Dirty Gold

    Эли­забет дёр­ну­лась от тёп­ло­го при­кос­но­вения к ще­ке, вып­ря­милась и ис­пу­ган­но вце­пилась в руч­ку на две­ри, пы­та­ясь прос­нуть­ся и осоз­нать, где на­ходит­ся. В гла­за бил яр­кий свет не­оно­вой вы­вес­ки, ос­ве­ща­ющий са­лон ав­то­моби­ля че­рез ло­бовое стек­ло, и Ку­пер в па­нике ог­ля­делась, на­тыка­ясь на уд­ру­чён­ный, взвол­но­ван­ный взгляд Джаг­хе­да, ко­торый скло­нил­ся над ней, лас­ко­во пог­ла­живая её шею, что­бы ус­по­ко­ить.

— Прос­ти, — хрип­ло про­тяну­ла она, рас­ти­рая гла­за. В гор­ле пе­ресох­ло, го­лова гу­дела, а ру­ки дро­жали то ли от хо­лода, то ли от стра­ха пос­ле уви­ден­но­го сна, ко­торый те­перь не уда­валось вспом­нить. Бет­ти ут­кну­лась в пле­чо Джаг­хе­да, цеп­ля­ясь за его кур­тку и чувс­твуя, как сер­дце рвёт­ся из гру­ди, а лёг­ким не хва­та­ет воз­ду­ха. — Мне прис­нился кош­мар.

— Я здесь, — ти­хо ска­зал Джонс, прид­ви­нув­шись бли­же, и ус­по­ка­ива­юще пог­ла­дил её по го­лове. — Всё хо­рошо, — он креп­ко об­нял Эли­забет за пле­чи, и она заж­му­рилась. Пе­ред гла­зами мель­кнул ужа­са­ющий кадр из сна, пос­ле че­го она силь­нее при­жалась к не­му, слов­но пы­та­ясь убе­дить­ся, что он ни­куда не ис­чез. — Ти­ше, — про­шеп­тал, ка­са­ясь её вис­ка сво­ими тёп­лы­ми, су­хими гу­бами, — Это прос­то сон.

      Ку­пер под­ня­ла на не­го ус­та­лый взгляд и че­рез си­лу бла­годар­но улыб­ну­лась, ста­ра­ясь убе­дить Джаг­хе­да в том, что всё в по­ряд­ке. Чем доль­ше она смот­ре­ла в его гла­за, тем силь­нее сжи­малось её сер­дце, а не­вып­ла­кан­ные сле­зы ду­шили из­нутри, ско­вывая гор­ло по­доб­но ржа­вой ос­трой про­воло­ки. Она не име­ла пра­ва пла­кать. Толь­ко не сей­час, ког­да Джонс ед­ва дер­жался, без­воз­врат­но уто­пая всё глуб­же в собс­твен­ном чувс­тве ви­ны.

      Преж­де чем ос­та­новить­ся, они еха­ли нас­толь­ко дол­го, что Эли­забет по­теря­ла счёт вре­мени. День пос­те­пен­но угас, сме­нив­шись ночью, а вмес­те с тем­но­той над ни­ми на­вис­ло и от­ча­яние. Оно бы­ло так ос­тро, что Ку­пер ед­ва не сор­ва­лась на крик, наб­лю­дая, как за за­потев­шим стек­лом один за дру­гим мель­ка­ют зна­ки, а до­рога уво­дит их все даль­ше от род­но­го го­рода; от прош­ло­го, где Эли­забет бы­ла вы­нуж­де­на ос­та­вить до­рогих ей лю­дей, а Джаг­хед свою семью. Она чувс­тво­вала, как с каж­дым ки­ломет­ром об­ры­ва­ет­ся тон­кая нить, нез­ри­мая связь с чем-то бе­зум­но важ­ным и, смот­ря на Джаг­хе­да, она зна­ла, что он то­же это чувс­тву­ет.

      Ви­деть его та­ким по­терян­ным и раз­давлен­ным бы­ло слиш­ком тя­жело. Эли­забет с тру­дом вы­носи­ла его слу­чай­но бро­шен­ный взгляд, пол­ный бо­ли и злос­ти, но не мог­ла про­из­нести ни сло­ва, зная, что нич­то не смо­жет об­легчить груз пре­датель­ства на его пле­чах. Она жда­ла, что он сор­вётся, нак­ри­чит, об­ви­нит во всем её, вып­леснет эту не­выно­симую боль, об­ру­шит­ся на неё с не­навистью, но вре­мя шло, оче­ред­ной го­род ос­та­вал­ся по­зади, а он про­дол­жал мол­чать. И это пу­гало силь­нее, чем не­из­вес­тность впе­реди, к ко­торой они мча­лись на вы­сокой ско­рос­ти. Джаг­хед, че­ловек, чьё имя ста­ло для Ку­пер си­нони­мом вы­дер­жки, ло­мал­ся на её гла­зах, а она не мог­ла это ос­та­новить, мед­ленно раз­би­ва­ясь на час­ти вмес­те с ним.

— Где мы? — нас­то­рожен­но спро­сила Бет­ти, вгля­дыва­ясь в пус­тую ули­цу и рас­смат­ри­вая од­но­этаж­ное зда­ние, ко­торое вы­рос­ло на не­боль­шом ас­фаль­ти­рован­ном учас­тке у обо­чины.

      Вок­руг ни ду­ши. На пар­ковке ни од­ной ма­шины, и толь­ко фа­ры ста­рого фур­го­на ос­ве­щали по­тёр­тую дверь и заш­то­рен­ные ок­на, в ко­торых не го­рел свет.

— Со­мер­сет, — от­ве­тил Джаг­хед. — Ос­та­новим­ся здесь до ут­ра. Пос­пим и по­едем даль­ше.

      Эли­забет сог­ласно кив­ну­ла, пусть и не хо­тела но­чевать в по­доз­ри­тель­ном мо­теле, бо­ясь, что они по­теря­ют дра­гоцен­ное вре­мя, и по­лиция неп­ре­мен­но их най­дет. Воз­ра­жать она не ста­ла толь­ко по­тому, что ви­дела, как силь­но ус­тал Джаг­хед, и ре­шила, что ра­зум­нее от­дохнуть хо­тя бы па­ру ча­сов.

      Джонс вы­шел из ма­шины, ог­ля­дел­ся, вы­тащил сум­ку с зад­не­го си­денья, за­кинул её на пле­чо и от­крыл пас­са­жир­скую дверь. Бет­ти за­кута­лась в паль­то и вы­суну­ла но­гу, чувс­твуя, как всё те­ло за­тек­ло от дол­го­го пре­быва­ния в од­ном по­ложе­нии, по­тяну­лась, выб­ра­лась на ули­цу и тут же схва­тила Джон­са за ру­ку, бо­ясь от­пустить его да­же на ко­рот­кое мгно­вение.

      Го­рящая вы­вес­ка с над­писью «Мо­тель» гром­ко гу­дела. Оди­нокий, по­косив­ший­ся фо­нарь мор­гал от пе­репа­дов нап­ря­жения, то ос­ве­щая пар­ковку и ста­рое зда­ние, то уга­сая, ос­тавляя ули­цу в пу­га­ющей тем­но­те. Ка­залось, что за пре­дела­ми мо­теля бы­ла толь­ко пус­то­та, а ши­рокая до­рога, с ко­торой они съ­еха­ли, не име­ла кон­ца — тя­нулась в тём­ную без­дну, в ни­куда. Пах­ло сы­рым ас­фаль­том, бен­зи­ном и хво­ей.

      Джаг­хед при­курил си­гаре­ту и дви­нул­ся к при­от­кры­той две­ри, от­ку­да стру­ил­ся тус­клый жёл­тый свет. Он сде­лал все­го три глу­бокие за­тяж­ки, а за­тем бро­сил оку­рок в ко­роб­ку с му­сором и, креп­ко сжав паль­цы Эли­забет в сво­ей тёп­лой ла­дони, по­тянул же­лез­ную руч­ку. В нос Ку­пер уда­рил при­ят­ный за­пах ко­фе, как толь­ко они ока­зались в ма­лень­ком хол­ле с де­ревян­ным сто­лом, за ко­торым си­дел бо­рода­тый ста­рик, ут­кнув­ший­ся в жур­нал с крос­свор­да­ми. Он ус­та­ло под­нял го­лову и удив­лённо взгля­нул на па­роч­ку, сон­но мор­гая и скре­пя по­косив­шимся сту­лом. За его спи­ной ви­сели крюч­ки для вер­хней одеж­ды, а на них клю­чи с плот­ны­ми бу­маж­ка­ми, на ко­торых пес­тре­ли но­мера ком­нат.

— Ка­кими судь­ба­ми в этой ды­ре? — по­ин­те­ресо­вал­ся он сип­лым го­лосом, пе­рево­дя взгляд с Джаг­хе­да на Эли­забет. — Вы не мес­тные.

— Ну­жен но­мер до ут­ра, — ска­зал Джонс. Он за­лез в кар­ман и бро­сил на стол нес­коль­ко смя­тых ку­пюр.

      Ста­рик вздох­нул, спря­тал день­ги в ящи­ке сто­ла, груз­но под­нялся на но­ги и сор­вал пер­вый по­пав­ший­ся ключ с крюч­ка, не от­ры­вая по­доз­ри­тель­но­го взгля­да от Джаг­хе­да. Он про­тянул ему ключ, а за­тем ус­мехнул­ся, за­метив, с ка­кой си­лой Эли­забет при­жима­ет­ся к его пле­чу. Его тя­желый взгляд сколь­знул по ней неп­ри­лич­но мед­ленно, от­че­го Ку­пер вздрог­ну­ла, а Джаг­хед нап­рягся, пре­дуп­режда­юще со­щурив­шись.

— Идём, — ти­хо поп­ро­сила Эли­забет, не же­лая боль­ше ни се­кун­ды ос­та­вать­ся в ком­па­нии это­го неп­ри­ят­но­го че­лове­ка. Она нак­ры­ла ку­лак Джаг­хе­да ла­донью и под­тол­кну­ла его в сто­рону ко­ридо­ра, бро­сая на ста­рика през­ри­тель­ный взгляд.

      Джонс прок­ру­тил ключ меж­ду паль­цев, выж­дал еще се­кун­ду, а за­тем сдал­ся. Они прош­ли по уз­ко­му, тус­кло ос­ве­щён­но­му ко­ридо­ру, наш­ли дверь с нуж­ным но­мером и скры­лись в ком­на­те. Эли­забет пре­дус­мотри­тель­но за­щёл­кну­ла за­мок, ду­мая о ста­рике за сто­лом, о по­лиции и Упы­рях, вздра­гивая от ко­люче­го стра­ха, ко­торый, ка­жет­ся, нас­квозь про­питал её соз­на­ние и сер­дце с той са­мой се­кун­ды, ког­да она уви­дела То­ни око­ло шко­лы. От­де­лать­ся от это­го лип­ко­го ощу­щения опас­ности она уже не мог­ла.

      Джаг­хед вклю­чил свет и Бет­ти смог­ла раз­гля­деть ком­на­ту: кро­хот­ное прос­транс­тво, не­боль­шая кро­вать, тум­бочка, стул, уз­кое ок­но с гряз­ной што­рой в цве­ток, сле­тев­шая с од­ной пет­ли дверь в ван­ную. Воз­дух был тя­жёлым и пре­лым, слов­но здесь ме­сяца­ми не про­вет­ри­вали. Обод­ранные обои, по­тёр­тая ме­бель и пят­на на ков­ре — уд­ру­ча­ющая ат­мосфе­ра без­вы­ход­ности, яр­кое от­ра­жение си­ту­ации, в ко­торой они ока­зались.

      Ку­пер брез­гли­во по­мор­щи­лась, но воз­держа­лась от ком­мента­рия, зная, что ва­ри­ан­тов у них нем­но­го — этот но­мер или ма­шина. Же­лание при­нять го­рячий душ ав­то­мати­чес­ки дви­гало ва­ри­ант пос­пать в фур­го­не То­паз, и по­это­му Эли­забет по­дави­ла все воз­му­щения глу­боко внут­ри, на­де­ясь лишь на то, что здесь дос­та­точ­но бе­зопас­но.

— Не «Пять се­зонов» ко­неч­но, но... здесь есть кро­вать, — по­пыта­лась раз­ря­дить об­ста­нов­ку Бет­ти, ос­матри­ва­ясь и заг­ля­дывая в ван­ную ком­на­ту.

      Джаг­хед ки­нул сум­ку на кро­вать, при­сел на край и рас­стег­нул мол­нию. Бет­ти сня­ла паль­то, по­веси­ла его на спин­ку сту­ла и упёр­лась пле­чом в двер­ной про­ём ван­ной, вни­матель­но сле­дя за тем, как Джонс вы­тас­ки­ва­ет из сум­ки пе­ремо­тан­ные ре­зин­кой тол­стые пач­ки де­нег. Она удив­лённо ах­ну­ла, ког­да по­няла, ка­кую сум­му ос­та­вила им То­ни.

— Ого, — не удер­жа­лась она. — От­ку­да у неё столь­ко?

— Ав­то­сер­вис, — горь­ко ус­мехнул­ся Джаг­хед. — Она го­вори­ла, что хо­чет от­крыть сер­вис, что­бы мы мог­ли за­раба­тывать на ре­мон­те та­чек и боль­ше ни­ког­да не про­давать нар­ко­ту, — он бро­сил пос­леднюю пач­ку на кро­вать, опус­тил го­лову и зак­рыл гла­за, креп­ко сдав­ли­вая свои ко­лени паль­ца­ми. Он смор­щился, сжи­мая ру­ки в ку­лаки до по­белев­ших кос­тя­шек, си­лясь по­давить в се­бе ядо­витую боль, ко­торая от­ра­зилась на его ус­та­лом ли­це. Эли­забет смот­ре­ла на не­го и да­вилась го­речью, меч­тая заб­рать её часть се­бе, по­чувс­тво­вать хо­тя бы час­тичку то­го, что чувс­тво­вал он, уве­рен­ная, что зас­лу­жила это.

      Она шаг­ну­ла к не­му, же­лая креп­ко об­нять, но Джонс рез­ко вско­чил с кро­вати, дёр­нул го­ловой, буд­то в по­пыт­ке сбро­сить с се­бя око­вы. Он бо­лез­ненно взгля­нул на Бет­ти, но не поз­во­лил ей раз­де­лить с ним это мгно­вение и дви­нул­ся к две­ри, от­во­рачи­ва­ясь от неё по ста­рой при­выч­ке, во­лей жал­ких ос­татков му­жес­тва удер­жи­вая по­жар внут­ри.

— Пе­рес­тавлю ма­шину, что­бы не бы­ло вид­но с до­роги, — вы­давил он. — Я быс­тро, — не дож­давшись её от­ве­та, Джонс хлоп­нул дверью, и Бет­ти ус­лы­шала его тя­желые, быс­трые ша­ги по ко­ридо­ру. Она поз­во­лила ему сбе­жать на све­жий воз­дух, са­ма чувс­твуя ос­трую не­об­хо­димость ос­тать­ся в оди­ночес­тве на па­ру ми­нут, что­бы дать во­лю сле­зам.

      Она паль­ца­ми за­чеса­ла во­лосы с ли­ца и опус­ти­лась на кро­вать, пог­ля­дывая на до­рож­ную сум­ку. От­ча­яние про­рас­та­ло в её гру­ди ко­лючим бу­тоном, гла­за за­волок­ло пе­леной слёз, и она поз­во­лила се­бе эту сла­бость, зная, что Джаг­хед не уви­дит. В сум­ке по­мимо де­нег ле­жали ве­щи: жен­ская теп­лая тол­стов­ка, ста­рые се­рые ке­ды, джин­сы, муж­ская клет­ча­тая ру­баш­ка, па­ра фут­бо­лок — «всё, что смог­ла дос­тать».

       Эли­забет вы­тащи­ла чёр­ную фут­болку, стя­нула с се­бя брю­ки, блуз­ку и дви­нулась в душ, же­лая ук­рыть­ся там, сог­реть­ся под го­рячей во­дой и на ко­рот­кое вре­мя за­быть­ся, дать се­бе не­боль­шую пе­редыш­ку, соб­рать се­бя в еди­ное це­лое.

      Она с тру­дом зак­ры­ла дверь, ос­мотре­ла гряз­ную ком­на­ту, об­рамлён­ную ско­лотой плит­кой, и из­ба­вив­шись от белья, сдви­нула пор­ванную штор­ку и за­лез­ла в ван­ну, чувс­твуя, как те­ло пок­ры­ва­ет­ся му­раш­ка­ми от хо­лода. Кран прор­жа­вел, и Бет­ти не сра­зу уда­лось по­вер­нуть руч­ку. Тру­бы пу­га­юще за­гуде­ли, свер­ху за­капа­ла ржа­вая во­да, и она сде­лала шаг на­зад, об­ни­мая се­бя за пле­чи, что­бы пе­рес­тать дро­жать. Приш­лось прос­то­ять так ещё па­ру ми­нут, преж­де чем по­ток уси­лил­ся, а во­да ста­ла чис­той. Ку­пер вык­ру­тила кран к крас­ной от­метке и вста­ла под душ, зак­рыв гла­за. Теп­лые кап­ли опус­ти­лись на пле­чи спа­сени­ем, про­пита­ли во­лосы, и Эли­забет нем­но­го рас­сла­билась, под­став­ляя ли­цо стру­ям во­ды.

      Она не дви­галась, нас­лажда­ясь та­ким не­об­хо­димым жа­ром на ко­же. Дав­ле­ние в гру­ди сде­лалось не­выно­симым, и она гром­ко рас­пла­калась, уда­ряя по плит­ке ла­донью, сры­ва­ясь на сдав­ленный крик, ко­торый удач­но заг­лу­шил шум во­ды. Сжав ру­ку в ку­лак, она уда­рила сно­ва, сно­ва и сно­ва, за­дыха­ясь от слёз, заж­му­рилась и упёр­лась лбом в хо­лод­ный ка­фель, вы­пус­кая на­ружу всё то, что дол­гие сут­ки ко­пилось внут­ри и от­равля­ло её ду­шу, по­доб­но ци­ани­ду. Сил не ос­та­лось. Она боль­ше не мог­ла де­лать вид, что спо­соб­на вы­нес­ти это. Осоз­на­ние ре­аль­нос­ти про­ис­хо­дяще­го да­вило на неё, и она ед­ва дер­жа­лась на но­гах, ца­рапая ног­тя­ми плит­ку, прог­ла­тывая ещё один крик со скре­жетом в гор­ле.

      Взгляд упал на де­шёвый плас­тик на за­вет­ном паль­це, и Бет­ти вспом­ни­ла ту ночь у ав­то­мата. Зна­ла ли она тог­да, что её ждет, ког­да опь­янён­ная счасть­ем да­вала обе­щание? Мог­ла ли она знать, что ока­жет­ся в гряз­ной ван­ной при­дорож­но­го мо­теля, убе­гая из род­но­го го­рода в стра­хе прес­ле­дова­ния? Джаг­хед знал. Он знал это с са­мого на­чала, но она не ве­рила. Она ве­рила лишь в то, что нет ни­чего важ­нее их люб­ви, а сей­час эта лю­бовь тра­вила её. Лю­бовь от­би­рала у неё всё, чем она до­рожи­ла. Её меч­ты, её свет­лое бу­дущее.

      Эли­забет зас­тавля­ла се­бя оч­нуть­ся, в эту се­кун­ду, стоя под го­рячим ду­шем. Она рва­нула кран в про­тиво­полож­ную сто­рону и во­да рез­ко по­холо­дела. Слов­но это мог­ло по­мочь ей прий­ти в се­бя, взять свою жизнь под кон­троль, от­резветь, но ле­дяная во­да об­жи­гала её ко­жу, би­ла бо­лез­ненны­ми уко­лами, а чувс­тва ни­куда не ис­че­зали. Она по-преж­не­му бо­ялась толь­ко од­но­го — ли­шить­ся его. Бо­ялась, что ког­да-ни­будь от­кро­ет гла­за, а его не бу­дет ря­дом. Ни­какая боль не шла в срав­не­ние с той, ко­торая без­жа­лос­тно пе­рема­лыва­ла её сер­дце от од­ной толь­ко мыс­ли, что те­перь лю­бая их сов­мес­тная ночь мо­жет стать пос­ледней...

      Она ус­лы­шала, как скрип­ну­ла дверь, и зас­та­вила се­бя вып­ря­мить­ся. Те­ло би­ло дрожью под ле­дяной во­дой, но она про­дол­жа­ла се­бя му­чать, в на­деж­де, что ещё се­кун­да, и всё прой­дёт. Штор­ка ше­лох­ну­лась, мгно­вение, и она ощу­тила го­рячее при­кос­но­вение его рук на за­мер­зших пле­чах. Яр­кий кон­траст хо­лода и теп­ла, бе­зумия и спо­кой­ствия, стра­ха и люб­ви. Его ру­ка об­ви­ла её пле­чи, и она по­чувс­тво­вала жар на спи­не. Он креп­ко при­жал её к се­бе, ка­са­ясь но­сом ще­ки и опа­ляя шею го­рячим ды­хани­ем. Бет­ти вце­пилась в его ру­ку, уси­ливая дав­ле­ние, зак­ры­ла гла­за и по­вер­ну­ла го­лову, не­весо­мо ка­са­ясь его губ сво­ими.

      Джаг­хед об­ни­мал её так креп­ко, что лёг­ким не хва­тало воз­ду­ха, слов­но на­мере­ва­ясь вда­вить в своё те­ло, ос­тавляя на ще­ке нес­коль­ко рва­ных по­целу­ев. Она не соп­ро­тив­ля­лась, же­лая то­го же — мак­си­маль­но близ­ко, в его креп­кой хват­ке за­быть о том, что их ждёт за пре­дела­ми этой кро­хот­ной ком­на­ты.

— Прос­ти ме­ня, — про­шеп­тал он, при­жима­ясь лбом к её вис­ку. — По­жалуй­ста, — моль­ба в его го­лосе и тис­ки, в ко­торые прев­ра­тились его объ­ятия, рва­ли её ду­шу на час­ти. Эли­забет от­кры­ла гла­за, на­тыка­ясь на его ис­терзан­ный, пол­ный от­ча­яния и со­жале­ния взгляд. Мяг­ко кос­ну­лась его губ по­целу­ем, же­лая впи­тать его боль, зах­лебнуть­ся ею, толь­ко бы ему ста­ло лег­че. Це­лова­ла ос­то­рож­но, да­вая по­нять, что ни за что не ос­та­вит.

      Да­же ес­ли им при­дет­ся про­вес­ти ос­тавшу­юся жизнь в бе­гах, она не сдас­тся. Сло­ва ни­чего не зна­чат — это­му её на­учил он. И сей­час она хо­тела, что­бы он по­чувс­тво­вал всё, что она чувс­тву­ет к не­му. Не ус­лы­шал — по­чувс­тво­вал.

      Эли­забет по­вер­ну­лась к не­му, сколь­зя влаж­ны­ми паль­ца­ми к пле­чам, очер­чи­вая кон­тур мышц, за­бывая про ле­дяную во­ду, ко­торая так и сте­кала по её спи­не. Она при­жалась к не­му лбом, ка­са­ясь ще­тинис­той ще­ки, и пос­мотре­ла в его тём­но-зе­лёные гла­за, го­рящие яр­ким пла­менем, в ко­тором го­рело её сер­дце. Она впи­лась в его гу­бы глу­боким, нас­той­чи­вым по­целу­ем, и при­жалась к не­му до бо­ли в реб­рах силь­но, сдав­ли­вая его пле­чи ру­ками, за­дыха­ясь от на­важ­де­ния и бур­ля­щего фон­та­на чувств. Джаг­хед за­путал­ся паль­ца­ми в её мок­рых во­лосах, тер­зая по­дат­ли­вые гу­бы го­рячо и страс­тно, раз­жи­гая смер­тель­ный по­жар в каж­дой кле­точ­ке дро­жаще­го те­ла. Он раз­вернул её и вда­вил в хо­лод­ную сте­ну, тут же сог­ре­вая теп­лом сво­их рук, опус­тивших­ся на бед­ра. Паль­цы от­ча­ян­но впи­вались в ко­жу, а гу­бы ос­тавля­ли пуль­си­ру­ющие мет­ки на её шее, от­че­го Бет­ти су­дорож­но втя­гива­ла воз­дух, поз­во­ляя сто­ну нас­лажде­ния сор­вать­ся с губ.

      Джонс лов­ко при­под­нял её, и она об­ви­ла но­гами его по­яс­ни­цу, чувс­твуя как бо­лез­ненно при­ят­но тя­нет низ жи­вота, а сер­дце от­би­ва­ет ритм в ушах, раз­го­няя языч­ки пла­мени по ве­нам к кон­чи­кам паль­цев. Она гром­ко ах­ну­ла, ког­да по­чувс­тво­вала му­читель­но мед­ленный тол­чок, и впи­лась ног­тя­ми в его пле­чи, уда­ря­ясь за­тыл­ком о плит­ку. Джаг­хед на мгно­вение за­мер, пе­рех­ва­тывая её за­тума­нен­ный взгляд, а за­тем рез­ко тол­кнул­ся впе­ред, смот­ря ей пря­мо в гла­за.

      Он дви­гал­ся мед­ленно, про­никая мак­си­маль­но глу­боко и рез­ко, сжи­мая её бед­ра с та­кой си­лой, от ко­торой не­мели мыш­цы. Бет­ти по­пыта­лась по­дать­ся впе­ред, сго­рая от не­тер­пе­ния, но Джаг­хед влас­тно вжи­мал её в сте­ну, ис­сле­дуя шею гу­бами, не ус­ко­ряя темп, вдал­бли­ва­ясь в её те­ло на всю дли­ну глу­боки­ми, рва­ными тол­чка­ми.

— Я... — прос­то­нала Эли­забет, зап­ро­киды­вая го­лову от вол­ны удо­воль­ствия, что раз­ли­валась по её те­лу мел­кой дрожью. — Я люб­лю те­бя, — сор­ва­лось приз­на­ние с её губ. Впер­вые с то­го мо­мен­та, как он дал ей по­нять, что она зря про­из­несла это вслух.

      Джонс на мгно­вение за­мер, за­дыха­ясь от этой бли­зос­ти, и Бет­ти ис­пу­ган­но от­кры­ла гла­за, бо­ясь, что он трус­ли­во сбе­жит, как сде­лал это в прош­лый раз. Пря­мо сей­час, ког­да она уже на гра­ни бе­зумия. Он глу­хо рык­нул и с си­лой дви­нул бед­ра­ми впе­рёд, про­никая так глу­боко, что ко­лени Эли­забет зад­ро­жали от под­сту­па­юще­го ор­газма. За­тем ещё раз и ещё раз. Рез­ко, гру­бо, до го­ловок­ру­жения при­ят­но. Слов­но в ка­чес­тве на­каза­ния за её сло­ва, он сно­ва ос­та­новил­ся, зас­тавляя Ку­пер ца­рапать его пле­чи и из­ви­вать­ся в его ру­ках от ос­тро­го же­лания оку­нуть­ся в не­опи­су­емое удо­воль­ствие. Те­ло го­рело, а в ушах зве­нело, и она бы­ла го­това умо­лять его...

      Ещё один рез­кий тол­чок, и Эли­забет гром­ко прос­то­нала, ос­тавляя глу­бокие ца­рапи­ны на его ру­ках, чувс­твуя, как яр­кая вспыш­ка пуль­си­ру­ет внут­ри, от­че­го ру­ки дро­жат, а в лёг­ких не ос­та­ёт­ся ни кап­ли кис­ло­рода. Она поч­ти по­теря­ла связь с ре­аль­ностью, ощу­щая это го­рячее удо­воль­ствие неп­ри­выч­но дол­го и силь­но. Чувс­тво­вала, как Джаг­хед неж­но це­лу­ет её гу­бы, мяг­ко опус­кая на но­ги, но всё ещё удер­жи­вая в сво­их ру­ках. Жад­но хва­тала ртом воз­дух, при­жима­ясь лбом к его пле­чу, не в си­лах унять дрожь в ко­ленях.

— Бо­же... — про­шеп­та­ла Ку­пер, нас­лажда­ясь рас­слаб­ленностью в мыш­цах и теп­лом его рук. Джаг­хед пог­ла­дил её по спи­не, а за­тем, убе­див­шись, что она приш­ла в се­бя, встал под ле­дяной душ, приг­ла­живая во­лосы ру­кой.

      Бет­ти улыб­ну­лась и шаг­ну­ла под во­ду, сжи­ма­ясь от то­го, нас­коль­ко она хо­лод­ная. Джаг­хед при­тянул её к се­бе за шею и сно­ва при­пал к гу­бам неж­ным, поч­ти не­вин­ным, по­целу­ем. Она ед­ва вы­носи­ла ле­дяную пыт­ку, но не хо­тела от­ры­вать­ся от не­го, слов­но одер­жи­мая его бли­зостью.

— Это слиш­ком хо­лод­но, — с тру­дом отс­тра­нив­шись, хрип­ло ска­зал Джаг­хед. Он вык­лю­чил во­ду и пе­редер­нул пле­чами, мо­тая го­ловой, взъ­еро­шивая во­лосы.

      Он вы­лез из ван­ны, по­дал Эли­забет ру­ку и за­кутал её в пок­ры­вало с кро­вати, при­жимая к се­бе, слов­но ма­лень­ко­го ре­бён­ка. Она не мог­ла пе­рес­тать улы­бать­ся, ви­дя, с ка­ким усер­ди­ем он пы­та­ет­ся об­мо­тать её им­про­визи­рован­ным по­лотен­цем.

— Я все рав­но бу­ду го­ворить те­бе, что люб­лю, да­же ес­ли ты не хо­чешь слы­шать, — вы­пали­ла Ку­пер, гор­до вски­нув под­бо­родок. Она пой­ма­ла его снис­хо­дитель­ную ух­мылку, ра­ду­ясь, что хо­тя бы в эту се­кун­ду он чувс­тво­вал се­бя нем­но­го луч­ше. — И слу­шать это те­бе при­дёт­ся дол­го, по­тому что я ни­куда не уй­ду.

      Джаг­хед тя­жело вздох­нул и при­жал ла­донь к её ще­ке, не­ус­танно на­тяги­вая сос­каль­зы­ва­ющее пок­ры­вало ей на пле­чи.

— Я го­тов.

— Прав­да?

— Идём в пос­тель.

      Джаг­хед ра­зоб­рал кро­вать, уло­жил Эли­забет под оде­яло и лёг ря­дом. Она про­лез­ла под его ру­кой и ус­тро­илась го­ловой на гру­ди, по при­выч­ке за­киды­вая на не­го но­гу. Он при­жал её к се­бе, по­цело­вал в лоб и вык­лю­чил тус­клую прик­ро­ват­ную лам­пу.

      Ком­на­та пог­ру­зилась в тем­но­ту, и Бет­ти тут же по­чувс­тво­вала, как ко­лючий страх сно­ва проб­рался под ко­жу. Она пос­мотре­ла на ок­но, ду­мая о том, нас­коль­ко да­леко сей­час Кел­лер. Она ду­мала о Зме­ях, мыс­ленно об­ра­ща­ясь к звез­дам с прось­бой дать им сил, и при ко­рот­ком взгля­де на Джаг­хе­да, она по­няла, что он, ве­ро­ят­но, ду­ма­ет о том же са­мом. Он смот­рел в по­толок. Мрач­ный, за­дум­чи­вый и грус­тный, да­же не пы­тал­ся зас­нуть, и Бет­ти при­под­ня­лась на лок­те, боль­ше не в си­лах сох­ра­нять это груз­ное мол­ча­ние.

— Они спра­вят­ся, — как мож­но уве­рен­нее про­шеп­та­ла она. — Свит Пи за­щитит их.

— Ес­ли он ещё жив, — отоз­вался Джаг­хед, и Бет­ти по­чувс­тво­вала, как он смял оде­яло в ку­лаке за её спи­ной. — Я пок­лялся, что бу­ду за­щищать их, что бы не про­изош­ло, а в ито­ге втя­нул в тор­говлю, а по­том бро­сил на рас­терза­ние Упы­рям и ко­пам, сбе­жав, как пос­ледняя трус­ли­вая кры­са, — он под­жал гу­бы, злясь на са­мого се­бя.

— Ты за­щища­ешь ме­ня, — ви­нова­то ска­зала Эли­забет, вы­бира­ясь из-под оде­яла и упи­ра­ясь спи­ной в ме­тал­ли­чес­кое из­го­ловье кро­вати. — Из-за ме­ня те­бе приш­лось ос­та­вить свою семью, — она за­куси­ла гу­бу, чувс­твуя, как гла­за за­щипа­ло от слёз. — Мне уже всё рав­но, что со мной бу­дет...

— Мне не всё рав­но, — ра­зоз­лился Джаг­хед, под­ни­ма­ясь и по­вора­чива­ясь к ней. — Ты всё, что у ме­ня есть, Бет­ти. И ес­ли мне при­дёт­ся пе­ресечь гре­баный оке­ан, что­бы ты бы­ла в бе­зопас­ности, я это сде­лаю, — он зап­нулся, по­няв, что го­ворит слиш­ком мно­го. Боль­ше, чем поз­во­ляли его ста­рые при­выч­ки, ко­торые, ка­жет­ся, те­перь не име­ли ни­како­го зна­чения. — Я ошиб­ся, — приз­нался он, вы­дав­ли­вая из се­бя каж­дое сло­во. — Я не дол­жен был это­го до­пус­тить.

— Жа­ле­ешь, что свя­зал­ся со мной? — грус­тно ус­мехну­лась Ку­пер, чувс­твуя бо­лез­ненный укол оби­ды.

— Нет, — уве­рен­но от­ве­тил Джаг­хед. — Это ты дол­жна жа­леть, что свя­залась со мной.

      Их взгля­ды встре­тились. Эли­забет ви­дела, как блес­тят его гла­за в ноч­ной тем­но­те, слов­но ма­лень­кие зер­каль­ца, в ко­торых от­ра­жалась их об­щая боль. Их обо­их разъ­еда­ли чувс­тво ви­ны и страх пе­ред не­из­вес­тностью.

      Слиш­ком тя­желая но­ша для сов­сем ещё юных лю­дей.

— Пос­лу­шай, — Джаг­хед по­тянул её за ру­ку, вы­нуж­дая приб­ли­зить­ся. — Те­перь нам нель­зя ос­та­нав­ли­вать­ся. Мы най­дем дя­дю То­ни, а по­том у­едем так да­леко, как толь­ко смо­жем. Или ты у­едешь...

— Что? — уди­вилась Эли­забет и сжа­ла его за­пястье, вып­рямля­ясь в кро­вати и заг­ля­дывая в его ли­цо в по­ис­ках от­ве­та. — Что это зна­чит?

— Я хо­чу, что­бы ты по­обе­щала мне кое-что, — Джонс кос­нулся ще­ки Эли­забет, зас­тавляя её под­нять зап­ла­кан­ные гла­за. — Ес­ли ме­ня пой­ма­ют, ты ни за что не вер­нёшь­ся в Ри­вер­дэйл. По­обе­щай мне, что ты не вер­нёшь­ся ту­да, что бы ни слу­чилось.

— Я не... — по­пыта­лась воз­ра­зить Ку­пер.

— По­обе­щай, что не бу­дешь ис­кать ме­ня, что нач­нешь но­вую жизнь и ни­ког­да не бу­дешь обо­рачи­вать­ся на­зад. Ес­ли ме­ня не бу­дет ря­дом, я дол­жен знать, что ты спра­вишь­ся.

— Я не справ­люсь, — всплак­ну­ла Бет­ти, об­ни­мая его за пле­чи. — Ни за что. Я не бу­ду та­кое обе­щать.

— Нет, бу­дешь, — нас­той­чи­во ска­зал Джонс, от­ры­вая от се­бя её ру­ки, креп­ко сдав­ли­вая за­пястья паль­ца­ми. — Ес­ли ты и прав­да лю­бишь ме­ня, по­обе­щай, что спра­вишь­ся.

      Эли­забет от­ри­цатель­но по­кача­ла го­ловой, чувс­твуя ос­тывшие сле­зы на сво­их гу­бах.

— По­обе­щай мне, Бет­ти, — по­высил го­лос Джаг­хед, сво­дя бро­ви к пе­рено­сице. — Про­шу те­бя.

— Лад­но, — сда­лась Ку­пер, за­дыха­ясь от слёз, не вы­дер­жи­вая его тре­бова­тель­но­го взгля­да. — Я обе­щаю. Обе­щаю, что справ­люсь... без те­бя.