Девушка, покорившая время

Если ты хочешь владеть собой,сначала следует разобратьсясо своими внутренними проблемами.© Чак Паланик. «Колыбельная».

Впервые за долгое время кошмары вернулись.

Первая ночь была просто ужасной. Стоило закрыть глаза, как лицо несчастного призрака вновь оказывалось перед ней, кровь брызгала изо рта стекала вниз, заполняя все пространство вокруг. Вскоре ее становилось так много, что Ким осталось только одно: захлебнуться. Руки и ноги были связаны, потому она не могла плыть, хотя за эту возможность отдала бы все на свете в тот момент.

После третьего пробуждения, Маргарет пришла проверить дочь, испуганную, в ледяном поту, с бледным лицом и помутневшим от слез взглядом. Но Кимберли не могла сказать ей не слова. Слишком сложно было придумать очередную ложь, а ответить честно казалось невозможным для девушки.

Бессонная ночь сильно сказалась на ее внешнем виде с утра. Собравшись с силами, Кимберли согласилась встретиться с Джессикой в кафе недалеко от своего дома. Девушка требовала объяснений и всех подробностей, придумыванием которого Ким занималась половину утра.

Встреча не заняла много времени. Видя подавленное состояние подруги, Джесс проявила милосердие и, выслушав приготовленную для нее легенду, проводила Кимберли домой. Та не сопротивлялась. Больше всего на свете ей хотелось запереться в комнате и уснуть сном без сновидений, чтобы не думать о цене, которую им пришлось заплатить с Райаном ради свободы от чистильщика.

Маргарет пыталась поговорить с дочерью, столь закрытой в сравнении с обычным, но все попытки не увенчались успехом. Кимберли отговаривалась дежурными фразами и продолжала лежать на кровати с пустым взором, устремленным на потолок. Чтобы заглушить собственные мысли, она надела наушники и включила музыку, умышленно пропуская все минорное и плаксивое. В какой-то момент Ким даже стала засыпать, как ей показалось, когда чья-то рука легла ей на плечо. От испуга девушка дернулась и едва не свалилась с кровати.

— Черт! Уэйд, какого хрена?! Ты что тут забыл?! – возмутилась девушка, придя в себя и усевшись на постели.

Парень печально улыбнулся. Выглядел он немногим лучше: огромные темные круги под красными глазами, бледное лицо, уставшее и сожалеющее, взъерошенные волосы, будто и вовсе не чесанные. Девушка немного удивилась его виду, но после вспомнила, что и сама не желала подходить к зеркалу.

— Твоя мама беспокоится. Позвонила и пригласила в гости, – буднично ответил Райан, развалившись на другой половине кровати.

— Тебя столкнуть или сам свалишь с моей постели? – уточнила Ким, скрестив руки на груди.

— Не будь таким ежиком. Засунь свои колючки обратно. Я ведь с миром пришел, – парень сложил руки под головой и прикрыл глаза, будто этот разговор его утомил; он недолго помолчал, затем спросил едва слышно. – Думаешь о вчерашнем?

— Да.

— Я тоже. Постоянно.

Кимберли нервно усмехнулась, однако посмотрев в столь непривычно серьезное лицо парня, стушевалась и легла на кровать, уставившись в потолок.

— Это нечестно. Да, тут либо мы, либо он, но... он ведь просто выполнял приказ. Он не должен был умереть вчера, – прошептала Ким, дрожавшим голосом.

— Призрак сам прогневал чистильщика. Нашей вины нет в его выборе. Ты же... уже видела смерть. Мою смерть. Ты не должна воспринимать это так... так близко к сердцу.

— Я даже не дрогнула... даже не подумала о том, чтобы все исправить, как было с тобой, – сказала девушка, повернувшись к собеседнику. – Плохо ли это? Становлюсь ли такой бессердечной, как и все повелители времени? Я не знаю.... И, что страшнее, я не знаю, что будет дальше.

— А что может быть?

— Ты же не думаешь, что все так просто? Не будь дураком. Призрак был посланным, значит, за ним будут и другие. И еще... оборотни? Пф-ф. Мохнатые монстры? Или что-то типа касплея на «Волчонка»? Им что-то надо... и они доберутся. Вчера, как не странно такое говорить, нас спас чистильщик, теперь... сделать это некому.

Кимберли отвернулась к окну, сев на кровати и неопределенно дернув плечами, словно скидывая лишние мысли. Она притянула к себе ноги и обняла колени, будто так могла спрятаться от мира.

Райан понимал, что никакие слова не смогут убедить девушку в светлом будущем. Она была действительно права. Кто-то искал ее. И он найдет. Смог призрак, смогут и другие.

— Ну ты... всегда можешь сбежать? – после долгих раздумий проговорил парень, голос его немного дрогнул, но он не рискнул повернуться в сторону собеседницы.

— Ты прекрасно знаешь, что не могу, – Ким грустно улыбнулась, еще сильнее прижав ноги. – Я не... не допущу, чтобы опасность угрожала дорогим мне людям. А так оно и будет. Да и... бегать вечно? Нет, спасибо. Это утомляет.

Кимберли встала с кровати, потянулась и двинулась к компьютерному столу, где в ящике хранила запас желейных мишек в упаковке. Она достала его и вернулась в постель. Райан вопросительно посмотрел на пачку. Ким легонько кивнула головой, разрешая притронуться к своей сладости.

— Я... буду с тобой откровенен, Кимберли, – протянул парень, разглядывая мармелад в своих руках. – Мне страшно за свою жизнь. И... да, ты права. Это еще не скоро кончится. Но... я помогу, чем смогу. Мы столько лет знакомы, за последние дни явно сблизились. В общем... не бойся, что я подведу. Все, чтобы не встало на твоем пути... мы справимся, вместе, ладно?

Кимберли немного удивилась от слов парня. Но еще больше ее удивляла уверенность в его голосе. Так сильно она в себя не верила. Она практически вообще в себя не верила.

— А если я не справлюсь? Что тогда, Райан? Метка спала, мы больше не связаны... только судьба может привести моих врагов к тебе. Или же твое присутствие рядом. Быть может... нам лучше держаться подальше друг от друга, – Ким сжалась, будто от холода, и отвела взгляд в сторону.

Она прекрасно понимала, что если посмотрит на парня, то уже не сможет так смело предлагать разойтись. Ей стало привычным и даже приятным общество Райана. А тот факт, что он был единственным сверстником, с которым она могла говорить свободно о своих силах... был для нее не малозначимым. О силах Кимберли знала также ее мать, но та была скептически и даже категорически настроена в отношении использовании дара повелителя времени. Маргарет все эти удивительные приключения считала опасными и неразумными. Райан же разделял энтузиазм Ким о том, насколько круто уметь путешествовать во времени и пространстве.

— Если это единственная причина, по которой мне стоит уйти и больше не приближаться к тебе, то увы, я отвергну твое предложение. Пока ты сама не пожелаешь моего отсутствия. Меня страшит, что с нами могут сделать эти волшебные создания, открывшие на тебя сезон охоты. Но я не сомневаюсь, что ты сможешь спасти нас обоих. И я научусь быть тебе полезным в путешествиях. Не такой же я бесполезный, верно? – Райан слегка усмехнулся в попытке разрядить обстановку; Кимберли ответила легкой тенью улыбки.

Райан приподнялся на кровати и почувствовал шевеление медальона на своей груди. Он привык к нему. И научился не замечать. Но теперь... он был ему не нужен. Чистильщик забрал, что хотел.

Парень потянулся к шее, чтобы снять заветное украшение, но Кимберли схватила его за локоть. Райан удивленно посмотрел на собеседницу, ожидая хоть какого-нибудь пояснения.

— Не стоит, – немного резко произнесла девушка. – Он не просто отводил от тебя чистильщика. Когда на тебе была метка, ты был невидим для... Малого Совета, кажется... потому ты все еще жив. Минутку...

Кимберли встала с постели и подошла к окну, где разместились коробки с записями ее отца. Большая часть была еще даже не открыта, потому в их сторону девушка не смотрела. Она отыскала самую большую и потрепанную тетрадь, где уже красовались цветные пластиковые закладки. Пролистав несколько записей в поисках нужных, Ким принялась читать:

— «Запомни: главный закон Волшебного мира – люди не должны знать о нем. Это возможно реализовать, но для этого необходимо разрешение Малого Совета, о коем я писал ранее. Ты просишь аудиенцию. Просишь, оставляешь данные о человеке, своей степени близости с ним, почему решил открыться, и все должно быть искренним и от души, пытаться их обмануть – бесполезно. После они встречаются с этим человеком и считывают его и его воспоминания. Если сообщишь без разрешения, скорее всего человеку сотрут память или убьют, потому что жизнь людей для Малого Совета – ничто». У меня явно будут большие проблемы, когда они узнают о... тебе. Потому давай не будет давать им поводов для этого. Амулет тебя скрывает от них. Будет очень грустно, если дважды спасенная твоя жизнь оборвется рукой трех обнаглевших стариков, возомнивших себя богами.

— Ого, ладно... – протянул Райан, рукой осторожно коснувшись украшения и нервно сглотнув. – Они типа... правители Волшебного мира? Или что?

Кимберли кивнула и, понимая, что парень ждет более подробного рассказа, тяжело выдохнула и достала другую тетрадь, такую же старую и пожелтевшую. Она тоже уже пестрила множеством разноцветных закладок и стикеров. Ким села на кровать рядом с гостем и принялась листать. Внутри важные моменты были отмечены разными цветными маркерами.

— Леоновэ́ль весьма... хаотичен, – пояснила девушка, видя любопытный взгляд Райана. – Розовый – все, что касается Канта́нты. Желтый – о Повелителях времени. Зеленый – волшебные создания. Оранжевый – все, что может быть для меня опасным. Сомнительная классификация, но мне так... проще пока. Тут столько всего...

— Да, я вижу... нормально. Так что там?

— Вот! «Правительственный аппарат Волшебного мира. Есть Малый Совет, что, на момент написания, состоит из Джеро́нимо, волшебника (заносчивый, знает себе цену, любит, когда перед ним пресмыкаются, будь осторожна), его правой руки Э́ринволда, лорда воды (самый эмоциональных из них, в случае чего лучше давить на него), и левой руки Ка́листера, светлого эльфа (чопорный, правильный, скупой и сухой персонаж, с ним надо быть осторожной, так как может вывернуть твои же слова неприятным образом для тебя. И никогда ничего у него не подписывай!). Они восседают в Башне Управления в Объединенном Королевстве и управляют миром каждый день.

Но для решения каких-либо важных проблем, принятия серьезных решений собирается Полный Совет, в котором состоят трое вышеназванных и правители почти всех наземных и подземных королевств. В твоем настоящем, полагаю, за исключением повелителей времени, так как их в твоем году уже нет, магов, так как они отказались входить под опеку Объединенного Королевства, и ледяных духов, так как их правитель объявил войну всем мирам.

— Войну всем мирам? За... чем? – уточнил Райан растерянно.

— Да, именно так, но... я пока не нашла, почему и зачем. Тут... очень сумбурно все. И не исключено, что во времена написания Леоновэ́ль мог этого еще не знать. Все-таки его выгнали из Канта́нты за связь с моей мамой и... многие связи оборвались.

Кимберли неопределенно пожала плечами и закрыла тетрадь. Она незатейливо погладила рукой по обложке, словно это была самая дорогая вещь в ее жизни. Райан подумал, что так она пытается словно прикоснуться к отцу, который когда-то также держал ее в руках.

— Когда закончится этот... бред с охотой на меня. Я обязательно сделаю все, чтобы узнать о произошедшем с отцом. Так просто этого не оставлю.

Ким резко встала и отнесла тетрадь на подоконник, где убрала в коробку и закрыла от солнечного света. Райан понимал, что ее слова были адресованы не ему, а скорее себе. Обещание, что еще ничего не кончено, что она узнает правду, что узнает все.

Потому он просто улыбнулся в знак поддержки и ничего не ответил.

Райан уговорил Кимберли выйти и пообедать, что мать девушки встретила очень позитивно. Ей было радостно видеть, что хоть и немного, но дочери стало легче. Накормив подростков, она отпустила их обратно в комнату.

Вдвоем они принялись изучать записи Леоновэ́ля. Двигалось это весьма медленно, потому что каждый момент казался увлекательным и хотелось все обсудить. А когда от рукописного текста на пожелтевшей бумаги стали безумно болеть глаза, ребята решили немного отдохнуть, посмотрев вместе сериал. Маргарет приготовила закуски и присоединилась к ребятам, то и дело поглядывая на дочь, пытаясь отметить в ней перемены интересующего ее плана. Однако ничего не замечала. Кимберли выглядела почти как обычно.

Только лишь уголки глаз выдавали усталость девушки и легкую радость, которой та явно не хотела ни с кем делиться.

А Маргарет вполне умела ждать.