БОННИ

Нью-Касл, штат Делавэр.
Наши дни

Выходя из своей квартиры в понедельник вечером, Холден не имел намерения идти семь миль до McDonald's и ещё столько же обратно. Ему просто хотел выйти, уйти отсюда прочь.

Теперь, благодаря Кэсси, у него была причина идти туда.

Цель его прогулки.

Юноша подумал, что если кто-то спросит, то он сможет пояснить, что идет в закусочную, взять пару классических чизкейков для подруги.

Всяко лучше, чем говорить: "Просто гуляю".

Хотя все равно вряд ли кто-то спросит.

Вдали от кампуса людей на улицах было очень мало. Лишь изредка проезжали случайные машины. Большинство студентов были в своих комнатах: учились или развлекались, сидели за компьютерами, или обсуждали какую-то глубокую псевдо-философскую муть с друзьями, или занимались сексом, ну или спали. Не-студенты тоже были преимущественно в своих комнатах, как он предполагал. Читали, смотрели телевизор, занимались сексом или спали.

Пока Холден шел по улице Дивижн, в некоторых домах можно было увидеть одно-два освещенных окна. В других домах света не было, но окна были озарены неровным мерцанием телевизора. Однако, большинство домов пребывали в полной темноте, за исключением фонарей на крыльце. А где-то даже не было и их.

Иногда он слышал голоса, стук, смех и другие тихие звуки, исходившие из домов, мимо которых проходил. Но по большей части ничего ниоткуда не доносилось. Несколько птиц щебетали где-то на деревьях или в воздухе. В основном, Холден, слышал свои шаги по бетонному тротуару. С равномерным интервалом. Все эти шаги звучали одинаково, кроме тех, когда он наступал на что-то: на лист, камень, ветку.

Он заметил, насколько стремительными были его шаги, и стал замедляться. А куда спешить? Его единственным местом назначения сегодня была закусочная, которая никогда не закрывается.

Да и цель была в любом случае всего лишь случайностью. У него не было вообще никакой реальной потребности туда идти.

А как же чизкейк, обещанные Кэсси?

Это не совсем обещание.

Но он сказал ей, что принесет, и собирался сдержать данное им слово.

Более чем вероятно, что он бы все равно пошел в McDonald's, даже не встретив её. Так что это не проблема. Совсем не проблема. Только теперь на нём лежало обязательство туда дойти.

И вернуться с пончиками до десяти утра, когда у неё начнется лекция.

"Я не обязан это делать", - сказал он себе. - "Я не обязан вообще возвращаться в кампус, или в свою квартиру, или куда бы то ни было ещё. Если захочу, я могу просто идти куда глаза глядят".

И тут его поразило осознание, что он идет на север. Если продолжить идти на север, то он рано или поздно окажется в Сиэтле... в краях, где водятся Элли и Джей.

Желание, гнев и тоска нахлынули на Холдена одновременно.

Но он продолжал идти.

Я не буду идти до Сиэтла, сказал себе юноша.

На самом деле, он всерьез подумывал полететь туда после получения письма Элли в пятницу. Но передумал. Если она решила бросить его ради какого-то муд@ка, встреченного в летнем лагере, то это исключительно её выбор ... и уж тем более ползти выпрашивать её любовь, подобно какому-то полному неудачнику, бессмысленно. Пусть оставляет себе своего драгоценного Джея, а я оставлю себе моё самоуважение, рассудил Холден. Он тогда предпочел напиться.

В Сиэтле его явно не ждут.

И если повезет, он больше никогда в своей жизни не увидет Элли Фокс.

Хрлден мечтал лишь о том, чтобы наконец перестать о ней думать. И это желание исполнилось несколько минут спустя, когда по тротуару ему навстречу попался человек с собакой. Мужчина, крепкий, чернявый и бородатый, носил темный тюрбан на голове. Собака на его поводке напоминала ротвейлера.

Ротвейлера на одном из тех бесконечно-длинных поводков, которые позволят псу пару минут грызть прохожего, прежде чем хозяин его оттащит.

Холден едва не перебежал на другую сторону улицы, но это было бы слишком очевидно. Может этот мужик обидится, или сочтет его трусом... или даже примет за какого-то анти-тюрбанного шовиниста. Поэтому он остался на своей стороне.

Когда они поравнялись,  Холден улыбнулся и кивнул, и вежливо сошел с тротуара, чтобы пропустить их.

Собака, сильно опережавшая хозяина, подбежала к нему и начала обнюхивать ширинку джинс юноши.

Сейчас один раз хорошо куснёт...

Мужчина на другом конце поводка, похоже, не проявлял никакого интереса к тому, чем занимается его собака.

- Хороший пёсик, - тихо сказал Холден.

Его морда ткнулась в него. Он сделал шаг назад, и пёс зарычал.

Хозяин наконец дошел до них с собакой. Не повернув головы, он прошагал мимо. Когда он прошел, собака лизнула ширинку Холдена.

- Иди отсюда, - пробормотал юноша.

Несмотря на разделявшие их добрых пять метров, мужчина оглянулся и недовольно поглазел на него.

- Говорить с моей собакой не разрешено.
- Извините.

Он продолжил путь, дернув за поводок. Пес последний раз ткнул его мордой, после чего развернулся и припустил за своим хозяином.

Холден нахмурился в их сторону, но они не заметили.

Полагаю, этот мужик посчитал, что тротуар принадлежит ему, а мой пах принадлежит его собаке.

- Вот уроды, - буркнул парень.

Этого они тоже не заметили. Может и к лучшему. Негодяй мог спустить на него свою собаку... или погнаться за ним с ятаганом. (Был ли у него ятаган при себе, он сказать не мог... но кто знает, что может скрываться под таким просторным халатом).

Как бы то ни было, он продолжил путь и бдительно поглядывал, опасаясь других собак. Хотя ни одной не было видно, несколько раз до него доносились приступы дикого заливистого лая псов за заборами и воротами. Но они не могли до него добраться, но их безмозглое тявканье возвещало о присутствии всей округе. Все, чего он хотел - это пройти мимо, тихо и невидимо, чтоб никто даже не знал о его присутствии.

Вскоре, лай стал менее частым. Возможно, он стал идти тише, или может, просто вошел в ту часть района, жители которого держали меньше собак. Какова бы ни была причина, но Холден начал успокаиваться.

Ночь была очень тихой.

Он увидел, как белая кошка метнулась через дорогу и спряталась под припаркованной машиной. Услышал уханье совы. Иногда становилось настолько тихо, что можно было услышать тихое электрическое гудение фонарей.

Когда я сошел с тротуара на перекрестке, громкое блинг-блинг-блиннннг! заставило меня поперхнуться. Я отпрянул назад, как раз перед пронесшимся велосипедом.

- Б@я! - выпалил юноша.
- Уииииии! - взвизгнул велосипедист - костлявый пожилой дедок в черном спандексе, с надетым задом-наперед велосипедным шлемом.

Какой бодрый старый хрыч.

Оглянувшись через плечо, тот улыбнулась. Но Холден в моменте не мог особенно хорошо разглядеть его лица, но оно было бледным и худым, и сложилось впечатление, что у него отсутствовала большая часть передних зубов. По какой-то причине у юноши засосало под ложечкой и забегали мурашки. И не прекращались, пока этот хрен не скрылся за поворотом впереди.

Холден был рад, что он исчез из виду, но тут же начал волноваться, что старикан может кататься кругами, и вскоре снова выскочит на него.

Может, я его чем-то обидел. Может, он жаждет мести. Может, он планирует при следующем заходе проехать мимо, и прикоснуться ко мне своим скрюченным пальцем и прошептать "худеющий!"(1)* или "жаба" или "жопа", или еще чего...

Холден не думал всерьез, что он это произнесет, но такие мысли определенно закрадывались в голову.

Потому он все-таки пересек улицу Дивижн.

Какое-то время он шел медленно и оглядывался назад. В груди засело какое-то странно щекочущее чувство - не то хихиканье, не то вопль, готовый вырваться изо рта, когда старый хрыч вывернет из-за угла.

Наконец, чтобы не рисковать и дать себе шанс успокоиться, свернул в переулок. Миновал два коротких квартала, затем вышел на улицу Франклина и продолжил свой путь на север.

"Тут он меня не найдет," - решил Холден.

Более получаса особо ничего не происходило. Он просто шел по улице Франклина. Дома здесь казались немного старее, чем те, что он проходил на Дивижн. Время от времени лаяли собаки. Очень мало домов стояли с горящими окнами. За полчаса проехали всего две машины. Он не заметил ни одного пешехода... или велосипедиста.

Но тут с востока появилась девушка.

Она приближалась справа, метрах в десяти перед ним. Так сложилось, что она смотрела вперед. И так сложилось, что он стоял в тени дерева.

Холден замер и задержал дыхание.

На углу она повернулась к нему спиной, сошла с тротуара и начала переходить дорогу.

Стоя неподвижно, он наблюдал за ней.

Он начал идти только когда она удалилась до середины следующего квартала. Затем он выбрался из тени древесной кроны, дошел до угла и перешел улицу.

~***~

Холден не преследовал её. Он просто продолжал свой путь к закусочной  за чизкейками.

Если бы она свернула в другую сторону на углу, а он отказался от своего прежнего маршрута, чтобы последовать за ней - вот тогда это бы было преследование. Но ничего такого не произошло. Она просто сама заняла место впереди него на тротуаре, по которому он уже шел.

Она имела полное право это делать, а он имел полное право продолжать свой путь, не меняя маршрута.

Это то, что он говорил себе, когда начал её преследовать...

Холден шел своим нормальным темпом какое-то время, сокращая дистанцию, разделявшую их. Затем он замедлился. Не хотелось её обгонять.

Обгонять женщину на тротуаре, особенно ночью, и когда рядом никого нет, всегда вызывало у него неприятное чувство. Когда он приближался сзади, каждая из них, очевидно, начинает волноваться, что возможно её сейчас ограбят, изнасилуют или убьют. Такие женщины почти всегда нервно оглядываются, почувствовав приближение незнакомца. А потом заметно напрягаются, когда он проходит мимо.

И не то чтобы он какой-то монстр. У Холдена довольно приятная внешность, он веселый и безобидный. Но он парень. И мало ли что у него на уме. Этого, видимо, достаточно для некоторых женщин, чтобы бояться его приближения к ним.

Чтобы не трепать им нервы, Холден приучился по возможности не обгонять их на тротуарах. Он либо переходил на другую сторону улицы, либо сворачиваю за угол, чтобы слезть с хвоста, либо радикально замедлял темп на какое-то время.

Как это обычно бывает: он притормаживал, начиная медленно плестись, или даже делал пару коротких остановок, надеясь, что женщина повернет за угол, или достигнет места назначения, или еще как-то сама уберется с дороги. Если становится очевидно, что она ещё долго будет идти впереди, он смирялся с необходимостью обогнать ее, или сам менял курс.

Не торопясь достичь McDonald's... или чего бы то ни было еще... я не видел смысла переходить на другую сторону или сворачивать за угол на другую улицу.

"Только бы не спугнуть её" - подумал он. Надо держать медленный неспешный темп и сохранять хорошую дистанцию между нами. Она никогда даже не узнает, что я здесь.

Пока что, молодая женщина передо ним, похоже, совершенно не подозревала о его присутствии. Она просто спокойно шла пружинистой беззаботной походкой, помахивая руками, поглядывая по сторонам (но никогда назад). Ее светлые волосы были завязаны в хвост, который качался и подпрыгивал при ходьбе. На ней была темная кофта, темные штаны и кроссовки. В руках она не несла ничего, даже маленькой сумочки. Ему это показалось странным. Очень мало он знал женщин, которые выходят на улицу вообще без какой-либо сумки.

"Куда она идет?" - заинтересовался он.

Может, тоже в McDonald's?

Это было бы слишком хорошо, чтобы надеяться. Более вероятно, что она возвращается домой откуда-нибудь. Он задумался, знают ли её родители, что она гуляет по улицам в такой час.

Кто сказал, что она живет с родителями?

Откуда мне знать, может ей лет двадцать пять, и она живет одна, а может и с мужем.

Но он почему-то в этом сомневался.

Хотя он увидел ее только издали и лишь в плохом освещении, у него сложилось впечатление, что девушка была немного его моложе  - возможно, лет шестнадцать-восемнадцать. Если это так, то наиболее вероятно, что она живет дома с родителями.

У него также сложилось впечатление, что она исключительно привлекательна.

В приглушенном свете фонарей её лицо выглядело так, что она могла быть привлекательной. Но расстояние и плохой свет могут быть обманчивы. При ярком свете она может оказаться куда более несовершенной внешне. Или в два раза старше, чем он предположил.

Но света все же было более чем достаточно, чтобы оценить формы её тела под кофтой и брюками.

Не то чтобы он испытывал к ней какое-то желание. Благодаря Элли, женщины в данный момент его мало привлекали.

Но он чувствовал все-таки определенную связь с ней. Они оба незнакомцы, разделившие один маршрут. Это у них точно было общим. Она проходила мимо тех же припаркованных машин, деревьев, газонов, домов, что и он... только на несколько секунд раньше. Они видели одни виды, слышали одни и те же звуки, вдыхали одни и те же запахи, дышали одним воздухом, ощущали один и тот же тротуар под ногами. Во всей бескрайней вселенной и вечности, они существовали вместе в одном месте и одном времени и пространстве ... ну, почти.

Он не мог не ощущать связи с ней.

Связи и потребности защищать её.

Она казалась слишком юной, чтобы блуждать по улицам одна в такой час ночи, поэтому он вознамерился убедиться, что она доберется до дома невредимой.

Теперь у него были две миссии: принести чизкейки для Кэсси и защитить свою новую попутчицу.

Он ведь был её попутчиком, хоть она об этом и не знала.

"Я не позволю ничему с тобой случиться," - произнес у себя в уме Холден.

Внезапно, она остановилась. Он замер и увидел, как её голова начинала поворачиваться влево.

Сейчас оглянется!

Хотя он находился прямо в ярком пятне от света фонаря, но не совершал никаких попыток укрыться. Движение может привлечь её взгляд. Полная неподвижность была лучшей защитой.

Глядя на неё, он не осмеливался дышать.

Спустя несколько мгновений, осознав, что её взгляд был направлен на гладкую черную кошку, важно шествовавшую к ней с другой стороны улицы Франклина.

Она повернулась к кошке, и я второй раз за ночь Холден увидел её в профиль. Ее силуэт... её высоко завязанные в хвост волосы, наклон её головы, форму её лица, её стройную шею, её высокую грудь под кофтой и крутые бедра в облегающих штанах. Нельзя сказать, что она выглядела "спортивно" или "атлетично", потому что это предполагает некую силу и мощь. Такое впечатление было бы неправильным. Если подбирать слова, то в первую очередь, она выглядела уверенной, пружинистой и упругой.

Девушка опустилась на корточки. Не доставая пары сантиметров попой до земли, она опустила голову и заговорила с кошкой. "Кис-кис, иди сюда!" - донеслось до него. Рука показалась из-за её правого колена и поманила животное.

Кошка широко открыла пасть и издала громкое "Мррряу!", словно говоря: "Я тебя вижу. Не подгоняй. Уже иду". Всем своим видом животное излучало снисходительное презрение, пока не добралось до её рук.

Несколько мгновений спустя, кошка словно обмякла и расплавилась от удовольствия. Девушка говорила что-то очень тихо, пока гладила её, он не мог разобрать слов. Когда она встала, собираясь идти дальше, кошка потерлась об её ноги, проскользнула между них, словно желая обвиться вокруг девушки и не отпускать её никуда.

Едва не споткнувшись, она коротко рассмеялась и ловко перепрыгнула через животное. Как только она пошла вперед, он нырнул за ближайшее дерево. Выглянув из-за ствола, он понаблюдал, как кошка побежала за ней, подняв хвост трубой.

"Мррряу!"

Она оглянулась и сказала:

- Ну хорошо, но всего минутку.

Затем полностью развернулась, став лицом к кошке и к нему.

Он скрылся за деревом. Уставившись на древесную кору в паре сантиметров перед носом, и ждал.

- Ага, - услышал вновь её голос, - Тебе все мало, да? Ну конечно.

Он не мог её видеть. Мог только слышать. У неё был чудесный и странный голос. В нем не было ничего девчачьего. Можно было почти сказать, что её голос звучал по-мужски, если бы не был настолько мягким и певучим. В нем даже слышались какое-то мурлыкающие нотки, когда она говорила с кошкой.

- Ох, как тебе это нравится, а? Ммм, я вижу. Ну о-очень приятно.

Когда же он рискнул выглянуть из-за дерева, то обнаружил, что она сидит на корточках над кошкой, поглаживая её по спине обеими ладонями. Кошка лежала, вытянувшись на боку.

- Ну что, достаточно с тебя? - спросила она, - Ах, ну тебе же всегда мало, да? - напоследок похлопав кошку ладонью по шерсти, она начала подниматься, так что ему снова пришлось прекратить свое наблюдение.

Прошло несколько секунд. Девушка сказала "Пока, киса!" своим необычным, насыщенным голосом.

Он оставался в укрытии и слушал. Больше никаких звуков не доносилось с той стороны, ни от девушки, ни от кошки. Наконец, он осмелился вновь выглянуть. Кошка всё ещё лежала, развалившись на тротуаре, очевидно слишком довольная, чтобы двигаться. Девушка, тем временем, уже прошла следующий перекресток.

Она не оглядывалась.

Холден оставил свое убежище за стволом дерева и поспешил вперед по тротуару. Переступая через кошку, он услышал, как она раскатисто мурлычет. При его приближении, животное подняло голову и пискнуло, словно в возмущении.

Но он продолжал идти.

Когда юноша оглянулся, кошка всё ещё была там, вытягиваясь во всю длину на светлом бетоне тротуара... вполне вероятно, наслаждаясь воспоминаниями о руках девушки, и надеясь на её возвращение.

К моменту, когда он достиг перекрестка, его таинственная незнакомка уже преодолела половину следующего квартала. Он ускорился, надеясь сократить отставание.

Почувствовал себя так, словно его глаза прикованы к её спине.

Но должно быть, на секунду я все-таки отвернулся. Не зная, что же его отвлекло.

Когда он снова посмотрел вперед, тротуар впереди был пуст. Сердце ухнуло. Куда она делась?

Первой мыслью было то, что на неё кто-то напал и куда-то утащил. Как раз там, где он видел её последний раз, двор справа был частично окружен густыми кустами. Он мог затащить ее туда, подальше от посторонних взглядов... Холден рванул туда.

Но что если она сама зашла во двор по каким-то своим причинам... может, какую-нибудь собаку местную проведать, или ещё одну кошку?

Он перестал бежать.

Все ещё двигаясь слишком быстро, сказал себе: "Притормози". Я - просто спокойно гуляющий парень.

И хотя он пытался идти медленно, сердце всё равно бешено колотилось.

Что если она сейчас лежит где-то? Что если какой-то ублюдок её насилует?

"Она бы кричала" - подумал он.

Не будет кричать, если он её оглушил. Или убил.

Отчаянно желая перейти на бег, но сдерживаясь, он прошел мимо кустов живой изгороди. Дом был неосвещенным, передняя лужайка окутана тенью. Он продолжал идти, но медленно. Очень медленно. Смотрел и слушал. На земле, вроде, никого не было. Как не было слышал никаких звуков борьбы. Он затащил ее за дом?

На темном крыльце что-то зашевелилось...

~***~

Глядя прямо вперед, он прошел дальше. Даже сделал несколько дополнительных шагов, миновав живую изгородь на краю газона. Затем, низко пригнувшись, подкрался обратно к кустам. Пригляделся к ним и покосился в сторону крыльца.

На несколько ступеней выше подходившей к нему дорожки, крыльцо было обнесено низкими деревянными перилами веранды. Крыша укрывала веранду от большей части слабого ночного света. Вглядываясь в эту тьму, Холден гадал, как ему вообще удалось заметить там какое-то движение. Возможно, просто показалось.

Затем тонкая горизонтальная полоса серости метра в два высотой появилась во тьме крыльца. Он не знал, что это. Но когда полоса начала медленно расширяться, до него наконец дошло, что это бледный свет, исходящий изнутри дома... а растет она потому, что входную дверь открывают.

Но открывают настолько медленно, настолько тихо, что это не может не быть неким запретным, тайным деянием. Мурашки забегали по позвоночнику. Что происходит?

Когда серая область стала достаточно широка, сквозь неё протиснулся внутрь черный силуэт. Кажется, у силуэта были длинные волосы, сплетенные в хвост. Мгновение спустя, серая полоса начала сужаться. А потом совсем исчезла.

Юноша, внезапно улыбнулся. Нуконечноже!

Девушка отлучалась из дома без ведома родителей. Наверняка прокралась на улицу после отбоя, может быть, на свиданку с парнем - а я только что стал свидетелем её возвращения.

Нуипроныра!

Едва не засмеялся вслух Холден. Переполняемый не только радостным облегчением, но и восхищенный ее смелостью.

Со своей позиции за кустом, он продолжал наблюдение за домом. Все окна оставались темными. Логично. Прокравшись в дом столь ловко, она вряд ли начнет щелкать там выключателями налево и направо. Нет, она будет осторожно пробираться во тьме.

Наверное, уже разулась в прихожей. Несет обувь в одной руке, держась другой за перила, и бесшумно карабкается по лестнице.

Он то знал эти приемы - сам, бывало, такими делами занимался, будучи подростком. Холден понимал, что она должна двигаться очень медленно, опасаясь скрипящих половиц под ногами. И понимал, насколько это адреналиновое предприятие. Зная также, что она может рано или поздно зажечь свет.

Наверху, если она будет действовать умно, то прокрадется в свою спальню и там уже разденется в темноте. После успешного проникновения в дом, уличная одежда - единственная улика, способная вас выдать. Снимите её, наденьте пижаму или ночнушку, или что вы там обычно надеваете перед сном - и всё, вы уже в безопасности. Можете уже включать свет в спальне, если надо, или сходить в туалет, и там включить свет... Даже если вас увидят, никто не заподозрит, что вы были на улице. Ожидая, когда загорится свет, он осознал, что глазет на третье от угла верхнее окно. Глупо.

Это не общежитие Элли, это чужой дом. Любое из этих окон может принадлежать спальне той девушки. Или ни одно из них - её окна могут выходить и на задний двор. И её комната может быть вообще на первом этаже, хотя это маловероятно - в старых двухэтажных домах спальни почти всегда наверху. Хотя прошло несколько минут, ни в одном из окон свет так и не загорелся.

У неё была уже масса времени, чтобы достичь своей спальни. Она, наверное, уже была в своей комнате, раздевалась там в темноте. В его фантазиях, это была не полная темнота. Бледный свет луны проникал через окно, освещая, как она стягивает с себя темную кофту. Но в какой комнате это происходит? За каким окном?

Холден внезапно осознал, что её спальня скорее всего находится прямо над крыльцом. Три окна выходили на крышу веранды. Выбраться через любое из них - пара пустяков. Потом дойти до края крыши, соскользнуть по столбу до перил, и прыгнуть на землю - и все. Может, так она и сбежала из дома чуть ранее этой ночью?

Он уставился на окна над крыльцом. Пара из них - а может и все три - скорее всего ведут в её спальню. Она, наверное, прямо сейчас стоит перед одним из этих окон... достаточно близко, чтобы воспользоваться слабым светом с улицы и ни на что не наткнуться во тьме. Но отсюда её не видно.

Каждое окно, словно зеркало, отражало только черноту ночи и лунный свет. Только человек, стоящий на крыше веранды, прижавшись лицом вплотную к стеклу, мог бы что-то разглядеть внутри. Представить себя там, было немыслимо.

Эта мысль вызвала во нём одновременно возбуждение и омерзение. Не смешно!

Затем, внезапно осознав, что он сидит на корточках у кустов, глазея на дом уже очень долго... минут пять? Или десять? Что если кто-то заметил, как он тут прячется, и уже вызвал полицию? Алло, я хочу заявить о подозрительном человеке - тут какой-то бродяга. Подглядывающий извращенец.

Испугавшись, юноша рванулся на другую сторону кустов, поднялся на ноги и пошел прочь. Шел быстро. В любой момент какой-нибудь сосед мог окликнуть его и выскочить с оружием. Или патрульная машина сейчас вывернет из-за угла и помчится за мной, завывая сиренами.

Отчаянно хотелось перейти на бег и увеличить дистанцию между ним и домом этой девушки.

Если бы он был одет по-спортивному, то может и правда попытался бы побежать. Но он был в толстовке и джинсах. Человек, бегущий ночью по кварталу в таком наряде, только навлечет подозрения всех, кто его увидит. Поэтому он сдержался. Даже замедлил темп ходьбы и постарался изо всех сил выглядеть беззаботным.

Он даже свернул губы трубочкой и приготовился засвистеть какую-нибудь мелодию, но здравомыслие положило конец этой идее.

Холден шел в тишине, а его сердце отчаянно стучало, рот пересыхал, а тело источало пот изо всех пор. Никто ничего не крикнул. Никто за ним не погнался. Никакая машина ни с какого направления к нему не поехала.

Наконец, он достиг конца квартала. Перешел на другую сторону улицы Франклина и продолжил путь на запад по переулку, пока не вернулся на Дивижн. Крайне обрадованный своим удачным бегством, он прошел по Дивижн два или три квартала на север, прежде чем вспомнил, про велосипедного хрыча.Холодок пробежал по его горячей, потной спине и оставил мурашки на загривке. Резко развернувшись он посмотрел назад. Никаких ее следов. Естественно. Продолжив путь, он почувствовал себя немного глупо от того, что вообще испугался.

Но он был все-таки рад, что тот его напугал. Он сделал крюк через улицу Франклина лишь для того, чтобы не встречаться с ним. А если бы он этого не сделал, то с этой девушкой они бы просто разминулись в ночи, пройдя в двух кварталах друг от друга, так никогда и не увидевшись.

На какое-то время его занимала идея, что ему было предначертано убежать от вело-хрыча и встретить девушку. (Ему в голову вообще часто приходят странные мысли посреди ночи.) Силы добра или зла, возможно, дали тому старпёру четкое предназначение: напугать до чертиков Холдена Джонсона, чтобы он свернул на улицу Франклина...

Маловероятно.

Но юноша вполне всерьез испугался, что он дотянется своим кривым пальцем, проезжая мимо на велике, и пометит его своим проклятьем. Потому и сбежал. И возможно, убегая от безобидного, немного чокнутого деда, наткнулся на такое проклятие, которого никогда не мог ожидать. Или же благословение.

Идя по улице Дивижн к McDonald's, он чувствовал себя сразу и проклятым, и благословленным... и завороженным. Но не хрычом на велике, а одной загадочной девушкой, которая разделила ночной тротуар - и часть своей тайной жизни - с ним, незримым наблюдателем в ночи.

~***~

Находясь ещё более чем в квартале от закусочной, было уже видно размытое сияние её панорамных окон, заливающее тротуар.

Жилые дома остались далеко позади. По обе стороны улицы располагались коммерческие здания: кафе, парикмахерская, автозаправка, итальянский ресторан "Луиджи", цветочная лавка, комиссионный магазин. Все они были закрыты на ночь. В большинстве магазинов было темно, но в некоторых горел слабый свет.

Вот витрина комиссионки, например. Там, в приглушенном свете можно было увидеть пару жалких манекенов с выцветшей, облупившейся краской на лицах. Они стояли, замершие в странных позах, охваченные беспричинным весельем. Худой, жизнерадостный мужчина в шляпе-цилиндре и фраке хотел походить на Кларка Гейбла, но половина его усов отсутствовала. Его подружка, со слегка покосившимся рыжим париком, носила ярко-красное платье с блестками, в стиле "флэпперов" из Ревущих Двадцатых. Оригинальная хозяйка этого платья, вероятнее всего, оставила этот мир даже раньше, чем половина усов Кларка.

Будучи довольно регулярным посетителем McDonald's,  Холден заметил витрину этой комиссионки давно, ещё на первом курсе. Поначалу, его забавляли эти видавшие виды манекены и их старомодные костюмы. Также ему нравилось смотреть и на другие предметы в витрине: старые столовые приборы, вазы, грампластинки, даже пару картин в рамах. Но потом, направляясь в закусочную как-то вечером один, он задержался у витрины чуть дольше обычного. Именно тогда Холден осознал, что манекены, одежда, и вообще практически все, что выставлялось в этой витрине, представляло собой артефакты, оставшиеся от мертвых людей...

От этой мысли парню стало тоскливо и немного не по себе.

В последующий раз приходя сюда в пообедать,  Холден перешел на другую сторону улицы, чтобы не смотреть на витрину комиссионки. Но это не помогло - он все равно знал, что она там.

После этого, он стал избегать сюда ходить. В принципе, он даже всерьез намеревался никогда больше в нее не ходить, но однажды, теплым вечером поздней весны в прошлом году, они с Элли гуляли по городу. И он знал, что они прошли уже довольно большое расстояние, но его вниманием всецело владела Элли, а не их местоположение. Они держались за руки. Внезапно, она остановилась. И он тоже. Они оказались лицом к лицу с витриной комиссионки.

- Ни фига себе! - сказала она, - Ты только глянь на это всё.

Он глянул. Но когда Элли была рядом, он вовсе не ощущал мрачного дыхания тлена.

- Вон Кларк Гейбл стоит, - сказал я.
- Похоже, половину его усов унесло ветром.

Холден рассмеялся.

- А это что, типа, Скарлет? - спросила она.
- Скорее Зельда (2), мне кажется.
- Но это должна быть Скарлет, больше некому.
- Ну, возможно.
- Если ты хочешь, чтобы это была Зельда...
- Нет, я не против.
- Она же была в его книгах, да?
- Вроде бы. Она, вроде, есть в "Ночь нежна" (3), но он не называл ее там Зельдой.

Элли повернулась к нему лицом и обвила руками, как часто делала - не совсем обнимая, а лишь слегка прижимаясь к нему, так чтобы он почувствовал прикосновение её груди, когда она запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

- А я в твоей книге буду когда-нибудь? - спросила она.
- Конечно, будешь, - меня всегда смущало и будоражило воображение, когда она говорила обо мне как о писателе, словно всерьез верила, что это возможно.
- Но только под моим настоящим именем, ладно? Элли будет хорошим именем для моего персонажа, как считаешь?

Холден кивнул. На самом деле, он не когда не мог представить её с каким-либо другим именем, кроме Элли.

- Когда ты станешь знаменитым большим писателем, - сказала она, - Я покажу эту книгу моим детям и расскажу, как была с тобой знакома в молодости.
- Ты хочешь сказать, нашим детям? - он и так знал, что она не собиралась говорить про наших детей, но все равно почувствовал потребность спросить.

Её нежные глаза посмотрели на него снизу, и с грустным лицом она сказала:

- Ты заслуживаешь кого-то получше меня.
- Что? - спросил он, хотя прекрасно её расслышал.
- Ты найдешь кого-то ещё, кого-то красивее меня, и умнее...
- Я не хочу кого-то ещё.
- Это ты сейчас так думаешь.
- Я люблю тебя, Элли Фокс.
- Ты любишь мой образ у себя в голове.
- Это еще что значит?
- Просто может быть, я не та, за кого ты меня принимаешь.
- Тогда кто ты?

Мягко улыбнувшись, она потерлась о него и сказала:

- "Я - никто. А ты кто?" (4)

Взяла на вооружение Эмили Дикинсон, значит.

- Ты - не никто. Ты - Элли Фокс (в будущем Джонсон), и я люблю тебя целиком и полностью.
- Главное, не забудь мое имя, дорогой, когда настанет время поместить меня в ту книгу.

У Холдена возник комок в горле, но он сумел сказать:

- Я никогда не забуду твое имя. Но если ты уедешь и бросишь меня, как я узнаю, куда тебе послать экземпляр?
- Я тебя не брошу. Ты меня бросишь. Насчет экземпляра не волнуйся. Я буду покупать все твои книги. Буду твоей самой большой фанаткой.

Потом последовал страстный поцелуй, стоя прямо перед витриной комиссионки, под взглядами Ретта и Скарлетт (или Зельды). Холден чувствовал себя раздавленным. Но потом они зашли в закусочную, и Элли вела себя так, словно ничего ужасного не произошло. Поев, ребята отправились в большой лесопарк за городом, и занялись любовью под деревьями, и всё казалось как-то слаще, неотложнее, интенсивнее, чем когда-либо раньше.

Холден вспомнил все это, пока стоял перед витриной, глядя на манекенов впервые с тех пор, как Элли мать её Фокс бросила его, променяв на этого хренова Джея. Я никогда тебя не брошу. Ты меня бросишь. Ага, как же.

"Сука!" - подумал он.

А потом подумал и кое-чего похуже.

Потрепанные манекены улыбались сквозь стекло. Они выглядели точно так же, как в тот вечер, когда смотрели на них с Элли. Для них ничего не изменилось. Вот кому хорошо живется вместе.

"Не надо было больше сюда приходить" - подумал он. Идти на север было вообще большой ошибкой.

Но с другой стороны, любое направление обернулось бы ошибкой такого же масштаба. Не было в окрестностях почти ни одного места, где бы они с Элли не побывали вместе, когда были влюблены. Одно ничуть не лучше другого. И на севере, по крайней мере, были чизкейки. Это плюс.

Пока он шел сквозь рассеянное сияние вывески и окон McDonald's, его взгляд устремился внутрь. Кто-то у прилавка делал заказ. Ассортимент на витрине был скуден, но снаружи он заметил несколько классических чизкейков. Некоторые из них шоколадные. Насчет других, не было видно, клубничные они или простые. Он толкнул дверь перед собой и вошел в царство теплых, сладких ароматов, столь хорошо ему знакомых.

Продавец - незнакомый, похоже, сменившийся с прошлого месяца - был занят обслуживанием другого покупателя, отдавая ему сдачу.

Он подошел к прилавку и наклонился.

Три классических чизкейка были клубничные. От их аппетитной пропитки рот наполнялся слюной. Он решил купить все три - два оставлю для Кэсси, один съем здесь сам, с горячей чашечкой кофе.

После столь долгой прогулки, я заслуживал, пожалуй, даже два чизкейк и один чизбургер.

Какой же выбрать вторым? Классический чикен? Или двойной Биг Хит с кленовым сиропом? Или один из этих с сочной куриной котлетой в хрустящей панировке, с сыром чедр, капустным листом в специальном соусе и булочкой с кунжутом?

Столько возможностей для выбора.

Большинство из них выглядели невероятно вкусно.

Сзади раздался знакомый голос:

- Эй, Холден! Как удачно встретились!

~***~

Я распрямился, обернулся - и заметил Кэсси, машущую мне из-за столика в углу. Она была одна. Перед ней стоял белый пластиковый стаканчик с кофе и салфетка с оставшейся половинкой чизкейка.

Она пришла!

Улыбаясь и покачивая головой, я пошел к ней.

- Давай, возьми что-нибудь, - сказала она, - Я никуда не денусь.
- Так ведь это я должен был тебе принести чизкейки.
- Я решила сама себя к ним принести.
- Значит... свой заказ ты отменяешь?
- Наверное. У меня уже полторы штуки внутри.
- Может что ещё тебе взять?

Она мотнула головой.

- Нет, бери что тебе самому нужно.

Тогда я вернулся к прилавку. Купил кофе и один чизкейк и чикен бургер, расплатился, и принес всё к столику Кэсси.

Она выглядела очень свежей и симпатичной, сидя там и глядя на меня. Её светло-каштановые волосы были распущены и спадали на плечи. С тех пор, как я ее последний раз видел, она переоделась, избавившись от своего свитера и плиссированной юбки. Теперь на ней были синие джинсы и черная топ в ярких цветах. Ниже горла виднелся длинный треугольник обнаженной кожи. Её топ обнажал декольте почти наполовину. В сидячем положении ткань немного шла складками, открывая взору краешек ее черного лифчика.

Когда он сел напротив, она сказала:

- Я передумала насчет того, что не хочу навязываться. Все-таки хочу.
- Ты не навязываешься.
- Ты хотел побыть один.
-Да все нормально. Я рад, что ты здесь.

Это было не совсем ложью. Она просияла:

- Серьезно?
- Конечно.
- Я просто... ну, добираться сюда все-таки ужасно далеко пешком, да? Ну и я подумала, может, не знаю, дам тебе хорошую фору, а потом приеду и хотя бы предложу тебя подвезти домой. В смысле, если вдруг тебе будет достаточно прогулки в семь миль для одной ночи.

- Долго ждала? - спросил Холден.
- Прежде чем поехать от дома? - она пожала плечами, - Часа полтора. Поставила будильник и немного подремала. Думала, может быть, как раз по пути тебя увижу. Но не увидела, и тогда решила, что ты сюда, наверное, добрался раньше меня. Как видим, и тут я ошиблась. Впрочем, неважно. Я не прочь посидеть подождать.
- Я шел не по прямой.
- Так и подумала.

Судя по ее виду, долгое ожидание вовсе её не расстроило. Похоже, она просто была рада, что он сейчас был с ней.

- Да уж, доставил я тебе хлопот, - сказал он.
- Да ничего. Ерунда.
- Как по мне, не ерунда.
- Ну... не страшно. Лекция в десять, ещё успею поспать. У тебя?
- Ничего до часу.
- О, вот кому у нас все время везет!

Холден улыбнулся и попробовал свой чикен бургер. Зубы с хрустом проломили панировку и впились в мягкое, сочное мясо внутри. Ароматный вкус словно потоком хлынула ему в рот.

- А что у тебя в час? - спросила Кэсси.

Прожевав кусок бургера, Холден ответил:

- Семинар по Шекспиру.
- А. Там же ведет Хтоничная Хиллари Хатченс.

Он засмеялся.

- О да, она.
- Была у меня в том году. Буэ-э!

Кэсси, кстати, была на год старше. И на год старше Элли. Они с Элли делили одну комнату в общежитии в прошлом семестре. Теперь она была на третьем курсе, и, как и я, специализировалась на английской литературе.

Элли выбрала психологию. Это не должно бы, наверное, никого удивлять. Как все знают, профессия психолога преимущественно привлекает людей, изрядно долбанутых на голову.

- На случай, если ты не заметил, - сказала Кэсси, - Хатченс ненавидит парней.
- Заметил, более чем.
- Наверное, какой-то мужик её очень жестко бросил когда-то.
- Не могу представить того, кто бы её НЕ бросил, - сказал я.
- Но она довольно симпатичная, тебе не кажется?
- Наверное. Симпатичная, но страшная.

С ухмылкой кивнув, Кэсси сказала:

- Трудно представить, что какой-либо парень к ней изначально подойти-то решился. Даже я её боюсь, а ведь я у неё на хорошем счету.

Холден отхлебывал кофе, продолжал уминать свой чизбургер и периодически кивал, пока Кэсси продолжала.

- Короче говоря, у меня довольно хорошие конспекты с прошлого года. Есть ещё копии всех её вопросов с экзамена. Если хочешь, можешь взять почитать. Я бы и курсовиком с тобой поделилась, но она наверняка просечет. Может она и сука, но не тупая, - ухмыльнувшись, Кэсси добавила, - Хотя я уверена, что она не настолько умная, как сама считает. Потому что настолько умных людей земля бы не выдержала.

Тут она заставила меня засмеяться, впервые за долгое время. Приятное чувство. Но даже смеясь над её выпадом в сторону профессора Хатченс, он не мог отделаться от мысли о том, что Кэсси ведет себя как-то странновато. Она что, реально приехала черт знает куда посреди ночи просто чтобы подбодрить меня в трудную минуту? Или пытается что-то начать?

В прошлом году она казалась как бы старшей сестрой Элли. (Впрочем, они там в женском клубе и называли друг друга сестрами). Она всегда очень хорошо с ним общалась и была весьма мила, но только потому, что считала подходящим парнем/возлюбленным для её ненаглядной Элли.

По крайней мере, он так думал. Может быть, ошибался.

Или может быть, действительно так оно и было, но в прошлом году. Однако, сейчас Элли ушла со сцены. И возможно, у Кэсси возникла надежда заполнить образовавшуюся пустоту, заняв её место.

Трудно представить, с чего бы она могла этого захотеть. Холден не то чтобы такой уж ценный трофей. Да и она была слишком красива, чтобы проявлять интерес к такому парню, как он.

Дав время, чтобы управиться с кофе и чизбургером, Кэсси сказала:

- Ну что, как твоя прогулка?
- Неплохо. Было приятно выбраться из квартиры. И кажется, это помогло мне отвлечься от...

Холден не мог заставить себя произнести это имя.

- La belle dame sans merci?(5) - предположила Кэсси.
- Думаю, можно и так её назвать. Но я бы выбрал другую характеристику. Короткую, букв на пять.

Кэсси рассмеялась, немного печально.

- В топку её, - сказал Холден.
- Молодец, держишься в рамках литературного стиля.
- Верно. И её, и коня, на котором она приехала. И еще её этим конем.

Кэсси ещё немного посмеялась, потом покачала головой.

- Это ужасно. Извини, пожалуйста.
- Печально, но факт.
- Мне ли не знать.

Парень кивнул. Да уж, кому знать, как не ей... На первом курсе, я довольно часто видел Кэсси на кампусе. Я знал, кто она, и что она тоже изучает английскую литературу на курс старше его, и что она вроде как помолвлена с каким-то парнем, с которым встречалась ещё со школы. Но её жениха на кампусе не было. Он учился в Калифорнийском Университете в Беркли... Примерно в двух днях езды от Уилмингтона. В какой-то момент, ещё до того, как мы с Элли начали встречаться прошлой весной, тот тип  расстался с Кэсси. После этого, она, кажется, встречалась со многими другими парнями, но ни с кем из них не была сколько-нибудь долго.

- Может, нам с тобой так даже лучше - в одиночестве, - сказала она.
- Не знаю...
- Просто очень жаль, что это всегда так плохо кончается.
- По-моему, нет вообще ничего, что бы хорошо кончалось.
- Ой, ну вот не знаю, - короткая улыбка осветила её лицо, - Я всегда очень радуюсь, когда кончается семинар по Шекспиру. Ну то есть, Шекспира-то я люблю, но вот Хтоничная Хиллари Хатченс...
- Это другое.
- Понимаю. Ты про хорошее. Про отношения и всё такое.
- Ага.
- Я слышала, некоторые остаются друзьями потом.
- Думаю, это хрень, - возразил Холден, - Как они могут оставаться друзьями? Если они любят друг друга, и один предает другого, втыкает нож в спину... Нет уж, вряд ли. Тот, кто воткнул нож, может и хочет остаться друзьями, но не тот, в кого этот нож воткнули.

Кэсси тихо рассмеялась.

- Будучи сама той, кому воткнули, я склонна с тобой согласиться. Я к Уоррену практически ничего, кроме ненависти, не испытываю. Но мне не нравится это чувствовать. Мне бы хотелось, чтобы всё было иначе. И мне очень неприятно думать, что ты можешь возненавидеть Элли.

- Ну, что поделать...

Холден не стал терять времени и напоследок расправился с чизкейком. Но радости он ему не принес. Как не принес радости и разговор про Элли и их распавшиеся отношения.

Пока он допивал кофе, Кэсси сказала:

- Ну так что, каков вердикт? Поедешь со мной назад? Или предпочтешь сам преодолеть эти семь долгих, одиноких миль до твоей квартиры?

Не сказал бы, что этот вопрос застал его совсем врасплох.

До встречи с Кэсси в закусочной, он как раз таки собирался идти назад пешком... возможно, сделав крюк по улице Франклина, чтобы ещё раз посмотреть на дом загадочной девушки. Ему очень хотелось ещё раз взглянуть на её дом. Наверное, держа в уме вероятность увидеть снова и ее саму.

Сам не зная почему, но ему очень хотелось её увидеть. Но с другой стороны, было не ловко отказать Кэсси. Её предложение подвезти до дома было нежеланным даром, но он не мог найти в себе силы отказаться.

- Пожалуй, с тобой прокачусь, - согласился он.

Выражение её лица заставило его обрадоваться, что согласился.

Они поднялись, и засобирались.

- Больше не чего с собой брать не будешь? - спросила она.

- Не-не-не, я так в бочонок на ножках превращусь.

Выйдя на улицу, они зашли за угол. Никого больше рядом не было. В воздухе был странный сыроватый запах, какой, похоже, возникает только в часы после полуночи. Слышалось дребезжание магазинной тележки, но откуда-то издалека.

Машина Кэсси была припаркована сбоку от улицы Дивижн. Вот почему он её не заметил, когда приближался к закусочной. Дверь была не заперта.
Пристегнувшись, она завела двигатель. Когда она отъезжала от тротуара, Холден сказал:

- Да уж, гораздо удобнее, чем топать ногами.
- Рада вам услужить, сэр.

"Оно и к лучшему, - подумал он, - Возвращаться ещё раз к дому девушки было бы очень плохой идеей."

Сделай себе одолжение и забудь о ней.

Кэсси обогнула квартал, развернулась обратно на Дивижн, и свернула налево.

- Отсюда ты пришел? - спросила она.
- Я свернул на Франклина. Тут слишком много народу с собаками и всякого прочего.
- Наверное, потому ты так и задержался.
- А, да я много куда ещё сворачивал, гулял.
- Что-нибудь интересное видел?
- Да не особо. В основном только куча темных домов.
- Странное чувство, быть на улице в такое время, - сказала Кэсси, - Все так тихо и мертво. Можно представить, будто мы единственные люди на планете.
- Ага, - сказал он.

И тут Холден увидел, как кто-то идет по тротуару, по правой стороне улицы. Девушка в темной кофте и брюках. Она двигалась быстрой, пружинистой походкой, размахивая руками, покачивая хвостом на макушке. Загадочная девушка. Она снова на улице? Снова она, и снова на улице, так точно.

Когда мы проезжали мимо, он повернул голову, чтобы увидеть её спереди.

- Что там? - спросила Кэсси.

Он непринужденно повернулся обратно и сказал:

- Да так, идет кто-то.
- Может, ещё один любитель фастфуда, - сказала она.
- Может быть...

В тусклом свете уличных фонарей её лицо казалось знакомым, но в то же время таким далеким. Он почувствовал, как внутри него вспыхивает искра любопытства и надежды. Может быть, это судьба? Может быть, она снова появится в его жизни?

Кэсси, заметив его замешательство, слегка наклонила голову.

- И всё же, что же ты искал на улице в такое время? - спросила она с любопытством.

Холден задумался на мгновение. Он мог бы сказать правду о том, как его тянуло к тому дому и загадочной атмосфере ночи. Хотел выкинуть из головы все эти мысли о нём и Элии. Но вместо этого он ответил:

- Искал вдохновение. Иногда нужно просто выйти на улицу и посмотреть на мир по-другому.

Кэсси улыбнулась.

- Звучит здорово. Идея хорошая — иногда нужно просто уйти от привычного.
- Верно. ...иногда нужно просто уйти от привычного, чтобы найти что-то новое, - продолжил Холден, чувствуя, как его слова наполняются смыслом. Он не был уверен, что именно он искал, но это ощущение свободы и возможность встретить кого-то нового были ему нужны.

Кэсси кивнула, и в её глазах засветилась искорка понимания. Она была той, кто могла понять его внутренние метания, хотя бы немного.

- А ты сама гуляешь по ночам? - спросил он, стараясь перевести разговор на неё.
- Иногда, - ответила Кэсси, обводя взглядом темные улицы. - Это помогает очистить голову. Особенно после долгого дня.

Холден заметил, как её лицо слегка осветилось при упоминании о прогулках. Она явно любила это время суток, когда мир становился тихим и загадочным.

- Да, я понимаю. Ночь имеет свою магию. Но иногда она может быть и пугающей, - сказал он с легкой улыбкой.
- Пугающей? - переспросила Кэсси, приподняв бровь. - Почему?
- Ну, все эти тени и звуки... Они могут заставить задуматься о том, что скрыто в темноте, - ответил Холден, глядя в окно.

Кэсси засмеялась.

- Ты слишком много смотришь фильмов ужасов! На самом деле, ночь — это просто другая сторона дня. Точно так же, как и жизнь — она полна контрастов.

Холден кивнул. Возможно, она была права. Но в его сердце всё ещё оставалось место для сомнений и страха перед неизвестным. В этот момент они проехали мимо того самого дома, где в прошлый раз скрылась загадочная девушка.

- Ты опять на что-то смотришь? - заметила Кэсси с легкой усмешкой.

Холден быстро вернулся к реальности.

- Да нет, просто... этот дом, что мы сейчас проехали. Он показался мне каким-то отдаленно знакомым. Я уже бывал тут, когда шёл к закусочной.

Кэсси покачала головой.

- Лучше бы тебе не чего не знать о нём.
- Что ты имеешь в виду?

Слова Кэсси пронзили его как стрелы. Он задумался: а что ему не стоит знать такого о чём известно ей?

Кэсси вздохнула и посмотрела ему в глаза.

- Я надеюсь, что это всего лишь сплетни. Но ты же знаешь, как бывает: иногда слухи имеют под собой основания. Я не хочу, чтобы ты оказался в плохой ситуации из-за любопытства. Кэсси, заметив, как Холден напрягся, вздохнула и сказала:

- Этот дом... он имеет определенную репутацию. Говорят, там происходят странные вещи. Люди, которые туда заходят, иногда не возвращаются.

Холден почувствовал, как его сердце забилось быстрее.

- Странные вещи? Какого рода? - спросил он, стараясь скрыть растерянность в голосе.

Кэсси посмотрела на него с серьезным выражением лица.

- Я слышала истории о том, что там происходят какие-то странности, или что-то вроде того. Люди видят тени, слышат шепоты... В общем, это место лучше обходить стороной.

Холден не знал, верить ли ей. С одной стороны, он всегда был скептиком и не любил слушать сплетни. С другой стороны, в её голосе звучала искренность, которая заставила его задуматься.

- Но ты же сама говорила, что ночь полна контрастов, — заметил он. — Может, это просто мифы и страхи людей?

Кэсси кивнула.

- Возможно. Но лучше не рисковать. Я не хочу, чтобы ты оказался в неприятной ситуации из-за любопытства.

Он задумался над её словами. Это было так характерно для него — стремиться узнать больше, исследовать неизведанное. Но теперь у него возникло чувство, что он может наткнуться на что-то гораздо более опасное, чем он предполагал.

- Ладно, я постараюсь помнить об этом, — сказал он наконец.

Кэсси улыбнулась и переключила внимание на дорогу. Они продолжали ехать по улицам, и Холден снова начал думать о загадочной девушке. Он не мог избавиться от ощущения, что она была связана с этим домом и теми тайнами, которые его окружали. И всё это, могло послужить хорошим сюжетом, его будущей литературной работы. Холден всегда мечтал стать писателем, и теперь, когда его жизнь напоминала сюжет триллера, он чувствовал, что у него есть все необходимые элементы для создания захватывающей истории.

- Знаешь, — произнес он, не отрываясь от своих мыслей, — это всё напоминает мне о том, как я представлял свои книги. Загадочные персонажи, мрачные места и тайны, которые нужно раскрыть.

Кэсси бросила на него быстрый взгляд.

- Ты серьезно? Ты собираешься написать об этом?
- Почему бы и нет? — ответил Холден, воодушевленный своим замыслом. — Это может стать отличным началом для моего романа. Я смогу исследовать все эти мифы и легенды, а заодно понять, что происходит на самом деле.

Кэсси покачала головой.

- Ты не понимаешь, с чем имеешь дело. Это не просто история. Это реальная жизнь. Люди могут пострадать.

- Я не собираюсь ничего делать бездумно, — сказал он. — Просто хочу разобраться в ситуации. Понимаешь, иногда писателю нужно погрузиться в материал, чтобы создать что-то правдоподобное.

Она вздохнула и снова посмотрела на дорогу.

- Хорошо, но будь осторожен. Я не хочу, чтобы ты оказался в опасности ради своей книги.

Холден кивнул, хотя внутри него уже зарождался план. Он начал представлять себе сцену: он стоит перед таинственным домом, в руках у него блокнот и ручка. Он записывает свои наблюдения, пытаясь уловить атмосферу места. Он мог бы даже встретить ту загадочную девушку и узнать её историю.

- Кэсси, а ты не хочешь составить мне компанию? - спросил он вдруг. — Мы могли бы вместе исследовать этот дом.

Она остановила машину на светофоре и посмотрела на него с недоумением.

- Ты серьезно?

- Да! Это будет интересно! Мы могли бы взять фонарики, немного еды и просто провести ночь в поисках приключений. Если подумать, то это вполне себе неплохая идея, в любом случае это поможет отвлечься от тех переживаний иного толка... ну ты понимаешь о чём я.

Кэсси нахмурилась.

- Ты понимаешь, что это может быть опасно?
- Я знаю, но ведь это всего лишь дом. Мы можем быть осторожными.

Она помолчала, обдумывая его предложение.

- Ладно, - наконец сказала она. - Но только если мы заранее составим план и будем действовать аккуратно.

Холден почувствовал прилив вдохновения. Наконец-то кто-то разделяет с ним его любовь к необъяснимым явлениям. Он знал, что это решение было рискованным, но именно такие моменты делали жизнь интересной.

- Супер! Давай начнем с того, что найдем информацию о доме и его обитателях. Может быть, поговорим с местными жителями?

Кэсси кивнула.

- Хорошо. Но я всё равно настаиваю на том, чтобы мы были осторожны. Если что-то пойдет не так...
- Не переживай! — прервал её Холден с улыбкой.     - У нас всё будет под контролем.

Они продолжили путь по ночному городу, и Холден уже мысленно рисовал сцены своего будущего романа. В его голове возникали образы - мрачные коридоры, старинные предметы интерьера и призрачные фигуры, мелькающие то тут то там в тени.

~***~

- Ты всё там же живешь, на Черч-стрит? - спросила она.
- Ага.

В прошлом году, Кэсси бывала там довольно часто по тем или иным причинам... обычно, связанным с Элли. Она регулярно подвозила Элли или забирала её от Холдена. Иногда она сама заходила, и они устраивали небольшие посиделки по какому-нибудь поводу.

Они с Кэсси даже оказывались наедине друг с другом в его квартире время от времени. Например, могли быть втроем, но потом Элли надолго исчезала в ванной или выбегала в магазин за чем-нибудь. Никогда ничего не происходило, пока Элли не было. Если Кэсси и чувствовала какое-то влечение к нему, то определенно держала его при себе. И хотя она была очень красива, и нравилась Холдену как человек, но он никогда не ощущал к ней никакого желания. Главное его желание касаемо Кэсси состояло обычно в том, чтобы она поскорее ушла, и они с Элли смогли перейти к более интимным развлечениям.

- В той же квартире, всё то же самое? - спросила Кэсси.
- Ну да.
- Тебя это не беспокоит?
- Что конкретно?
- Там, должно быть, много воспоминаний.
- Наверное...

Наверное? В последние недели прошлого семестра, Элли практически жила тут. А теперь каждый уголок каждой комнаты, каждый предмет обстановки навевал ему сладкие, горькие воспоминания о ней. И хотя она была вполне жива, пребывая где-то (в постели Джея?), её призрак витал по его квартире.

- Она ведь планировала сюда переехать в этом семестре, - сказал он.
- Знаю. Ты не думал, может, другое жилье поискать?
- Слишком много возни. Да и всё равно, нет смысла.
- Ну, когда всё там напоминает...
- Да ладно, что уж. Жизнь продолжается.

Он вообще был склонен говорить сплошными клише, когда нечего было сказать. Это практически убило их беседу, и оставшуюся часть пути пребывали в молчании, пока не добрались до Черч-стрит. На улице действительно было несколько церквей, между прочим. Одна из них стояла по соседству со старым двухэтажным кирпичным зданием, в котором жил Холден.

- Мне лично было бы уже одного этого достаточно, чтобы съехать, - сказала Кэсси, мотнув головой в сторону церкви.
- Мне она особо не мешает.
- Понимаю. Но на меня что-то жути нагоняет.
- Может, потому что ты нехристь...

Она рассмеялась.

- А может потому, что нет, - она остановилась у тротуара перед домом. Держа ключ в зажигании, она спросила, - Ты не возражаешь, если я поднимусь к тебе на минутку?
- Я... ээ... - прежде, чем он успел решить что-либо, Кэсси снова заговорила.
- Мне просто очень надо в туалет. Извини. Надо было в кафе сходить, наверное, но...
- Да нет, все нормально. Заходи, конечно.
- Спасибо, - она погасила фары, выключила двигатель и вытащила ключ из зажигания, - Я быстро. Обещаю.
- Да без проблем, - сказал он.

Они поспешили к единственному подъезду. Он отпер дверь в здание своим ключом. Затем захлопнул её за ними. Внутри было тихо и пахло застоявшимся сигаретным дымом. Миновав вестибюль, они повернули направо и прошли очень тихо, не произнося не звука, мимо двери хозяев дома.

Обычно, она была открыта настежь.

Хозяева, мистер и миссис Фишер, как правило сидели там перед телевизором. Но они только притворялись, что его смотрят. То, за чем они на самом деле наблюдали - это коридор возле их двери, который вел к лестнице. У них обоих, похоже, было неуемное любопытство на тему перемещений в пространстве их жильцов, а также их гостей. Холден знал, что они были бы очень рады застать его вместе с Кэсси в такой час.

Но час, очевидно, был для них слишком поздним. Их дверь была закрыта. По крайней мере пока они прокрадывались мимо, не было слышно звуков телевизора.

Холден отчасти даже ожидал, что сейчас дверь распахнется, когда они начнут подниматься по лестнице, но ничего такого не случилось. Наконец, достигнув пролета, они повернули, и продолжили взбираться наверх, скрывшись из зоны обзора.

- Пронесло, - прошептал он.

Кэсси хмыкнула.

Несмотря на то, что уже не было больше повода опасаться Фишеров, поздний час и тишина в здании не способствовали общению. Так же молча, они достигли верха лестницы и пошли по коридору к двери его апартаментов. Вставляя ключ в замок, он ощутил, как Кэсси стоит очень близко позади, не прикасаясь, но в считанных сантиметрах от него.

Она проследовала за ним.

Пара ламп горела в квартире. Он оставил их включенными, когда уходил на свою прогулку.

Закрыл дверь. Кэсси положила руку ему на плечо и прошептала:

- Я всего на минутку.
- Да можно уже не шептать.
- Хорошо, - сказала она, чуть громче.

Затем она убрала ладонь с его плеча и поспешила в санузел. Ванная располагалась в узком коридоре, который вел в спальню. Она исчезла за углом. Пару секунд спустя, он услышал, как хлопнула дверь.

Ожидая её появление, он быстренько огляделся. Вообще, не ожидая гостей. Гостиная была завалена книгами и журналами, тетрадями и ручками, и ещё много чем. Но это не был срач. Холостяцкий беспорядок его особо не смущал, он всё же старался содержать свое жилище в относительной чистоте. Для берлоги одинокого студента, который провел все прошлые выходные в пьяной депрессии, всё выглядело не так уж и плохо.

Послышались журчащие звуки из туалета...

Не соврала, ей и правда похоже приспичило.

Он подошел к журнальному столику, нашел пульт и включил телевизор.

Реклама презервативов. "...ная защита с абсолютным сохранением полноценных ощущений!"

Холден переключил канал. В древнем черно-белом фильме Лон Чейни Младший бежал через лес. Судя по его испуганному и виноватому лицу, он сделал вывод, что это, наверное, "Человек-волк"* (6).

Зашумел сливной бачок. Он отложил пульт и стал смотреть на несчастного, обреченного Лоуренса Тэлбота на экране.

- Что-нибудь хорошее показывают? - спросила Кэсси, заходя в гостиную.
- Все хорошее показывают только сейчас - в мертвенной пустоте, во мраке ночи... (7)
- Когда кладбища зевают(7), - добавила она. После чего сама зевнула.

Я тоже зевнул.

Это и правда заразно.

- Ну что, - сказала она, - Я тогда пойду. Спасибо, что дал воспользоваться удобствами.
- Спасибо, что подвезла.
- Всегда пожалуйста, - она достигла двери раньше меня. Однако, вместо того чтобы выйди, она прислонилась к ней спиной, протянула одну руку и погладила меня по щеке, - Ты точно будешь в порядке?
- Точно...
- Уверен?

Я пожал плечами.

- А вот я не уверена, - сказала она. Затем убрала ладонь от его лица, но продолжала пристально смотреть ему в глаза. Её взгляд при этом был очень напряженным и серьезным, - Я ведь именно поэтому туда поехала. Ты выглядел таким... я не знаю, потерянным.
- Хорошее определение...
- Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, Холден.
- Спасибо, - пробормотал я.
- Потому что я знаю, каково это.
- Ну да...
- Каково терять кого-то любимого.

Я кивнул.

- Это тяжело. Кажется, что конец света.
- Типа того...
- Но это не так. Это не конец света. Ты идешь дальше. Хотя тебе больно, но ты всё равно идешь. И с тобой снова случается что-то хорошее. Тебе всё равно ещё больно, но теперь у тебя и что-то хорошее есть. А иногда ты даже совсем забываешь про боль.

- Поверю на слово, - сказал он.
- Поверь. Я серьезно.

И тут она скользнула вперед от двери, и обвила его руками, и поцеловала. На её губах он почувствовал вкус помады, и кофе, и клубничного чизкейка. Её ладони задвигались по спине юноши. Он чувствовал, как её грудь прижимается сквозь их одежду. Затем её руки забрались под его толстовку со спины, и он в ответ тоже запустил руки под её топ сзади. Её кожа была теплой и гладкой, от талии до самых лопаток.

Куда делся ее лифчик? Должно быть, сняла его в ванной. Она это спланировала!

Он смутно подумал, что понятия не имеет, сколько тут её расчета, а сколько спонтанности. Холден был смутно недоволен тем, что его обманули, им манипулировали. Он смутно понимал, что должен немедленно прекратить эти глупости и вежливо попросить её удалиться. Но её гладкая обнаженная спина намекала на такую же обстановку и спереди.

Она бы не стала снимать бюстгальтер, если бы не хотела, чтоб он туда добрался. И он таки добрался. Вскоре, его руки уже исследовали упругость и мягкость её груди. Её бюст был больше, чем у Элли. Когда его пальцы коснулись её сосков, она тихо простонала ему в рот и легонько дернулась.

Затем она расстегнула пряжку его ремня. Потом расправилась с пуговицей на джинсах, опустила замок молнии и просунула ладонь ему в нижнее белье. Девичьи пальцы обвились вокруг его естества, такие мягкие и прохладные.

Следуя её примеру, он тоже расстегнул на ней джинсы. Но белья под ними не оказалось.

Наверное, он слишком долго медлил.

- Потрогай меня, - прошептала она.

Послушавшись, он просунул руку ей в штаны. Джинсовая ткань с изнанки была влажной под его пальцами.

- Внутрь, - снова раздался её шепот.

Он сделал, как она сказала. Скользкая влага приняла его пальцы.

Следующее, что он помнил - как уже лежал на спине на ковре в гостиной. Они уже были голыми, и Кэсси нависала надо ним, упершись коленями в пол, сжимая руками его плечи, покачивая грудью, запрокинув назад голову, и скользила вверх и вниз на нём, вверх и снова вниз...

... Они всё ещё были на полу. Кэсси лежала на нём. Они были потными и с трудом дышали. Он нежно погладил её по спине.

Она подняла голову и посмотрела ему в глаза.

- Я же говорила, что будет и что-то хорошее.
- Наверное, ты была права.
- Не конец света? - спросила она.
- Точно нет.
- Рада это слышать.

Затем она слезла, подняла с пола свою одежду и скрылась в направлении ванной. Вернувшись несколько минут спустя, она была уже полностью одета. Её волосы были расчесаны. Лицо всё ещё покрывал румянец, а в её глазах светилось какое-то счастливое, ошалевшее выражение.

Они встретились у двери.

- Ночь без сна, завтра буду никакая, - сказала она.
- Да не только ты.

Она обняла его и коротко поцеловала.

- Надо бежать.

Он кивнул.

- До встречи.
- Завтра увидимся, ладно?
- Конечно.

Он открыл ей дверь и посмотрел, как она идет легкой и пружинистой походкой по темному, пустому коридору. Она помахивала руками при ходьбе. Её длинные волосы плясали и раскачивались. Её энергичность напомнила ему ту загадочную девушку. У края лестницы она обернулась и помахала ему.

Он помахал в ответ. Затем какое-то время слушал, дабы убедиться, что её никто не перехватил по пути. Услышав хлопок двери в подъезде, Холден слишком поздно осознал, что надо бы было проводить её до машины.

"Все с ней будет в порядке" - подумал он.

Однако, встревожившись, он поспешил обратно в квартиру - к кухонному окну, которое выходило на улицу. Оттуда он посмотрел, как Кэсси садится в свою машину и отъезжает. А он просто стоял и смотрел на пустую улицу ещё довольно долгое время после того, как она уехала. Пытаясь понять, что сейчас произошло. Но в основном он ощущал лишь пустоту, и был доволен собой, и изумлен поступком Кэсси, и немало обеспокоен раздумьями о том, к чему это всё теперь приведет.

1. (1) Отсылка к роману Стивена Кинга "Худеющий / Thinner

2. (2)  Зельда Фицджеральд

3. (3) "Ночь нежна", роман Фрэнсиса Скотта Фицджеральда.

4. (4) Название стихотворения Эмили Дикинсон.

5.(5) La belle dame sans merci (фр.) - "Безжалостная Красавица", название баллады английского поэта Джона Китса.

6.(6) "Человек-волк" - классический фильм ужасов студии Universal.

7. (7) цитаты из "Гекльбери Финна" Марка Твена, пародирующие Шекспира.»