Глава 30.
— Нет, ну это уже слишком! – возмутилась Кимберли.
Ее матери доставляло огромное удовольствие наблюдать за сборами дочери на вечеринку. С одной стороны, ее радовало, что та начинает взаимодействовать с социумом. С другой стороны, ее забавляла нервозность, с которой все делала Ким. Девушка решила поэкспериментировать со своим образом дальше и разрешила матери себя слегка накрасить. Но ярко-красная помада на губах была для нее уже перебором. Девушка ринулась к пачке влажных салфеток, чтобы стереть ее.
— Что тебе не нравится, дорогая? – широко улыбаясь, проговорила Маргарет, рассматривая свое лицо в зеркале.
— Я выгляжу, как ш...
— Не смей. В этом доме не ругаются.
Кимберли выдохнула и закатила глаза.
— В общем, выгляжу слишком вульгарно, маменька. Я согласилась на тональный крем и тушь, разве этого мало?
— Ты не доверяешь моему чуткому вкусу? Мужчины на работе часто отмечают, как замечательно я выгляжу.
— Ты просто у меня молодая красотка.
— Или мастер прятать недостатки и подчеркивать достоинства. У тебя красивые губы, почему бы не на красить их? Только не пей много и ни с кем не целуйся! Потому что я тебе не дам ее с собой, она весьма дорогая.
— А ведь так хотелось упиться в дрова и устроить страстные поцелуйчики с первым встречным, – промямлила Кимберли, закатив глаза. – Помада не успеет стереться, потому что я не планирую задерживаться там дольше часа. Приду, побуду не долго, сделаю вид, как мне интересно и все нравится, а потом уйду по-английски.
— Что очень невежливо.
— Я – повелитель времени. Что мне дело да какой-то там вежливости.
— Откуда столько высокомерия? – с опаской спросила Маргарет, посмотрев в глаза дочери через отражение в зеркало.
— Видимо, от отца. Но не переживай, я шучу. Все в порядке. Я... просто не хочу тратить весь свой вечер на... чтобы это не было.
Кимберли отвела взгляд в сторону, чтобы мать не смогла по нему понять ее истинные мысли и сомнения. Маргарет настаивать не стала.
Через десять минут девушка была уже готова, а Джессика как раз отправила сообщение, что подъехала. Мать напомнила дочери, чтобы та звонила в случае чего. Она не планировала ничем заниматься, потому вполне могла бы ее забрать. Девушка кивнула и с беспокойными мыслями отправилась вниз.
Путь лежал не близкий, требовалось ехать на окраину города, что не очень нравилось Кимберли. Однако в обществе Джессики она переживала куда меньше. Девушка искренне надеялась, что подруга не оставит, утешала себя этой мыслью.
Как Ким и ожидала, семья Доминика жила в частном секторе. Дом был двухэтажным, мятного оттенка с белыми дверями и рамами, но с темным, контрастным крыльцом, с красивым и приветливым двором, украшенным кустовыми растениями и клумбами, пока еще пустующими. Музыку они услышали еще на отдалении. Любитель сериалов и фильмов о подростках, Кимберли ожидала, что половина гостей будет тусоваться на улице, но все оказалось более консервативно. Вероятно, причиной была прохлада весеннего вечера, заставившая и их со спутницей надеть куртки потеплей.
Джессика припарковалась на противоположной стороне дороги, потому что у самого дома уже все было занято. Девушка отметила тревожность и зажатость своей спутницы, потому постаралась ее подбодрить. Ким, как обычно, отмахнулась, делая вид, что все в порядке. Но на самом деле она уже давно не испытывала себя настолько не в своей тарелке.
На собственное удивление, едва переступив порог, Кимберли принялась взглядом изучать людей. Обычно она старалась не обращать внимание на тех, кто был по близости. Среди гостей часть была ей не знакома, часть она знала в лицо, но не по имени. Кого-то знала по совместным урокам, но едва ли за годы обучения они говорили друг другу больше десяти слов.
— Райана выглядываешь? – ухмыльнувшись, спросила Джесс, поправляя свою прическу у зеркала.
Она была как всегда красива и сногсшибательна. Длиной по середину бедра серо-синее вязанное платье с массивным воротом, широкий ремень, подчеркивающий ее талию и черный ботфорты на крепком и каблуке. Кимберли с удивлением отметила, что даже такое образ не лишал ее милости и детской наивности, хоть и считала, что ботфорты носят чаще всего девушки ночного промысла.
— Не-а, просто оглядываюсь. Ищу запасные выходы.
— Рано продумывать план побега! – возмутилась Джессика, недовольно посмотрев на подругу.
— Лучше быть готовой ко всему. Шутка, – Кимберли примирительно подняла руки вверх. – Я тут... мало кого знаю. Кто все эти люди? Неужели из нашей школы?
— Да, Ким, они почти все из нашей школы. Просто ты не... социальная. Если хочешь... могу познакомить тебя с кем-нибудь. Только скажи, кто приглянется.
— Не планирую изменять себе. Пойдем оглядимся, подружка? – улыбаясь, спросила Ким.
— И предлагаю начать со стола с закусками, раз я за рулем, а ты – непьющая.
— Поддерживаю. Поесть я всегда рада.
Джессика взяла Кимберли под руку, отчего та сначала дернулась, но после все-таки расслабилась, понимая, что не так ей и неприятно это прикосновение. Они проследовали в сторону кухни. Казалось, что Джесс знает этот дом как свой собственный. Вероятно, так и было. Она пользовалась популярностью среди спортсменов, потому бывала на разных вечеринках. И весьма часто.
На уютной кухне, выполненной в бежевых и черных тонах они встретили хозяина, занимавшегося последними приготовлениями к вечеринке, которая уже шла полным ходом. Доставал из холодильника охлажденное пиво и перекладывал его в большие блюда, заполненные льдом.
Доминик был сосредоточен настолько, что между его черных, как и волосы, бровей пролегла вертикальная морщина. Казалось, что для него в тот момент нет дела важней. Кимберли была удивлена, увидев его одетым в футболку, по верх которой натянута рубашка в клетку и джинсах. Она привыкла видеть его постоянно в белой футболке поло и бело-фиолетовом бомбере. В другой одежде он уже ей не воспринимался, потому на долю секунды Ким даже задумалась, кто это.
Когда девушки подошли, он уже почти заканчивал. Бросив гостьям быстрый взгляд и едва внятное приветствие, он разложил последние бутылки и передал блюдо двум парням, что стояли рядом. Они взяли его и понесли в другую дверь, видимо, поближе к гостям. Джессика широко улыбнулась, Доминик тут же обнял ее, словно не видел несколько лет. Между ними завязалась светская беседа, основная роль которой выразить хозяину благодарность за прием, а гостям – за визит. Кимберли не слушала – была сосредоточена разглядыванием обстановки. Внезапно ее одернули за руку.
— Ты где витаешь? – усмехнувшись, спросила Джессика.
— Да-а-а, задумалась просто. Красиво тут. Прикольно, – ответила девушка, посмотрев на подругу, но после зачем-то бросила взгляд на Доминика, их глаза встретились и просто так отвернуться теперь казалось чем-то невежливым.
— Ты... Кимберли, верно? – спросил он.
— Просто Ким. Да, – сказала она, скрестив руки на груди; парень широко улыбался.
— Спасибо, что пришла. Рад видеть новые лица, – дружелюбно сказал он.
Кимберли улыбнулась и кивнула в ответ. Говорить о том, что выбора у нее не было, она не посчитала нужным, а врать, что рада быть здесь – не хотела.
— Кстати, здорово выглядишь. Не припоминаю... чтобы видел тебя в чем-то... кроме огромных худи, – проговорил Дом, призадумавшись.
— Как и я тебя не помню без бомбера, – ответила спокойно Ким, слегка пожав плечами.
Парень посмеялся, Джессика тоже прыснула от такого ответа. Кимберли не думала, что это будет смешной шуткой, однако тоже слегка улыбнулась.
— Видимо, мы оба сегодня решили нарушить привычный дресс-код. Что ж, еще увидимся, девчонки. Развлекайтесь. Джесс, ты уже человек привычный, пригляди за подружкой, чтобы не скучала. И чтобы не украли.
Доминик подмигнул, глядя на Кимберли. Ее пробрала необъяснимая дрожь от этого, она отвела взгляд, стараясь скрыть свои чувства. Джессика же выглядела, как обычно. Даже слегка повеселевшей. Ей явно симпатизировал парень, в чем та никогда бы не призналась. Все знали, какой он несерьезный и, временами, вспыльчивый.
Джессика взяла Кимберли за руку и повела показывать дом, чтобы та на всякий случай знала, где что находится и куда лучше не ходить. Последним помещением стала просторная гостиная, где находилась половина гостей, желавших насладиться уютом и теплом дома. Вторая часть, менее теплолюбивая, расположилась на заднем дворе. Там девушки обнаружили половину футбольной команды, жадно глядевших на то, как один парень жарил что-то мясное на грили. От прекрасного аромата тут же набежал полный рот слюней, а живот недовольно заурчал.
Присутствующие сразу же обернулись на звук открывшейся двери. Некоторые помахали Джессике, которая поприветствовала их в ответ и направилась ближе, чтобы посмотреть, что же такое аппетитное там готовят.
Кимберли нерешительно сделала несколько шагов вперед, постепенно привыкая к новой обстановке и обществу. Джессика представила свою спутницу, та неуверенно помахала рукой, надеясь, что больше не станет центром внимания.
Нерешительным шагом девушка направилась в сторону компании, чтобы держаться к подруге поближе. Тропинка была влажная после недавнего дождя, но Ким старалась идти аккуратно, избегая грязи и предпочитая влажную траву. Ее спутница резко обернулась, чтобы спросить, как та относится к свежеприготовленным ребрышкам, при этом махнув рукой и задев Ким. Не ожидавшая этого резкого действия, она, пытаясь увернуться, оступилась и поскользнулась на грязи. Выглядело это не слишком грациозно, но нескольких парней рассмешило сильно. Один, сидевший с краю, встал, чтобы помочь Ким подняться. Она с недоверием посмотрела на его руку и предпочла подняться сама. Джессика тут же обошла подругу со спины, чтобы оценить масштаб трагедии.
— Ой-ей... – протянула она с досадой в голосе. – Надеюсь, поможет. Хорошо, что платье черное. Не так заметно.
Кимберли неопределенно хмыкнула. Она завела руку за спину и представила, как вращает время. Ей стоило отмотать всего десять секунд и постараться не упасть – в этом не было ничего плохого. Все же лучше, чем в начале вечеринки стать той, кто испачкался в грязи на заднем дворе. И такая несложная махинация со временем удалась Ким без особых затрат.
Она также аккуратно шла по тропе, но в нужный момент смогла поймать руку Джессики так, чтобы не получить ей случайно по лицу и не упасть в грязь при попытке, избежать удара.
— Аккуратней, Джесс, я бы хотела вернуться домой без синяка под глазом, – проговорила Кимберли елейным голоском.
— Ой! Прости! Я думала, что ты еще у входа стоишь! Как хорошо, что у тебя такая славная реакция.
Кимберли лишь улыбнулась в ответ и собиралась ответить на ее вопрос по ребрышкам, как услышала звук разбившегося стекла и ликующий вопль толпы внутри, будто подначивающий кого-то на что-то. Джессика хмыкнула и сказала, что кто-то уже славно наклюкался, но ее в душе ее спутницы что-то неприятно кольнуло. Обдумывая произошедшее, она вспомнила, что использование сил негативно влияет на Райана, потому, чертыхнувшись, резко развернулась и пошла обратно в дом, игнорируя вопросы подруги.
Кимберли вошла к гостиную и принялась осматривать ее, прищурив глаза. Какая-то девушка подметала осколки с пола, чтобы никто не пострадал. Остальные гости выглядели так, будто ничего и не произошло. Ким понимала, что не наблюдает в комнате Райана, который еще пару минут назад был в ней, потому пошла дальше. Она решила пойти в сторону кухни, где и нашла парня в компании Доминика, что-то встревоженно причитающего. К его голове был приложен пакет со льдом. Райан сидел спиной, но Ким узнала его по одежде, потому тут же позвала по имени.
— А-а-а, причина моей головной боли, здравствуй, – низкий, едва слышный голос парня, едва обернувшегося, чтобы посмотреть на Ким, всецело говорил о том, как плохо ему было.
Доминик усмехнулся, воспринимая это за шутку. Кимберли аккуратно подошла к нему, испытывая чувство вины. Ей давно не было так стыдно перед кем-то. Райан ведь просил не делать этого, потому что ему перезапись времени приносит боль. А она снова забыла и из-за, казалось бы, мелочи, поступила по-своему. Она присела рядом с парнем за барный стул.
— Мне жаль, – искренне сказала Кимберли, взглянув в лицо парня.
Райан выглядел весьма бледным и измученным. Использование сил действительно Кимберли действительно неслабо влияло на парня.
Он кивнул, принимая ее извинения.
— Надеюсь, оно того стоило.
— Нет, – призналась Ким, уронив голову на стойку, но вспомнив, что в комнате хозяин квартиры, тут же выпрямилась и сказала: – Ой, простите, наверное, так делать нельзя.
— Эта стойка пережила не мало. Твое лицо... не самое худшее.
— Тогда мне лучше умыться... – Доминик посмеялся; он облокотился на стойку с другой стороны и принялся рассматриваться Кимберли, отчего ей захотелось тут же уйти. – Что? – спросила она, не выдерживая такого пристального взгляда.
— Заметил у тебя особое пристрастие к туалетам. Тебя проводить? – сказал Дом, по странному улыбаясь.
— Нет, – процедил недовольно Райан. – Даже не думай.
Кимберли с растерянностью смотрела на то, как два парня буравили друг друга взглядом, словно ведя немой разговор. Она не знала, о чем шла речь, но была уверена, что лучше ей не встревать.
— А-а-а, тебе, видимо, самому понравилось. Неужели тихоня Кимберли настолько хороша? Однако, думаю, девушка вольна сама выбирать себе компанию. Кто тебе больше симпатизирует? – Доминик принялся строить глазки, отчего Кимберли нахмурилась.
— Что, простите? Я потеряла нить разговора. Как это... связано с тем, что я планировала сходить умыться? Ну, точнее сказала, что мне стоит это сделать? – уточнила Кимберли, прищурив глаза.
— Ладно-ладно, шутка затянулась, – сказал Доминик, выпрямившись и примирительно подняв руки на уровне груди тыльной стороной к себе. – Но за идиота меня не держите. Я же собственными глазами видел, как вы выходили вместе из туалета. Ни за что не поверю, что он помогал тебе достать соринку из глаза, уж простите. Не мне, конечно, осуждать, но ребят... не школьный же сортир! Ах да, если захотите уединиться... хрен вам. Я за вами слежу, шалунишки, – смеясь, Доминик вышел в гостиную.
Кимберли с недоумением во взгляде, наблюдала, как парень скрылся в другой стороне. Она с немым вопросом обернулась к Райану, который не выглядел таким уж удивленным словам парня.
— Какого... хрена?! – возмутилась Кимберли.
— Ну, а что ты хотела. Такому, как Доминик, сложно доказать, что наш совместный выход из туалета, довольными и радостными, просто стечение обстоятельств. Я пытался, правда. Но... в общем, он считает, что мы там...
— Я поняла, что именно он считает. Бли-и-ин! – девушка снова рухнула головой на столешницу. – А я думаю, что он так загадочно поглядывает на меня. Теперь понятно. В его глазах я шлюха!
— Да брось. К слову Дом не самый плохой вариант. Даже если он так думает, делиться мыслями ни с кем не станет. К тому же какое тебе дело до этого? Тебя вроде мало волнует общественное мнение, разве не так?
— Так, но не когда кто-то из школы считает меня девушкой, готовой пойти с парнем, с которым не состоит в отношения, в школьный толчок! – истерично усмехнувшись, ответила Кимберли. – Не такой школьной славы я хотела. Да вообще никакой не хотела!
Райан тяжело выдохнул и положил руку ей на плечо, в попытке успокоить.
— Да брось. В любом случае через пару месяцев мы закончим школу и ты никого из них не увидишь. Забей.
Кимберли задумалась. Райан вполне был прав. И раз он считал, что Доминик болтать не станет, значит это действительно так. И чего ей бояться тогда? Разве что подколов со стороны парня. Она неопределенно пожала плечами.
— Тебе полегче? – спросила Кимберли, кивнув в сторону пакета со льдом.
— Да, но... пропало всякое настроение. Голова все еще кружится немного. Я бы... домой хотел, в горячую ванную с пеной, а потом посмотреть фильмец какой-нибудь.
— Мы бы... могли вызвать мою маму, она нас заберет. Или такси. Я как-то... тоже не в том настроении уже.
— Джессика будет в бешенстве.
— Я скажу, что ты умираешь и тебе срочно надо домой. Она поймет, – махнув рукой, ответила Кимберли.
— Станешь моим эскортом? – игриво улыбнувшись, сказал Райан, за что Кимберли стукнула его в плечо и послала к черту.
— Будь здесь, я пойду позвоню маме и предупрежу Джесс. Сделай вид по болезненней, если вдруг она решит проверить.
Райан уронил голову на столешницу, высунул язык и закатил глаза, притворяясь мертвым. Кимберли посмеялась и сказала, что это уже перебор, после чего отправилась на поиски подруги.