6. Твоë имя
Наконец, приехав домой, Надя быстро надувает матрасы и раскладывает ребят по ним. Сама она ложится на свою кровать.
Волокитина вдруг поняла, что она всë ещë в платье, поэтому берëт свою пижаму и переодевается в соседней комнате. Шорты и длинная футболка настолько удобные, что сон сам подходил.
Зайдя в свою комнату, она понимает, что на одном из матрасов не хватает человека. Приглядевшись, Волокитина замечает, что Ваня перелëг к ней. Как бы она не пыталась сдвинуть или даже выгнать его, это сделать не удалось и кареглазая покорно легла в объятия к другу.
А точно ли к другу?
Этого она знать не могла. Ведь рядом лежащее тело то и дело, что постоянно двигалось ближе. Дыхание всë сильнее обжигало ей спину, а рука всë глубже пробиралась к телу сквозь одежду. Она не хотела его останавливать, поэтому еë ладонь накрыла его руку, от чего Кислов ухмыльнулся.
— Надюш. — совсем тихо обратился он к ней.
— М? — промычала девушка.
— А я люблю тебя.
— Ты пьяный, так что не говори такое. — отрицала она.
— Ты тоже. Один один. — еë макушки коснулись его губы. Рука Вани пододвинула девушку ещë ближе.
— Какой же ты наглый, Кислов.
— Всë, т-с, спать.
Ночь Нади впервые была такой спокойной после смерти отца. Еë не беспокоило ничего. Чувство мягкой кровати и тëплой руки на коже груди настолько еë успокаивало, что она и не хотела вставать, но, понимая, что время уже день, пришлось подниматься.
Осторожно отложив чужую руку и проходя мимо матрасов, девушка схватила полотенце и вещи и пошла в душ. Сегодня он ей нужен был как никогда.
Тёплая, даже немного горячая вода струилась по еë телу. Капли стекали с самой головы до ступней. Подставив лицо к душу, она смыла вчерашний макияж. Сделав увлажняющую маску, она вышла и обернулась в полотенце. Нанеся масло на волосы, завернула и их. Скинув с себя ткань, Надя надела бельë и принялась мазать своë тело кремом. Еë руки плавно бродили по коже и девушка была так спокойна, чувствуя эти прикосновения. Дяна сняла маску для лица и смыла еë остатки, после чего повернулась вытереть лицо. Посмотрев в зеркало, она услышала, как ручка двери скрипнула и в ванной появился Кислов. Он был в штанах и его торс был полностью гол.
«Ваня любил минеты. Ему нравилось то, что девушкам сложно с ним управится. То, как они задыхаются, кашляют возбуждало его. Ему нравилось как девушки стараются смотреть в глаза, пока сами чуть ли не плачут.
Ему просто нравилось, что ему могли отдаться. И он считал победой, что видит слëзы. Не важно, проникает он или девушка делает ему приятно.
Сам же он никогда бы не унизился, доставляя удовольствие девушке. Не важно, пальцами или ртом. Всë это он считал унижением. Каждый раз, когда девушка намекала ему на куни или стимуляцию, он игнорировал еë слова и делал только так, как хотел он. »
Парень оглядел девушку с ног до головы, пока та не успела вытолкать его из душной комнатки с криками:
— Сукин ты сын, тебя стучаться не учили?! Совсем что-ли страх потерял?! Ты сейчас вылетишь из этой квартиры! — она захлопнула дверь и сразу начала одеваться, пока по другую сторону заспанный Боря ошеломлëнно встретил Кису, который сам был в таком же удивлении.
— И тебе доброе утро. — не успел завершить Хенк, как дверь в ванную открылась и оттуда выбежала уже одетая девушка.
— Дян, ну я же не знал! — виновато произнëс Киса.
— Даже слышать не хочу, заткнись!
— Ну На-адь! — всë бегал он за ней, словно собачка. — Ну я же правда не знал.
— Так, Кислов. — она остановилась, развернувшись лицом к лицу. — Ты спал со мной всю ночь, не давая двигаться. Вчера нëс пьяный бред, флиртовал с какими-то девками. А сейчас ты заходишь ко мне в душ, где я стою чуть ли не голая и хочешь, чтобы я это забыла. Ты совсем дурак?
— А Надя приревновала, походу. — зевая, вышел Гена из комнаты. — И вам доброе утро.
— Не ревновала я. Просто бесит, что он флиртует со всеми.
— Это и есть ревность, кроха. — провëл Киса пальцем по подбородку девушки, нахально улыбнувшись.
— Господи, успокойтесь уже. — из комнаты появился Мел. — Даже поспать нормально не дают.
— И тебе доброе утро. У нас просто в компании истеричка появилась. — Киса притянул Надю за талию. — Как мартовский кот орëт и орëт, орëт и орëт.
— Это я мартовский кот? А сам кто ночью руку свою... — не успела договорить Надя, как вдруг еë губы накрыли чужие. — Ну ты и паршивец. — сквозь поцелуй проговорила она.
— Да молчи уже. — ответил Киса, сильнее впиваясь и прикусывая мягкие губки девушки.
Ребята смотрели на это и ничего не могли сказать. Когда пара оторвалась друг от друга и Надя убежала на кухню, она выкрикнула:
— Придурок!
— Ты на каждый поцелуй обзывать меня будешь? — ответил Киса, на что Хенк спросил:
— Каждый? Я что-то пропустил? — парни переглядывались, не понимая, что происходит. Они все вдруг посмотрели на Кислова, на что тот отмахнулся, промямлив, вроде: «Без вопросов». Он убежал на кухню, закрыв за собой дверь.
— Опять ты.
— Опять я, а ты против? — Надя разбивала яйца в тарелку и смешивала их с молоком. — Что готовишь?
— Булочный омлет. — Кислов встал сзади, обняв еë за талию. — Ваня, не мешай. — она оттолкнула его руки.
— Почему ты такая бяка? — обидчиво произнëс он. — Может, я тебе предложить что-нибудь хотел.
— Переспать? Спасибо, не интересует. Иди к своим там девушкам. — Киса резко разворачивает Надю к себе.
— Я не понимаю, что с тобой? Ты то любишь меня, заботишься и проявляешь тепло, то обливаешь меня холодом. — он приблизился к лицу. — Мы ведь вчера всë разрешили.
— Что разрешили? Мы пришли хоть к чему-то? — ответа не последовало. — Я уверенна, ты любишь меня только под кайфом или на пьяную голову.
— Я щас на колени встану. — серьëзно произносит парень.
— Даже не думай. — она отвернулась, чтобы достать батон и, повернувшись, увидела Кислова на коленях. — Быстро встань.
— Надь, ну дай мне шанс, прошу. — он упирался, всë приземляясь на колени, когда она пыталась поднять его. — Будь моей...
— Очередной игрушкой? — разочаровано продолжила она, смирившись с тем, что парень на коленях.
— Пожалуйста, не перебивай. — он схватил еë за руку. — Будь моей девушкой.
— Вань... — она думала. Перебирала все варианты в голове.
«— Я не представляю, как к тебе подойти, что тебе сказать. Я боюсь спугнуть. Я не умею вести себя так, чтобы быть достойным для тебя. Я чересчур резок, нахален. Да и просто я человек не тот, кого бы ты любила. Просто не представляю, что я должен сделать, чтобы ты полюбила меня. »
«— Ты мне и такой нравишься. Я просто виню себя за то, что влюбилась в тебя так быстро.»
«— Мне всë равно как давно ты вышла из отношений, меня это не волнует. Я больше переживаю за то, будем ли мы вместе или я так и буду мучаться. Я ведь впервые люблю. »
— Дюш. Скажи хоть что-нибудь... — уже мучительно промычал парень. Девушка протянула ему руку, чтобы тот встал и он, наконец-то, поднялся.
— Я согласна. — улыбнулась она, чувствуя, как осколки внутри убывают от его объятий.
— Обещаю, я тебя не подведу.
По квартире разлетелся запах вкусного завтрака и парни сбежались на кухню. Девушка разложила всë по тарелкам и, усевшись, громко заявила:
— Я хочу всех вас познакомить с моей мамой. — не успев услышать ответ, она продолжила. — Нужно быстренько убраться в доме и спокойно ждать прихода мамы. Всем ясно?
Ребята кивнули головами и продолжили завтракать, после чего, встав все вместе, начали расходиться по квартире.
Мел мыл посуду и столешницы на кухне. Хенк пылесосил пол. Гена заправлял кровати и клал вещи по местам. Киса убирал пыль, а Надя намывала ванную комнату и туалет. Вдруг из маминой комнаты раздался крик:
— Дяна, срочно сюда! — позвал еë Киса. Когда девушка подошла, он протянул рамку с фотографией. — Что моя фотка делает у твоей мамы? — на фотографии стояли две женщины, а спереди них маленькие мальчик и девочка, что целовали друг друга в губы.
— Это моя мама со своей подругой. А тут я целую еë сына. Он мне очень нравился в два года, мы были всегда вместе. — смеялась она, как вдруг до неë дошло. — Твою мать...
— Ты мать мою не трогай. — но тут уже и в голове кудрявого пронеслась та же мысль. — Это что, мы?
— Видимо... — Волокитина полезла в фотоальбом, где обнаружила фотографию с детской площадки. Там уже было три ребëнка. Маленький Ваня держал за плечо белобрысого мальчика, пока Надя каталась на качелях. — А это, по всей видимости, Боря.
— Меня звал кто-то? — заглянул в комнату Хенк, услышав своë имя. — О! Это же я с Ваньком! Откуда у тебя эта фотка?
— А я на качельках качаюсь, вон там, сзади. — они переглянулись.
— Мы с детства знакомы, получается. — закончил мысль Кислов, продолжая убирать пыль тряпочкой.
Спустя пару часов приехала мама Нади и девушка была очень рада пригласить еë к столу, где уже сидела компания.
— Здравствуйте. — одновременно проговорили они.
— И вам привет. — Ирина села за стол и, приглядевшись, спросила. — Гена, ты что-ли?
— Да, я. — посмеялся парень. — Вы не поверите, но тут ещë Ваня Кислов и Боря Хенкин.
— Дюша, ты решила сыновей маминых подруг собрать? — улыбнулась женщина. — Дайте хоть вас обнять. — она встала и обняла ребят, которых знала. — Ирина Владимировна. — протянула она руку Егору. — Извини, с твоими родителями не успела познакомиться.
— Егор, приятно. — улыбнулся он. — Ничего, не обидели.
Семейный вечер обещал быть долгим. Пусть мама и устала после работы, она была искренне рада встрече с друзьями дочери.
— Ой, а ты помнишь как ты Ванечку любила? Постоянно с ним обнималась и целовала его. — сказала мама, вспоминая былые времена.
— Они и сейчас так делают. Только уже Ванëк бегает за ней. — рассмеялся Хенк, после чего прикрыл рот ладонью.
— И как давно? — удивилась мама, глядя на дочь.
— Мы сами не знаем. — сказал Егор, посмотрев на друзей.
— С сегодняшнего дня. — гордо ответил Ваня. — Она сопротивлялась, конечно. Но цветы помогли.
— Так это ты ей цветочки дарил? — Ирина Владимировна повернулась в сторону Нади и искренне улыбнулась. — А ты всë «неважно, неважно».
— Ну ма-ам... — протянула она.
— Признавайтесь, где были вчера? Я же знаю, что пришли вы намного позже, чем Надя мне писала. Да и квартира вся убрана. Значит, провинились.
Волокитина с полной уверенностью в глазах и голосе ответила:
— Были на тусовке, выпили, вернулись поздно, пригласила ребят к себе. Переночевали, позавтракали и убрались.
Ребята ошеломлëнно разинули рты, ожидая, что совсем скоро их отчитают. Им было не понятно только одно. Как Надю после этого не закроют на домашний арест?
— Молодцы. Что пили? — совершенно спокойно спросила мама.
— Лично я пила коктейль «Душа бармена». Ваня, оказывается, бармен. — посмеялась девушка, пока парни напряжëнно слушали разговор.
— Ничего себе. — она повернулась к Ване. — А пина коладу делать умеешь? — он покачал головой. — Слушай, у меня день рождения скоро, не хочешь барменом побыть? Обещаю не большое меню и хорошие чаевые.
— Мам, я не думаю, что Ваня...
— Я не против. Заодно будущую тëщу ближе узнаю. А про меню не беспокойтесь, я знаю рецепт около ста коктейлей. — у него заблестели глаза. — Если нужно будет, ещë столько же выучу!
— Отлично. Тогда через Дюшу всë передам. — Ирина улыбнулась. — Ладно, вы посидите, до скольки хотите, я пойду полежу, а то устала очень после смены.
— Да, конечно, мам, иди. — Надя отошла вместе с мамой до еë комнаты.
— Зайчонок, ты предупреждай только в следующий раз, что у нас гости будут. — она чмокнула дочь в висок. — Если что, я не против, чтобы Ваня у нас ночевал.
— Спасибо. Люблю тебя.
— И я. — дверь захлопнулась на щеколду и Надя побежала к ребятам.
— Вань... — Дяна подбежала к парню и запрыгнула на его торс, начав целовать всë лицо. — А мама не против, если ты у нас оставаться будешь.
— Опять на матрасе спать? — уныло протянул он.
— Будто ты на нëм спал. Пойдëмте в комнате у меня посидим. — ребята кивнули и пошли за Кисой, что нëс девушку на руках.
Посидев ещë пару часиков, Гена, Хенк и Мел ушли, а Кислов остался. Надя ушла в ванную делать вечернюю рутину и вернулась с двумя масками для лица в руках. Она вопросительно взглянула на парня, на что он ей ответил:
— Ну я же не пидорас какой-нибудь. Надь, ну нет. — он брезгливо осмотрел маски.
— Ну пожалуйста, Вань.
— Ты утром была хуже грома, я подойти боялся, а теперь ты милоту мне суëшь. Что за бред вообще, что это? — он взял одну маску и внимательно осматривал со всех сторон. — Куда это лепить вообще?
— На лицо. Это маска, она кожу увлажняет.
— Фу. — он откинул еë дальше от себя. — Давай ещë, накрась мне ногти, сделай макияж и платьице дай.
— Вань. — девушка повернулась. Тканевая маска уже лежала на еë личике.
— Да лепи уже. — смерившись, хоть всë ещë нехотя, проговорил он. Дяна открыла маску и, сев прямо на торс парню, положила маску на лицо, выпрямляя еë. — Ладно, такая поза мне нравится. — ухмыльнулся парень, усаживая девушки ниже, накрыв ладонями её ягодицы.
В комнату вошла мама:
— Не смогла свою кофту найти, ты не брала случайно? Ой, простите. — все в комнате мигом засмущались. Но Надя быстро, протрезвев голову, вскочила с Вани и достала из шкафа кофту.
— Она? — девушка протянула вещь.
— Да, спасибо. — Ирина улыбнулась, тихонько прошептав: — Только предохраняйтесь.
— Вы не так всë поняли. — не успел договорить Ваня, как мама покинула комнату.
— Всë она правильно поняла. Просто неловкий момент, бывает.
— А когда вы с Лëшей?...
— Мы не занимались сексом. Никогда. — перебила его Ваня. — Я не хотела и не давала. Мама думает, что уже было. Так что забей.
— Извини. А могу узнать, почему? — спросил вдруг парень. — Я в плане, почему ты не хотела? Мне казалось, девушки всегда рады отдаться любимому. Да и не только.
— Не знаю. Не доверяла, наверное. Первые отношения и всë такое.
— У тебя никогда не было, что-ли? — удивился Киса. Надя покачала головой:
— Ну давай, беги к девочкам, которым не впервой. — как отрезала она. — Поэтому и не хотела сразу заводить с тобой отношения, зная, насколько опытен ты.
— Знаешь, ты первая девушка, которую мне не хочется сразу взять. — парень задумался. — Я впервые люблю и хочу заботиться о человеке, а не просто пользоваться телом.
— Сочту за комплимент, пожалуй. — Надя сняла свою маску, а затем Ванину и выкинула их в мусорку.
— Согласен, прозвучало тупо. Но, что поделать, это же искренне. — девушка сделала массаж своего лица, после чего, опять сев на парня, начала пальчиками втирать оставшееся от маски в его кожу. Казалось, совсем чуть-чуть и он замурчит. Но Дяна встала, выключила свет, и легла рядом. — Ладно, было кайфово.
— Ну и отлично. Спокойной ночи.
— И тебе. — ответил Киса, занося свою руку на талию девушки. — Сладких снов.