Скарабей. Солнце Пустыни

- Тебе не известно, куда ты попал? – пронесся голос над Халилем.
- Я всего лишь путешественник. Я хочу изведать новые места. Полагаю, я сейчас в Египте.
- Все верно, перс – голос был очень хриплым.
— Это прозвучало столь презрительно из ваших уст.
- Почему я должен уважать вас, когда вы выгнали нас из нашего дома? – Халиль почувствовал холодную сталь у основания своей шеи. Шел дождь, казалось бы, ледяной, но сердце Халиля приняло бешенный темп, разгоняя кровь по телу, заставляя чувствовать себя в пекле.
- Хватит ему угрожать, Мират! – еще один незнакомец оказался впереди Халиля – опусти свой клинок. Человеку нужна помощь.
- Ты видимо охладился, Харун. Это перс!
- Нация не имеет значения, имеют значение люди, которые выгнали нас из нашего же дома – Халиль округлил глаза. Дождь и темнота сделали свое дело, скрыв личности этих мужчин, но теперь не нужно было напрягаться для того, чтобы понять кто стоит перед ним.
- Темные!
- Поздно же до тебя доходило – фыркнул Мират.
- Естественно! Ты запугал бедного путника. Опусти свой меч – Халиль попытался вырваться, но его словно прижали к земле невидимые цепи.
- Не пытайся сбежать или защищаться – спокойно сказал Харун. Темный поднял руки, держа их на уровне своей головы и начал призывать кого-то, кто был невидим для Халиля.
-Я хочу знать о нем все – повелел он. Даже если бы и Халиль захотел сопротивляться, у него ничего не вышло бы. Все его тело сковали призрачные нити, удерживающие его, цепи сковали душу и словно большой камень тянул его ко дну. Послышался еще один голос, пробирающий до дрожи, от которого кровь стыла в жилах и волосы встали дыбом.
- Мужчина, пребывающий в вечной борьбе между самим собой и всем миром. В глубине души желающий власти и признания, переполненный ненависти и гнева. Он меняет маски одну за другой: когда внутри бушует буря, снаружи сияет радость, словно она неподдельна. Его Господь отдалил его от человека, который все еще видит в нем брата, но этот ненавидит того, столь отчаянно, что решил потерять веру.
- Неправда – закричал Халиль и эти невидимые цепи сжали его так сильно, что он застонал от боли.
- Продолжай – попросил его Мират
- Страсть бушует в нем и им легко управлять. Помани его и он пойдет следом. Культ Скарабея нуждается в его гневе, а дальше он расскажет сам.  Ко мне взывает другой ассасин – голос пропал, а цепи ослабли. Халиль глотал воздух, озираясь на этих мужчин.
- Добро пожаловать в Дом Скарабея, мой мальчик – протянул Харун, срывая со своего лица маску – Мы ждали тебя...
Раскрыть душу, найти в нем гнев и зависть, а самое главное позволить их развить. Халиль годами пребывал у темных изучая их природу и темную магию, лишившись при этом самого главного – милости Всевышнего. Он с темными творили ужасные вещи и только здесь, в Доме скарабея, он почувствовал себя живым, пока не пришло известие о том, что его отец при смерти.
- Ты вернешься к нам или продолжишь без нас? – поинтересовался Харун.
- Я вернусь!
- Ну, счастливого пути. Не забудь развивать свои способности и помни, что ты поклялся нам на крови, служить и не предавать. Надеюсь, парочку человек сойдут с ума в Персии от твоих проделок.
- Я попробую на ком-нибудь.
- Не на ком-нибудь, а на принце, который убил Рашида! – Халиль ухмыльнулся. Не оборачиваясь на свою «новую семью», он вышел и направился к верблюдам. Путь будет долог, и возможно он встретит свою смерть на этом пути, но да поможет ему тьма, ибо его гнев куда выше. Человек своевольно потерявший веру, потерял самого себя. Несчастия постигнут его рано или поздно, ведь у всего есть цена. Халиль никогда не ценил и не уважал ни отца, ни принца, ни царя, а все почему? От отца он слышал, что желал бы, чтобы его сын был похож на бесстрашного принца, в царе видел трепетного отца, а сам Мустафа настолько уважал и ценил его, что Халиль содрогался от такой мысли. Единственное, с чем повезло Халилю, так это то, что у него была мать. Она растила его в отличии от Мустафы и умерла перед тем, как султан Абдурахман выгнал ассасинов с их исконных земель. Отношение Мустафы к Халилю было прекрасным, он видел в нем брата, и Халиль улыбнулся, когда до него дошло осознание того, что в Мустафе он видел лишь соперника. Джинн был прав, когда сообщил Харуну о том, что сын визиря носит маски. О своей жизни и о своем презрении и ненависти, Халиль темным поведал сам. Он шел в Персию тринадцать дней и ночей.
«Здесь как всегда жарко» - подумал Халиль стоя у дворца. Угодия султана потерпели изменения. Темных цветов стало куда больше, а серебряные купола сотворили приятный для глаз вид. Мустафа всегда рассказывал о своей любви к темным цветам. За дворцом расположился огромный сад с разнообразными дивными цветами, молодыми пальмами и красивыми кустами. Халиль заблудился во временном пространстве и в своих мыслях, которые затуманили его разум. Позади себя он услышал крики служанок и ощутил слабый удар в районе своих ног. В него врезался маленький мальчишка 3-4 лет и упал. Халиль опустился на корточки, чтобы его поднять и увидел перед собой точную копию Мустафы: большие глаза, темные волосы и полные губы с заостренной линией, лишь форма носа и цвет глаз отличались. Глаза были такими же как у его матери.
- Ваше сиятельство – услышал он тонкий голос. Подняв ребенка, Халиль осмотрелся перед собой.
- Ваше Величество – поклонился он. Она стала куда красивее. Легкая улыбка тронула уголки ее губ.
- Вы вернулись.
- Я не мог не вернуться – слабо улыбнулся он, забыв о своей мести.
- Халиль! – услышал он радостный голос, бегущего к нему Мустафы, а теперь и Царя персидских земель – Наконец ты здесь. Как же я счастлив тебя видеть. Мустафа приобнял друга до хруста костей.
- Я тоже рад вас видеть – немного погодя – мой друг.
- Знакомься, это наш сын, Гаффар – султан поднял ребенка и поцеловал его в лоб. Латифа улыбнулась – Скоро родится второй – Халиль заулыбался, хотя ужаснулся в мыслях – Латифа, забери Гаффара и идите к учителю Хасану. Он решил научить сына рисовать.
Латифа забрала ребенка и направилась во дворец плавным движением. Мустафа еще раз приобнял друга, и они медленным шагом направились в угодия Визиря.
- Как ты и сказал, Халиль, со временем мы полюбили друг друга.
- Я ведь вам говорил, что верю в это.
- Ты переменился мой друг – Мустафа остановил свой шаг – снова обращаешься ко мне формально - забудь это – Мустафа наверняка понимал, от чего он такой грустный - Ну и в каких странах ты побывал?
- В Египте – сухо ответил Халиль.
- Лишь в Египте?  Пять долгих лет в одной стране?
- Я изучал врачевание. Медицина у египтян очень капризное дело и непростое, к тому же у меня сначала с ними сложились нехорошие отношения. – Мустафа возобновил свой шаг.
- Отец и я писали тебе столько писем, Халиль, но ни одно не дошло до тебя. Так как ты узнал о болезни отца?
- Нынче плохие новости обходят весь свет гораздо быстрее, нежели хорошие. Узнав о болезни отца, в сию же секунду я выехал из Египта и шел тринадцать дней - Халиль обнаружил отца в постели скованным болезнью. Ощущая внутри полное опустошение, он подошел к отцу и протянул руку. Мустафа стоял в стороне наблюдая воссоединение семьи. Последним желанием Фатиха перед смертью было то, чтобы Халиль женился на скромной и доброй девушке, дочери советника и его друга Ибрахима Адиле. Несмотря на то, что Халиль лишился души, он решил выполнить последнюю волю отца и несмотря на всю свою страсть к жене султана, женился на этой девушке. В первое время, он вел себя как примерный муж, уделяя всяческое внимание и заботу своей новоиспеченной жене, пока лицо его не преобразил пустой взгляд. Адиля подружилась с Латифой и проводила с ней целые дни и сердце Халиля разрывалось каждый раз, когда он видел девушек и смотрел он вовсе не на свою жену. После кончины Фатиха, отпустив траур, Халиль снова решил отправиться в Египет, не подозревая о том, что Адиля ждет малыша. Спустя долгих скитаний, мучащей жажды и пылающего солнца, Халиль оказался в Доме Скарабея, где его приняли с презрением и упреками за то, что не учинил ничего дурного.
- Я поехал хоронить отца! - твердил он.
- Ты не наказал Мустафу - отвечал Харун.
- Придет время, Харун, и я снова вернусь в Персию и нанесу сокрушительный удар по его Величеству Мустафе за причиненный вам вред. Лишу его самого дорого, что может быть у человека.
- Самое дорогое, что может быть у человека - душа, Халиль.
- Вовсе нет, и вы это увидите сами. А пока, терпение, мой друг. Я буду познавать другие области тьмы.
Гуляя по египетскому рынку, Халиль наткнулся на лавочника, который изготавливает клинки и замечательные, причудливые кинжалы. Лавочник был молодым, но достаточно умелым, что заниматься таким ремеслом. Купив пару ножей, он продолжил свое хождение и оказался рядом с другой лавкой, где продавали красивые замысловатые украшения. Его внимание привлек перстень из золота, на котором был изображен скарабей.
- Сколько за это кольцо? - спросил Халиль, на что лавочник ответил, что не продает его. Его сиятельство настолько возжелал себе это кольцо и решил, что ничего не станется если он немного применит навыка влияния на человека своими сладострастными речами. Перед самым началом, его остановил мужчина лет 40.
- Не стоит затемнять разум моему сыну.
- С чего бы, я не ассасин.
- С того, достопочтенный, что ты не ассасин, но падший человек, перешедший на зов тьмы – констатировал он факт.
- И как же ты догадался, темный? - удивился Халиль.
- Джафар никогда не ошибается, когда дело касается темных и продавших душу.
- Раз ты ассасин, то можешь усилить мою способность?
- Может и могу - ухмыльнулся темный.
- Я заплачу тебе.
- Не нужно мне твое золото - сложил он руки на груди и встал возле лавки.
- А если я пообещаю вам место?
- Что же это ты вздумал предложить?
- Персию - улыбнулся Халиль увидев округлившиеся глаза ассасина.
Годы шли, а душа падшего становилась все темнее и темнее. Он каждый раз совершал ужасающие поступки, убивал, все сильнее утопая в темноте. Учился тьме, познавая все самые тайные глубины порока, пока он не решил, что наступило то самое время, наконец вернуться в свой родной дом. На этот раз путь был куда проще и спустя пару дней, Халиль снова оказался у стен Персидского дворца. В саду бегало много детей весело смеясь. Его сиятельство послал стражу с известием о его окончательном возвращении. Мустафа был безумно рад встрече с другом. Семья султана выросла. У него было трое детей и когда среди них появился еще один мальчишка, Халиль не поверил, что это его собственный сын. Адиля долго думала над именем и остановилась на Яваре. Мальчик был робким и стеснительным. Он с женой и сыном поселился в имениях отца и сразу же начал влиять на свою жену, постепенно сводя её с ума и безумцу нравилось за этим наблюдать. Следующим под его чары попал султан. Халиль заставлял царя забывать обо всем на свете и получил высший пост, после султана - Визирь персидского государства. Влиять он не посмел лишь на Латифу. Он ждал подходящего момента и каждый день писал письма на два фронта - к Джафару и в Дом Скарабея. Ни один из них не подозревал о существовании друг друга.
Латифа начала беспокоиться о муже, потому что тот часто засиживался в своей тронной, пред большим столом и однажды направилась к нему, чтобы поговорить, пока путь ей не преградил Халиль.
- Мне нужно поговорить с султаном, ваше сиятельство.
- Он занят- немного погода - Ла. Ти. Фа - произнес он ее имя по слогам. Госпожа усмехнулась вольности визиря и развернулась, чтобы уйти, пока тот не схватил её руку.
- Что вы себе позволяете, ас-сайед?
- Позволил себе вольность взять вашу руку.
- Как вы посмели вскинуть на меня свой взор?
- Еще в тот день, когда вы мне открыли дверь - Латифа ахнула и вырвала руку.
- Презренный, я все расскажу...
- Мустафе? Не думаю, что он вам поверит, ведь вы позволили мне это сделать!
Латифа ощутила животный страх и убежала в свои покои. Халиль начал свою игру. Каждый день он сводил с ума свою бедную жену, издеваясь над ней самыми изощренными способами. Он заставил её бояться себя. Однажды она осмелилась заявиться к Кадию и потребовать развода, но не смогла объяснить причину и ушла. Узнав об этом, Халиль жестоко ударил её и ушел во дворец. Мустафа был в забвении и непонимании каждый раз, когда уходил Халиль. Он не понимал, что на него нашло и к тому же жена начала его избегать, так что же происходит?
***
- Не преграждайте мне путь, ас-сайед! - грозно прорычала Латифа, когда пред ней предстал в вальяжном виде, Халиль
- Я смею сказать, что люблю вас.
- Любите меня?
- Желаю вас и думаю о вас каждую ночь!
- Да покарает тебя Аллах. Ты думаешь, такой человек, как ты заслуживает любовь? Ты лишился милости Вышнего, презренный, ты не заслуживаешь и доли прощения! Грешник. Ты не стоишь Мустафы. Ты не заслушиваешь быть его братом - Латифа толкнула обозленного её правдивыми речами и подошла к маленькой девочке, подняла её и убежала прочь.
- Что ж, моя королева, тогда вы заслужите то, что заслуживаете больше всего...