22. Любовь рядом со смертью.
Два месяца прошло, а Чимин до сих пор держал некую обиду на своего мужа. Юнги почти каждую неделю присылал письма: одно о ситуации на войне, второе — лично для омеги. Читая вечерами его письма, Пак позволял проронить пару слезинок, прижимая исписанный лист к груди. В письмах альфа писал, как сильно он скучает по своему своевольному супругу, ждёт их встречи и безумно любит.
Чимин в ответ не писал письма совсем.
Он просто не знал, что писать мужу. Когда юноша садился за написание, он начинал с того, что у него все хорошо и он справляется, а заканчивал обвинениями в сторону Юнги Перечитывая каждый раз письма, омега находил слова, которые показывали все недовольство Пака и кричали, что он не простил Мина за то, что тот начал эту войну, потому юноша выбрасывал письма, комкая.
Юнги же в свою очередь ждал письмо от супруга, но оно так и не приходило. Каждый раз гонец возвращался лишь с одним письмом: что происходит в стране. И все. Король уже начал думать, что на почве нервов, ему все почудилось.
Почудилось, что его муж полюбил его в ответ и, что у них есть сын, которого они очень любят, а он — их. Пару раз он даже подходил к Намджуну, что бы узнать, что у него нет галлюцинаций. Ким же странно смотрел на Дракона, но утверждал, что все — правда и Чимин действительно его любит, у него есть сын и все хорошо...
...будет, когда они выиграют войну.
***
— Апа! — в кабинет забежал маленький мальчик, держа что-то в руках. Он подбежал к папе, дёргая того за края одежд( да, «одежд». Ошибки нет), тот же отрываясь от бумаг, посмотрел на сына. Ребенок протянул родителю цветок, призывая понюхать.
Чимин устало улыбнулся, принимая цветок из рук омежки, и, понюхав, чихнул, слушая заливистый смех сыночка.
В дверях стоял Сону, с тревогой наблюдавший за своего господина. С рождения Санхёна он стал ему няней. Ким был единственным, кому Пак мог доверить своего ребенка и потому омега присматривает за принцем, как за своим сыном.
— Сону, Санхёну пора ложиться спать, — поцеловав сына в лобик, произнёс юноша. — Искупай его и уложи, — приказал Чимин.
— Ваше Величество, вы не притронулись к ужину, — заметил старший, показывая глазами на еду, которая стоит в кабинете уже часа четыре.
— Я не голоден, — оправдался Пак.
— Ваше Величество, вы валитесь с ног от усталости и ничего не едите, а вдруг вы снова уп-!...
— Хватит, — прервал Кима младший омега. — Выполняй поручение, — строго приказал он.
Сону забрал принца, уходя вместе с ним в его покои, оставляя Чимина одного. Омега выдохнул, пытаясь преодолеть головную боль, и вернулся к бумагам.
***
— Ты уверен? — омега посмотрел на лекаря, который кивнул в подтверждение.
— Ваше Величество, прекратите изматывать себя и свой организм, — Сокджин поджал губы, пытаясь убедить младшего. — Все это может кончиться очень плачевно.
Чимин поджал губы, переводя взгляд в окно. На чистом небе летали птицы, а Юнги прямо сейчас борется за это чистое небо, которое сам кровью и залил.
***
— Ваше Величество, пришло письмо из военного лагеря, — Хосок передал письмо Паку.
— У меня голова болит. Ты же прочитал уже, потому просто расскажи мне, — массируя виски́, попросил юноша.
— Я думаю, вы должны взглянуть сами.
Чимин нахмурился и взял письмо в руки, с подозрением косясь на Чона. Раскрыв письмо, он начал читать исписанный лист. С каждой новой строкой на его лице появлялась гамма эмоций, губы начали дрожать, а по щекам текли слезы. Дочитав лист, омега сжал его в руках, пытаясь понять правда ли это.
« Мы выигрывали войну. У нас были значительные преимущества, чем у противников. Война уже шла к завершению с победой нашего королевства, как случилось несчастье: Его Величество ранили.
Лекарь осмотрел рану и лечил её на протяжении недели, но на утро восьмого дня Его Величество скончался. Как стало известно рана начала гнить, потому что из нее не достали осколок от стрелы.
Генерал Ван »
— Ваше Величество, мне жаль, — склонил голову Хосок.
Юноша, не обращая внимания на альфу, громко рыдал, осмыслив все. Его муж умер. Его любимый больше не подойдёт к нему из-за спины и не нашепчет на ухо слова любви. Он больше никогда не увидит лисьих глаз, не почувствует эти губы и не ощутит запах снега и мороза.
Сердце разрывается на миллионы маленьких осколков, а в горле стоит ком.
Его малыш остался без отца. Его Санхен, его маленькое солнышко больше никогда не почувствует тепло и заботу своего отца, а его неродившийся малыш никогда не увидит своего отца.
Юнги ушёл, оставив Чимину годовалого сына и ещё неродившегося, трехмесячного малыша.
***
Всю ночь омега плакал на их с мужем кровати. Всю ночь он винил себя, что не остановил, не отговорил его идти на войну. Всю ночь юноша прощался с любимым.
На утро, когда к нему пришёл его сын, Пак обнял омежку, не зная, говорить ли ему или нет.
— Апа? — малыш посмотрел на папу, на глазах которого были слезы, но уже не катились по щекам.
— Мой мальчик, — шептал омега, поглаживая голову Санхёна.
— Баатик? — мальчик показал рукой на плоский живот родителя.
— Нет, малыш, с твоим братиком все хорошо, — покачал головой Чимин. — Сону пойдет с тобой в сад, поиграешь там, хорошо? А папе нужно поработать сегодня, — поцеловав сына в лоб, омега поднялся, беря сына за руку.
Омежка ушёл вместе с Сону в сад, а Пак направился в тронный зал. Он еле передвигал тяжёлыми ногами, которые хотели убежать подальше и спрятаться ото всех. Шмыгнув носом, глаза юноша зацепились за картину, на который были изображены они с Юнги. Альфа с короной на голове, серьезным лицом, но с нежностью в глазах смотрел на своего супруга, который в ответ еле заметно улыбался, держа короля за руку. На этой картине у Чимина достаточно большой животик, на котором лежит вторая рука мужчины. Как бы они не отрицали, а полюбили друг друга они во время беременности омеги. Хоть Дракон и говорил те обидные слова о том, что этот ребенок совершенно никак не касается Пака, оба знали, что это не так, что это было сказано на эмоциях. С того момента король учился контролировать свои эмоции, но после родов Чимина они снова взяли верх и Юнги лишил своего мужа ребенка на целый месяц. А узнав о болезни мужа, пожалел и понял, что любит омегу и жить без него не может.
Вытерев слезы с глаз, юноша выдохнул и вошёл в тронный зал, в котором его уже ждали чиновники. Встав спиной к тронам, Пак сглотнул ком в горле и громко произнес:
— С поля боя пришло письмо. Король погиб в следствии ранения.