В огне

  До армии мы не были знакомы, и раньше я никогда не встречал людей, подобных ему. Людей, которые на первый, неискушённый взгляд казались сильными и неуязвимыми, но внутри были абсолютно сломленными. Его пухлые, вечно шелушащиеся губы всегда были растянуты в лёгкой, то ли насмешливой, то ли совершенно безобидной ухмылке, в то время как глаза, зелёные, цвета винограда, окаймлённые коричневыми веками, были безжизненно стеклянными. Сначала я даже подумал, что он каким-то неведомым образом находится в глубоком наркотическом опьянении... Можно ли себе это представить? Он всегда был странным человеком. Ни с кем не разговаривал, но и не грубил. Однако меня поражало то, что, будучи человеком ростом в шесть с лишним футов, изборождённым шрамами и татуировками, иногда даже начальника заставляющим остолбенеть, он патологически боялся спать. Именно боялся, а не не мог уснуть. Он лежал на спине, заложив руки за голову, и пялился в потолок опустошённым взглядом...

  Помню, когда мы только вошли в казарму, он произнёс весьма неоднозначную, любопытную и нелепую для меня фразу: «Ах... а я и забыл, что в армии все спят в одном помещении».

Позже эта фраза потеряла для меня даже ту малейшую смысловую нагрузку, которую имела, потому что в дальнейшем с его уст часто срывались подобные несвязные или несвоевременные высказывания. Однако, каким бы невразумительным и сумасбродным ни было его поведение, это нисколько не умаляло его боевых качеств. Он был уникальным солдатом, обладающим титановым упорством и непревзойденной выносливостью. Но самое главное - беспрецедентной меткостью.

  Я никогда не представлял себя солдатом. С детства мечтал стать врачом и помогать людям. Часто смотрел в зеркало и вместо потрепанной толстовки представлял на себе белоснежный халат. Я ждал, когда наконец сдам последние экзамены, чтобы подать документы в медицинский.

Но все оказалось не так просто...

— Харли, ты издеваешься? Зачем ты меня сюда привел?
— Успокойся, успокойся! У меня здесь знакомый работает, ничего не поделаешь. Не переживай, это ненадолго. Я объясню ему ситуацию, он все уладит, и мы уйдем.
— Черт возьми, и что мне здесь делать все это время? Смотреть, как туда-сюда ходят обнаженные задницы?
— Не кричи так! Если тебе неприятно, просто отвернись или закрой глаза. Но не выходи, они могут тебя заметить. Я быстро, туда и обратно.

  Эта ночь была по-настоящему безумной. Парни, с которыми мы повздорили, преследовали нас от музея иллюзий до самого Центрального Вест-Энда. Я был в ярости и наговорил им кучу всякого дерьма... пока этот недоумок не привел меня в один из самых «раскрепощенных и вседозволяющих» районов Северной Америки. Не знаю, чем он думал, но это явно была не голова и точно не то, что находится внутри нее.

Как он мне и предложил, я стоял у распахнутых дверей, прикрывая лицо руками, терпеливо ожидая, пока за моей спиной не раздался низкий, раскатистый и хриплый голос отца:
«Коди... Мэйсон... Спрингер...».

В голове прозвучало четко и ясно:
«гребаное дерьмо...».

Я медленно обернулся и тут же встретился с его неподвижным, исступленным взглядом.

⁃ Пап, подожди, ты не так всё понял... 
⁃ Ты мелкий неблагодарный ублюдок! Я придушу тебя!

Это был стартовый выстрел. Дальше не было ни малейшего смысла оправдываться. Оставалось только бежать. Я помчался в тёмный переулок, надеясь запутать его, но быстро врезался в мусорные баки и свалился на землю. Отец уже хотел проломить мне голову, когда Харли, вовремя заметивший моё отсутствие, встал передо мной и с диким хохотом начал нести чушь:

⁃ Погодите, мистер Спрингер, прошу! Он не виноват! Это я! Но это не то, о чём вы подумали!

⁃ Ах ты засранец, оставь эту херь для идиотов вашего возраста! Даже не пытайтесь провести меня!

⁃ Нет-нет, что вы? Пожалуйста, мистер Спрингер, это была полностью моя инициатива, клянусь вам! Если ищете, кого отметелить, то меня!

⁃ Паршивец, тебе смешно? Убери его нахер, Коди, пока я и ему чего-нибудь не сломал! Говнюки бесстыжие! Сволочи дешёвые! Мрази! Убью!

И он, черт побери, ругался всю дорогу, не затыкаясь, пока мы не дошли до дома. Там он меня хорошенько встряхнул и рявкнул, что о никаком университете я теперь даже думать не смею. Армия. Только, сука, армия.

Это была его больная тема. Но насколько это было разумно? Если он подозревал меня в гомосексуальности, то логичнее было бы отправить меня в место, где большинство составляют женщины. Вот это была бы настоящая "конверсионная терапия". Но нет, он решил запихнуть меня к толпе мужиков... Ладно.

Я ничего хорошего не ждал от службы в армии. Для меня это было как стоять в углу или сидеть под домашним арестом. Я не хотел даже вспоминать об этом эпизоде в своей жизни, не говоря уже о знакомствах и друзьях.

Но Логан...

В этот предрассветный час все мои прежние установки окончательно рухнули. Я приоткрыл глаза и повернулся на другой бок, уже намереваясь спать дальше, как вдруг увидел, что он снова просто таращится в потолок, с лицом, излучающим отрешенность и задумчивость.

«Нет, Коди, это не твое дело. Не нужно лезть к людям, если они этого не просят. Просто спи дальше. Спи и всё».

Но, конечно же, я не уснул.

— Нельзя так безрассудно пренебрегать сном!

Он продолжал лежать отвернутым. Он отвернул голову еще, когда увидел, что я повернулся к нему. Тогда я оторвал кусок бумаги из своего блокнота, смял и кинул в него.

— Эй!

С недоумением он медленно посмотрел на меня и спросил, приподняв уголок губ:

— Ты мне?

— Да, тебе. Если у тебя что-то болит, почему ты не обратишься к медикам?

Теперь он улыбался во весь рот.

⁃ У меня ничего не болит. 
⁃ Тогда почему ты не спишь? 

Он тяжело вздохнул, сел и задумчиво почесал затылок. 
⁃ Просто не хочу спать. Это занятие кажется мне бесполезным. 
⁃ А разве полезнее намеренно его избегать? 

Я задумался, стоит ли ему что-то объяснять, учитывая его характер. 
⁃ И меня зовут не «эй». 

Это замечание было настолько неуместным и неожиданным, что я сразу не понял, о чем он. 
⁃ Что? 
⁃ Мое имя не «эй». Я же представлялся. 
⁃ Мне ты не представлялся. 
⁃ Нет, но в пункте приема и оформления говорил. Неужели ты не запомнил? Это немного обидно... 

Конечно, я понимал, что он не всерьез, но все равно почувствовал легкий укол совести. 
Как же... На Д или на Л. Л... Л... Л... Черт! Я настолько был зол на всю эту ситуацию, что не обращал внимания ни на что. 
Тем не менее, я не хотел признавать свою «вину», поэтому нахмурил брови и с укоризненной улыбкой спросил: 
⁃ А ты помнишь мое?

⁃ Помню, – ответил он с совершенно спокойным голосом. – Коди Спрингер. – Он начал перечислять, указывая пальцем на койки ребят: – Джэйк Гарбер, Док Дуэйм, Ли Хорсли, Маркус Хендерсон... Я помню все ваши имена.

Сказать, что я был удивлён и полностью повергнут – ничего не сказать. Я поджал губы, чувствуя, как в груди поднимается волна раздражения и стыда.

⁃ Логан. Меня зовут Логан. – Сказал он гордо и грозно.

В тот миг это имя словно выжгли на внутренней стороне моих век. Я был уверен, что с лёгкостью забуду даже собственное, но его... Нет. Больше никогда.

Логан Нидермайер. Уроженец Камдена, великолепный стрелок и чудаковатый парень... Почему в тот вечер я решил позвать в бар именно его? До сих пор, даже спустя семь лет, я так и не пришёл к ответу.

⁃    это и есть бар? Миленький.
    ⁃    это не бар. Бар вон там.
Я указал на крышу здания и услышал долгий изумлённый свист.
    ⁃    пахнет как «на вашем счету недостаточно средств».
Я прыснул в кулак и обнадежил его:
    ⁃    не беспокойся. Я за все плачу сам. И возражения не принимаются.
Когда мы поднялись и заняли свободный столик он начал себя странно вести.
    ⁃    почему мы здесь?
    ⁃    почему? Н-ну... чтобы выпить.
    ⁃    почему именно со мной?
    ⁃    я не знаю. А ты против? Не любишь пить?
    ⁃    нет, люблю. Просто не понимаю причем здесь ты. Или причем здесь я. Разве мы настолько близки?
Я не мог понять его эмоции. Всего было по чуть-чуть. Насмешка, упрек, негодование, умиротворение...
    ⁃    что ты имеешь ввиду?
Мое нутро сжалось когда я почувствовал его ногу рядом со своей ногой. Носик старого исполосованного кроссовка упирался в нос моего, неторопливо двигаясь поперек подошвы.
Я в упор посмотрел на него переполненными яростью глазами.
    ⁃    ты свихнулся? Прекрати сейчас же.
    ⁃    тебе это не нравится?
    ⁃    нет. Немедленно убери свои гребаные ноги.
Его губы растянулись в довольной улыбке.
    ⁃    отлично. Это была проверка. И ты прошел ее на пять с плюсом.
Растерянность парализовала меня.
Долгое время я просто смотрел на него, беспрерывно проматывая в голове произошедшее, а потом звенящим от злости голосом спросил:
    ⁃    что еще за проверка?..
Логан немного нахмурился и посмотрел в сторону.
    ⁃    слишком любезные парни кажутся мне подозрительными. Но ты, судя по всему, просто добряк. Это здорово.
Его ответ создал еще больше вопросов. Я вскипел.
    ⁃    ты все это время думал, что я тебя пытаюсь к траху склонить?
    ⁃    а на что это еще похоже?
Он посмотрел на меня как на идиота, не разумеющего очевидных вещей.
    ⁃    прости?..
    ⁃    ты приводишь меня в дорогущий бар, платишь за всё сам, с твоих уст за все два года, что мы знакомы, не прозвучало ни единой критики в мою сторону... Но какая уже разница? Мы же все уладили.
Дебилизм.
    ⁃    у тебя явно не все дома.
Выпалил я необдуманно.
    ⁃    не все. Только мама.
Уточнил он с непринужденной улыбкой.
Я вмиг протрезвел.
    ⁃    ах... прости. Мне не стоило...
    ⁃    да пофиг. Это я виноват. Меня просто раньше никто никуда не звал, вот я и завелся. Не серчай, окей?
За все то время, что мы находились вместе, это были первые слова, произнесенные с неподдельной искренностью, задушевностью.
Я улыбнулся.
    ⁃    хорошо. Забудем об этом.

  Эта ночь навсегда врезалась в мою память. Бар на крыше многоэтажки, прогулка в пьяном угаре вдоль оживленной трассы, безнадежные и просто нелепые попытки добраться до дома автостопом. Какую же несусветную чушь мы тогда несли... Бедные водители.

Но я абсолютно уверен, что будь я один, уже давно бы нашел водителя, потому что Логан выглядел так, что его, мне кажется, даже клубный вышибала не особо захотел бы подвозить. Высокий, накаченный, весь в татуировках мужик в пропахшей алкоголем олимпийке, спортивных штанах, запачканных то ли кровью, то ли соком, и в тёмных солнцезащитных очках. Ночью! В очках!

Он их постоянно носил, чтобы не пугать людей своими воспалёнными от недосыпа глазами, но выглядело это так, будто он пытается скрыть следы травки.

Психоделика чертова. Этот псих так нажрался, что предлагал мне притвориться «услужливым мальчиком», чтобы нас уже хоть кто-нибудь подобрал.

— Давай так. Я останавливаю тачку, ты делаешь вид, будто собираешься ему приятное сделать, опускаешься, со всей дури бьешь ему в пах, мы садимся в тачку и угоняем её. Добро?

— А не пошёл бы ты...

Конечно, мы так не сделали.

Пешком добрались до какой-то третьеразрядной, обшарпанной гостиницы и еле как сняли номер на последние оставшиеся у меня деньги.

Как только оказались внутри, Логан первым делом побрел в спальню, чтобы схватить всё постельное бельё и кинуть в ванную.

— Что это значит? — спросил я, рухнув на кресло.

— Я буду спать там.

— Это ванная.

— Да, я в курсе.

Это были последние слова, которые я услышал, прежде чем он стянул с себя одежду и заперся в ванной.

Ну и пофиг.

Мне не понадобилось много времени, чтобы уснуть, и уже через несколько минут я мирно посапывал. Не знаю, удалось ли Логану отдохнуть, но надеюсь, что ему было хотя бы комфортно, учитывая, что мы были в разных комнатах.

В любом случае, проснулся я один. На двери ванной висела записка:

«Здорово провели время. Ты классный. Может, когда-нибудь увидимся снова. Был рад познакомиться с тобой, Коди Спрингер. Надеюсь, ты тоже не разочаровался в нашей встрече. Пока».

Это напоминало прощальное письмо жены или любовницы. Я даже чуть не заплакал.

Хах...

  Логан... Да, Логан... Я был настолько пьян, что не смог запомнить все детали той значимой ночи, но знаю, что ничто в этой жизни не приносило и не принесло мне такого удовольствия и веселья, как она. Это нечто, что ощущаешь не головой, а сердцем. Душой.

Жаль, что нам не удалось повторить это, ведь наша следующая встреча случилась после вспышки, после смерти Эмми, когда мне было все безразлично. Думаю, если бы нам удалось встретиться чуть раньше, мы бы оторвались на полную катушку. Возможно, даже круче, чем в прошлый раз.

Не уверен, можно ли назвать нас друзьями, ведь я все еще плохо тебя знаю, но кажется, что мы не можем быть просто знакомыми... Наверное, легче представить, что те девятнадцатилетние мы — это отдельные личности из другой Вселенной, и они все еще веселятся... Они все еще где-то там: на крыше, на трассе, в гостинице...