Холодный Отзвук Угрозы
Дверь за Джеромом и охранником закрылась, оставляя Ханну Новак в тишине комнаты, которая еще секунду назад была наполнена зловещим шепотом и невыносимым напряжением. Холодный пот выступил у нее на лбу. Она не смогла сдержать дрожи, пробежавшей по ее рукам, когда она опустила их на стол.
Это было не просто безумие. Это была одержимость, которая перешла грань, затронув не только ее, но и невинного человека. Слова Джерома, его взгляд, его едва уловимое, но столь мощное прикосновение к запястью охранника – всё это кричало об угрозе, которая была не просто фантазией пациента. Джером Валеска был хищником, и он только что показал, как далеко готов зайти.
Ханна закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. Её сердце колотилось. Она была готова к безумию, к манипуляциям, к угрозам в свой адрес – она работала в Аркхэме. Но прямая, недвусмысленная угроза другому сотруднику, спровоцированная её собственным, пусть и невинным, смехом, была чем-то новым и глубоко тревожным.
Она открыла глаза и потянулась за своим блокнотом. Руки все еще немного дрожали, но она заставила себя сосредоточиться. Карандаш заскользил по бумаге, фиксируя каждое слово Джерома, его тон, его реакцию на охранника, даже его зловещий взгляд. Протокол требовал тщательного документирования. Она записала всё, включая фразу "расходный материал" и "хлопок". Это не было просто частью его психоза; это было реальное намерение.
Она понимала, что должна немедленно сообщить об этом инциденте руководству охраны и доктору Аркхэма, чтобы молодого охранника перевели на другой пост или по крайней мере усилили меры предосторожности. Его имя... кажется, Джеймс. Да, Джеймс. Он был таким искренним, таким невинным для этого места.
Мысли метались в её голове. Как можно защитить кого-то от такого безумия? Аркхэм был призван содержать таких людей, но их разум оставался свободен, способный плести самые изощренные и опасные планы. Джером не мог просто так подойти к охраннику и навредить ему здесь, внутри Аркхэма. Но он был мастером влияния, мастером хаоса. Он мог посеять зерно раздора, использовать других пациентов, найти слабые места в системе.
Её профессиональная отстраненность, её защитный барьер, казалось, дали трещину. Она чувствовала себя ответственной. Этот мальчик был просто на дежурстве, и теперь он, сам того не зная, попал в поле зрения одного из самых опасных пациентов Аркхэма.
Поднявшись, Ханна почувствовала тяжесть в груди. Ей нужно было действовать быстро. Она должна была обеспечить безопасность Джеймса, даже если это означало признать, что её методы не всегда могли сдержать безумие Джерома. Угроза была не только психологической; она была физической, и она была реальной.
Выйдя из комнаты, Ханна решительно направилась к кабинету начальника охраны. Атмосфера Аркхэма, обычно лишь мрачная, теперь казалась ей зловещей, наполненной невидимыми нитями чужой одержимости, готовыми в любой момент натянуться и разорвать чью-то жизнь.