Лотос на спине

Блэк-хаус не был домом Поттеров в Годриковой Впадине — он был совершенно другим. Моя магия резвым котенком исследовала два этажа, не обремененная защитой моего тела, и будто подбадриваемая Магией дома, а портреты выходили приветствовать меня, выразить радость тому, что я пришел, некоторые поздравляли с новым статусом Наследника. Леди Вальбурга даже похвалила удивившегося профессора Блэка за то, что он «Принес в дом такое сокровище». Это было приятно, особенно — было приятно слышать похвалы, когда я похвастался тем, что выучил половину кодекса, и у меня есть вопросы для уточнения. Предки были более чем довольны.

Мне сменили комнату, сделав постоянной, назвав ее «Комнатой Наследника». Больших размеров комната на втором этаже, возле комнаты Лорда, с деревянными темно-серыми стенами, с большой кроватью зеленых и черных цветов и темно-зеленым балдахином, с большим шкафом чисто-черного цвета в углу, с комодом и столом, с дверью в личную ванную — осталось много места для, например, легкой тренировки в танце или для небольшой чайной церемонии при предках. Домовой эльф только головой бился, что я сам все это делаю, и ни за что не собирался успокаиваться, поэтому я просил именно его подготовить печенье к церемониям, и ел только то, что сделает Кричер, а не я сам, как пару раз бывало в доме Поттеров. За неделю я привык к распорядку — в восемь утра завтрак, после этого профессор осторожно учил меня азам артефакторики и боевой магии, и «По секрету» помог освоить пару темных проклятий. В час дня сытный обед, профессор бурчит о том, что я не прекращаю его называть профессором, и у меня появляется свободное время до восьми вечера, когда начинается ужин, и два часа до начала сна профессор объяснял магические законы. Он действительно хотел сделать из меня приличного мага.

— Не хочу, чтобы ты повторял мои ошибки, — говорил он.

***

— То есть, ты теперь наследник Блэк? — с интересом спросил Драко, когда я подсел к нему, с его позволения.

— Да, — слегка улыбнулся я. — Мне придется сменить фамилию после семнадцати, и пройти пару ритуалов полного принятия, — рассказал я. — Но, думаю, это того стоит.

Сегодня тридцать первое июля, которое мы празднуем, как день рождения, но с Андреа — раздельно. Он изъявил желание в этот день с семьей уехать праздновать во Францию, взяв с собой только Рона Уизли и Гермиону Грейнджер. Весь «удар» принимал я — праздновали в специально арендованном на этот день зале в одном ресторане, пригласили много «Высоких» гостей, моих однокурсников, и — семью Уизли, точнее, близнецов, Перси и Джинни. Мне уже двенадцать лет, физически, ментально — тридцать восемь почти полных лет. В прошлом мире я праздновал день рождения в начале третьего месяца зимы, — в тот день я мог спокойно играть для себя, меньше времени уделяя гостям. Ничего особенного — это не было очень важным праздником. В этом мире, до моих девяти полных лет, ни тетя, ни дядя, мой день рождения не праздновали, даже не намекали, только Дадли дарил мне небольшие подарки, которые ему были не нужны. И вот, это — самое масштабное празднество.

Более пятидесяти человек, — ибо первый прилюдный, магический, день рождения, — не меньше подарков, много поздравлений, заинтересованных взглядов — я крутился ужом, чтобы быть уверенным, что все проходит нормально. Наверное, именно поэтому в Японии не празднуют все даты. Но в этом есть и хорошие стороны — наслаждение вниманием не только гостей, но и внимательных глаз Люциуса Малфоя. Конечно, я уверенно делал вид, что не замечаю этого внимания и интереса, отдавая большую часть внимания другим.

— Конечно, — хмыкнул Драко, и усмехнулся. — Кстати, где Перк?

— Некоторые из приглашенных не сумели прийти, — пожал плечами я. — Перк передавал свои извинения, что не сможет прийти.

— Хорошо, — парень нахмурился. — А Уизли...?

— Не такие уж и плохие ребята, — слегка улыбнулся я. — У меня было лето их изучить. Близнецы без тормозов и у них очень странная мораль, но они умные парни и быстро находят наиболее приятный для них исход. Перси исполнительный и, наверное, самый спокойный — с ним можно работать. Младший, Рон, вызывает во мне... Сомнения. А Джинни, самая младшая, очень даже ничего — с ней можно работать, она умеет тянуться к знаниям, но у нее нет мотивации. По крайней мере сейчас, она учится под моим приглядом, — улыбнулся я.

— Тянешься ты к бедным и ничтожным, — недовольно скривился Малфой. Я только улыбнулся, не собираясь отстаивать ничью честь.

***

С интересом кручу в руках книгу, самого темного характера на вид — черная кожаная обложка, уголки украшенные белой костью, большой гагат посередине обложки, и всего один иероглиф — «Waru», а на моем новом родном — «Зло». Просто и лаконично, от этого не менее говоряще — уже первая страница фонила тьмой так, что моя собственная магия яростно зашипела, окутывая мои руки и поднимая книгу, чтобы та не соприкасалась с кожей. Я прикрыл глаза, выдыхая.

Все подарки были чудесными, от каждого, все было приятно. Кисточки, пергаменты, перья, сладости, небольшие артефакты, книги, даже деньги — все это было несколько странно, но приятно. А эта книга была отправлена совой, которая так и осталась со мной, на правах подарка. Кричер радостно смотрел на книгу, крестный ее еще не видел — сопровождал последнего гостя из ресторана, в то время, как меня домой, к подаркам, забрал домовик. Я с интересом смотрел на первое существо, что смотрело на меня со страницы книги — высокое, похожее на человека, с закрученными отростками-рогами, с длинным хвостом, и — полностью окрашенное в черный цвет. Хвост дергался из стороны в сторону на листе, слегка желтоватом от времени, длинные руки существа хаотично махали и показывали на текст, и я перевел на иероглифы взгляд — довольно интересно. , Баку... Пожиратель снов, и почему-то в книге о зле!

Стоит поблагодарить мистера Риддла за чудесный подарок.