Любовный баг

В воскресенье вечером Юнги возвращался домой с работы, все сильнее утомляясь и раздражаясь с каждым своим шагом. Из-за произошедшего накануне он весь день пребывал в крайне паршивом настроении и, свернув в переулок перед своим домом, не чувствовал ничего, кроме отчаянного желая поскорее лечь в постель.

Перед зданием стоял парень в серых спортивных штанах и ярко-желтом свитере с натянутым на голову капюшоном; он жевал резинку, выглядя, как наркоман из игровых автоматов. Шар из жевательной резинки на его губах надулся и почти сразу же лопнул.

Юнги не мог поверить, что дважды поцеловал этого хулигана. Он быстро пошёл к входной двери, так как был не в настроении для разговора. Незадолго до цели Хосок, до сих пор стоявший неподвижно, вдруг зашевелился - пытаясь помешать Юнги, он схватился за задний карман его джинсов и сильно дернул на себя. Тот запнулся.

«Это сексуальное домогательство.»

Он хотел уже возмутиться, потому что рука Хосока коснулась его зада. Но, к сожалению, в свете последних событий Юнги не имел права произносить эти слова.

— Куда ты идёшь? Ты с ума сошёл?

Хосок встал и загородил дверь. Это были обстановка и отношение, к которым Юнги уже привык. Он спокойно оценил "препятствие". Оно не выглядело непреодолимым - Юнги мог пройти, если бы захотел; но, скорее всего, был бы пойман при заминке во время введения пароля.

— Почему ты такой? Ты должен объясниться, если дважды целуешь кого-то в губы. В чём разница между тобой и сталкером?

— ...

«Я столько раз проверял, спит ли он, как, чёрт возьми, он узнал?»

Юнги заколебался, затем с трудом открыл рот.

— Насчёт первого... Мне нечего сказать. Это моя вина. Мне очень жаль. Насчёт второго, мы оба виноваты, поэтому, пожалуйста, представьте, что этого не было.

— Мы оба виноваты?

— Сонбэ, сначала вы коснулись моего лица... Я сказал что-то странное. В любом случае, я сделал ошибку. Я обычно не веду себя так. Я был изрядно пьян.

Хосок просто смотрел на него. Выражение его лица при улыбке было подобно яркому солнцу, но сейчас оно напоминало ничего не выражающий камень. Юнги чувствовал себя неловко под взглядом этих холодных глаз.

— Я тоже должен извиниться?

— Да. Нам обоим лучше извиниться и не допустить повторения этой ситуации.

Губы Хосока дрогнули. Он улыбнулся, но глаза по-прежнему оставались холодными.

— О, нет, мне совсем не жаль. Кроме того, я не могу гарантировать, что больше не сделаю этого.

Это был неожиданный ответ. Естественно, Юнги думал, что другой человек, как и он сам, сочтет это ошибкой и двинется дальше. Он немного поколебался, а затем плюнул:

— Что, чёрт возьми, с вами? Что в этом хорошего... такое бесстыдное...

— Это не ошибка, почему ты пытаешься двигаться дальше? Ты чувствовал то же самое, что и я.

— А что вы чувствуете? Это просто ненормальное желание.

Хосок закатил глаза, как будто услышал какой-то бред.

— Ненормальное... желание?

— Сложные биологические механизмы людей эволюционировали в форме половых сношений между представителями разных полов, чтобы создать второе поколение. Я думаю, что это неэффективный способ, но это правда, что человечество выжило и выросло благодаря сложному процессу спаривания и беременности. Отношения между одним полом - просто бессмысленная иллюзия, которая никоим образом не влияет на механизмы выживания и эволюции.

Хосок слушал, несколько раз надув и лопнув пузырь из жвачки. По его лицу было трудно угадать, о чём он думает.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? Думаешь, я тут ради лекции по биологии?

Хосок положил руки на уши и склонил голову, словно не слышал никаких объяснений.

— Не нужно ничего говорить, просто ответь. У тебя встал вчера или нет?

— Встал? Что?

— А ты как думаешь? Я про твой "наружный половой орган".

Юнги не ожидал такого интимного вопроса. Но он думал, что нет ничего, на что он не мог бы ответить. Сексуальное влечение - это человеческий инстинкт. Хотя это проявлялось не для того партнера, стыдиться этого было нечего.

— Я не хочу отрицать своё желание. У меня часто возникает эрекция, когда я с вами, сонбэ.

— ... Ты посмотри, как заговорил.

— Какая разница? Вероятность того, что ваша Y-хромосома изменится на X, равна нулю.

Как болт и болт, + и + полюса, - и - полюса. Это невозможно. Юнги вздохнул и продолжил:

— Честно говоря, это было давно. Это временное явление, так что позже мне станет лучше. Но пока я не могу это контролировать. Может, мне нужно немного больше времени. Я был слишком близок с вами, сонбэ. Но я не хочу сдаваться из-за Veggie Venturer.

Хосок громко фыркнул.

— То есть, ты не хочешь меня видеть, но хочешь продолжать использовать мой дизайн?

— Удаленная работа нормальна, а я хочу закончить начатое. Так что, пожалуйста, не покидайте проект.

Хосок положил руку на голову и запрокинул её. Он сделал еще шаг, озадаченно повернув голову. Юнги отступил ещё немного.

— У тебя очень странный образ мышления. Тебе не кажется, что мне от этого некомфортно?

— Вам некомфортно?

Хосок снова приблизился, Юнги, зеркаля его, сделал шаг назад.

— Ты планируешь создавать игру вот так? Почему ты думаешь только о себе, сукин ты сын? Даже не спрашиваешь моего мнения.

— Какова ваша позиция?

Хосок поморщился, словно от оскорбления. По мере увеличения скорости его приближения становилось все труднее сохранять дистанцию, двигаясь назад.

— Ты делаешь это специально, чтобы разозлить меня, да?

— Я не знаю, правда.

Чон Хосок наконец остановился. Он сцепил ладони за откинутой головой и глубоко вздохнул.

— Как тут остаться? Ты хочешь, чтобы я сидел рядом с тобой и создавал игру? В этом нет смысла.

— Держите свои желания под контролем, используя разум...

— Блять, я не могу этого сделать.

— Успокойтесь, я ведь мужчина.

Юнги почувствовал себя круглым дураком, сказав это. Хосок улыбался. Даже в разгар перепалки Юнги, как бы он ни был смущен, не мог не думать о том, что тот хорошо выглядит.

— Меня не интересуют эволюция и хромосомы. В отличие от тебя, я не решаю, кто я и что буду делать завтра. Здесь и сейчас - это самое важное.

Хосок подошёл ближе, указывая рукой на грудь. Его спина и необычайно широкие плечи были очерчены светом уличного фонаря. Юнги вдруг стало страшно.

— Ты меня привлекаешь, будь то ненормальное вожделение или что-то в этом роде. Однако, как мужчина, я симпатизировал тебе, поскольку ты тот сумасшедший, который волнуется из-за любых нарушений правил. Конечно, я не порядочный джентльмен. Но, а ты кто тогда? Разве не видишь, что ты не одинок, и в это вовлечены два человека?

Прежде чем Юнги переварил сказанное, стена коснулась его спины. Его разум потемнел от ужасающей мысли, что путь к отступлению заблокирован. Различные боевые приемы, которые можно было бы использовать против более крупного противника, вихрем промелькнули в его голове.

«Почему он так близко?»

Пока Юнги молча паниковал, Хосок подошёл к нему вплотную. Расстояние между губами составляло всего два дюйма*. Он боялся, что тот повторит произошедшее накануне.

___________________
*примерно пять сантиметров

— Ты тот, кто повернул выключатель... Не проси меня сдаваться. Кто ты такой, чтобы мне говорить?..

Сейчас самое время!

Юнги толкнул Хосока локтем в талию и убежал.

— Эй, ты, сумасшедший ублюдок! Иди сюда!

Сзади послышался крик. Юнги бросился к спасительному зданию, но расстояние было слишком коротким, чтобы разогнаться. Перед грязной стеклянной дверью Хосок поймал Юнги за шею. В прямом смысле.

Хосок прижал его за шею и попытался заломить одну руку назад. Юнги напрягся и изо всех сил старался вывернуться так, чтобы выбраться. Свободным локтем он ударил, планируя попасть Хосоку в живот, но не смог - локоть также был заблокирован. Драка продолжалась еще какое-то время.

— Хватит, отпустите меня!

Когда Юнги попытался пнуть его, чтобы сбить с ног, Хосок обхватил его, используя разницу в телосложении. И оба повалились на землю, словно один человек. Хосок, упавший на спину, издал болезненный стон. Юнги треснул его по подбородку, чтобы немедленно освободиться и встать, но Хосок повернул его за талию ногами.

«Вот дерьмо, если бы только у меня была палка...»

Разница в телосложении была не такой уж большой, но снова и снова ситуация, в которой он находился, была для него невыгодной. Придя в себя, Юнги обнаружил, что его голова прижата к асфальту, а Хосок забрался на него сверху. Он плотно уселся на бедре Юнги, держа его за запястья обеими руками. Последний забыл, что до недавнего времени участвовал в рестлинге, и крепко зажмурился.

— Что вы делаете?

— Кто разрешал тебе сбегать, пока я говорю о чём-то важном?

Руки Хосока были напряжены. У человека сверху было абсолютное преимущество. Невозможно было повалить его, как бы он ни старался, лежа в этом положении.

— Теперь хочешь поговорить?

— О чём вы? Мне нечего сказать.

— Эй, открой глаза.

— ...

— Открой глаза. Если не откроешь, я тебя поцелую.

Глаза Юнги сами собой распахнулись. Его сердце колотилось как сумасшедшее; то ли потому, что область соприкосновения их тел была слишком большой, то ли лицо Хосока было слишком близко. Как бы он ни старался это скрыть, его сердце билось слишком быстро. Юнги усилием воли вспомнил про себя слова государственного гимна. Тем временем, не осознавая, что происходит внутри него, Хосок серьёзно заговорил:

— Послушай. Я уже сказал, что меня не волнует, что ты мужчина. Выбирай одно из двух. Можешь начать со мной, или я выйду из игрового проекта, и ты больше никогда меня не увидишь. Других вариантов нет.

— Что вы имеете ввиду под «начать»?

— А ты как думаешь?

Щёки Хосока были в пятнах от уличных фонарей. В оранжевом свете его глаза казались исключительно яркими. В том, что он говорил, было слишком много трудных для понимания частей. Юнги догадывался, почему он зол и что он хочет сделать, но нужно было удостовериться.

— Итак, сонбэ говорит, что... Вы собираетесь продолжать делать это со мной.

Слова, которые вылетали изо рта, звучали гораздо более двусмысленно, чем в его голове; голос вдруг дрогнул.

— Что-то вроде этого?

— Даже будучи мужчиной, чтобы облегчить сексуальное желание, я должен держаться за руки, целоваться и заниматься сексом. Это означает притвориться, что мы в отношениях, как мужчина и женщина.

— Притворяться, что состоим в отношениях? Что ты имеешь в виду...

Лоб Хосока наморщился, а рука, державшая запястье Юнги, сжалась. Когда он приблизился, опустив голову, на лицо Юнги упала тень.

— Позволь мне задать тебе один вопрос. Как ты думаешь, что такое отношения?

— Это отношения между мужчиной и женщиной, основанные на предпосылке брака. Это похоже на экспериментальную версию официального шоу.

— Ах, значит, такого не может быть между мужчинами?

— Это вопрос?

Внезапно обе крепко зафиксированные руки, были освобождены. Хосок слез с Юнги и недоуменно осел на землю. Его кожа блестела от пота в оранжевом свете уличного фонаря. Он пробормотал:

— Я подожду, пока ты немного подумаешь. Если ты снова убежишь, я пойду за тобой.

Хосок выбросил жевательную резинку в мусорный бак, вынул из кармана сигарету и прикусил ее. Вскоре кончик сигареты засветился красным в темноте, и дым поднялся с его губ к небу. Щеки Хосока раздувались, а воздух несколько раз выходил наружу. Юнги встал и сел немного в стороне от него, согнув колени.

Хосок молчал, пока не докурил сигарету. Он потушил её носком ботинка, поднял ладони и потер лицо, будто мыл его. Казалось, прошла куча времени...Юнги не знал точно, потому что не видел своих часов. В конце концов их взгляды снова встретились.

— Хорошо, лучше прояснить. Если ты понимаешь это только так, то давай просто назовем это вожделением.

Он цинично пробормотал эти слова, затем щёлкнул пальцами. Это был сигнал подойти поближе. Поскольку Хосок совсем не улыбался, Юнги немного нервничал.

— Подойди скорее, пока я не рассердился.

Юнги медленно подошёл к нему. Хосок продолжал сухо щёлкать пальцами. Вперёд, вперёд, вперёд. Затем они повернулись друг к другу, и примерно через секунду Юнги остановился.

— Что?

В мгновение ока Хосок двинулся вперед и неизбежно схватил Юнги за руку. Тот застыл, как камень.

— Держи меня за руку.

Другой рукой он прикоснулся к щеке Юнги. Большой палец медленно скользнул по его губам.

— Мы уже поцеловались.

Юнги слегка вздрогнул, но Хосок обвил ладонью его шею и снова прижал к себе. От шепчущего голоса по рукам побежали мурашки.

— Итак, всё, что нам осталось сделать, это переспать. Правильно?

Хосок упёрся лбом в кепку Юнги. Она со стуком упала назад. По глазам было невозможно понять, о чём он думает. Был ли он саркастичен или серьезен? Более того, Юнги не мог сосредоточиться на размышлениях - мешало слишком громкое биение сердца, а кожа не контролировала температуру тела, как полагается.

— У меня два вопроса.

Юнги наконец удалось уловить нить разума и заговорить. Хосок приподнял подбородок, как будто хотел попробовать.

— Во-первых, мужчины не могут заниматься сексом друг с другом. Каким образом вы собираетесь это делать?

— Есть способ.

— Что? Где... как?

— Если не знаешь, молчи. Я позабочусь об этом.

— Почему вы так уверены в себе? Вы даже не пробовали...

— Я пробовал. Следующий вопрос.

Хосок, смотря на Юнги, почесал шею и повернул голову.

Юнги не получил никаких ответов, кроме информации о том, что Хосок имеет опыт, но решил исследовать это отдельно, а затем перешёл к следующему вопросу.

— Во-вторых, какой смысл в таких ненормальных отношениях?

— Представь, что ты генерал династии Цинь.

Хосок ответил тихо, но сильнее сжав руку, которую держал.

— Снаружи вражеский лагерь. Если ты уйдешь, они окружат замок, выпустят стрелы, отрежут воду и начнут разного рода беспредел. Теперь есть два пути.

Указательный палец Хосока приподнялся.

— Первый — игнорируй и подожди, пока он не исчезнет сам по себе.

Юнги молчал. Он не мог понять, что Хосок пытался донести. Средний палец Хосока тоже поднялся.

— Второй — иди и раздави этих ублюдков. Что тебе нравится больше?

— ...

— Если есть проблема, нужно быстрее перейти к делу и устранить причину. Что-то мне подсказывает, что это твой стиль.

Юнги молча кивнул. Он вспомнил времена, когда был капралом и имел опыт ношения защитного костюма CBRN, чтобы нейтрализовать улей пчел, создававших проблемы в отряде. Хосок приложил палец к его сердцу.

— Это единственный способ подавить свою похоть. Не избегай этого, не игнорируй это и продолжай со мной. Просто дай волю этим чувствам, которые тебя беспокоят, и они вскоре уйдут.

«Он убедителен. Также мы можем продолжить проект.»

Согласно принципам Юнги, было бы правильнее отказаться. В Интернете преобладало мнение, что «сексуальные партнеры», которые встречаются лишь для облегчения влечения, являются неэтичной формой отношений. Как цивилизованный человек, независимо от того, насколько сильно возбуждён, он должен был остановить его, но когда он услышал аргумент Хосока, его слова неожиданно обрели смысл.

По его руке катилась капля пота. У него было желание оставаться в этом состоянии, смотреть, касаться, целоваться и даже больше. Игнорирование, похоже, не способствовало исчезновению.

«Вот так? Неужели у меня не было другого выбора, кроме как оказаться в пучине похоти, чтобы справиться с ней? К сожалению, не было никаких других улик, по которым можно было бы судить о ситуации, потому что я никогда раньше не беспокоился об этом.»

— А пока, отпустите меня.

Юнги наконец удалось отпихнуть Хосока. Убрав его руку и отодвинув бёдра, он отстранился. Хотя это было заманчивым предложением, Юнги не был из тех людей, которые принимают важные решения в спешке. Он поднял кепку и сказал:

— Дайте мне время рассмотреть предложение.

— Хорошо. Как долго?

— Две недели.

— Две недели? Ты ведь знаешь, что у меня мало времени, верно?

— Я знаю. У меня промежуточные экзамены на следующей неделе, поэтому, если вы посмотрите расписание, вы увидите, что в течение двух недель встреч не будет. А пока я рассмотрю ваше предложение. Продолжайте работу с графикой, как планировалось, и загрузите работу до пятницы, 26 апреля, на FTP.

«Сексуальный. Раздражающий. Ублюдок.»

Сказав всё, что хотел, Юнги встал со своего места. Рука, которую хватал Хосок, всё еще была онемевшая. Он услышал свое имя, когда проходил мимо.

— Мин Юнги.

— Что?

— Почему ты такой трудный?

— Я не понимаю, что вы имеете в виду. Увидимся на следующей встрече.

— К чёрту встречу...

Юнги подошёл к двери, чувствуя прилив адреналина, несущийся по его венам.