать Нила. Терпение Роберта было на исходе — ему не терпелось поделиться новостью о новой студии. Но вскоре сонный и недовольный друг вышел с клавитарой.
— Роберт, объясни мне, за что? — спросил Нил, закрывая за собой ворота.
— Когда узнаешь, точно не будешь злиться, — ответил Роберт, садясь в машину. — Клади на заднее сиденье и садись. Ещё нужно за Беном заехать.
— Да что вообще происходит? Ты можешь хоть что-то объяснить? — недоумевал Нил.
— Всё расскажу, — успокоил его Роберт.
По пути Роберт расспросил о Тодде:
— Как с ним дела? Слышал, что ты пропустил репетицию.
— Да, ничего. Просто заговорились, я забыл. Вы нормально репетировали? — спросил Нил.
— За нас не беспокойся. Тодд был пьян, что-то говорил про вино для твоей мамы... я толком не понял, что произошло, — улыбнулся Роб.
— Ну да, было дело, — смеясь, сказал Нил.
— Главное, что вы поладили, верно?
— Он нормальный парень, не считая того, что он пидор, — усмехнулся Нил.
Роберт лишь рассмеялся. Вскоре они подъехали к дому Бена и забрали его.
— Хей, Бен, отлично, что ты тут, — радостно сказал Роберт.
— Так что за срочное собрание? Где остальные? — спросил Бен.
— Джонсон послал меня куда подальше, Сиджей вряд ли поможет переносить всю технику, — объяснил Роб.
— Переносить куда? — удивился Нил.
— Новая студия! — радостно сообщил Роберт. — Почти в центре. Я уже оставил там свою гитару и гитару Ларри.
Все ребята оживились. Проблемы отошли на второй план, настроение Бена улучшилось. Они подъехали к дому Сиджея и поднялись на третий этаж. Сиджей, не ожидая гостей, с удивлением открыл дверь:
— Ребята, что происходит? Почему без предупреждения?
— Сид, у нас новая студия! Приехали за установкой, — радостно сказал Бен.
— Отличная новость! Проходите, — впустил он.
Ребята начали разбирать барабанную установку и заносить её в машину Роберта.
— Бен, хватай хет вместе с основным, ждём тебя в машине, до встречи, Сид, — сказал Роберт.
— Эй, Сид, может, как-нибудь на следующей неделе встретимся? — спросил Бен.
— Да, мы с группой поедем в студию, там и встретимся, — ответил Сиджей.
— Нет, я имел в виду просто погулять или посидеть, — пояснил Бен.
— Не думаю... Барабанов больше нет, приезжать незачем, — сказал Сид.
Бен слегка расстроился, но нервно улыбнулся:
— Верно, зачем мне приезжать, если барабанов нет.
— Ну да, ты просто интересовался местом. Было классно, пока, Бен, — сказал Сиджей.
Бен ушёл, всё ещё расстроенный. Роберт заметил это и обеспокоился:
— Эй, Бен, что с настроением? — спросил он, помогая с погрузкой барабана.
— Всё нормально, — ответил школьник, но Роберт понял, что это не так.
После загрузки техники они направились к новой студии. Настроение Бена не улучшалось, и Роберт не знал, как ему помочь. Прибыв на место, ребята начали заносить барабаны и осматривать помещение.
— Ого, тут просторно, в прошлой было меньше места, — сказал Нил.
— Да, ещё и на первом этаже, идеальное место, — добавил Роберт.
Бен молча ходил туда-сюда, собирая барабаны. Роберт и Нил помогали ему, работа шла быстрее.
— Бен, надеюсь, завтра ты будешь в лучшем настроении. Можем чем-то помочь? — улыбнулся Роб.
— Всё нормально, завтра буду навеселе, — ответил Бен.
— Отлично, — сказал Роб.
Когда работа была завершена, Роберт предложил:
— Так, я вас завезу по домам и поеду по своим делам.
— А что за дела? — спросил Нил.
— Важные и секретные, — ответил Роберт.
После этого он поехал в полицейский участок, где его уже ждал Эрик для обсуждения плана завтрашнего концерта.
— Здорова! Не перестаю удивляться твоим усам, — шутливо сказал Роберт, пожимая другу руку.
— Да иди ты... Мы собрались обсуждать концерт, а не мои усы, — ответил Эрик.
— Хорошо, пошли в забегаловку, обсудим там, — предложил Эрик.
— Согласен, главное обсудить всё, — сказал Роберт и сел за стол около окна.
— Ну, я весь во внимании, что задумал? — спросил Эрик.
— Хочу, чтобы ты поговорил с коллегами и завтра пришёл на концерт, — объяснил Роберт.
— Чтобы проследить за странными людьми или, возможно, за вором? — уточнил Эрик.
— Именно, — подтвердил Роберт.
— Думаю, Джо подойдёт для этой задачи, — предложил Эрик.
— Джо? Ты с ним работаешь? — удивился Роберт.
— Нет, он ушёл в детективы, но мы поддерживаем связь, — пояснил Эрик.
— Отлично. Только оденьтесь как для клуба, а не расследования, — предупредил Роберт.
— Ладно, — смеясь, ответил Эрик.
Роберт был доволен: группа готова, концерт почти полностью спланирован, а на Эрика и Джо можно положиться. Теперь можно было спокойно ехать домой и отдыхать перед завтрашним выступлением.