[ Часть 1] Цветочек

Художник Сюй, сидящий с боку, спросил:

- Какой формы рот твоей сестры?

Только тогда Е Ли пришел в себя и продолжил крайне сухим тоном описывать лицо "сестры".

Цинь Цин сидел за столом, не говоря ни слова. Он отвернул голову в другую сторону и молча рассматривал букет гардений в вазе. Гардении были душистыми и сладкими, но они не могли перекрыть приятный, легкий аромат, присущий его телу.

Он несколько раз погладил толстого кота на руках, и, что бы ни говорили Е Ли и художник Сюй, он перестал обращать на них внимание.

Он, действительно, устал.

Е Ли было не по себе, но он не мог понять, от чего именно. Ведь раньше он ненавидел липкий взгляд этого человека, но теперь, когда тот больше не смотрел на него, ему стало неспокойно и неуютно.

Спустя некоторое время, художник, наконец, сказал:

- Молодой господин, портрет готов.

Цинь Цин вздрогнул, повернул голову и посмотрел на картину на столе.

С портрета смотрела круглолицая девочка одиннадцати-двенадцати лет, черты ее лица были тонкими, но настолько непримечательными, что найти ее в толпе - практически нереально.

- Твоя сестра совсем не похожа на тебя, - Цинь Цин взял портрет и сравнил его с Е Ли.

Е Ли, который просто нес чушь, смущенно опустил голову.

- В мире сейчас царит хаос, и повсюду бродят спасающиеся бегством жертвы. Честно говоря, даже взрослые мужчины вряд ли смогут выжить в одиночку, что уж говорить о такой юной девушке. Если она жива, мы, маркиз Тайань, обязательно поможем тебе найти ее. Если же нет, то ты должен быть готовым к худшему, - безапелляционно заявил Цинь Цин.

Естественно, Е Ли понял и искренне поблагодарил его. Если бы он являлся настоящим Е Ли, а не Ли Суе, он был бы очень благодарен Цинь Цину.

Цинь Цин не глупый и не распущенный, он полностью отличался от того человека, каким его изображали слухи.

- Мастер Сюй, спасибо за вашу тяжелую работу, - Цинь Цин передал пять таэлей серебра.

Художник Сюй с благодарностью принял деньги и счастливо ушел.

Цинь Цин хлопнул в ладоши, и тут же вошел ожидавший за дверью распорядитель. Он почтительно взял портрет, аккуратно свернул его в рулон, положил в длинную, гладко отполированную бамбуковую трубку и поспешно отправился на поиски того, кто скопирует портрет, чтобы потом распространить его везде.

- Не волнуйся, я сделаю все возможное, - пообещал Цинь Цин Е Ли, стоявшему у стола. Его сонное выражение полностью исчезло и сменилось настороженным.

Молодой маркиз выглядел хрупким, но, на самом деле, он был весьма благородным.

Если бы он был настоящим Е Ли, а не принцем Ли Суе, он бы не ощущал растерянности и неловкости...

Е Ли с благодарностью поклонился.

Цинь Цин толкнул дверь и медленно вышел в ночь, все еще держа толстого кота на руках.

- В прошлом, я знаю, что доставил тебе много хлопот, - медленно сказал он.

- Нет, молодой маркиз слишком беспокоится, - быстро ответил Е Ли.

Цинь Цин продолжил:

- Я заварил тебе чай и обжег твою руку. Я подметал пол и уронил на тебя тазик. Я накормил лошадь и ты чуть не лишился жизни. Вполне естественно, что в душе ты мной недоволен.

Е Ли поджал тонкие губы, не решаясь ответить. Он знал, что, как бы он ни защищался, Цинь Цин не поверит ему. У Цинь Цина был тонкий ум и ясное понимание мира, он, на самом деле, все знал, но просто молчал.

Естественно, он знал, как нетерпимо относился Е Ли к нему.

По лицу Е Ли пробежал жар стыда. Он не смел вспомнить, как раньше относился к юноше с безразличием.

Цинь Цин остановился, встал возле куста цветущего жасмина и тихо вздохнул:

- Я найду твою сестру и отплачу тебе за спасение моей жизни, так что мы будем в расчете. Я принял близко к сердцу твое презрение и равнодушие. Когда особняк маркиза найдет твою сестру, ты можешь забрать ее и уехать. Я дам вам сумму серебром, чтобы вам было, где жить.

Он внимательно посмотрел на Е Ли, обнял толстого кота и исчез среди цветов.

Порыв горячего ветра, раскачал ветви цветов, и они стали источать сладкий аромат.

Е Ли вдыхал этот аромат и чувствовал, как обжигающий ветер обволакивает все его тело, но на сердце у него похолодело.

Если бы он был настоящим Е Ли, как было бы хорошо...

Настоящий Е Ли не должен испытывать отвращения к такому щедрому и заботливому молодому маркизу.

---

Е Ли провел бессонную ночь, встал до рассвета и долго отрабатывал удары во дворе.

Он думал, что Цинь Цин скоро вызовет его на работу, но наступил полдень, и лишь тогда, его отвели к парадной двери.

Цинь Цин уже стоял у двери, Маленький Табурет сидел на ступеньках, улыбался и весело болтал. Вчерашнее отчаяние сменилось радостью, полной расслабленности.

Увидев Е Ли, улыбка Маленького Табурета дрогнула, а затем он почтительно назвал его "брат Е".

Е Ли подошел и тихо сказал:

- Извини за вчера.

- Ничего, ничего, молодой маркиз сказал, что отныне никто не сможет меня заменить, это только моя работа, - сказал Маленький Табурет, ложась на живот и выгибая дугой свою худую, костлявую спину.

Глядя на бугорки, выступающие из спины мальчика, Цинь Цин вдруг не смог двинуться с места.

Ведь тот, кем он был вчера, отличался от того, кем он был сегодня.

- Подставь мне колено, - сказал Цинь Цин.

Не говоря ни слова, Маленький Табурет поднялся и, имитируя вчерашние действия Е Ли, согнул одну ногу, а другую поставил на колено. Разве могла эта тонкая ножка сравниться с сильной и мощной ногой Е Ли?

Цинь Цин замер на месте, его ладони вспотели. Он боялся, что сломает ноги Маленького Табурета.

К счастью, рядом стоял Е Ли, поэтому у него возникла идея, и он протянул мужчине руку.

Не задумываясь, Е Ли взял эту тонкую, белую руку и поддержал ее своей крепкой рукой.

Опершись на руку Е Ли, Цинь Цин легонько наступил на колено Маленького Табурета и оказался в карете. Оглянувшись, он увидел, что мальчик счастливо улыбается, и с облегчением вздохнул, прежде чем нагнуться, чтобы сесть в карету.

Пухлый кот все время находился у него на руках.

"Почему мне кажется, что Е Ли сегодня стал вести себя лучше? - немного неуверенно сказал 996. - Его непокорная аура, кажется, исчезла, и он выглядит немного подавленным. Что ты с ним сделал?"

"Как видишь, просто продолжаю помыкать им. Если он высокомерен, то я буду еще высокомернее, чем он", - сонно прошептал Цинь Цин, накидывая на колени тонкое одеяло.

"Твоя душа ранена, ложись спать, не беспокойся о Ли Суе", - 996 похлопал Цинь Цина по груди.

Нынешнему Цинь Цину хотелось спать каждую минуту, а на его лице читалась усталость от земного мира. Он никак не мог привыкнуть к этой физиологической подавленности.

При виде такого изможденного лица, в сознании Е Ли вновь возникло странное тревожное чувство.

Двое сидели друг напротив друга, не говоря ни слова всю дорогу.

Карета с грохотом въехала в деревню Лю. А Ню вытянул голову и спросил у жительницы деревни:

- Госпожа, как мне добраться до дома Лю Саня?

- Два поворота на север, и вы на месте. Карниз его дома увешан мехами, так что вы узнаете его с первого взгляда, - тощая старушка в лохмотьях указала вперед.

А Ню поблагодарил ее и продолжил вести карету.

Е Ли, наконец, не удержался и спросил с любопытством:

- Маленький маркиз, зачем тебе Лю Сань?

- Ты не поймешь, даже если я тебе скажу, - Цинь Цин погладил 996.

Е Ли: "..."

Он очень хотел сказать: "Я понимаю! Я все понимаю! Я просто притворяюсь, что не понимаю! Ты можешь сколько угодно рассказывать мне о том, что у тебя на сердце. Хотя я и не могу с тобой общаться, я могу внимательно слушать".

Но, конечно, он ничего не сказал, ему приходилось только терпеть. К тому же, даже если он и скажет, то после того, что случилось в прошлом, поверит ли ему Цинь Цин?

Е Ли глубоко выдохнул и, нахмурившись, отвернулся к окну.

996 посмотрел на его обиженное лицо и от души рассмеялся: "Ха-ха-ха, Цинь Цин не любит его! Не любить его так весело!"

---

Лю Сань сидел и разговаривал с молодым мужчиной у открытого окна.

Мужчина был одет в бледно-зеленую тунику, его мягкие черные волосы были завязаны в беспорядочный хвост куском белого шелка и спадали на левое плечо. На его красивое и изящное лицо светило яркое солнце. Он выглядел поистине благородным и величавым красавцем.

- Захватив этот холм, мы сможем создать крепость, которую легко защищать и трудно атаковать, - мужчина макнул кончик пальца в чай и нарисовал на столе простую карту. - Мы должны положить конец этому хаосу, императорский двор прогнил.

Мужчина посмотрел прямо на Лю Саня, а его слова прозвучали как раскат грома.

________________

Кхм, с Е Ли все ясно, он на пути становления лижущей собакой.

А вот что это у нас за Красавчик нарисовался?

И что это за подстрекательства?