Скарабей. Солнце Пустыни

После того, как мальчишка указал, куда ушли Амаль и таинственный незнакомец, Гаффар не мог усидеть на одном месте, шагая из стороны в сторону. Терпение было на пределе, и становится тяжелее ждать, когда знаешь правду. Время перевалило далеко за полночь. Никакого намека на песчаную бурю не было, хотя природа вела себя крайне неспокойно. Решив, что погода успокоится, Гаффар подбежал к своим вещам, нацепил ножны, загрузил коня и разбудил своих солдат. Все были сонные, но за одиноким зовом своего господина, они готовы были идти.
- Мой принц – тихо позвал его Саид – сейчас выходить неразумно.
- Если бы буря началась, то обязательно в скором времена настигла бы нас. Я не думаю, что стихия сейчас разойдется.
- Нам это не ведомо.
- Нет времени ждать – перебил его Гаффар – если вы не соберетесь я выступлю один.
Саид больше не стал перечить, искоса глядя на своего господина, он собрался и тихо разбудил своего коня. Принц был непреклонен. Он горел жаждой странствия, словно это является для него наивысшей наградой. Он тот человек, который потерял свою сестру, в каком бы смысле это не было сказано и помоги ему Аллах, он будет благодарен ему. Стараясь не будить жителей деревни, принц и его отряд потихоньку направились в сторону леса, откуда они пришли. В лесу было темно, Гаффар с трудом различал своих солдат. Деревья приобрели странную форму, будто люди, поднявшие оружие вверх и готовые на них напасть. Самым страшным для Гаффара являлась тишина. Он не любил ее во всех ее проявлениях. Для него она была одним из самых сильных и загадочных врагов. Он никогда не знал, что она может таить в себе. Тишина и темнота – союз двух равных, и в идеале, нет противников страшнее них. Гаффар возможно знал, что в лесу они не одни, что вот-вот может появиться ифрит и напасть на них, ведь барьер разрушен и для этих тварей выбраться оттуда уже не проблема. Он был наготове и наблюдал, пытаясь найти пару горящих глаз, или несколько пар. Барьер действительно был разрушен. Он не сказал об этом воинам, это ввергло бы их в отчаяние. Люди и так жаловались на тени, разгуливающих по их домам. Отдавшись мыслям и резко вынырнув из них, Гаффар остановился. Он уловил движение и поднял руку, в знак того, чтобы воины остановились.
- Зажечь факелы! – приказал принц – Смотреть в оба!
Воины насторожились. Они слышали шуршание и цокот копыт. «Кто здесь может быть?» - Гаффар побоялся сказать это вслух. Он тихонько слез со своего коня, взял у солдата факел и пошел вперед, обвив свою ладонь вокруг рукоятки меча. Принц шел, обламывая ветки, которые мешали ему. Мимо него пронеслось что-то темное, с огромной скоростью и повалило его на землю. Факел моментально потух. Гаффар повертел головой и поднялся, схватился за меч и отпустил его. Оружие здесь было бессильно, и он это понимал. Он прекрасно знал, что за ним наблюдают, играют с ним как с мышью, загнанной в угол. Проблема здесь была в другом, люди копят свои грехи годами не замаливая их, и Гаффар не знал, прощен ли он, сумеет ли выстоять в такой неравной борьбе, где люди победителями выходят не очень часто. Он не мог определить куда он зашел, и куда делись его воины. Его факел моментально принял прежний вид. Он горел на земле. Гаффар побоялся подойти к нему и взять в руки. Риском не оправдывают поступки, которые свершены от отчаяния не так ли? Гаффар это тоже понимал. Принц, оглядываясь по сторонам, тихонько подошел к факелу и поднял его. Он подошел к каждому темному углу. Джинны чувствуют его эмоции и любое колебание может привести его к последнему вздоху. Никогда еще зло не было для настолько совершенным, может это только начало? Может худшее его ждет впереди, если он выберется из этой темной ловушки. Он заметил красные глаза. Возможно, ифрит принял вид какой-то птицы и поэтому завис над деревом, играясь с ним. Факел Гаффара снова погас. Он не должен дать ифриту понять, что он боится. Гаффар закрыл глаза и громко вздохнул, хватая воздух так, будто потом его совсем не будет. В голове мелькнула светлая мысль и встав на колени, принц начал громко молиться, прося у Всевышнего защиты и спокойствия. Гаффар сам не заметил, как все посветлело вокруг. На небе не было ни одного облака, словно вот-вот настанет утро. Он побежал в сторону своих солдат и обнаружил их потерянными и напуганными. Не только им забавлялись странники ночи. Бедный Саид тяжело дышал. Он оказался в одном из самых жутких своих снов. Ифриты знали, чего поистине боятся люди и могли принять любой вид, любой облик. Шуршание и движение не прекратилось и Гаффар выхватил меч из ножен и занес его над высокими кустами. Благо, он успел вовремя остановиться, иначе задел бы коня, который стоял за кустами. Такого коня с ним не было и выведя его к солдатам он осмотрел всех. Конь был вороной, такого невозможно было бы отличить ночью и единственное, что удивило принца, это глаза коня. Один был черный, а другой, как море. Синий как океан, как глаза его сестры.
- А вот и источник звуков, которые напугали нас до чертиков – солдаты решили, что принц бредит и с ужасом смотрели на него. Будто он только что не переживал моральное вторжение от темных сил. У принца сложилось впечатление, что этот конь не знаком с другими людьми, словно был пропитан любовью к одному человеку. Конь дергался, пытаясь сбежать, но теплая ладонь принца остановила его.
- Тише, мальчик, тише – ласково пропел Гаффар.
Они практически вышли к тому месту, откуда пришли в деревню. Гаффар взял с собой коня. Он не стал оставлять его в лесу. Ифриты, наверное, издевались над ним. Пытаясь привести в порядок коня, Гаффар не обратил внимания на панические возгласы своих воинов.
- Ваше высочество, кажется, утра не будет – с нотками страха, которые были весьма точно отражены в его речи, сказал Саид. Принц посмотрел на него и перевел свой взгляд на пустыню, у горизонта которой виднелась темная масса туч. Бросаясь на землю молнией, она направлялась прямо к ним, по пути собирая огромную стену из песка.

*****

Нахмурившись, он мерил шагами все подполье, не в силах сдержать свой гнев. Идя в эту страну, вслед за человеком, который обещал им волю, Джафар допустил ошибку. Жадный до власти человек, получив её, забудет о своем обещании, даже если оно заключено на крови, как у ассасинов. Обратно не вернулись его люди, его воспитанники, его солдаты, стражники тьмы, и его это волновало больше, чем что-либо. Здоровые, натренированные и выносливые парни не вернулись с пустыни. Ифриты не нанесли бы им вреда. Никто не сможет причинить вред ассасину, кроме подобного ему. И если эта группа ассасинов и мстит она вовсе не самому Джафару. Ассасин больше не намерен пускать своих людей на смерть. Даже обычный и достаточно сильный человек вполне способен нанести существенный вред темным. Девять человек, это немало. Пересилив свой гнев, Джафар направился из подполья в дом. Халиля в его угодьях не было, и единственное, что оставалось Джафару, это взять одежду слуги, облачиться в нее и отправиться во дворец, где визирь сполна наслаждается мгновениями власти данными ему. Столь нечестивый и хитрый, наглый и жестокий человек. Халиль развалит эту страну, если власть действительно сосредоточится на нем. Джафар понимал то, что он не даст им волю, он понимал, что Халиль не сделает его военачальником, не возглавит ассасинов, которых лишили дома. Визирь попытается сделать из них рабов.
Вместо того, чтобы их понять, они сделали из них врагов. Суть из человека не выбьешь даже самым острым мечом. Его начало никогда не покинет его. Человек при рождении не выбирает начала, кем родиться, напротив начало само выбирает его, и раз темнота выбрала Джафара, он решил воздать ей сполна, ведь это его сущность. И исходя из его сущности, он не позволит падшему человеку, повелевать им, как ему заблагорассудится. Джафар вольный человек, словно горная, гордая птица, которая никогда не оставит высоту и небо. Идя во дворец, его мучали мысли, они не давали ему покоя. Даже у темных бывают проблемы, они могут устать от своей сущности, но никогда от её не откажутся. Стража пропустила Джафара без колебаний, ведь он выглядел сейчас как обычный человек и не было намека на то, что сейчас пред ними стоит ассасин. Шагая по величественным коридорам дворца, Джафар прокрутил все в голове, и да позволит тьма, он снесет его голову с плеч, если он подставит их. Халиль стоял у балкона и любовался прекрасными садами Персии, которые в скором времени будут схожи с пустыней. Визирь даже не обратил внимания на того, кто пришел, хотя отчетливо понял, кто стоит позади него.
- Любуешься? - поинтересовался Джафар.
- Думаю, куда бы возвести мне памятник.
- Учтиво - он подошел к нему, но не стал смотреть ему в лицо. Он знал, что увидит там безразличие - но не слишком ли рано ты об этом заботишься, Халиль?
- В самый раз - хмыкнул он.
- Тогда ты должен понять, что у тебя ничего не выйдет, пока жив султан.
— Это временно.
- Так надменно. Тогда ты еще должен будешь избавиться от сынов Персии, мой дорогой Халиль, что для тебя является довольно проблематичным.
- У меня для этого есть вы.
- Не слишком ли самонадеянно? Я послал по твоей воле своих воинов в самую бездну, зная, что добром это не кончится! Мои люди не вернулись!!! - визирю послышалось рычание, и он соизволил посмотреть на своего собеседника. В его глазах плясал дикий огонь, воспламененный гневом. Джафару не все равно на своих воинов, в отличии от Халиля.
- Ты слишком печешься.
- Я их воспитал. Они мои сыны, а тебе и на своего родного сына то все равно.
- О Всевышний, Джафар, прекрати драматизировать, это так утомляет.
- Ты взываешь к Нему, но так ли чиста твоя вера после того, как ты погряз в собственных страстях и желаниях, избегая Его воли?
- Ты решил меня поучить? - закричал на него Халиль.
- Осторожно, Халиль. У тебя должно быть уважение ко мне. Ты забыл кто пред тобой стоит? Забыл, кто тебе даровал власть? – шепот Джафара был довольно угрожающим. Лицо Халиля исказилось от презрения, но ничего другого он вымолвить он не смог. Джафару ничего не стоит лишить его жизни. Ему ничего не стоит призвать Марида, и сделать Халиля своей марионеткой - не вздумай впредь повышать на меня свой голос. В противном случае я обрушу свой гнев на тебя, а не на ассасина, который перебил моих воинов в одиночку!!! Ты заплатишь за это сполна, а не он, потому что этот человек не имеет ничего против меня. У него иная цель!!!
- Откуда тебе ведома, какая у него цель?
- Разве мало тех, кому ты успел испортить жизни? Что на счет жены султана? Что на счет твоей жены, Халиль?
- Их смерти не на моих руках.
- Ошибаешься. Не ты ли влюбился жену султана, и хотел ее совратить? Не ты свел ее с ума, как и свою жену? Я знаю, чего ты боишься, Халиль, но на данный момент, твоим самым страшным кошмаром стану я.
- Последняя просьба, Джафар – шепотом сказал визирь - нужно еще пару ассасинов, для еще одного дела. На этот раз проблем не будет.
В глазах ассасина блеснуло в ее первозданном виде, но он сумел подавить вспышку гнева и удалиться из тронной, пока не испепелил визиря за его дерзость.