Смятение|Сон Джэ

𝒏𝒐𝒕𝒆𝒔:: моя любимая глава. не забывайте делиться своим мнением насчет главы, да и вообщем, активничать. напоминаю, о моём тгк - snumina. где я отвечаю на все вопросы, да и вообщем, делюсь планами насчет работ. приятного чтения!

—

Я вижу, как три силуэта идут прямиком к нам. Сон Джэ больше напрягается, чем я, что сжимает мою ладонь, удерживая очень крепко. Они выходили будто из темноты, что увидеть, кто скрыватся за ней, было невозможно.

Один из силуэта приближается к нам, он был достаточно маленького роста, что я начала удивляться этому. Как вижу, что из темноты выходит Джун Тэ. А следом за ним Ши Ын и Ху Мин. Джун Тэ подбегает ко мне и обнимает меня, я слышу, как Сон Джэ начинает расслабленно дышать.

Одной рукой обнимаю его, пока он начинает обнимать меня. Другая моя рука была занята Сон Джэ. От неожиданности чуть ли не пячусь назад, но быстро ловлю равновесие. Джун Тэ был немного избит и похрамывал, что мне хотелось его прижать, как котеночка.

И те двое были избиты, но Ху Мин выглядел слишком опустошенно, что мысли начали идти в другое русло. Я начала думать, что мы проиграли Союзу. Но зато, они хотя-бы живы, хоть и избиты сильно.

Ху Мин держится в расстояний, словно не хотел вообще идти сюда. Я вижу, как его взгляд падает на наши сцепленные руки, а потом на меня. В его глазах, я видела снова разачарование. Но оно настолько было присуще к нему в последнеее время, что я не удивлялась.

— Мы выиграли, — радостно шепчет Джун Тэ мне в плечо, что невольно проскакивает улыбка на моё лице. Боковым зрением вижу, что Сон Джэ тоже улыбается.

И я понимала почему. Потому что он уже не в Союзе, он вышел оттуда, за что Бэк Джин хотел от него избавиться. Но теперь, он проиграл. Бэк Джин проиграл. Союз начнет разваливаться, а мне оставалось с удовольствием наблюдать за этим.

— Где Хён Так? — спрашивает Ши Ын, даже не смотря туда, куда секунду назад смотрел Ху Мин. Было видно, как он устал и как еле держался.

— Он спит. Слишком сильно устал. Но мы не может оставаться здесь слишком долго, — говоря последние фразы, раздается звонок из моего кармана. Мне приходится разъеденить руки с Сон Джэ и взять телефон. Джун Тэ тоже отходит, давая больше пространства.

Это была мама.

— Мама?

— Вы там не промокли, детки мои, такой ливень был ужас. Скоро закрываюсь, надеюсь, что вы дома, — я любила эту черту мамы, это была забота, она проскакивалась даже в мелочах.

— Нет, ма, мы не дома, — мой взгляд проходится по всем, что я начинаю думать, как нужно грамотно соврать маме. Знала бы мама, в какие ситауции попадаю, — Вышли в кафешку неподалеку со всеми.

— Со всеми? — она удивленно охает, будто не знает, с кем я нахожусь.

— Да, мы собрались спустя долгое время. Честно, мама, сильно занята, — начинаю врать, даже не зная, что сказать маме.

Потом, она говорит, чтобы я была осторожнее и прощаюсь с ней, скидывая трубку. Но я продолжаю, помещая телефон обратно в карман.

— Хён устал, как и все вы. Поэтому, давайте прощаться, — я дважды окидываю взглядом каждого, как все соглашаются.

Им всем нужен был отдых, а мне время на подумать и переварить, что произошло. Произошло многое. Наш недосказанный разговор с Сон Джэ, эта пауза. Битва между Союзом и Ху Мином. Было множество всего и честно говоря, я была сильно вымотана, что хотелось вырубиться там же, где стою.

Я первая захожу обратно в Боулинг, видя, как На Ки и Хён Так мирно спят. Мне нравилась эта картина, как они мило спали, что хотелось сфоткать. Достав аккуратно камеру, я сделала щелчок, запечталив этот момент. А потом услышав шорох, резко спрятала телефон, будто этого не было.

Сзади меня были Ши Ын, Ху Мин и хвостик Джун Тэ. Сон Джэ остался на улице. Он прекрасно понимал, что нельзя появляться здесь, потому что видела, как он не переваривал ни моего брата, ни Ху Мина. Сон Джэ знал, что я нравлюсь Ху Мину. И могла быть драка, которая точно не входило в мои планы.

Я аккуратно приближаюсь к брату, трогая его за плечо. Начинаю будить, говоря, что пора домой. Пора спать, но только уже дома. Он в ответ на мои действия, бормотал, чтобы я его не будила. Но я решила стать намного упрямее, что начала его уже трясти за плечи, не выдерживая эти выходки детского сада.

— Пора домой, просыпайся! — начинаю более грубее звать его, что он не хотя открывает глаза, а потом поднимает голову. Видя за моей спиной Джун Тэ, он начинает улыбаться.

Следом из-за моих слов просыпается На Ки. Они были вдвоем сонные, что смотрелось довольно мило. Она не понимает, что происходит, но как только видит Хён Така, всё сразу встает на свои места. Взволнованным взглядом смотрит на него, понимая, что ничем помочь не может.

Ху Мин приближается ко мне, что я отхожу. Он приближается к брату, запрокидывает его руку к себе на плечо, помогая подняться к нему. Хён был слишком слаб, мог ходить, но чуть-ли не падал от бессилия. Ши Ын резко подстраивается, понимая, что хочет сделать Ху Мин, перекидывает теперь его левую руку к себе на плечо.

Они начинают идти, брат опять что-то бормочет и перекидывает свои ноги. Одной за другой. На Ки, смотрит на меня, думая, что я хочу что-то сказать. Я киваю и указываю на Хёна. Она понимает и идет сзади них. На Ки также говорит, быть аккуратней с Хён Таком, проверяя каждый его шаг и говоря, куда лучше наступать.

Подруга переживала за него и это было видно.

Я понимаю, что мне тоже нужно идти за ними. Они уже поднялись по лестнице, и шли к выходу из Боулинга. Я понимала, что Сон Джэ стоит у выхода. Я окидываю взглядом всё это помещение, будто обдумывая, что дальше делать и сказать.

Выйдя из Боулинга, я вижу, как остальные находились от меня в нескольких метрах. Но также шли. Окончательно выйдя, оказываюсь у входа в Боулинг. Смотря налево, вижу, как Сон Джэ опять курит, только прижимаясь к стенке. Я смотрю на него, не зная, что мне нужно сказать.

А что я могу сказать? Я его избила, наговорила много всего, а теперь кричу и благодарю за то, что он сделал. Мне самой от себя стало тошно, за одну секунду. Я не хотела разговаривать с ним о чувствах, о том, что было. Потому что, я саму себя не понимаю. И я знаю, что должна контролировать все свои эмоций, держа их под запретом. Я знаю.

Но никак не могу. А когда мои чувства выходят из-под контроля, начинает паника. И я начинаю отдаляться. Нет, я не боюсь Сон Джэ. Я никогда его не боялась. Я никогда не боялась, что он может ударить меня в ответ, хотя такого никогда не было. Я не боюсь, что в один момент, он развернется и скажет, что между нами ничего не было. Я не боюсь всего этого.

Я боюсь своих чувств к нему.

Я боюсь, что снова смогу почувствовать эту теплоту, что ощущаю в груди. Боюсь, что снова не смогу отвести взгляд с его глаз. Взгляд с его прекрасной родинки, что заставляет меня умиляться каждый раз, но я не показываю этого. Боюсь, что больше не увижу эту горьковатую конфету у моего порога. Боюсь, что он никогда не будет смотреть на меня.

Это был мой страх, который я бояюсь испытывать каждый раз.

Сон Джэ всё также стоит, не сделав ни одного движения. Курит эту сигарету, а потом в своей манере, поворачивает голову и смотрит на меня. В его глазах понимание и терпение. Он не начал обвинять меня, не начал допытывать меня, спрашивая, что это было. Он принял и понял мою ситуацию. Помог, даже спустя то, что я ему сделала и наговорила. И я глазами благодарила его за понимание.

Киваю в знак прощание, не зная, даже, что сказать. Даже слово «Спасибо», никак не может вырваться из моих уст. А он и не ждет. Просто помог мне с братом, ничего не прося взамен. И я чувствую, эту недосказанность в наших отношениях, но ничего поделать не могу. Потому что, кажется, если начну — не смогу остановиться. Это и пугает.

Моё тело слишком устало, даже спустя этой ситуаций, где я чуть-ли не сошла с ума, хотелось спать. Ноги были тяжелыми, что передвигаться было тяжело. Кивнув ему, я ухожу оттуда, идя следом за компанией.

Хотелось обернуться. Честно, хотелось. Хотелось в последний раз взглянуть в его глаза, поблагодарить, пожелать спокойной ночи. Но я ушла, не сказав ему ничего. Сильно хотела обернуться корпусом, посмотреть, подбежать и толкнуть его ещё раз в стену и сказать, что я так больше не могу. Тяжесть с каждым моим шагом, оседала на мои плечи, что дышать становилось тяжело.

Сунув руки в карман и отрывая свой заусенец, я догнала их, смотря на Хён Така. Все в компаний молчали, даже не зная, что говорить. Один раз обменялись взглядом с Ху Мином, но он сразу отвел взгляд, будто даже не хотел смотреть. Никто не радовался победе, все словно приняли её, как должное.

На Ки аккуратно подходит ко мне, что я чувтсвую этот запах распустившихся пионов, что могу немного поднять плечи, чтобы вздохнуть этот аромат. Она аккуратно обхватывает моё предплечье, в знак того, что она рядом. Она всё понимает. Не требует слов, ответы на вопросы и объяснение, а просто понимает. Аккуратно сжимает, показывая, что всё будет хорошо.

— Спасибо, На Ки, что пришла и принесла бинт, — я слегка улыбаюсь, на что хватило сил и сжимаю её руку, благодарю.

— Тихо, — шикает она в ответ, но улыбается, — Как придешь домой, отдохни, хорошо?

Сделав еле заметный кивок, мы отправляемся прямиком домой. Шли мы недолго, минут двадцать не больше, но из-за того, что Хён Так не мог нормально ходить, заняло всё это в итоге, тридцать минут. Дойдя окончательно до наших ворот, я задумалась, что мама не должна увидеть эту картину с братом. Иначе у неё опять случится истерика, как в тот раз с коленом. Рисковать не хотела.

Поэтому, двинулась первая домой, проверить спит ли мама. И увидев, что мама спит с телефоном в руках, сказала Ши Ыну заносить брата в его комнату. На Ки тоже зашла, помочь. Вообщем, все мы зашли. Ху Мин и Ши Ын, аккуратно кладут Хён Така в его кровать. На Ки двинулась вперед, со словами «Подождите» и накрыла его одеялом. Я улыбнулась.

Все они вышли из комнаты тихо, словно боялись разбудить, так и брата, так и мою маму. Выйдя, я должна была проводить их до порога. Отойдя на один метр, я хочу с ними попрощаться. Но Ши Ын разрушает эту мертвую тишину, что была все сорок минут нашего времяпровождения вместе.

— Пусть он отдыхает, не перенагружая себя. Пусть меняет бинт каждые два-три часа.

— Спасибо, — я делаю паузу, осматривая каждого, но в итоге, продолжаю, — Спасибо Вам всем, что помогли дотащить его. Отдыхайте.

Джун Тэ улыбатеся и подбегает ко мне, обнять крепко. Улыбка снова появляется на моём лице. Он шепчет «Спокойной ночи» и размыкает объятия. Да, он был слегка избит, но тактильности, кажется прибавилось намного больше. Я видела, как он ещё раз хотел обнять. Он мне как младший брат, что просит ласки каждый раз.

— Я забыла. На Ки тебя нужно проводить. Сейчас опасно, — я делаю шаг вперед, как резко она меня останавливает.

— Ты что, мне идти буквально двадцать минут, а быстрым шагом десять. Не волнуйся и иди отдыхать. Завтра спишемся, — она отмахивается, говоря, что дойдет. Но мой недоверчивый взгляд до сих пор находится на ней.

— Мы её проводим. Для полного восстановления организма нужно девять часов сна. Поэтому, тебе нужно сейчас идти спать, — Ши Ын сегодня был слишком разговорчив, если брать все те дни, где даже одно слово с его уст было выдать невозможно. Он указывает взглядом на дом, намекая, что нужно заходить.

— Ещё раз спасибо. Всем спойкойно ночи, — говорю слова напоследок, а потом они разворачиваются и уходят в сторону дома На Ки.

Я вижу, как силуэты отдаляются с каждой минутой всё дальше и дальше. Окончательно увидев, как их тень уходит за угол уже другой улицы, захожу. Закрыв на ключ дверь, захожу домой, и на меня снова накатывает усталость, но уже с большей силой. Еле дохожу до комнаты, как закрываю дверь, а перед этим выключила везде свет и легла спать.

И моими последними мыслями — это был Сон Джэ.

***

Наступил вечер. Сделав всю свою обычную рутину, такие как: посещение школы, забегаловки и разговора На Ки. Я сидела на собственной кровати, не зная, куда деть свои мысли. Брат всё также лежал в кровати, не пойдя в школу, сказал маме, что у него болит голова. Я ему также меняла бинты, обрабатывала раны и иногда, давала обезболивающее, когда у него болела голова.

Ши Ын, Джун Тэ и Ху Мин заходили к нам два часа назад, чтобы навестить брата. Пожелав ему скорейшего выздоровление и сказав специально, что пойдут на баскетбольную площадку без него, чтобы замотивировать его на выздоровление. Но Хён Така это только больше раздражало, он сказал, чтобы они свалили отсюда. Конечно же, по шутке.

Я лишь сидела в своей комнате, слыша отдаленный смех Ху Мина. Понимала, что они там не грустят. Хотелось присоединиться, но что-то внутри меня останавливало это сделать.

В данный момент, я сидела в социальных сетях, пока не получило сообщение.

Это был Сон Джэ.

Сердце начинает стучать мучительно больно, отдаваясь эхом в уши. Дышать перестала, словно разучилась это делать. И открывать сообщение не хотела, хоть и любопытство заиграла новыми красками. Палец медленно движется к чату, где всплыло это самое сообщение.

«Выйди».

Он что опять на том же месте, где стоял в тот вечер? Зачем выйти, чтобы сказать что? Я не хотела разговаривать, не хотела вообще говорить об этом дне. Хотелось вычеркнуть свои чувства и воспоминания, что связывало нас. Я хотела избегать его максимально, насколько это возможно. Потому что, мои чувства идут под откос.

«Если хочешь оставить конфету, оставь у порога».

Резко вышла из сети, отправив это сообщение, как сразу же получила ответ. Не хочу нажимать, не хочу даже читать, хоть и стыдно было его игнорить. Захожу заново в чат, как вижу это самое сообщение.

«Я хочу передать её лично тебе».

Сердце сново пропускает удар и останавливается. Но выйти я не могу. Не могу даже ничего ему сказать или ответить. Просто резко смахиваю наш чат, выходя из приложения, оставляя его без ответа. Он начинает звонить, что я мысленно корю себя за то, что не могу ему ответить. Я хочу разобраться в своих чувствах и понять, что к чему. А пока, я в полном замешательстве, не хочу давать ему ложных надежд.

Звонок. Звонок и ещё раз звонок, что мне приходится выключить телефон. Потому что заблокировать его, не получается. Точнее, нажать на эту легкодоступную кнопку «Заблокировать» — руки дрожат. Поэтому, я оставила эту идею там же, когда подумала о нём.

Откидывая телефон на край кровати, встаю, пытаясь убежать от своих собственных мыслей, что говорили бежать из дома и идти к нему. Но что будет, если я поступлю именно так? Мы будем встречаться, строить совместное будущее? Это звучит, как что-то инородное, а я чувствую себя ученым, которому не под силу разбирать этот объект, хотя всё понятно.

Я начинаю готовить. Обычно это я этого никогда не делала, а только в тех случаях, когда хотела запариться над готовкой, чтобы избежать своих собственных мыслей. Достав некоторые овощи и помыв, начинаю нарезать. И когда я нарезала морковку, нечайно порезала палец, что психанув, оставила это дело.

Даже здесь мои мысли сводятся к нему.

Я зашла в комнату, взяв пластырь, начинаю аккуратно его наклеивать. И украдкой смотрю на мой средний и безымянный палец. На этих пальцах Ли Юна оставила ожог, что теперь остались шрамы. Они были немного темнее, не бросались в глаза, но были видны. А что бы было, если компашка Ли Юны панипулировала мной?

Но если бы не Сон Джэ... Черт, всё опять сходится к нему.

Резко наклеев пластырь, я откинула эти мысли и решила заснуть. Просто не хотелось ни о чем думать, просто спать. Закрыв свои глаза, я снова попала в темноту, но она была слишком желанной, что я с радостью её приняла.

***

Мои глаза открываются. И первое, что я увидела, это был Сон Джэ. Меня бы ничего не смущало, если бы он не находился слишком близко ко мне. Так близко, что между нами оставались считанные миллиметры.

Он был слишком близко ко мне, что я застыла и начала смотреть в его глаза. Я вижу, что его взгляд опускается куда-то ниже. Пока не понимаю, что на мои губы. Он смотрит нагло, будто думает, что за это ему ничего не будет. Но я его не отталкиваю, а просто жду. А чего жду, до конца понять не могу.

Но мы были где-то в темноте, хотя я видела его черты лица слишком хорошо. Мы находимся у стены, где-то за углом, что я начинаю думать, как я сюда попала. Мой взгляд тоже опускается на губы, что мне захотелось попробывать их на вкус.

— Не стоит этого делать, — говорит слишком тихо, шепотом. А после нескольких вопросов в моей голове, решаю спросить.

— Чего не стоит? — мой взгляд с его губ поднимаются на глаза, как я резко проваливаюсь в темноту.

Открыв свои глаза и дыша, как не в себя. Начинаю осознавать, что это был сон. Я точно схожу с ума, настолько сильно, что мне уже снятся почти поцелуи с ним. У меня точно едет крыша. Прижимаю руку к сердцу, как слышу, насколько сильно оно у меня стучит. Но меня не напрягло то, что это был Сон Джэ.

Меня напрягло то, что я была не против, а ждала этого поцелуя.

Боже, я точно схожу с ума. Взяв свой телефон и включив, увидела, множество пропущенных от Сон Джэ. Но это было пять часов назад. Сейчас время было ровно два часа ночи, что я поняла, нужно обратно идти спать, не думая ни о чем лишнем.

И я снова почувствовала страх. Страх, что он вновь мне присниться, а я не смогу устоять, но я не могла. Хоть и заснула слишком быстро.

Наступило утро. Оно не было столь желанным, как мой прошлый сон. Хотя после этого короткого сна с Сон Джэ, мне больше ничего не снилось. На этом спасибо. Потому что, я схожу с ума. Медленно, но очень верно.

В школу сегодня не хотелось. Вообще, не хотелось никуда сегодня идти. Не открывать глаза, не идти в школу, даже встать с кровати, было слишком трудно. Это всё было потому что мысли не давали покоя. Они, как комары летали нал моих ухом, нашептывая правду, которую не хотелось принимать.

Мне поступает резкий звонок от На Ки, что я уже прекрасно понимаю, о чём будет наш разговор. И, конечно же, отклонить я его не могу. Вязв трубку, я слышу по-началу молчание, что начинаю задавать вопросами, почему она не реагирует никак.

— С перва, я хочу спросить, что вчера между вами было? Ты бы видела, как он на тебя смотрел весь вечер, — через трубку было слышно, как она была возмущена тем, что я ей ничего не рассказала. А мне было стыдно. Стыдно за свои чувства.

Я не должна чувствовать к Сон Джэ что-то большее, чем ненависть, которая уже растворилась без остатка.

— Я... — закусываю губу, даже не зная, что можно будет ответить, — Я не знаю. Я ничего абсолютно не понимаю, На Ки, и я устала.

Мой тяжелый выдох раздается по всей комнате, что мне хотелось ичезнуть оттого, насколько мне было противно от себя. Мне хотелось заблокировать всех, чтобы никто не писал, не звонил и не спрашивал про меня. Хотелось заблокировать Сон Джэ и свои чувства, которые точно не должны были быть.

— Понимаю тебя и не осуждаю, ни в коем случае. Просто запомни одну вещь. Никогда, слышишь, никогда не отталкивай своих чувств. Не важно какие они, плохие или хорошие. Главное, что они есть. Если ты что-то чувствуешь к нему, то это... — она выдерживают такую долгую паузу, что хотелось закричать во всё горло и заорать, что никаких чувств нет.

Но На Ки понимала и всё видела насквозь. Что-то скрыть от неё было невозможно, она чувствовала ложь в туже секунду, как только это происходило. И при этом врать, я не собиралась. Просто не хотела сознаваться в том, что я не контролирую.

А если, я ничего не контролирую, в особенности, свои эмоций — значит, я слабая. И такой устой был со мной множество лет, что сейчас убрать за один щелчок, невыносимо и невозможно.

— Нормально, — она продолжает, как понимает, что никак её не перебиваю и внимательно вслушиваюсь в каждое сказанное ею слово, — Ты живой человек, который имеет право на чувства. Ты их не можешь контролировать. Просто прими, и если у Сон Джэ ответные чувства. А по взгляду, я уверенна, что да. Нужно будет...

— О, нет, не говори этого. Я даже думать об этом не хочу, — сразу начинаю отнекиваться, прекрасно понимая, к чему она клонит и что пытается сказать, — Это чуждо. Мне кажется, я не создана для...

Сердце дрогнуло, что я даже не могла сказать ничего. В горле резко появляется ком, что сказать любое слово, кажется невозможным.

— Любви? Это ты хотела сказать? Со Ён, ты и есть само создание любви. Ты, даже представить себе не можешь, как ты готова отдавать любовь своим близким и помогать. Если бы не любовь в нашем мире, будь то дружба или отношения, то ни один человек не выжил бы, понимаешь? Любовь — это и есть спасение в нашем мире, в любом его проявлений.

Я понимаю, что начинаю плакать. Неосознанно, каждое её слово отдавалась так сильно по сердцу, что я просто начинала плакать. Молчу в трубку и стараюсь не показать, что плачу. Закрываю ладонью рот, стараясь не издать ни одного всхлипа. Нет, я не боялась рыдать при На Ки. Просто, я прекрасно понимала, что она была права и от этого тепла хотелось плакать.

— На Ки, я... — издаю еле слышный всхлип, что она сразу напрягается, — Я хочу сказать, что сильно тебя люблю и готова отдавать свою любовь всегда и везде тебе, — улыбаюсь, через слезы, но всё равно продолжаю, — Спасибо большое, ты, как сестра, что готова помочь и сказать всю правду.

— Дура, не плачь, а то я уже рыдаю, — говорит в ответ тоже, улыбаясь, что я слышу её смех, — Может встретимся и погуляем? Там, я точно до конца приведу тебя в чувства.

Я начинаю смеяться в трубку, что мне хотелось пойти с ней погулять. Договорившись погулять с ней вечером, отправилась делать разные бытовые дела. Мне не хотелось отвлечься, мысли снова будто встали на свои места, так было всегда после слов На Ки. Хотелось слушать и слушать ещё раз.

Сон Джэ до сих пор ничего не писал, были только звонки, что звонил тогда. Больше никаких действий с его стороны не было. Я решила просто пока не думать об этом, прогуляться и немного отдохнуть.

Наконец-то наступил вечер. Сделав все свои дела по дому и удивившись, что я ни капли не устала, собралась. Надев футболку, как и свободные брюки черного цвета, вышла. И заранее договорилась с На Ки, где мы встретимся также, где и всегда. Идя к нашему месту, я вдруг посмотрела наверх. Были тучи, что звезд нормально не было видно.

Может, скоро будет дождь? Хотя, сейчас мне не было ни капли холодно. И я резко подумала о Хён Таке, который с утра куда-то ушел. Колено, а если быть точнее, рана на нём, до конца не зажила. Но он так сильно стоял на своем, что ему нужно срочно уйти. И он ушел.

Интересно, где он сейчас? И резко с угла выходит На Ки, что быстрыми шагами подбегает ко мне и начинает обнимать. Я обнимаю её в ответ, прижимая к себе сильнее, словно мы не виделись недавно. Она начинает говорить, что скучала и рассказывает, свой бредовый сон. Я внимательно её слушаю, даже не зная, куда мы идем.

По дороге, я вижу, как силуэт маленького роста бежит к нам. Я показываю это На Ки, что она резко хмурится, пытаясь рассмотреть что-то в темноте. А я видела хорошо в темноте, что сразу поняла — это был Джун Тэ. Видимо, он направлялся ко мне домой, но мы встретились раньше.

Я говорю, что это Джун Тэ и она выдыхает, будто этот маленький силуэт мог бы причинить нам вред. Он подбегает слишком быстро, что в моей голове начинают идти не совсем хорошие мысли. Я, впервые видела, его таким запыхавшимся, что поняла. Это к беде и никакой хорошей новости можно не ждать. И я оказалась права.

— Там... Там... — он начинает жестикулировать, показывая в разные стороны, что разобрать нормально его речь с первого раза не получается.

— Что произошло? Джун Тэ всё хорошо. Выдохни и скажи, что случилось, — я аккуратно трогаю его руки, стараясь успокоить его, как он медленно выдыхает и продолжает.

— Бэк... Бэк Джина убили, — его лицо было слишком печальным, а голос дрогнул, говоря эти слова. Я резко чувствую, что становится плохо, — Мы все собрались у него там... Похороны, похороны там.

— Боже... — выдыхает На Ки и расширяет свои глаза, будто не верит в услышанное. Я тоже не верила и разделяла её реакцию, — А как там Хён Так, как остальные?

— Плохо всё. Баку не может найти себе места, плачет, как не в себя и говорит, что это его вина, — я вижу, как в глазах Джун Тэ появляются слезы. Я прижимаю его к себе, стараюсь успокоить, чувствую, как он дрожит в моих объятиях.

Я старалась успокоиться сама, услышав такую новость. Не могу сказать, что была рада его смерти, все мы были детьми, когда-то. Я знала, что Ху Мин и Бэк Джин были несколько лет друзьями, а потом стали врагами. Невольно представила, что у меня была точно такая же реакция, если бы с На Ки что-то случилось. И я бы пришла к ней, не смотря, какое отношение у нас с ней были.

Прижимаю близко к себе, пока в моих мыслях, не всплывает имя одного человека. И это имя засело в моё сердце настолько сильно, что я не знала, каким холодом убрать его оттуда. Имя Сон Джэ сразу же всплывает, что у меня начинается моментальная паника.

Если убрали Бэк Джина, значит, должны были убрать Сон Джэ.

— Джун Тэ, подожди. Сейчас там есть Сон Джэ, на похоронах? — сердце стучит слишком быстро, что казалось, оно выпрыгнет. Нет, нет, я не могу потерять его ещё раз, ничего не сказав. Его не могли убить точно также, как и Бэк Джина.

— Нет. Он не появлялся там, — он аккуратно протирает свои слезы, отвечая быстро. А моё сердце перестало биться после его ответа.

Я не медля начинаю бежать, что есть силы. Бегу настолько сильно, что ноги сами меня несут к нему. Джун Тэ и На Ки бегут сразу же за мной. Я, примерно понимаю, где это находится, но и Джун Тэ указывал дорогу. Бегу, бегу и ещё раз бегу, хоть с правой стороны начинает ныть от неправильного дыхание во время бега.

И вот, я вижу небольшое помещение. У входа стояли множество парней из Союза, все были в черных, выглаженных костюмах. Все они курили, шепотом что-то обсуждая. Пробегаюсь глазами, Сон Джэ нигде нету. Забегаю во внутрь, как вижу небольшую открытую белую дверь. Выглянув туда, я вижу рамку.

Фотография Бэк Джина, и снизу слева была черная лента. Да, он мертв. Я опускаю глаза вниз, не желая смотреть и думать, о чем-то плохом, зная, что Сон Джэ где-то там. Он мог быть в опасности.

Неподалку от рамки, стоял Ху Мин, он ревел, как не в себя. Я никогда в своей жизни, не видела его таким сломленным, по правую сторону стоял брат, Ши Ын и двое парней, что были близки с ним, по-видимости. Я решаю не заходить туда, зная, что мне нужно найти Сон Джэ и убедиться, что с ним всё в порядке.

За мной заходит подруга и Джун Тэ. Я понимаю, что Сон Джэ здесь нету. Достаю телефон и начинаю ему звонить, как он не берет. И я проклинаю себя за то, что не отвечала ему в тот вечер. Начинаю писать разные сообщения, чтобы он ответил и что это важно. Но всё было бестолку.

Мне казалось, что с каждой секундой, что с каждым шагом, я проваливаюсь. Ноги становились ватными, потому что бежать столько не было сил. Я ухожу, говоря, чтобы На Ки и Джун Тэ оставались здесь. И если что, звонили, если Сон Джэ объявится. Но в это с трудом верилось.

Я выхожу из помещения, пытаясь привести в порядок мысли и понять, где он может быть. Хотя-бы примерно. Первое, что я подумала, так это было моё наше место. Начинаю опять бежать туда, и оказавшись на этом месте, было пусто. Никого здесь не было, что я почувствовала вновь вкус горьковатости во рту, что тревога так и орала мне о том, что я опоздала.

Опять звоню ему и пишу, прошу ответить. Но все сообщения остались непрочитанными, а звонки недоходившиемся. Ну же, думай, Со Ён. Где он может быть? Боулинг. Точно. Я там ещё не была. Опять бегу туда, заворачивая множество поворотов, как чувствую, что на меня начинает капать.

Дождь. Опять этот дождь.

Какое совпадение, что оно начинается не в самый лучший момент моей жизни. Каждый раз одно и тоже. Пытаюсь укрыться хоть немного от дождя, закрываясь руками, но не особо помогает. Оно усиливалось с каждой минутой, что мои шаги становились всё слабее и слабее, но я продолжала бежать, пытаясь его найти и понимая.

Понимая, что я бы не стала так искать человека, который мне безразличен.

Дойдя до Боулинга, никого у входа не вижу. Была одна лапмочка, что освещала пространство на улице. Я слышу шаги, что инстинктивно прячусь за столбом. Наблюдаю, чувствуя приближающуюся опасность. И не зря чувствовала, оттуда выходит мужчина. Он был немолодой, но и вовсе, не старый. А что-то по середине. Лет сорока пяти.

Он выглядел устрашающе, что и хотелось так спрятаться за столбом. На нём было накинуто огромное пальто, что и придавало свой шарм к его ауре. Мне резко стало некомфортно, что я напряглась. Он садился в хорошую на вид машиину, но перед этим он остановился и я услышала.

— У Вас упала визитка, — один парень, что оказался рыдом с ним, нагинает и поднимает черную визитку, на которой что-то было написано белым. Тот мужчина в пальто, забирает эту визитку и кладет её к сотни другим и убирает в карман.

В туже секунду, возникло много вопросов. Что этот мужчина в черном пальто, забыл в Боулинге. Неужели, он причастен к смерти Бэк Джина? Если он вышел оттуда, значит кто-то есть в Боулинге. Боже, не могу больше терпеть, пока они уедут. И они сразу уезжают.

Я опять бегу, направляюсь прямиком в Боулинг, надеясь, что там есть Сон Джэ. Чуть-ли не падаю, стараясь перепрыгивать эти ступеньки, из-за которых путались ноги. Стараюсь дышать, пытаясь привести, как и дыхание, так и мысли в порядок.

Уже окончательно спустившись со ступенек, вижу его, что дыхание приводится в норму. Я начинаю нормально дышать, и сердце бьется, как раньше. Нормально. Он жив и здесь. Только с ним что-то было не так, слишком отстраненный, что взгляд поднять не мог. Он стоял, держа руки в карманах, а потом увидев меня, ничего не сказав.

В его взгляде была усталость, и я больше не видела привычного манерного Сон Джэ, что заставлял специально меня улыбаться. Мурашки начинают идти по коже, что я понимаю, что насквозь промокла. Но моё тело покрылось мурашками не оттого, что я была мокрая, это было от его отсраненности. Я чувствовала холод за несколько метров, что хотелось укрыться чем-нибудь.

— Почему ты не отвечал? — задаю ему вопрос, надеясь, что он сможет дать ответ. Но он молчит, — Почему молчишь?

Приближается, делая только один шаг и снимает свою бордовую ветровку. Я по началу даже понять не могла, что он хочет сделать, пока аккуратно не укрыл меня ею. Спорить с ним не было ни времени, ни сил. Я просто надела на себя эту ветровку, но до сих пор чувствовала холод.

Сон Джэ не говорил ничего, только пусто смотря в одну точку, что вина резко накрыла меня. Я его задела тогда. Либо же, наоборот, что-то сделала не так. Но он ничего не говорил, только без какого-либо интереса смотрел куда-то вдаль. Но смотря на его руки, они не дрожали. Он не курил, потому что запах сигаретного дыма не было. С ним было что-то не так, и это не могло остаться незамеченным.

— Мне нечего сказать, точно также, как и тебе, Со Ён, — говорит тихо, что тишина кажется громче его слов.

Я чувствую, как глаза наполняются слезами, что хотелось разрыдаться. Я не хотела, чтобы всё заканчивалось так. Пытаюсь взять себя в руки, что вдыхаю и выдыхаю медленно. Прячу глаза куда-то вниз, чтобы он не видел моих слез. Хотя, скрывать это было сложно. И я боялась, что он больше уйдет и никогда не вернется.

— А что я? Что я должна сказать тебе?

— Правду. Я хочу, чтобы ты сказала мне правду. Не отрицай, что я нравлюсь тебе. Не отрицай своих чувств ко мне, прошу, — он подходит ко мне поближе, что я застываю и не пячусь назад. Смотрю ему в глаза, пытаясь найти хоть какие-то силы.

Но я не могу. Сейчас, я не могу дать волю своим чувствам. Он сделал много плохого другим, но много хорошего мне. Но даже, если это так, я не могу. Не могу просто взять и принять свои чувства к нему. Это больно, непонятно и необъяснимо.

— Как я могу отрицать того, чего нет? — из моих глаз уже льются слезы, но я твердо стою на своих словах. Сжимаю свою ладонь и молюсь, чтобы из-за ногтей не пошла кровь.

— Вот как, — он начинает кивать, а потом улыбается. Я вижу и понимаю, что это улыбка смешанная с горечью. Она неискренняя и фальшивая. Он выдавил её, чтобы за ней не было видно, как ему стало больно. Это было видно.

Ничего не отвечаю, а просто вдыхаю побольше воздуха в легкие, разворачиваюсь и ухожу. Сон Джэ остался на том же месте, ничего не говоря, а просто смотря мне вслед. Сразу начинаю плакать, не поворачиваясь, просто рыдаю навзрыд, пытаясь убрать слезы. Прячу руки в карман и понимаю, что это его ветровка и становится в два раза больнее.

В кармане ветровки было что-то бумажное, на что сразу обратила внимание. Я останавливаюсь, стоя у вдоха в Боулинг, вытаскиваю эту прямоугольную на ощупь, бумагу. И понимаю, что это чёрная визитка, где написано белым шрифтом имя и контакты телефона. Пазл в голове складывается моментально, что ярости во мне становится предостаточно.

Быстрыми шагами направляюсь обратно к нему, держа в руках эту визитку. В моменте, я поняла, что резкая смерть Бэк Джина, потом мужчина в черном пальто, у которого точно такая же визитка. И резко она в ветровке Сон Джэ.

Как бы я не отрицала, но я не позволю, чтобы Сон Джэ повторил судьбу Бэк Джина. Я никогда себя за это не прощу.

Вмиг, я забываю всё то, что было. В моей голове было одно, предъявить ему и сказать, что бы он не повторял судьбу Бэк Джина и жил, как дальше. Я забываю, что несколько секунд назад тряслась в истерике, а сейчас, ярость пылала во мне. Мне хотелось вразумить его, не делать этого, даже если потребуется его ударить, дабы, чтобы Сон Джэ пришел в ум — я была готова это сделать.

Он всё также стоял, взгляд его был опущен вниз, он о чём-то думал. Но сейчас, я хотела полностью его внимание, что мне было плевать, хочет он разговаривать со мной или нет. Заявившись прямо к нему, он поднимает взгляд, что я вижу полное равнодушие. Решаю продолжать, не обращая на это внимание.

Я держу визитку в правой руке, подхожу к нему на расстояний вытянутой руки.

— Ты хочешь повторить судьбу На Бэк Джина? Хочешь быть убитым? — я начинаю орать на весь Боулинг, но при это понимая, что не могу сохранить ни капли самообладания перед ним. Мне хотелось заорать, избить его, чтобы привести в чувства.

— Тебе ли не всё равно? — да, я вижу, этот равнодушный взгляд, который был направлен на меня. Теперь, я точно была уверена, этот тот взгляд.

Нет, Сон Джэ, мне не всё равно. Мне не всё равно, что я больше не увижу тебя. Мне не всё равно, что я больше не смогу получать от тебя конфеты. Нет, мне не всё равно на то, что ты будешь лежать убитым где-нибудь на поворотне. Мне не всё равно, что я больше не смогу сходить с тобой в компьютерный клую.

Нет, Сон Джэ, мне не плевать. Мне не всё равно. Мне не похуй на тебя.

Я резко разрываю эту визитку на много маленьких частей, вкладывая туда всю свою боль, ненависть, ярость. Я показываю тебе, Сон Джэ, что мне не всё равно. Порванная бумага на много маленьких частей витает в воздухе, медленно падая на пол.

Сон Джэ приближается ко мне сразу, резко приближается, сокращая итак, маленькое расстояние. Приближается ко мне и я чувствую касание на своих губах. Чувствую что-то теплое, мягкое на своих губах, что на автомате закрываю свои глаза. Он прижимает меня к себе, придерживая одной рукой мою шею.

Чувствую, как что-то теплое распространяется по всему моему телу, что мне становится слишком горячо. Две минуты назад, я тряслась от холода, а сейчас, мне очень тепло. Спокойствие, это было то, чего мне искренне не хватало все эти дни. Вся это недосказанность, боль и ненависть, куда-то ушла. Она испарилась.

Сон Джэ прижимает меня второй рукой, которая находилась у талии, поближе к себе. Я даю ему разрешение себя касаться, скажу даже больше, я жажду этих прикосновении к себе, к своему телу.

Мне всё это время безумно хотелось потрогать его волосы, что резко зарываюсь своей правой рукой в его волосы, притягивая ближе к себе. Они мягкие, шелковистые, что хочется трогать и трогать их.

Нет, сейчас — это мой первый поцелуй. То, что было с Чен Суком, лишь прикосновение.

Я не хочу от него отстраняться на секунду, хочу больше прижиматься к нему, вдыхать запах табака, смешанного с терпким кофе. Чувствую, как он старается дышать, больше отдаваясь поцелую. Он раздвигает мои губы, углубляя поцелуй, что я сначала не понимаю, что мне делать, а потом просто даю ему правильный угол, чтобы он заставлял чувствовать свои ноги ватными.

Да, действительно, ноги меня не держат. Зато, меня держит он. Он прижимает ещё ближе к себе, словно фиксируя моё положение. Спустя несколько секунд, он отстраняется, смотрит на меня бешеными глазами, показывая, что мы не закончили.

Сон Джэ резко убирает свои очки, кладя их на стол и сново приближается ко мне, что у меня останавливается сердце. Целует, но ещё больше с новым упором, с новой силой, что я не могу просто повернуть голову. Доминирует он. В помещение раздаются звуки причмокивания, звуки рваных вздохов и выдохов.

Он убирает свою руку с талии, что теперь перемещается на мою шею. Его руки теплые, огненные, что каждое прикосновение отдает током по всему телу. Мне становится так хорошо, настолько сильно, что я инстинктивно прижимаюсь к нему больше, будто хочу стать с ним единым целым.

Сон Джэ с легким напором, начинает куда-то идти в мою сторону, но действия не прекращаются. Он аккуратно подводит меня к белому столику, его руки опускаются на талию, и уже одна рука идет под мою футболку. Он аккуратно проводит по моим позвонкам, невесомым касанием, что я вновь чувствую, как мурашки покрывают моё тело.

Я аккуратно, даже не замечаю присаживаюсь на этот столик, который идеально подходил для этого случая. Присаживаюсь на него, нет, не до конца, я всё равно чувствую пол под ногами. Просто мои ноги уже не держат меня, что нужно найти точку опоры.

Сон Джэ также аккуратно, устраивается между моих ног. Он раздвигает их нежно, опять своими невысомыми касаниями, что отдает ток по всему телу. Он дает меньше пространства для того, чтобы быть ближе ко мне.

Мои руки проходятся везде. Сначало по его мягким волосам, которые были словно шелк, каштанового цвета. Потом по шеи, слегка сжимая и царапая, что я почувствовала, как его дыхание сбилось. А позже трогаю его спину, такую большую, что можно с помощью неё скрыться от всего мира.

Я так сильно не хочу, чтобы этот момент заканчивался, так сильно не хочу, чтобы он переставал меня касаться. Я хочу, чтобы его прикосновения, были запечатаны на моём теле, как воспоминание о самой лучшей ночи, что была. Я хочу вдыхать его запах, дабы просто запечталить это у себя в памяти.

Его губы мягкие, что уверена, они не дадут мне покоя несколько ночей. Как и его прикосновения, что обжигали кожу каждый раз. Я готова была каждый раз чувствовать, именно его прикосновения на себе. Я доверилась. И не жалела. Я жалела, что этого не произошло раньше.

Он целует, сначало нежно, будто давая привыкнуть, а потом с большим напором. Но это всё показывало то, насколько он любит меня. Настолько сильно, что готов был идти против своих принципов, показывая, на что он готов. Настолько сильно готов был отказаться от Союза, где был не один год из-за меня. Это всё начинает сводить с ума меня оттого, насколько он был, по-крайне мере, старался быть со мной рядом. Везде и всегда.

Иногда поворачивает голову, меня угол. А я повторяю его действия, что по-началу у него появляется слегка заметная улыбка на лице, но не прерывает поцелуй. Я тоже улыбаюсь, слегка, чтобы не мешать.

Мы отстраняемся, как он просто не может найти достаточно воздуха, чтобы нормально вздохнуть. Точно также, как и я. Нет, я не стеснялась, мне не было стыдно. Мне было так сильно приятно, что я готова была прочувствовать ещё раз, по кругу. Он не уходит с места, не сдвигается даже на секунду, просто прерывает поцелуй.

Легкие горят так сильно, но это было приятное ощущение. Тело дрожит, мурашки до сих пор покрывают всё моё тело. Я понимаю, что мне не хватает. Я хочу ещё.

Сон Джэ аккуратно целует мою родинку на носу, давая мне ещё раз улыбнуться. Целует каждую часть моего лица, не забывая ещё раз про губы. Причмокивает, медленно, будто разделяет этот момент со мной. Я не могу перестать игнорировать то, как моё сердце так сильно бьется рядом с ним.

Я не могу перестать внушать себе, что ничего не чувствую к нему. Я не могу попросту перестать. Я хочу слышать его голос, как звучит моё имя из его уст, как он его произносит. Я хочу ощущать его прикосновения на моём теле, готова просить его ещё раз, чтобы почувствовать, как моё сердце и как я, реагируем на то, что он просто рядом.

Он берет мою правую руку, а я понять не могу, что он хочет сделать. Он аккуратно берет мою руку и начинает целовать средний и безымянный палец. Невесомо с внутренней стороны ладони, что у меня захватывает сердце, как и дыхание. А какой это уже раз по счету?

Там остались шрамы. Шрамы из-за ожогов, что нанесла мне копмашка Ли Юны. Для меня это казалось каким-то ужасным пятном, грязью, которая каждый раз напоминала мне о том, что я слабая. А теперь, он со всей нежностью целует их. Немного причмокивая.

Мне хотелось зарыдать от его нежности, от его любви ко мне, что я еле держалась, смотря на него. Теперь его поцелуи с моих пальцев, перемещаются на моё лицо. Сон Джэ целует меня в лоб, задерживая на несколько секунд, а потом берет и обнимает меня.

Прижимается ко мне, и я ощущаю, как сильно бьется его сердце.

Мы никогда так не обнимались. Никогда толком не касались друг друга, потому что касание было настолько интимным, что это сносило голову оттого, сколько раз он коснулся меня, обжигая своей теплотой. Он обнимает, зарывая ко мне в шею и вдыхает. Вдыхает так сильно мой запах, тоже стараясь запомнить его.

Я делаю тоже самое. Прижимаюсь к нему, будто это он и есть моё самое последнее спасение. Вдыхаю, задерживаю дыхание и медленно выдыхаю. Я чувствую, что могу быть слабой. Могу ощущать прикосновения и не чувствовать этой грязи, что я ощущала от любых прикосновений от всех людей. Я могу плакать, да даже сейчас перед ним, я плакала.

Мы стоим так. Очень долго, что ни я, ни он не хотим отстраняться друг от друга. Я хочу немного отстраниться, как он вновь прижимает меня к себе, не давая этого сделать.

— Мне всегда будет мало, — говорит он полушепотом, приобнимая меня более сильнее, держа двумя руками, словно думает, что я смогу сбежать. Но я больше не смогу сбежать. Никогда.

— Я знаю, — отвечаю точно также, улыбаясь во всю, что я была уверена, он услышал, как я начала смеяться. И Сон Джэ тоже начал смеяться, но теперь, это был искренний и наполненного теплотой, смех.

Я готова была слушать это вечность.

Мы отстраняемся, до этого обнимаясь очень долго. По-началу, Сон Джэ не хотел меня отпускать, как потом отпустил. Он берет мою руку, переплетая со своей. Я опять улыбаюсь, наслаждаясь тем, какой он тактильный.

— Я не знала, что ты такой любвеобильный, — моя улыбка становится шире, оттого, как я начинаю его смущать.

Кто бы мог подумать, что у Боулинге, я только и делала, что унижала и ненавидела. А сейчас, в этом же самом месте, у нас случился первый поцелуй. И я признала. Признала то, что могу чувствовать, не бояться и принимать любовь, которую мне дают.

— Только с тобой, — он сжимает мою руку кречпе, как я понимаю, насколько он сильный. Я не хотела, чтобы мы даже на секунду отстранялись друг от друга, — Ты не устала?

Он аккуратно поправляет мне прядь, спрашивая меня не устала ли я. Я очень устала, но это была такая приятная усталость. Мне не хотелось домой, хотя прекрасно понимала, что нужно, и кто меня там ждет.

Слегка киваю, как он опять целует меня в лоб, что я начинаю понимать, что он как котенок. Один раз погладишь, как будет об тебя терется, требуя ласки и заботы. Именно так я его и видела. Я не знала, что в нём столько нежности и заботы, моё сердце от этого понимания несколько раз стулкнуло так сильно, что отдавалась эхом.

Мы начинаем идти домой. Наши руки были переплетены, что на секунду не чувствовать его руку — было невозможно. По дороге домой, мы обсуждали погоду, разные темы насчет Союза и Бэк Джина. С ним было интересно, мягко говоря. Мы смотрели на небо, говоря, какая завтра будет погода.

Ветровка его грела меня, но прикосновения ещё больше. В частности, мы молчали, но даже это было приятно с ним делать. Он был счастливым, говорил о том, что ждал этого долго, как хотел меня тронуть, обнять и поцеловать. Я начинала смущаться, что могла легонько стукнуть его по плечу. На что Сон Джэ смеялся.

Дошли до туннеля, оставалось идти несколько минут до моего дома, и мы прощаемся прямо здесь. Я хочу снять его ветровку, как одним движением, он останавливает мои действия и говорит, чтобы я оставила. Стараюсь не улыбаться и не смущаться, как это плохо у меня получается.

Пора прощаться. Но я не хочу. И не могу. Не могу отойти от него даже на сантиметр. Просто хочу быть с ним, но пора домой, мама ждала. Как и всегда, перед прощанием, он дал мне конфету. Их было две, что я сразу положила их к себе в карман, зная, что дома у меня целая коллекция этих конфет.

Но мне всегда будет мало. Мне всегда будет мало, Сон Джэ.

Я разворачиваюсь, делая шаг, как он меня останавливает. Тянет мою руку, совсем не больно и обнимает. Опять очень сильно, прижимается ко мне, что я делаю тоже самое в ответ. Он шепчет о том, что не хочет меня отпускать, как я говорю, что надо. Он отстраняется, а потом целует меня в лоб, говоря, чтобы я пошла отдыхать.

— Отпишись мне. Иначе, я клянусь, что простою здесь до утра, если не получу твоего ответа, — я начинаю смеяться, соглашаясь с тем, что я обязательно отпишусь, как зайду домой.

Мои ноги до сих пор ватные, а губы слишком пухлые, что когда дотрагиваюсь вспоминаю всё то, что было. Становится приятно. Не хочу, чтобы даже мои воспоминания забывались и уходили. Хочу их запечатать навечно.

Дойдя до ворот, оборачиваюсь, как вижу, что он до сих пор стоит там. Ждет, пока я зайду. Улыбаясь, захожу домой. Чувствую такую приятную усталость, что никакими словами её не описать.

Зайдя на кухню, я увидела Чжи Ён, что сидела и пила с мамой чай, разговаривая о чём-то. Я поздоровалась с мамой, спросив, где Хён Так. На что она ответила, что он остался на ночь у Ху Мина. Точно, как я могла так забыть.

Чжи Ён очень внимательно обсматривала. И заострила внимание на бордовой ветровке Сон Джэ, что я сразу с ней пересеклась взглядами. Но она в ответ, только странно посмотрела и отвела взгляд. Будто, что-то поняла, но что? Хотя, мне было плевать, абсолютно.

Сейчас все мои мысли занимал Сон Джэ, что никак не мог выйти из моей головы на секунду. Зайдя к себе в комнату, сняв ветровку и положив её на кровать, я переоделась. Да, одежда была слегка мокрая, но я была уверена в том, что не заболею. Переодевшись, я легла на кровать, решая заснуть. Но мне не давали покоя и мысли, что Ху Мин страдал.

И по-видимости, страдал так сильно, что брат остался ночевать у него дома.

Взяв телефон, я резко написала Сон Джэ, что дома и спросила его, дома ли он. И мне сразу же поступил ответ.

«Хочу ещё раз попробывать на вкус твои губы».

Иногда, я могла быть шокирована от его наглости, но не могла врать, что мне это не нравилось. Мне пиздец, как нравилось. Я ничего не ответила, просто пожалелал и вышла из чата, давая ему понять, что я была смущена.

Я не могла перестать думать о том, как мне хотелось вновь, ещё раз и ещё. Хотелось ощущать его прикосновения, что я сходила с ума там же, где я лежала. Я в бвуквальном смысле лежала, не зная, куда себя деть оттого, как сильно меня тянуло к Сон Джэ.

Беру его ветровку в руки и кладу рядом с собой, что я могла слышать его аромат. Да, от ветровки пахло, как от Сон Джэ. Запах не выветрился. Чему я была безумно рада. Закрыв свои глаза, передо мной был его образ, настолько детальный и точный, что мне казалось, будто он стоит передо мной сейчас.

Этой ночью что-то изменилось. Изменилось то, что мои губы помнили каждый поцелуй, каждое прикосновение. И мне это понравилось.