Глава 11
Когда девушке говорят, что она нужна шикарному мужчине, пусть и по работе. По идеи... она должна радоваться. Счастливо хлопать в ладоши и визжать, как полоумная сучка. Что уж там, её эго, явно раздувается до небывалых размеров. Ох, самый известный, сексуальный, и главное – холостой баскетболист НБА, вписал её в свой личный план, о котором никто больше не узнает. Выкусите стервы, я та, кто владеет конфиденциальной информацией.
Со мной же этого не произошло. К сожалению, я знакома с этим ублюдком, и знаю его демонов, как никто другой. Что априори делает вышеперечисленное – бременем, а не привилегией.
Первым этапом после разговора с Саймоном, было – отрицание. Вторым – гнев. Ладно, гнев был и до, и после. Третьим – торг. С собственной совестью. Четвёртым – апатия, вместо полномасштабной депрессии. До принятия, я так и не дошла.
Я была в такой кондиции непринятия, что вновь задумалась, а не сходить ли мне к «психолог за епейшие бабки». Она бы меня выслушала, возможно, я бы порыдала в три ручья на её удобном креслице противно зелёного цвета, а потом она бы сделала вердикт не фига, не утешающий: «Роксана, милая, всё с тобой в порядке. Ты просто не хочешь принимать реальность». А кто, млять, захочет принимать дерьмо, вылезшее прямиком из задницы? Уж извольте, это точно не для меня.
Прошло то время, когда я ждала шагов на встречу. Прошла та боль, которую я испытывала стоило услышать ЕГО имя. Но, я никогда не буду и не смогу отрицать, прошлого. И что ОН, остался в нём куда в лучшем свете, чем был этого достоин.
В моей голове ОН был идеален. Тогда. По – своему.
Каждый раз, когда его губы касались моих, – я задыхалась от губительного счастья. Стоило ЕГО дрожащим от неконтролируемой страсти рукам коснуться моего разгорячённого тела – я сходила с ума.
Признаю...
Я была больна ИМ.
Больна ЕГО присутствием.
ЕГО значимостью в моей жизни.
Но пришло время, когда я поняла...
Я переоценила ЕГО так же, как переоценила слова: «любовь» и «навечно» в одном контексте.
Со временем я отпустила чувства, потопила эмоции, которые периодически бурей поднимались из недр моей души.
Мне пришлось шагнуть в пропасть, чтобы узнать, как это быть без него. И знаете? Я довольна результатом. Серьёзно. Не всё шло гладко. Были и препятствия, срывы, слёзы, истерики... было всё. Следом же я глотала горькую таблетку, под названием «грёбанная реальность» и топала дальше, весело подтанцовывая под ритмы собственного пиздеца.
И вот, снова...
Как чёрт из табакерки, Томас выпрыгивает прямиком в контору моего друга.
***
Старательно обвожу бардовым карандашом контур губ, под одну из любимых песен группы «30 second to mars».
– Life is Beautiful ... Life is Beautiful, - плавно верчу бёрдами, кайфуя от голоса Джареда. – Beautiful...
В отражение замечаю весёлую мордашку Мадрида. Он наблюдает за мной своими яркими глазами. И я сама, невольно, расплываюсь в искренней улыбке.
Мадрид ассоциируется у меня с уютом. Комфортом. Домом. С ним я чувствую себя собой.
– Приветствую вас, юная леди, - елейно пропевает Мадрид в тон с Джаредом. Он отталкивается от двери и танцующей походкой приближается ко мне. Я прикусываю губу, когда он берёт мою ладонь в свою. Он улыбается от уха к уху, и в его глазах пляшут озорные искры. Он кружит меня, заставляя отпустить себя и смеяться в голос. Громко. Несдержанно. Мадрид, отталкивает меня, а потом притягивает. И так несколько раз. – Выглядишь эффектно, – прижав к себе, шевелит бровями. Точь-в-точь, как Теона. Правду говорят, когда живёшь с человеком долгое время, перенимаешь его повадки. – Это преображение как-то связано с Девинсоном? Не смей мне врать, я этого не переживу, девочка, – его взгляд меняется с игрового, на провокационный. Мадрид, всегда тонко подмечает детали. Порой меня это пугает. – Я вижу, что тебя беспокоит его появление. И меня это возмущает, - комично кривит рот. – Давай. Смелее. Выкладывай мне всё, что творится в твоей прелестной головке. Знаешь ведь, со мной ты можешь быть полностью откровенна. Либо, Теона, возьмётся за это лично, - восклицает он, будто напуган. Чёрт, как же я обожаю его. – Держать ваши волосы над унитазом поочерёдно всю ночь и утро? Носить воду, каждые пять минут? Слышать, как вы кряхтите от головной боли? Кошмар, - продолжает друг, закатывая глаза в потолок. – Я сбегу. Даю слово, Роксана. Сбегу и спрячусь. Возможно даже буду плакать под одеялом.
Я заливаюсь смехом и бью друга в плечо.
Тут нужно смело говорить – было. Не плачь Мадрида под одеялом, а наше с Теоной приключение начинающиеся с пару глотков крепкого напитка, до белого друга.
Мы с Теоной неоднократно перебарщивали в прошлом, когда у меня конкретно слетела кукуха. Сильно перебарщивали. И Мадриду следует поставить памятник при жизни за выдержку и отважность. Мне кажется, не все способны, так стойко пережить попойку двух девушек, как это сделал он.
Но смех быстро сходит на нет, когда я вспоминаю о своей проблеме. Высокой, не прилично сексуальной и чертовски напористой проблеме.
– Я не хочу видеть его в своей жизни, Мэди, - честно признаюсь я. – И, прекрасно понимаю, что этому не бывать. Не сейчас, когда Саймон так надеется на меня. Я ведь не могу подвести его, как бы мне не хотелось всё послать. А Том... он будто..., – отпускаю кисть друга и сажусь на край кровати в позе лотоса, теряя спокойствие. – Кость в горле. Препятствие, от которого я избавилась, но оно снова выросло передо мной. Очередное испытание. Понимаешь? – Опускаю голову, чтобы Мадрид не заметил моих собравшихся слёз в уголке глаз. Я не нытик, но сейчас я теряю частичку своей силы. – И чем больше я прокручиваю это в своей голове, тем больше я начинаю осознавать в какой я заднице. Не то, чтобы до этого я это отрицала... Просто....
Друг садится рядом, и кладёт ладонь на мою голую коленку, слегка похлопывая по ней.
– Слушай, мы не всегда можем предугадать будущее. Это практически невозможно. Только Рокс... вспомни, пожалуйста, как ты шла ко всему, что имеешь в данную секунду. Шаг, за шагом. Вспомни, как кровью и потом, ты вырывала победу за победой, из пастей богатых идиотов. А чтобы осуществить свою мечту, ты и вовсе снесла стены и нервные клетки зажравшегося адвокатишки. И теперь, ты решила сдаться? – ворчит он, как старый дед. – Из-за своего далёкого прошлого? Из-за Томаса? Не верю. Моя девочка, способна на многое. И никакие бывшие, ей не помешают, - Мадрид обхватывает мой подбородок большим и указательным пальцем, тянет вверх, чтобы наши глаза встретились. – Никому, не давай себя сломить, Роксана. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Люди, приходят и уходят. Так было и будет всегда. К тому же, что тебе мешает взять главные роли в этом не отшлифованном спектакле? Усыпить бдительность отличными актёрскими данными и в конце сего представления дать мощно просраться звездуле, как умеешь только ты!?
Я задумываюсь. Я серьёзно задумываюсь.
Вспомнить то, через что я прошла – я уже успела. Да, и слова Мадрида наводят на мысль: а что на самом деле мне мешает установить правила? Игра, возможно, и принадлежит Девинсону, а вот остальное....
Но во мне так же плещется сомнения и страх. А что, если я начну игру, которую не смогу закончить? Или же наоборот, я настолько в неё вживусь, что не смогу сопротивляться чувствам и закончу её в ущерб себе? Что тогда?
– Думаешь это хорошая идея?
– Я думаю, что это то, что нужно тебе.
– А если я проиграю, Мэди? – говорю вслух о своих сомнениях. – Что со мной будет?
Мадрид, откидывается спиной на матрас и тянет меня за собой. Я удобно ложусь на его плечо и заглядываю в его задумчивые глаза.
– Без понятия, - честно отвечает он. – Только попробовав, мы можем узнать результат. Разве нет?
Я жую нижнюю губу, перед тем как дать ответ:
– Ты прав. Советы будут?
– Будь собой, - игриво щелкает меня по носу. – И знай, если что-то пойдёт не так, я куплю лопату, встану с тобой рядом, и буду, контролировать глубину ямы.