Глава 45
– Абс! – Я влетел в кабинет друга и кинул на стол несколько писем. – Ты отдал мне листок с запиской Ло, когда я сбежал из психушки. И после этого ты ни разу не заговорил о нем. Но ты же любишь совать свой нос во все дела! Почему ты не стал допытывать меня? Почему не закидал вопросами, подколами о том, что Женевьева носила не моего ребенка?
– Я, – он растерялся и поднялся с места. – А ты? – Сощурился он. – Я ждал, когда заговоришь ты! Вдруг ты не хотел об этом говорить.
– А тебя когда-то подобное останавливало, дружище? Ты же как бульдозер, прешь на пролом, если хочешь о чем-то поболтать или что-то получить.
– А это что за листы? – Он проигнорировал меня и пошурудил письма.
– Ты же знал. Знал, что это не мой ребенок!
– Чего?! – Он раскрыл изумленно рот и быстро заморгал.
– Абс!
– Почти сразу, после того, как она сделала аборт. – Сдался он и плюхнулся обратно на стул. – Твой отец в тот день пришел к моему, они слишком громко обсуждали произошедшее. Я все слышал.
– Почему не сказал? – Взревел я и шлепнул ладонью по столу.
– Побереги свои нервишки. Гленн попросил не говорить. Он был слишком убедителен.
– Ты должен был сказать.
– А ты бы поверил, Агварес? Ты же на пустом месте заводился всегда при упоминании одного только ее имени. – Он поморщился. – Терпеть не мог твою Женевьеву. И не зря, как оказалось. Лоа ее, кстати, тоже не любила. А знаешь, Агварес, я все ломал голову, кто же мог оказаться папочкой... И нихрена не догнал.
– Прочти вот это. – Я откопал среди кучи бумаг письмо моего отца, адресованное мне и то самое, о котором писала Ло. – Сначала его. – Я вручил ему листок с почерком Гленна.
"Агварес, сын мой. Не знаю, хорошо или плохо, что ты читаешь это сейчас. Скорее всего, если эта писанина попала тебе в руки, то между нами совсем паршивые отношения и ты еще никак не смог простить меня за Женевьеву. Надеюсь, что ты смог смириться и никогда не узнаешь правду.
Но если ты читаешь это, то демон скоро явится. Я знаю, он наблюдает. Чувствую, что он торжествует и ждет своего выхода из тени. Ведь если я решу сдаться и рассказать тебе правду, то демон тут же постучится в нашу дверь. И испепелит все кругом.
В любом случае, у Него получилось испоганить мне жизнь, получилось создать раздор между нами, вселить хаус в нашу семью.
Я надеялся, что ты никогда не узнаешь о моем нерадостном прошлом. Надеялся, что я навечно похоронил его, но призраки до сих пор стучат в нашу дверь и посылают письма...
Агварес, Женевьева всех обманывала. Она смогла проникнуть в твою жизнь и прочно засесть в ней. Возможно, эта особа стала твоей первой любовью. Но, к сожалению, она носила чужого ребенка.
Недавно на ум пришла мысль, что грешники чаще других рожают детей, а у хороших людей порой не складывается. Знаешь, почему? Потому что за каждый проступок кто-то должен нести ответственность. И дети грешников – лучший тому вариант.
Так дети сполна отвечают за грехи родителей. А цена моих ошибок заоблачно высока.
Ты уже слышал от меня, что я один ребенок у родителей, которые погибли в пожаре. Однако я говорил неправду. Моя мать умерла при родах второго ребенка, моего брата Каспара. Мы остались втроем: отец, я и брат. Бернард ненавидел меня всей душой, а Каспара обожал. Я подрос и понял, что нужно уходить из дома, где мне не рады, чтобы двигаться дальше. Я оставил Каспара на отца и без угрызения совести съехал от них. Я помогал им деньгами и считал, что этого предостаточно. Но Каспар слезно умолял меня забрать его с собой, а я даже не раздумывал об этом и точно знал, что такое никогда не произойдет.
Каспар постоянно писал мне письма в надежде, что я обращу на него внимание. Но спустя время я вообще переехал за тысячу километров и даже перестал помогать им деньгами. Поднялся на ноги, создал свою замечательную семью и благополучно забыл об отце и брате. Но однажды от Каспара снова пришло письмо. Он узнал, что я поселился в Нью-Йорке, и он жаждал мести.
Я не буду пересказывать тебе то, что произошло, просто дам прочесть другое письмо. Его прислал мой брат, Каспар. А потом я буду ждать разговора с тобой, чтобы окончательно разъяснить ситуацию и объясниться перед тобой.
Но ты же как бомба, начнешь сразу рвать и метать, кричать, что я все подстроил, поэтому дочитай до конца и только тогда иди ко мне.
Отец всю жизнь ненавидел меня, не воспринимал как сына. А после смерти матери, его жены, Бернард возненавидел меня еще крепче. В детстве я пытался угождать ему, лез из кожи вон, лишь бы отец меня заметил. Никогда он не проводил со мной время, если я его о чем-то просил, то миллион раз жалел, поскольку все оборачивалось против меня.
Бернард был слишком юн, когда я родился. В нем не проснулись отцовские чувства и потому он относился ко мне как к обыкновенному человеку. А вот когда мать была беременна Каспаром, он уже созрел для отцовства. Вот младшего сына Бернард обожал больше всего на свете. С ним он разделял боль от утраты родного человека. А мне никто не объяснил, что не младший брат виновен в смерти матери. В смерти той единственной, кто любил меня и видел во мне человека.
А я сидел в сторонке и не понимал, почему я не достоин внимания и любви Бернарда? И почему Каспар ходит по дому, а не мама?
Со временем я осознал, какую ужаснейшую ошибку сотворил отец. Он постоянно целенаправленно и демонстративно выделял Каспара, кричал о своей любви к нему и о своей ненависти ко мне.
Бернард разжег во мне холодную зависть и обиду. Я смотрел на Каспара и винил его в смерти мамы. Смотрел на Бернарда, который проявлял ко мне уже привычную злобу и жестокость, и хотел стереться в порошок, чтобы никогда не попадаться ему на глаза.
Каспар все время лез ко мне, просил играть с ним, уделять ему внимание, а я запирал перед его носом дверь и думал: "зачем он издевается?! Хочет посмеяться надо мной и вырасти еще больше в глазах Бернарда?".
Когда я уже начал скулить от бессмыслицы своей жизни, от того ужасного груза, который давил прямо на глотку, то решил, что пора оградить себя от людей, из-за которых прибывал в таком состоянии. И я уехал.
Много раз перечитываю письма своего брата и понимаю, что он правда любил меня. Но грустное в этом то, что я не люблю его. Бернард раздавил во мне братские чувства с самого начала и им уже не суждено возродиться. Каспар – совершенно чужой для меня человек. Напоминание о смерти матери и о ненависти отца.
Возможно, если бы Бернард не был таким человеком, то наши отношения с братом могли бы сложиться по другому.
Но что случилось, то случилось.
Я никогда не любил Каспара и не смогу полюбить. Это чувство обошло меня стороной.
Да и, наверное, к лучшему это. Вдруг, сложись между нами другие отношения, моя жизнь повела меня другой тропинкой? Ну а я не представляю свою жизнь без вас. Ты, Лоа, Аливера – лучшее, что могло произойти со мной.
Спасибо вам за все.
Мы редко с тобой разговариваем. И я постоянно не успеваю сказать тебе самое главное: я люблю тебя, Агварес. Ты лучший сын на свете. И чтобы между нами не происходило, я горжусь, что ты – мой сын."
– Ну и, собственно, вот это. – Я всучил в руки друга письмо от Каспара, когда тот непонимающе зыркнул на меня, возвращая первое.
"И снова привет, братец.
С момента последнего письма прошло девять месяцев. Целых девять месяцев... Это же вагон времени, который может кардинально изменить жизнь или вообще переехать человека и он сдохнет.
А еще за девять месяцев на свет может появиться новая жизнь...
Ты готов стать дедушкой?
Вот на этом моменте прошу тебя присесть, не хватало еще чтобы ты упал в обморок, ударился башкой об угол и сдох. Тебе еще рано уходить на тот свет. Я вдоволь не навеселился. Ты же не играл со мной в детстве, так? А я все еще хочу с тобой играть. Только мы выросли. И игры мои изменились.
Начнем? Обещаешь, что будешь играть по правилам?
Не только у тебя связи в этом мире, Гленн. Мои люди следили за твоей семьей несколько месяцев. Они выучили распорядок дней каждого члена твоей семьи. Разузнали кто чем занимается.
Интересный персонаж – твой сын. Любит тусовки и женщин. Очень он вспыльчивый и безмозглый. Они чем-то похожи с нашим отцом, не думаешь? Наверное, агрессией и вседозволенностью.
Мне вот стало интересно, с какой силой способен ненавидеть твой сын? Сможет ли он возненавидеть тебя также, как Бернард? Давай проверим.
Что ж, Женевьева прекрасная девушка. А как же она сексуальна, согласен? Но знаешь, что самое привлекательное в Женевьеве? Она губительно падка на деньги. Даже не стала заламывать в два раза ценник на себя, когда мои люди предложили ей сделку: "она охмуряет Агвареса Хемлока и вклинивается в его дурную семейку, а ей за это платят".
Она быстро выполнила свое условие, ведь твой сынок в один счет на нее повелся, стоило только девушке раздвинуть ноги. Ну а после завязалась между ними интрижка.
Женевьева говорила, что она тебе не понравилась и ты против их отношений. Ай-яй-яй, Гленн. Нельзя лезть в чужую личную жизнь. Даже если любимый сынок связался со шлюхой, которая ко всему прочему подставная.
У них сейчас такой красивый роман. Еще и в ожидании ребеночка. Ох, не счастье ли? Лично я – в диком восторге и жду не дождусь, когда смогу поздравить тебя с пополнением твоего семейства. Больше всего я счастлив от того, что ты в ужасе и гневе от происходящего.
Твоя семейка дала трещинку...
А теперь... ВИШЕНКА НА ТОРТЕ!
Женевьева залетела не от твоего сосунка. Ее беременность была спланирована еще с первых дней нашего сотрудничества. И обязательно она должна была залететь от другого пацана.
Как же так? Спросишь ты... А я отвечу, что готов на все, чтобы ты почувствовал ненависть любимого человека. Познал какого это, быть отвергнутым тем, кого любил всем сердцем.
Что же делать с этой проблемой? У меня к тебе деловое предложение, дорогой брат. От которого ты не в праве отказываться. Однако, я не такой бессердечный, как ты, поэтому у тебя есть выбор.
Начнем игру?
Женевьева сейчас на первых месяцах беременности. И я приоткрою завесу только для тебя: она хочет этого ребенка и будет рожать несмотря ни на что. Но вот незадача, она шлюшка, которая зарабатывала своим телом. Получается, чтобы содержать ребенка, ей необходимы деньги. Твой сынок станет безлимитным кошельком, а чужой ребенок будет звать его "папочкой". Женевьева хорошо пристроилась. И к слову, у меня есть связи в больницах, ты не сможешь собрать доказательства, что ребенок не Хемлок.
А Женевьева сделает все, чтобы Агварес отвернулся от собственного отца, это я тебе обещаю, дорогой.
Поэтому слушай внимательно. Первый вариант, как ты можешь поступить: рассказываешь все своему сыну, но по итогу ты же и окажешься засранцем, а я, чтобы выкрутить Женевьеву, приеду в Нью-Йорк и решу навестить своего братца. Давно же не виделись?
Ну и второй вариант: Ты отвешиваешь Женевьеве крупненькую сумму денег (девка скажет, сколько) и она благополучно исчезает из ваших жизней. Но, Агварес должен думать, что ты заставил ее сделать аборт. Ты должен выставить себя в самом худшем свете. Чтобы твой сын тебя возненавидел. И тогда я не стану вас навещать. Буду просто наблюдать со стороны, как твоя жизнь вновь превращается в ад. Это же ужасно больно: любить человека, а взамен получать лишь ненависть. И понимать, что ты для него пустое место.
Какое из двух зол выберешь ты?
Навеки твой ночной кошмар, Каспар."
– Твою ж мать...
Друг отдал мне письмо и я непроизвольно сжал его в кулаке.
– Этот ублюдок присылал дохера писем. Ладно, он ненавидел моего отца. У него были на это причины, я понимаю. Но, сука, он испортил и мою жизнь. – Я с силой тыкнул пальцем себе в грудь. – Все это время я считал себя скотиной, позволившей девице убить ребенка. Моего, думал я! И, боже, – выдохнул я, прикрывая глаза и качая головой, – как же я ненавидел отца. С каждым днем моя ненависть к нему только возрастала. Какими гребаными словами его всегда забрасывал, осуждал за все и делал что угодно, лишь бы он чувствовал мою неприязнь.
– Агварес, – он положил свою ладонь на мое плечо.
– Каспар обещал Гленну, что испортит его жизнь, уничтожит все, что было для него важно. Но по итогу это я стал тяжким грузом отца. Я угробил счастье, к которому Гленн так долго шел. Каспар всего лишь зажег спичку, а я залил все керосином и воссоздал настоящий пожар.
– Агварес, ты не виноват. Хватит вешать все на себя. – Он заглянул в мои глаза и сильно встряхнул меня. – Хватит ныть, что жизнь дерьмо. Возьми себя в руки и сделай уже что-нибудь. И знай, что ты не один. Я буду сопровождать тебя до тех пор, пока ты не придешь в норму.
Абс закинул на меня вторую руку и подтолкнул к себе, стискивая меня в объятиях. Я не сопротивлялся, но и не пошевелил и пальцем. Стоял, как вкопанный и обдумывал то, что созревало в башке.
План мести.
Каспар обещался стать ночным кошмаром отца.
Теперь я должен ответить Каспару тем же.
И он еще не знает, сколько демонов таит моя душа...