Глава 58. Мой тобот
Когда я очнулась во второй раз, то поняла, что лежу на широкой кровати. Я находилась в полутемной комнате, похожей на чью-то спальню, окна которой были закрыты шторами. Голова болела, во рту было сухо и ощущался мерзкий привкус химического состава, которым был пропитан платок. Руки были связаны, ноги – тоже. Я с трудом ощущала своё тело – даже пошевелиться не могла. И чувствовала себя ужасно, не понимала, что происходит, что с Келтом, откуда взялся Вася. Мне хотелось сделать хоть что-нибудь, но всё, что я смогла – так это сесть и осмотреться.
Дверь распахнулась, и в комнате появился мой ненавистный отчим собственной персоной. Светлый костюм, прилизанная прическа, идеально подобранный галстук – он будто на работу в свою компанию собрался! А сколько было самодовольства в глазах! Сколько наглости в улыбочке! Меня захлестнуло отвращение к этому человеку, и когда Вася подошёл ко мне, и я скривилась от омерзения. Отчим увидел это, и его улыбочка сползла с лица.
- Очнулась? – спросил отчим. – Как себя чувствуешь?
- Ну ты и дибил, - спокойно сказала я, с вызовом глядя на него снизу вверх. И добавила ещё пару непечатных слов.
- Этикета, смотрю, у тебя не прибавилось, дорогая падчерица. – Глаза Васи опасно блеснули – Как жаль. Ты, наверное, хочешь узнать, почему ты оказалась здесь? И поблагодарить за то, что я любезно разместил тебя в спальне своего дома, а не в подвале, как твоего друга.
Я вздрогнула. Отчим явно говорил о Келте. Боже, значит, он жив. И находится в этом же доме, что и я. Наверное, это тот самый особняк Васи, куда его люди уже привозили Келта. Что же теперь будет? Может быть, Лёха и Лера догадаются, что мы тут? Или спасения ждать неоткуда?
- Итак, на правах падчерицы я даю тебе возможность сделать выбор. И спасти свою шкурку. А может быть, и шкуру дружка, - с отвращением к Келту заявил Вася. – Скажи мне прямо, зачем он вернулся? И где находится его отец? Скажешь – отпущу сразу. И тебя, и его.
Я знала, что отчим врёт. Чувствовала это кожей. Ненависть к нему пересилила меня. И я, подняв на него глаза, отчетливо сказала:
- Пошёл ты, понял?
- Повтори, - побледнел от ярости отчим.
- Ты – мешок, набитый говном, - процедила я сквозь зубы. – И однажды его из тебя выбьют. Просто подожди. Недолго осталось!
Вася рассердился. Ударил меня по щеке, заставив откинуться спиной на кровать. С трудом, но я снова села.
- Как ты напоминаешь своего никчемного папочку. Тот тоже любил казаться крутым. Только где он сейчас? – Вася молча поднял указательный палец кверху.
К глазам подступили злые слёзы. Он не имеет права так говорить о моём отце!
- Обидно, да, что папочка не может тебе помочь? – продолжал отчим. – А ведь если бы ты с самого начала хорошо себя вела, я бы мог его заменить. Стать твоим отцом.
- Ты думаешь, я поверю? – хрипло рассмеялась я. – Тебе всё равно на родную дочь. Не думаю, что ты о чужой позаботился.
Глаза Васи потемнели.
- Полина – не моя родная дочь. Мать нагуляла её. А я должен был воспитывать.
- Ненормальный.
- Поосторожнее со словами, девочка. – Отчим взял меня за волосы и больно дёрнул. – Не смей относиться ко мне неуважительно.
- Какая же ты.., - прошипела я и снова получила пощечину. Но не испугалась – меня поглотила ненависть.
- Ещё раз. Зачем твой друг приехал в город. И где находится Франклин? – отрывисто спросил отчим, и в ответ получил столько нелестных слов о себе, что велел охраннику закрыть мне рот, и на моё лицо налепили широкий скотч.
Отчим ушёл. А через полчаса за мной вернулись его охранники. Один из них грубо схватил меня за руку, чтобы потащить за собой, но я упала, потому что ноги были связаны. Мне развязали ноги и буквально поволокли за собой по полутемным коридорам, потом – по лестнице. По дороге я точно поняла, что нахожусь в особняке отчима. Он так уверен в себе, своих возможностях и силе денег, что решил, будто ему ничего не будет за похищение людей.
Меня привели в подвал, и я сразу увидела Келта. Его удерживали двое охранников, и это явно давалось им с трудом. Кулаки его были сжаты, а в глазах сияла тьма. Та сама разрушительная бешеная тьма, которую я впервые заметила в школе, когда Келт дрался. Но при виде меня эта тьма растворилась. Его глаза наполнились светом, и моё сердце сжалось от вспышки нежности.
Я так его люблю…
- Катя! – крикнул Келт, стараясь быть уверенным. - Катя, всё будет хорошо! Поняла?
Я кивнула, не в силах оторвать от него взгляда. Меня тянуло к нему. Больше всего на свете я мечтала обнять Келта, прижать к себе и раствориться с ним в этом тяжелом сыром воздухе. Переместиться в другое место. И забыть обо всех этих ужасах. Но… Реальность была другой.
Ко мне снова подошёл отчим, ласковым голосом стал просить рассказать правду. Я кивнула, делая вид, что соглашаюсь сделать это. Но на самом деле мне нужно было сказать совсем другое. Предостеречь Келта. Вася обманет нас. Только взамен получила ещё одну пощечину. На боль было всё равно – всё, о чём я сейчас думала, так это то, как спасти Келта. Как вырвать его из лап этого чудовища в человеческом обличье!
Поняв, что ничего от нас не добьётся, Вася велел своим гоблинам начать избивать Келта. А сам заставил меня смотреть на это. Поставил меня напротив, схватил за лицо, чтобы я не могла отвернуться, и шептал на ухо, что это моя вина. Я виновата в том, что не говорю правду, и именно поэтому Келта бьют.
Его не просто били. Эти выродки избивали, пользуясь его бессилием и своей минутной властью. Пользуясь тем, что их больше!
Что я чувствовала в это время?
Бессилие. Когда кажется, что света больше нет – есть только тьма. И она заволокла всё вокруг. Нет никакой надежды. И веры нет. Только любовь ещё живёт в покалеченном сердце.
Но я всё же перевоплотилась, объединила леди фею и ниндзя в одно целое. Видели бы лицо Келта и Васи когда они увидели меня,в этом обличии,они оба про это не знали,Васе до этого дня я говорить не собиралась,а вот Келту хотела ещё раньше но не успела.
Дикая боль. Словно это не Келта били, а меня. Каждый удар заставлял меня вздрагивать, вскрикивать, зажмуриваться от ужаса. По моему лицу текли крупные слёзы, капали на шею, попадали на грудь. Старые шрамы на сердце не просто болели – они начинали кровить. Я пыталась вырваться с помощью силы земли(сила ниндзя) но ничего не вышло, меня держали крепко.
Видеть то, как до крови избивают родного, стало моим кошмаром наяву.
Келт терпел. Держался. Молчал. Смотрел на меня таким взглядом,в котором говорилось что он гордится мной и улыбался окровавленными губами. Он не хотел пугать меня и пытался успокоить.
Мой смелый тобот.
Мой герой.
За что ему это всё? В чём он провинился? Почему он не может жить обычной жизнью, как другие?