Глава 23 Искажение
Из недолгих скитаний, Хаир все-таки нашел место, где им с принцессой можно было заночевать. Лишенное всяких звуков, как жизнь смысла, место вполне подошло бы для того, чтобы разум снесла бы разрушающая волна тоски и гнева, но лишь только тогда, когда Амаль отправится в мир сновидений. Темный слишком долго молчал, от чего Амаль стало не по себе. Ее одолела грусть, и она пустила корни в ее сердце. Она понимала, что ассасин слишком многим с ней поделился и не хотела тревожить его. Никогда еще тишина им не казалась столь громкой. Это словно самое сильное удушение: тишина ведь равносильна молчанию, а оно самое жестокое и холодное оружие против любого человека, даже для ассасина с самым черным сердцем. Хаиру не хватало Асвада. Он слишком сильно скучал по этому животному. Темный сбросил сумку на землю и уселся. Это был густой лес. Редкие звуки издавала вдали птица и больше ничего. Амаль склонилась к земле подбирая сухие ветки, для того чтобы разжечь огонь. У них был через чур откровенный разговор. Хаир для нее теперь вовсе не страшен и хоть она знала его сравнительно не долго, но внутри нее зародилось ощущение, словно она знала его много лет, словно знала его всегда. Будто он тот человек, который был послан Всевышним для того, чтобы спасти ее бренную душу, но у этого человека была своя миссия – месть. Его месть, которая тяжелым бременем легла на его плечи, сковала душу, держа его в тисках. Несмотря на все это, Амаль выбрала бы иную жизнь и другую обстановку для встречи с ним.
- Сплошное разочарование – пробубнила она, заполнив руки хворостом – я бы представила это наилучшим образом – она отдалась иллюзии, вообразив, что могла бы встретиться с ним на рынке, мило побеседовать, узнать получше представить отцу и быть с ним. БЫТЬ С НИМ?
- Представила бы что, принцесса? – голос Хаира вытащил ее из мечтаний, и девушка вскрикнула, бросая в него хворост. Ассасин увернулся и они пролетели мимо. Его, это действие со стороны принцессы, довольно развеселило.
- Никогда так больше не делай!!!
- Что именно, госпожа?
- Не подкрадывайся ко мне! Ты слишком тихо передвигаешься, это пугает до жути.
- Я заметил, учитывая то, как ты бросила в меня весь хворост – глаза Амаль грозно блеснули, а темный дерзко улыбнулся. Принцессу ужаснула мысль «Что, если он прочел мои мысли?». Но Хаир продолжал улыбаться даже тогда, когда склонился к земле, чтобы собрать хворост, который хаотично разлетелся в стороны.
- Что, если бы это были бы стрелы, Амаль?
- Я бы ранила тебя... - тихо прошептала принцесса, представляя эту картину. Хаир встал и подошел к ней поближе. Девушка только сейчас осознала, насколько ассасин был выше нее. Зато в глазах темного, она предстала в виде воительницы, прекрасной девы, которую Всевышний одарил благим нравом и силой. Хаир наклонился к ней и хмурясь заглянул в ее глаза. Амаль обдал холод, затем жар, когда складка на лбу у темного исчезла и взгляд сделался таким особенно теплым. Уголки его губ задрожали так, словно он хотел что-то сказать, но не мог вымолвить. Хаир задержал свой взгляд на ее глазах, синих как ясное небо, на котором нет ни туч, ни солнца. Словно над океаном склонились небеса. Ассасин осознал то, что никогда искренне не восхищался мощью водной стихии и сейчас, она таилась в ее глазах. Не давая отчета своим мыслям, темный прошептал.
- И горы рухнут... - послышалось Амаль, но Хаир не стал продолжать мысль. Он выпрямился и пошел назад – Нужно разжечь огонь, принцесса, иначе мы продрогнем. – отвернувшись он повертел головой. «И горы рухнут пред величеством небес и океана, что расположились в твоих глазах, принцесса. Ничто не сдержит эту мощь». Хаир понимал, что это тонкая грань, по которой они сейчас идут, тысячи невидимых сетей, которые обрываются в каждое мгновение, и никому не известно оборвутся ли они, разведя их в разные стороны, или окрепнут, превратившись в тугой узел. Любовь не «выход», а в случае темного, это была любовь равносильная смерти. Такая желанная и в то же время опасная, как для него, так и для нее. Принцесса склонилась, чтобы собрать оставшийся хворост и Хаир обернулся. Ему стало грустно от своих мыслей.
- Ты моя погибель – шепот, который разнесет ветер, как эхо. И станет оно настолько громким, что обнесет им всю Персию. Так же в этом лесу, каждое живое существо, каждое дерево и каждый куст узнает о том, что сердце темного дрогнуло и забилось с новой силой. Будто и не билось оно никогда. Сердце, которое он, собирал по кусочкам на протяжении множества дней. Хаир зажег огонь, который после превратился в языки огромного пламени, что танцевали посреди леса, являя взору темноты свое великолепие. Ассасин сел у костра грея свои руки. Бросив в огонь оставшийся хворост, Амаль села напротив Хаира и посмотрела на него из-под опущенных ресниц. Пару локонов выбилось и упало ей на лицо. Огонь придавал им золотистый цвет и повязка Хаира еле удерживала всю длину, которую принцесса ловко спрятала, под этот кусок ткани. «Она так невинна, так скромна, и как ее отец посмел пойти против ее воли?» - призадумался темный потирая свой подбородок, который украшала недлинная темная борода. Эта борода придавала ему возраст и мужество: Амаль верно это подметила. Принцессе в голову пришла одна мысль, ей было ужасно любопытно, и она решила спросить у темного. Она многим задавала этот вопрос. Кто-то отвечал на него спокойно, кто-то надменно, а кто-то и вовсе злился. Амаль не знала какой реакции ожидать от Хаира.
- Могу я кое-что спросить у тебя? Мне просто интересно и тебе решать, стоит отвечать на него или нет, я приму и молчание – Хаир кивнул, но Амаль не спешила.
- Если бы внутренний мир человека можно было бы разглядеть, что получилось бы у тебя? - поинтересовалась принцесса, обратив свой взор на темного, который медленно бросал сухие ветви в костер. Хаир вздохнул и не сводя взгляда с огня ответил.
- Мой мир выгорел дотла. Вам разглядеть пришлось бы только пепел – принцесса призадумалась. Никто и никогда еще не давал такого ответа. Ее охватила волна желания подойти и взять его за руку, поддержать добрым словом.
- Из пепла можно возродить жизнь – несмело сказала она.
- Я возродил только месть.
- Месть – это погибель Хаир.
- Порой то, что мы считаем своей погибелью, является нашим спасением. Что не убивает нас, принцесса, закаляет нам дух еще больше.
- Из пепла можно возродить любовь – сказала она и пожалела. На лице Хаира отобразился гнев, а после это сменилось отчаянием и болью.
- Всех, кого я любил, я потерял. Я не могу потерять еще кого-то, дав себе волю полюбить.
- А после мести?
- Я страшный человек, Амаль. О какой любви может идти речь, если на моих руках кровь? Ты не знаешь какой я. Что если я лишу тебя жизни?
- За все говорят глаза человека, в них отражается душа.
- В моих только тьма...
- И в этой тьме я разглядела душу – Амаль повысила голос, пытаясь докричаться до него – я разглядела в них веру и надежду, силу и ответственность. Твой мир выгорел потому, что ты это себе позволил, но ты нашел причину жить!!! Хоть это и месть, но это то, ради чего ты держишься. Кто-то уходит, а кто-то врывается в твою жизнь и все по Воле Всевышнего.
- Я разгневал его.
- Он прощал тебя всегда, потому что душа твоя жива и держит веру внутри себя. Ты никогда не забывал о нем, хоть ты и ассасин, и Он не забыл тебя. Я вижу это.
- Амаль – с грустью сказал Хаир и снова застыл, вглядываясь в ее бездонные глаза – нужно ложиться. Завтра мы продолжим свой пусть. Хаир встал и устроил место для ночлега. Принцесса с грустью улеглась у дерева и c тяжелыми мыслями вскоре уснула. Но Хаир не спал.
- Разглядела в моей тьме свет, принцесса, не зная, что свет это ты – сказал темный, поднявшись с места перед пламенем и подошел к Амаль. Ее волосы рассыпались по земле, а сама она мирно спала, наверняка остановившись на десятом сне. Хаир склонился и поцеловал ее в висок – но я не могу позволить единственному лучику солнца, который пробрался в мою темную обитель угаснуть.
*****
Сквозь листву на землю пробивались лучи яркого солнца, остановившись на лице Амаль, дразня ее блестящими узорами. В лесу по-прежнему было тихо. Однако звонкую тишину нарушило пение одинокой птицы высоко на ветвях. С утра был небольшой ветерок, который окончательно потушил огонь и охладил угли, превратив их в бесполезные черные камни, застывшие настолько, что они уже не рассыпется на мелкий песок. Дети такими углями рисовали на заброшенных домах. Принцесса часто наблюдала такие рисунки. Как то, Руа сбросила с себя накидку и сумку и бросилась к детям звонко смеясь. У нее на удивление очень хорошо получалось ладить с детьми. Она схватила угли, которые принесли ребята и хохоча, начала с ними рисовать на стенах столицы, а потом, когда это заметили хозяева, бросилась с детьми бежать, попутно захватив с собой принцессу, не переставая хохотать. Так они и попались в первый раз Гаффару. Руа буквально влетела в него, пошатнув его равновесие и свалившись с ним. Слава принцу удалось не допустить того, чтобы девушка ударилась головой. После, Гаффар, конечно же отчитал девушек, за их отчаянный поступок, а вину за то, что Руа с детьми изрисовала стену, Амаль взяла на себя, шокировав девушку.
- Не слушайте госпожу, ваше Высочество, это я с детьми разукрасила стену – протараторила Руа, теребя подол своей рубашки.
- Не стоит ее выгораживать, Руа. Мне прекрасно ведомо, что моя сестра та еще озорница.
Гаффар так легко поверил словам сестры. Руа нахмурилась и решила потребовать объяснения от принцессы за то, что она взяла вину на себя. Следующее действие от принцессы повергло ее в куда больший шок. Она взяла Руу за руку и силой дернула к себе. Девушки рванули от Гаффара, который продолжал их отчитывать, и вслед доносились лишь его грозные крики о наказании. Все это сейчас казалось таким далеким. Может быть, придет время и все встанет на свои места. Величественный лес начал пробуждаться. Тому подтверждением были различные шорохи и звуки, отдаленно напоминающее птичий голосок. Лес был достаточно большим и густым, и последнее именно стало причиной того, что даже утром, здесь казалось, что вот-вот наступит ночь. Густота листьев деревьев пропускала через себя лишь редкие лучи и все они сосредоточились на лице Амаль. Принцесса быстро заморгала во сне. Оторвавшись от сновидения-воспоминания, она с трудом разлепила глаза и уставилась на лучи солнца, которые пробивались сквозь листву и затаив дыхание, заслушалась на пение птицы. Этот голосок по всему лесу пронес ветер, готовя к пробуждению все живое, что сейчас находилось в нем. «Ранняя пташка» - подумала Амаль и улыбнулась своей мысли, а потом резко нахмурилась, когда заметила, что в некоторых участках этого леса довольно темно. Практически весь свет сконцентрировался именно на этом месте, где расположились принцесса с темным.
- Привела мысли в порядок, Амаль? – поинтересовался Хаир, который совсем не спал. Он завладел ее вниманием и ее вопросительный взгляд бегло прошелся по нему. «А ведь не врал, когда говорил, что редко спит. Как он дожил то до сей поры?»
- О чем задумалась? – Амаль конечно же не стала вдаваться в подробности своих мыслей и слабо произнесла.
- Лес слишком странный – она надеялась, что в ее голос вложено как можно больше тревоги.
- И чем же он странный?
- Тем, что в некоторых его участках слишком темно. Словно в них сосредоточилось что-то неизведанное, и тем, очень волнующее, а может и что-то зачарованное. – Хаир нахмурился ее непонятным рассуждениям.
— Это не сгустки магии, принцесса. И ничего странного здесь нет. У леса высокая плотность. Поднимайся, нам нужно идти. Надо найти деревню и поменять одежду. Тебе необходим новый платок.
Улыбнувшись, ассасин поднялся с своего места и направился в сторону узкой тропинки, у которой были привязаны кони, отстегнул и повел их за собой. У Амаль было огромное желание выругаться. Мужчина имел довольно широкий шаг, за ним всегда придется бегать. Еще тяжелее, когда он спешит. Принцесса вскочила, по пути пытаясь втиснуть свои темные, длинные локоны в почти испорченный кусок ткани.