Ангел крови

Флоренция. Квартира Демьяна.
Оливия.

Слезы продолжают стекать по щекам, пока мама кричит на меня. Ей только и нужно сорваться на меня. Демьяна нет дома. Он давным-давно уехал, а я осталась в его квартире одна с дочерью. Я надеялась на покой, но моя мамаша решила испортить настроение и себе, и мне, и Эмили. Дочь плакала от того, что плачу и я и её бабушка кричит. Уши закладывает. Я не понимаю что мне делать. Давление матери оказывает на меня дурное влияние.

— Ты сволочь, Оливия! — кричала мать, ударяя кулаками в стол. — Сволочь! Дура! Расставайся с этим никчемным Демьяном! Иначе ты знаешь, что произойдёт.

Слова мамы током ударили в душу и я прижала Эмили к себе, пытаясь успокоить хотя бы ребёнка, если не себя!

— Демьян лучший мужчина! Я люблю его. Эмили его любит. Оставь нас в покое, мама, — уже тише говорю, вытирая слезы дочери.

— Он мудила, — процедила она сквозь зубы. — Не богат. Данте намного богаче! Чего тебе с Данте не жилось?! Нет, следует перескочить к другому, чтоб Данте стало на тебя наплевать и ты упустила мужика.

Молчу. Глажу Эмили по золотистым волосам. С момента пребывания сюда всё чаще мама появляется и доводит, пока нет моего мужчины в квартире. Нос щиплет и болят глаза. Я устала. Устала с ней спорить. Устала постоянно ругаться. Я держу маленькую дочь, неспокойно сидящую на моих коленях, медленно покачивая и гладя по голове. Мама продолжала кричать. А мне плевать. Мне важнее спокойствие ребёнка.

— Я ради твоего счастья, неблагодарная, подговорила Алессию вывести Эвелину на эмоции! Я знала, что эта прошмандовка убьёт Бенедетти, и я рассказала об этом, от смерти у Данте отношения с этой семьёй, так ещё и с Вилларе ухудшатся! И я рассчитывала, что он её бросит! Я ради тебя, Оливия, пошла на зло, я хочу твоего счастья, дура же ты!

— Дура здесь только ты, дорогая мамочка! Я никогда не делала ужасного Эвелине, я смирилась, что Данте с ней и я за них искренне рада. И обрела я своё счастье с Демьяном, если ты не собираешься принимать его, то извини, тебе нечего делать в нашей квартире!

Не обязана я глотать эмоции! Надоело терпеть выходки мамки! Мне плевать, что она вякает поганым языком. Пытаюсь говорить вежливо, но получается с ужаснейшим трудом. Мне хочется просто покрыть её трехэтажным матом и побыстрее избавиться. Загвоздка, что я воспитанная девушка и, к великому сожалению, уважаю психически больную маму. Давление воздуха сжимает так, что я теряю осязаемость. Я выпустила Эмили, указав ей идти в свою комнату, но была бы моя воля, я бы не отпускала её никогда.

— Совсем не слышишь мать. Я выполню своё обещание, Оливия. Что ты скажешь на это?!

Мать схватила Эмили и приставила большой кухонный нож к горлу ребёнка, который схватила со стола. Нет!

— Отпусти её!

Я закричала. Верещала истерично. Материнское сердце предательски затрещало. Я подхожу ближе. Мои глаза сияют яростным огнём. Я сама убью мать, если она причинит хоть малейший вред моей дочери! Чокнутая мамаша надавила на рукоять ножа, прижимая лезвие ближе. Нет-нет! На глазах Эмили навернулись слезы и она испуганно смотрит по сторонам. Истерит и дрожит от страха. Кончики пальцев задрожали и я сама дрожу от боязни за ребёнка.

— Я отпущу её и не стану убивать, — вальяжно произносит мать. — С условием.

— Я сделаю всё, что ты захочешь, только, пожалуйста, отпусти мою дочь!

Падаю на колени. Я не могу позволить убить частичку меня. Это ужасное чувство для матери. Ужасно, когда её ребёнок умирает на глазах матери. Я не хочу чувствовать это. Не хочу видеть. Одно из жестоких наказаний мам, любящие своих детей. Я любой ценой оставлю Эмили живой! Умру за неё сама! Я жмурюсь и сама не выдерживаю напора. Слезы стекают по щекам. Я нашла в себе силы поднять глаза на мать и вновь проговорить: «Отпусти Эмили, мама». На лице психички расползается улыбка победителя убийцы и полное отсутствие любви и хоть капельки совести или сожаления. Эмили не унимается, она рыдает. Кричит. Зовёт…

Папу.

— Ты расстанешься с Демьяном. Данте вновь станет отцом Эмили и вы втроём будете жить долго и счастливо. Я избавлюсь от Эвелины. А ты никому, ублюдочная, никому не смей рассказывать ничего! Ты знаешь, что у тебя прослушка. Не в телефоне, милая моя, даже не пробуй пытаться выбросить его. В твоём теле вживлëн чип. Я слышу всё, что происходит вокруг тебя. Ах, да, ещё вижу кому и что пишешь. И знаю твоё местоположение. Раз ты не хочешь, чтоб твоя мелкая Эмили и другие люди пострадали до летального исхода, то молчи в тряпочку!

Она небрежно бросила Эмили в мою сторону и я словила её, сжимая её в судорожно вздымающаяся грудь. Мать усмехается, смеётся с моёй слабости и кинула нож на пол, уходя прочь из квартиры.

За что мне всё это? Мною слишком легко управлять!

Не время думать, Оливия! Я должна успокоить Эмили. Малышка плачет и прижимается ко мне. Шепчет мама и папа. Господи. Моя маленькая. Её психика уже начинает страдать. Нет, умоляю, я не хочу, чтоб она боялась! И никому я не смогу рассказать. Бережно поглаживая малютку по волосам, я покачиваю её. Данте, ты уже умный человек, догадайся насчёт всего и избавь нас всех от психички. Спазм напряжения спал и Эмили потихоньку успокаивается, но продолжает звать отца. И кого мне пригласить? Она называет отцами и Демьяна, и Данте.

Моя маленькая девочка, я обязательно что-нибудь придумаю. Моя маленькая Эмили. Моя частичка. Та, ради которой я сверну горы. Любая хорошая мать сделает всё для счастья ребёнка, свернёт горы и пойдёт на всё, лишь бы дите улыбалось. Я обещаю, что защищу Эмили. Я смогу предпринять что-то и избавить дочь от психологических страданий.

***
Данте

Однажды она пришла в мою жизнь так неожиданно, поменяла меня кардинально. Она сделала из бабника однолюба и больше никогда не уйдёт, ведь я не отпущу ее. Никогда. Я навеки её. В плену у единственной женщины криминального и обыденного мира. Вовлечено наблюдаю за любимой женщиной в моей жизни. Одна она позволяет мне чувствовать счастье и радость. Эвелине стало легче и боль в животе из-за природной менструации ушла, а сладости задобрили и сняли спазмы. Она заняла себя сборкой вещей в Лас-Вегас.

Девушка включила на телефоне песню. Я не знаю её, но звучит столь нежно и приласкала слух. Эвелина кружилась в ненавязчивом танце, неспешно складывала вещи в нежных танцевальных движениях в чемодан. Плавно, словно плывет по воде, как белоснежный и невинный лебедь. Она и есть невинная девушка, моложе меня. Разница во все десять лет, но так незаметна.

— Одеться более закрыто? Открыто? Платье или брюки? Что мне надеть? — воодушевленно таранит она.

Эвелина вытаращилась на меня, пока я стоял на пороге спальни и упирался в косяк плечом. Она прикладывает к себе разные вариации одежды. Без одежды было бы куда лучше — внезапно промелькнула мысля. Чертовски открытый топик, где соски будут видны; короткие платья чёрных и кровавых оттенков, длинные юбки белого и голубого пигмента, обыденные футболки и штаны.

— Одевайся так, чтоб все ахуели. Ахуели от твоей безвозмездной красоты. Подчеркни её и не скрывай ничего.

Выпрямляюсь и подхожу к девушке. Захватил хрупкое создание мира в объятия, защищающие её от опасности криминального бизнеса её мужчины. Ангел взглянула на меня, и я оставил влажную дорожку поцелуев от виска до губ, но уловил мешающий звук прихода сообщения. Недовольно буркнул и оторвался от любимой.

— Собирайся, скоро вылетаем.

Она только гукнула и я вышел из спальни. Ушёл на кухню и взглянул на экран телефона с сообщением. Оливия? Глаза пробежались по среднего размера тексту и я впал в сущий ужас. Клара, блядь. Блядская Клара! Подговорила Алессию, чтоб я кинул Эвелину? Максимально тупой план избавиться от моей женщины. Да, мои отношения с семьёй Бенедетти и Вилларе, которые называют себя Грифами, действительно ухудшились и между нами завязалась война. Неудивительно, она и раньше была и рано или поздно вновь бы началась. Не ступаем на территории друг друга и никаких проблем. Я читаю дальше и жилки на теле напрягаются с такой силой, кажется, что вот-вот лопнут от напряжения! Клара подставила нож к горлу Эмили и пообещала убить её и других, если Оливия хоть что-то кому-то расскажет. Я сжал телефон в руках. Поиски Клары в срочном порядке нужно ускорить. Дальше — хуже!

***
Эвелина

Я спокойно складываю вещи и слышу разъярённый крик Данте. Адресовано не мне, он с кем-то разговаривал по телефону и приказывал немедленно отыскать Клару Брук. Неизвестна мне информация, я и не горю желанием знать что-либо. Спокойненько складываю вещи в Лас-Вегас, нам лететь целых двенадцать часов, не меньше! Слышится сплошь мата и ядовитой злости. Он готов перебить всю посуду на кухне? М-да, мафиозники они такие. Злые. Но никогда не тронет меня и ни за что не сорвётся на меня как бешенная собака с цепи.

Я закрыла чемодан и поднялась с пола, вглядываясь в интерьер комнаты. Уезжаем мы всего на пару дней. Поиграть, отдохнуть перед перелётом назад, и вернуться домой. Данте вновь возьмётся за работу и станет пропадать с утра до ночи. Я стараюсь не расстраиваться. Без его работы я бы не жила настолько обеспеченно. Он же не изменять уезжает. Я доверяю ему. Доверяю больше, чем себе. Знаю, что он верен мне как пёс. Он как мощь скалы, к которой хочется прижаться и не отрываться, остаться навеки. Я обошла кровать и вышла в коридор, встав перед большим и идеально чистым зеркалом. Покрутилась перед отражением в мыслях. Одеться так, чтоб все ахуели и упали от моей красоты. Года четыре назад Данте, возможно бы жутко ревновал, если бы я откровенно вырядилась, но сейчас он просто выколет глаза тем, кто взглянет искоса. Он здоровый ревнивый собственник. Я улыбаюсь помыслам и уже знаю, что надеть!

Длинное теплое платье кровавого цвета оказалось одним из лучших решений. Я вышла из машины и схватила локоть мужчины. Без пятнадцати шесть вечера. Платье достигает до щиколотки и я в тёплых сапожках, вдобавок в зимнем пальто чёрного цвета. Поправляю закрученные волосы и шагаю в одну ногу с мужчиной.

— Не отходи от меня ни на шаг, ангелочек, — сурово и неожиданно, словно гром среди ясного неба, шепчет Моретти. — Поняла меня?

— Почему? — не унимаюсь я.

— Казино место азартных игр, где многие пьют алкоголь и не в себе в пьяном виде. Тебя любой может схватить и не хочу представлять, что произойдёт после. Держись около меня. Пистолет при тебе. Убивать если будешь, то быстро и без сожаления.

Моретти вжал меня в себя настолько сильно, что чувство, будто мои кости прямо сейчас треснут из-за переизбытка сил. Двери большого здания распахнулись, и мы вошли в огромное помещение. Данте моментальный жмёт руку незнакомцу для меня. Не особо волнует. Я бегаю глазами по залу. Такие размеры последний раз я видела в семейном особняке Моретти. Разноцветность придаёт казино атмосферу клуба.

— Блэкджек? Покер? Крэпс? — голос незнакомого мужчины не очень то и приятный, но я, пожалуй, потерплю, нежели открою рот и ухудшу отношения Данте с ещё каким-нибудь партнёром.

— Покер.

Данте определился достаточно быстро. Он о чём-то разговаривал с парнем, однако, я не слушала. Мне неинтересно. Черт. Хочется пить. Что-нибудь прохладного. Я поднялась на носочки и прижалась к уху брюнета как можно ближе, не желая разговаривать чересчур громко. Лучше побуду немного паинькой, не время показывать характер. Я быстренько произнесла свою маленькую прихоть и Данте без вопросов сменил диалог с мужчиной, приказывая принести мне безалкогольный коктейль в зал третий.

Повела плечами и покорно направилась в третий зал, куда меня повёл Данте. Мы зашли и первым делом в глаза впились фигуры. Мужские фигуры. И их трое. Я устроилась рядом с Данте на одном из удобных, на мой взгляд, кресел.

— Будешь показывать мне карты, — указал Данте, взяв стакан ликёра, который ему преподнесла официантка, а мне достался коктейль.

Я смеюсь.

— Зачем? Чтоб ты обыграл меня?

— Помогать буду. Впервые же играешь, — чуть тише произнёс.

— Я сама могу составить лучшую комбинацию из карт.

— Я сказал: нет. Потом, может, в раунде так третьем будешь сама.

Я возмущённо закатила глаза, но решила промолчать. Не буду устраивать семейные разборки у всех на глазах.

Игра началась.

Пять карт на столе. Две в руке. У каждого имеются фишки, и уже поставили ставки. Я осматриваю карты и Данте параллельно думает за себя и за меня. Как говорится, муж и жена — одна сатана.

Один парень, блондин, лет сорок ему на вид, то и дело, что щурил брови и злился, но молча. Видимо, не удаётся составить удачную комбинацию, чтоб не потерять владения. Он стискивал челюсть и жаждал поскорее отыграть деньги. Много денег. Он помешан на них и пришёл сюда исключительно для выигрыша, а не обыденного расслабления после рабочей суматохи.

Второй, шатен, он моложе блондина, ведёт себя ехидно. Он старается держать клоунскую улыбку во все тридцать два зуба. Закрывает лыбу ладонью, якобы просто упёрся подбородком в ладонь или чешет длинные усы. Господи, кто такие сейчас носит? Давно вышло из моды! Он чуть ли не хихикает и старается подглядеть масти других карт, но те тщательно скрывают их.

Третий, лысый, думаю, самый молодой, не считая меня, выглядит непонятно. У него смешанные чувства и присутствует легаты страх с испариной на лбу. Видимо, впервые играет в покер и ему страхово просрать все деньги, заработанные честным трудом.

Данте же выглядит абсолютно спокойным. Похуистическое отношение ко всему на свете, кроме меня, конечно же! Он потирает туманные из-за слабого опьянения глаза и осматривает все варианты для составления одних из сильных комбинаций.

Напряжение в зале растёт точно также, как и ставки во время игры.

Нашим раздумьям не более пяти минут, как внезапно слышатся звуки выстрелов за пределами покерного зала. Я вздрогнула. Нет, нет, опять? Опять стрельба?! Не устали уже стрелять в нас все? Я мёртвой хваткой вцепилась в плечо Данте и вжалась в него. Мне страшно. Голова заболела, будто ударилась или меня ударили огромным кирпичом. Конечности похолодели и задрожали. Неужели вновь всё повторяется? Вновь будет кровь на мне? На Данте? Опять очнемся в больнице?!

— Доставай пистолет, держи его подготовленным и выходи строго за моей спиной, не смей выбегать вперёд или в сторону, я выведу тебя из здания, — рявкнул мужчина и поднялся с кресла.

Нет-нет-нет! Пожалуйста, можно мы просто переждем здесь или выбьем стену?! Моретти вытащил из пояса серое оружие, пока я послушно следовала за ним. Он завёл одну руку за спину и безукоризненно обхватил моё запястье большими пальцами. Я приподняла юбку платья и вытащила из кобура пистолет. Двери открылись и мы медленно вышли. Ничего нет. Всё как было, так и осталось.

— Это что? Шутка такая? — шёпотом злился Данте, идя вперёд.

Люди, как ни в чем не бывало, продолжают играть, разговаривать, пить, заказывать. Что за дичь то творится?!

Мы встали посреди холла и Данте призвал меня к себе, гневно осматривал зал и жаждал прикончить на месте никчемных шутников. Но замечаю незнакомых людей в масках. В масках и с пистолетами в руках.

— Трое слева. Двое сзади. Пятеро справа, — едва слышно предупреждает мужчина, хмуро осматривая зал.

— Один позади тебя. Двое в левом углу ближе к покерному столу.

Щурюсь. Оглядываюсь, пытаясь не подавать никакого подозрительного вида. В любой момент начнётся стрельба. Пистолеты уже готовые. Прелесть! Кровь на руках и между моих ног. Джекпот!

Неожиданно обрушился в мозг возглас мужчины, объясняющий, кто все эти люди, в неподходящий момент объявившиеся в казино.

— Люди Бенедетти и Вилларе.

— Вилларе?

Мне неизвестна эта фамилия

— Вилларе французская семейка. В её владениях вся Франция, как в моих вся Италия. У нас давно идёт война и мы зачастую перестреливались. Однако у нас есть общий доход, где мы смогли договориться и поставлять другим оружия через наш, иными словами мой, порт, в другие мафиозные кланы, с которыми я сотрудничаю, Вилларе сотрудничает, Бенедетти и другие. Вилларе и Бенедетти ощущаются как муж и жена, друг за друга убьют и даже глазом не моргнут. Ты убила дочь Бенедетти старшего и теперь, помимо Бенедетти, будут ненавидеть и Вилларе до конца наших дней. Блядь, голову вниз!

Крик Данте вышел настолько оглушительным, что я не успеваю анализировать ситуацию и инстинктивно склоняюсь, пока Данте закрывает меня собой. Своими руками. Своей спиной и оказывает защиту. Боже. Дура! Я должна сама его защитить от пуль! Не успеваю среагировать, как появилась плотная и густая дымка, будто в тумане, и мы очутились за массивными дверями неизвестного зала. Слезы навернулись на глаза. Это всё страх. Я боюсь за Данте. Он запер дверь на все защёлки и забаррикадировал вход столом, диванами, стульями, креслами. Как мы выберемся отсюда?!

Выстрелы огнестрельного оружия. Всхлипываю и открываю рот, чтоб спросить о дальнейших планах, но он моментально затыкает мне рот рукой и вжимает спиной в стену, ясно показывая, что нужно быть тихой как мышка!

— Благодарим владельца казино, который в качестве шоу для этих мудаков додумался дымку распылить, чтоб мы скрыться смогли. Я придумаю, каким образом мы выберемся отсюда, а пока что веди себя тихо, не нужно, чтоб знали, где мы находимся.

Он шипит мне в губы. Я поджимаю их и спускаю глаза в пол. Господи. Я вновь чувствую давление в груди. Узнаю это чувство. Чувство вины! Это я заставила Данте тащиться сюда, ради какой-то не стоящей нашей жизни и внимания игры! Сдерживаю слезы, но, кажется, я готова потеряться во тьме.

******

УРА, Я ДОПИСАЛА ГЛАВУ, Я СЧАСТЛИВА!!
И вы счастливы, поэтому добиваем 10 тысяч голосов и 200 тысяч прочтений.
А для полного счастья подписываемся на телеграм канал, там много интересного!

https://t.me/adelinawri