Пламя Ворона

На степенно отстраивающиеся улицы Столицы осел густой млечный туман. Солнце вставало, но как такового его в небесах не было, лишь явившийся из ниоткуда яркий свет за белым полотном. Город ещё дремал, а Ибис повиновенно ожидала его пробуждения на одной из крыш.

Мадам Луиза, несмотря на их с девушкой не самую приятную первую встречу, всё же удивительно по-матерински отдала ей одну из своих шуб, выразив глубокую благодарность за её вклад в примирение людей и полузверей. Что было весьма кстати, ибо тёплая одежда, которую ей благодушно выделили при первом её появлении на «Вендетте», уже беспощадно износилась.

Старик-ветер грубо трепал косы девушки, но её это мало чем беспокоило. Ибис смотрела на площадь. Площадь, питаемую многочисленными событиями и воспоминаниями. Здесь происходило слишком многое, большинство из чего воспринималось Ибис, как невыносимое испытание. Первая её поездка с Жаном в душном дормезе, первое яркое проявление Рейвена, как лидера, их совместный танец в одном из поместий и, наконец, спасение мирных жителей от потопа. В голове Ибис Столица пахла кровью, войной и гордыней. Осталось ли в Столице что-то святое? Было ли оно в ней когда-либо?

Было ли что-то святое в Ибис? И осталось ли оно?

Глядя на площадь сквозь покрывало тумана, девушка думала о себе. О том, кем она была, и кем стала, и было ли важно это преображение вообще. Эта осень с хвостиком наступившей зимы перевернули жизнь девушки и её саму с ног на голову несколько раз подряд. События сменялись, дни уходили, кровь проливалась и слова материализовались, а Ибис... А что делала Ибис?

Помогала? Спасала? Или просто смотрела со стороны?

А может мешалась под ногами, мешая Окрылённому?

Ибис вспоминала непринуждённую улыбку Рейвена, когда он станцевал с ней на палубе «Вендетты» в первую их встречу. Жар его рук и пыл его изречений. Вспоминала, как в их первый разговор они уже умудрились поспорить о важном.

Они были абсолютными противоположностями. Но это не мешало им быть привязанными друг ко другу.

Ибис никак не могла забыть объятия Рейвена перед его гибелью. Его головокружительные признания в глубокой любви. Его губы на своей шее.

Но нужна ли была Ибис его плану? Нет, совсем нет. Даже самому Окрылённому она требовалась лишь для утешения.

Ветер гудел. Чьи-то открытые ставни безумно бились друг о друга, но закрывать их никто не спешил. Столица оставалась безжизненной и пустой.

Кем была Ибис с самого начала? До глупости наивной, тихой и робкой пустышкой, как бы категорично то ни звучало. И в какой момент простая пастушка с гор стала личностью, спасающей тысячи жизней от наводнения, идущей наперекор главному лидеру полузверей? Желающей изменить Империю? Когда Окрылённый согласился уничтожить Столицу, даже если там будет находиться Ибис? Когда погибла её лучшая подруга? Когда она спрыгнула с Рейвеном со скалы? Или когда впервые поспорила с ним на палубе «Вендетты»?

- О чём задумалась?

Ибис вздрогнула. Ветер уже прилично разогнал туман, но приближение к себе Жана она всё-равно не заметила.

- Да так... О всяком.

- Мы с Заком тут к одним в гости заглянули, пока они спали. - Он протянул ей румяную булочку. - Прямо на подоконнике лежали, будто нас дожидались.

- Это как же вы вломились?!

- Через окно.

Ибис хихикнула:

- Жизнь с полузверями плохо на тебя влияет.

- На тебя тоже.

Шутка была неуместной, но Ибис всё-же вежливо улыбнулась, принимая подарок из его рук. Жан присел рядом с ней, пытаясь выискать вдали то, на что столь бесстыдно пялилась Ибис уже долгое время.

- Так о чём ты думала?

- Тебе может показаться это глупым.

- Не покажется.

- Просто... В чем моя роль вообще? Каково моё влияние на всю ситуацию в Империи? Нужно ли оно?

Жан неподвижно сидел рядом с ней, жуя свою булочку. Ветер хлестал по нему, будто проверяя на прочность, но он мужественно выносил испытание.

- Знаешь, Ибис... - Он бодро повернулся к ней. - Быть может ты и не замечаешь этого, но ты - двигатель. Незаметный, почти неосязаемый и неочевидный, но ты то, что поворачивает русло и меняет ход истории.

- Но в правильную ли сторону?

- Ты спасаешь жизни, а это главное.

- Спасибо.

- За правду не благодарят.

- Сегодня мы и проверим, правда это, или нет. Солнце уже встало.

- Дай ты людям выспаться!

- Поспят в мирное время, которое мы и строим прямо сейчас.

- С каких это пор ты такая решительная?

- Я и сама сейчас задавалась этим вопросом.

Девушка неловко вспорхнула с места. Шуба Мадам Луизы подозрительно явственно была ей к лицу. В какой-то момент Жану почудилось, что перед ним вовсе не Ибис, а некто, наделённый безграничной властью. Но по-прежнему ласковая улыбка девушки вернула ей прежний облик. 

- Всё как в день наводнения. Ты с Заком на колоколе, я на трибуне.

Жан затолкал остатки угощения в рот и спрыгнул на чей-то резной балкон. Перед следующим прыжком он задрал вверх голову и, проглотив еду, твердо заявил:

- Ты справишься.

- Мы справимся.

Но в этом Ибис, как и во многом другом, отнюдь не была уверена.

Уже знатно рассвело и Столица потихоньку делала свои первые вздохи. Бешеные ставни кто-то наконец захлопнул, а где-то вдалеке загремели молотки ремонтных работ. Столица до сих пор не оправилась после потопа.

Ибис нырнула под люк к винтовой лестнице, моля деревянные ступеньки не скрипеть, дабы не привлекать внимания сторожей сего здания, судя по всему, театра.

Главная её нынешняя задача - принести людям и полузверям истину о том, кто на самом деле их общий враг. А это Вахтанг, Хищник, змея, пригретая на груди Окрылённого. Стрела, уже выпущенная в сердце самой Империи. 

Рейвен мечтал о свободе зверолюдей, Вахтанг же мечтает об Империи у своих ног. А Ибис мечтает о мире. О равенстве. О справедливости. 

О таких простых и желанных словах.

Она ступила на трибуну, когда полотно воздуха пронзило лезвие колокольного звона. Ибис украдкой взглянула на башню, где Зак с Жаном, впрочем, как и всегда, спорили. 

В окнах появились лица. На удивление быстро на улицу высыпалась целая охапка обитателей Столицы. Колокол затих и Ибис сделала предварительный вздох: 

- Моё имя Ибис. Думаю, многие здесь уже знают меня.

В лицах прибывающих действительно читалось узнавание.

- Я говорю сейчас здесь от лица всех последователей идеи Окрылённого. Император мёртв, а его место желает занять предводитель Хищников, Вахтанг.

Люди кивали. Видимо, об этом они уже были уведомлены.

- Но этого нельзя допустить. Если ко власти придёт он, пострадают не только люди, но и полузвери. Война с Королевством, восстания... Империя рушится у нас на глазах. Нам нельзя стоять в стороне. Как я и говорила, от лица всех последователей Окрылённого я молю вас об объединении против общего врага. 

- Люди и полузвери жили в войне многие годы, - вышел на трибуну Жан. - Даже сейчас. Каждый из нас страдает из-за ситуации в Империи. Окрылённый пытался положить конец гнёту зверолюдей, мы же, - он взял Ибис за руку, - желаем положить конец вражде.

- Это наш единственный шанс остановить весь тот ужас, что приходится и приходилось проживать нам и нашим предкам. - Присоединился к ним Зак. - Не знаю, как вам, но мне это надоело.

Люд выглядел воодушевлённо.

"Мы с Жаном спасли их от наводнения. Они должны нам поверить." - Надеялась глубоко внутри Ибис.

- Готовы ли вы объединиться с нами ради всеобщего блага? - Наконец произнесла она.

Послышались утвердительные возгласы.

- Им можно верить! - Расслышала Ибис один из них. С плеч будто упал увесистый булыжник.

- Нам необходимо противостоять Хищнику. Надеюсь, вы с нами.

Площадь сотрясалась людскими криками. Ибис чувствовала, какое облегчение снисошло на народ, как рады они были услышать планы о мире и об окончании кровопролития. И она танцевала с ними в душе. Люди услышали её. Люди приняли её. Люди хотят быть спасёнными.

Жан стоял рядом и тоже улыбался. Слегка ветрено и по-дурачески, но эта улыбка нравилась ей намного больше, нежели отточенный до идеала оскал превосходства, каким он слепит нередко что врагов, что друзей. Он был искренен, а это для сердца Ибис в нём было важнее всего.

Зак тоже радовался. Тихо, отчуждённо, но разжимал напряжённые кулаки.

Мир и идиллия были близки, как никогда. Всего один шаг. Всего один прыжок.