Глава 9. Между шагом и падением
Утро начиналось тихо.
Сквозь окно в комнату Элизабет просачивался солнечный свет, ласковый и тёплый, как чьи-то ладони. Она лежала, не двигаясь, прислушиваясь к собственному дыханию. В груди пульсировал отклик ночи, не уходивший, будто её тело всё ещё хранило запах его кожи, тяжесть его взгляда и... мягкость прикосновений. Она вспомнила, как запустила пальцы под его рубашку. Как не испугалась. Не отвернулась.
«Но что дальше?»
Она села на постели, босыми ногами коснулась прохладного пола. Дрожь.
Не от холода. От мыслей.
В Целестие чувства фильтровались. Эмоции — под контролем.
Желание — регламентировано.
А здесь...
Она не знала, как быть. Что это вообще — быть собой?
---
Позже, на кухне Синди резала травы.
Элизабет вошла, не сразу встретив взгляд.
— Не спалось? — спросила Синди.
— Напротив. Очень даже.
— Хм. Лицо твоё говорит другое.
Пауза. Улыбка. Мягкая, но хитрая.
— Ты... когда поняла, что любишь Юджина?
Синди уселась напротив, вытерла руки о фартук.
— Когда он не спросил, люблю ли я его. Когда просто остался рядом. Ждал. А потом вдруг оказалось — мне больше не нужно ничего доказывать. Он — мой дом.
— А если страшно? Что ты не готова? Понимаешь, здесь всё не так. Нет ограничений или контроля, нет наставлений, что правильно или запрещено. Такое для меня впервые. Я растеряна, не знаю, как мне быть – действовать, как меня обучили в моём мире, или дать волю своему сердцу и довериться ему.
— Тогда слушай не страх. А то, что внутри этого страха бьётся. Оно и есть главное. И начни уже просто жить. Здесь не важно, что ты выберешь в последствие, важно только, что это будет твой выбор. А он...он поймет и примет его в любом случае.
---
Александр с утра был в мастерской.
Мэт нашёл его, когда тот точил нож для резки лозы, с таким видом, будто собирался на войну.
— Ты или в кого-то влюблён, или строишь ловушку для мутанта. Какой диагноз точнее?
Алекс усмехнулся, не отрываясь от работы.
— Просто думаю.
— Заметно. Даже рубанок в углу обиделся — третий день пыли не видел.
Потом подошёл Юджин. Он был всегда прям.
— Ты боишься, что она уйдёт?
— Я боюсь, что не успею стать тем, кого она выберет.
Юджин нахмурился:
— Не надо быть кем-то. Будь тем, кто не предаст. Этого ей хватит.
---
Элизабет учила детей рассаживать клубнику. Он принёс инструменты.
Их взгляды столкнулись.
— Привет, — сказал он.
— Привет. Ты как?
— Хорошо. А ты?
— Спасибо... за вчера.
— Спасибо, что была.
Молчание. Они оба улыбнулись. И больше ничего не нужно было.
---
Вечером — ручей.
Элизабет сидела у воды, рисовала что-то в блокноте.
Синди подошла тихо.
— Опять чертишь?
— Не знаю, что именно. Просто... будто мысли складываются, когда я держу карандаш.
— Знаешь, я когда впервые увидела Юджина, подумала: "Не мой."
— А потом?
— Потом он помог бабке вытащить корзину с яблоками из канавы. Не потому, что кто-то смотрел. А потому что не мог пройти мимо.
И я поняла — он не мой, пока я не сделаю шаг. А потом — стал навсегда.
Элизабет молчала. Но в её глазах что-то разгоралось.
---
Алекс стоял у кромки леса, в тени.
Смотрел, как она смеётся с детьми, как поправляет прядь, как тянется к солнцу.
Он не подошёл. Только улыбнулся.
«Пусть сама найдёт дорогу.
А я... я всё равно останусь рядом.»
---
Она тихонько сидела на крыльце дома Джудит. Любовалась звёздами, слушала тихую песню, Джудит месила на кухне тесто для утреннего хлеба и напевала что-то, и просто мечтала.
Мечтала о будущем, о жизни здесь, в Аскове. Представляла себе маленький уютный дом, и как она с Саррой откроет свою настоящую больницу, и как будет лечить людей, а может быть даже спасать жизни. Сама, своими собственными руками и головой, а не с помощь программ и синтетических "чудо-капсул".
Рядом лежал лист с рисунком, то, как она видела свою больницу в мечтах. Порыв ветра тихонько унёс этот листок, она даже не заметила. Но заметил Алекс. Рисунок приземлился у его ног.
Он направлялся к отцу, но, заметив Элис, просто остановился в тени дерева. Александр поднял лист и взглянул – штрихи были почти идеальными, всё аккуратно прорисовано, будто с любовью. Он бережно сложил рисунок и сунул за пазуху, ближе к сердцу.