Шифтинг или нереальная любовь

Дни стремительно сменяли друг друга, все больше приближаясь к Рождеству. Однако никакой радости от этого светлого праздника у студентов не было. Они понимали, что им прийдется провести все каникулы в стенах школы. В этом году не будет никакого пира, а стены Хогвартса так и останутся голыми, без украшений.

Однако гриффиндорцы создали свой личный праздник. Каждый студент самолично повесил разные украшения из бумаги, кто-то даже смог сделать елочные шарики, однако елку им пришлось все-таки создать с помощью магии. Гостиная наконец наполнилась голосами, смехом и капелькой счастья, которую испытывали все присутствующие. Они старались изо всех сил не падать духом, даже решили отпраздновать Рождество в кругу второй семьи. Все эти события, происходящие в Хогвартсе, заставили сплотиться их, зародить дружбу даже между теми людьми, которые не общались все эти года.

Эбигейл сидела между Джинни и Невиллом, которые обменивались подарками. Ее тоже не обделили. Джинни подарила милую открытку, которая была сделана из бумаги в виде елочки, что от прикосновения открывалась, и из нее выскакивало двое эльфов. Они весело пританцовывали и взрывали хлопушки. Невилл вручил подруге небольшую коробочку, которая хранила в себе маленький сверток с невероятно вкусными конфетами. Сейчас не было возможности ходить в Хогсмид, поэтому этот подарок был особенным для Эби, так как парень не пожалел поделиться настоящим сокровищем.

Девушка ощущала себя невероятно счастливой, не давала лишний раз углубиться в собственные мысли, которые полностью захватывали ее сознание. Последнее время она часто раздумывала о Гарри, Роне и Гермионе, а также невероятно часто возвращалась к Малфою. Порой ей было так тошно от этих бесконечных размышлений, что хотелось оторвать себе голову, чтобы больше не думать ни о чем на свете, особенно о Малфое. Ее бесил тот факт, что даже сейчас в компании друзей, она возвращалась к нему. Он будто ее приковал к себе, не давая возможности отодвинуться подальше.

Эбигейл услышала, как в комнате все больше и больше человек стали суетиться, будто готовясь к чему-то. Посмотрев на большие часы на одной из стен, девушка осознала, что уже через пару секунд наступит Рождество. На мгновение ее сердце замерло.

— С Рождеством, Эбигейл! — Невилл тепло улыбнулся.

Она улыбнулась в ответ и кивнула парню, благодаря за его добрые слова:

— Спасибо, Невилл, — после своих слов, девушка встала на диван, — Пусть этот вечер напомнит нам о том, что мы вместе можем преодолеть любые трудности и поддерживать друг друга в тяжелые времена. Ведь именно дружба и солидарность делают нас сильнее, не так ли?

Джинни, присоединившись к монологу, добавила:

— Да, Эбигейл права. Даже если обстоятельства ставят перед нами испытания, важно помнить о единстве и поддержке. Вместе мы сможем пройти через все!

Множество радостных возгласов раздалось в гостиной, но тут же умолкло, ведь шуметь в их ситуации было явно безрассудно, поэтому они тихонько посмеялись с этого и просто продолжили спокойные беседы.

За окном медленно падал снег, расплавлявшийся на теплых стеклах, создавая волшебную атмосферу Рождества. Камин тихо потрескивал, наполняя помещение приятным теплом, а аромат какао и пряников плыл в воздухе.

Эбигейл пристально смотрела на пламя, мечтая о лучших временах, которые были рядом с ней в прошлом. Невилл, с улыбкой на лице, разговаривал с Джинни о том, как хотел бы сейчас очутиться рядом с бабушкой и поделиться этим моментом.

Музыка звучала тихо в уголке, создавая уютное и теплое настроение. Студенты Гриффиндора устроили праздничное застолье, украшенное гирляндами и елочкой, навевающей воспоминания о детстве и доме. В этот момент, в окружении друзей, они почувствовали, что несмотря на трудности, могут преодолеть все испытания вместе.

Эбигейл почему-то подумала, что хотела бы уйти куда-нибудь, хотя сама прекрасно понимала, что это желание было из-за Малфоя. Ей было необходимо увидеть его. Именно в этот момент, сказать ему все то, о чем не могла раньше. Просто проявить искренность, даже если он этого не хочет. Возможно, он сейчас вообще в своей спальне, но об этом она старалась не думать.

Эбигейл покинула теплое убранство гостиной, где витало веселье и счастье праздника Рождества. Ступая по замковым коридорам, она направлялась в ночное приключение в поисках Малфоя, чувствуя, что это встреча может изменить многое. Невзирая на поздний час и опасную атмосферу Хогвартса, она ощущала, что ее место сейчас рядом с ним.

Ее не особо волновала неожиданная встреча с Филчем или Пожирателями, ей просто нужно было увидеть его. Встретиться с ним.

Под лунным светом, проникающим сквозь стекла окон, замковые пейзажи казались невероятно обвораживающими, придавая каждому ее шагу загадочную величественность. Ее сердце отбивало сумасшедший ритм, наполненное невероятной смесью чувств: волнением, решимостью и ожиданием.

И вот, как по наитию, поднялась мысль о старинной астрономической башне. Ступени, ведущие к вершине замковой башни, словно манили ее ближе к цели. Неуемная внутренняя сила вела ее вперед, и каждый следующий шаг был как шаг к самому ее судьбоносному моменту.

Поднимаясь все выше и выше, Эбигейл чувствовала, как ее сердце бьется в унисон с шагами, а адреналин наполняет кровь. Наконец, под лунным венцом астрономической башни, она остановилась у дверей, готовая войти в неизведанный мир встречи, хотя, возможно, этой встречи даже и не будет.

Малфой, стоявший у колонны астрономической башни, повернулся, услышав шорох. Его глаза встретились с Эбигейл, и на его лице промелькнула уставшая улыбка, смешанная с удивлением.

— Ну, ну, кто бы мог подумать, что именно ты меня найдешь. — Малфой рассмеялся, но как-то грустно, без лишнего энтузиазма.

— С Рождеством, Драко. — Малфой удивленно поднял на нее глаза, пытаясь разглядеть в них что-то.

— Ты искала меня для того, чтобы сказать это. — Эбигейл лишь закатила глаза.

— Не обольщайся. Я просто бродила по замку.

— Да ну, Джонсон, — парень приблизился ближе к девушке, так, что она ощутила, насколько он был выше. Он был ростом с Рона, но рыжий часто сутулился, потому не выглядел так...статно. Его тяжелое дыхание чувствовалось на макушке, колоша волоски, — Ты серьезно думаешь, что я поверю в это. Порой мне кажется, что ты одержима мной.

— Прекрати паясничать, — она попыталась вложить всю строгость в эту фразу, — Мог бы меня поздравить в ответ. Ради приличия.

Драко легонько коснулся выбивающейся пряди ее волос, немного покрутил, оставляя сформировавшуюся завитушку. Он посмотрел на нее, отчего воздух на миг перестал поступать к легким. Ей стало его невероятно жаль, ведь он был таким одиноким, что пришел на эту чертову башню, где должен был убить директора. Эбигейл не могла предположить, о чем он здесь размышлял. Возможно, сожалел о случившемся, а, возможно, корил себя за то, что не смог расправиться с Дамблдором самостоятельно. Казалось, она ничего о нем не знает. Драко будто позволял иногда приблизиться ближе к себе, но это ничего не значило, ведь как только он захочет, то закроется от нее.

— С Рождеством, Эби. — он так давно не называл ее по имени, что ей даже стало немного некомфортно.

Ночное свечение луны струилось сквозь колонны астрономической башни, озаряя Эбигейл и Малфоя, стоявших невероятно близко. Напряжение витало в воздухе, их глаза встретились в немом диалоге, отражая смешанные чувства и эмоции. В их молчании было что-то захватывающее, что лилось сквозь тишину, какие-то невысказанные слова и желания.

И вдруг, словно по волшебству, их губы слегка коснулись друг друга. Этот поцелуй был не только физическим контактом, но и обладал глубоким эмоциональным значением. В тот момент они оба почувствовали, что время замерло, а весь мир исчез за пределами этого мгновения.

Этот поцелуй отличался от всех остальных, он не был наполнен какими-то лишними эмоциями, лишь трепетом и осторожностью, будто каждый из них боялся отпугнуть момент.

Губы Драко были невероятно холодными, ведь он не удосужился накинуть на себя мантию или же согреться с помощью заклинаний.

Он не пробивался языком в ее рот, не хватался за одежду из-за переизбытка чувств. Он был нежен, как никогда, будто перестал бегать от неизбежного, смерившись с тем, что полностью погряз в этих непонятных чувствах.

— Мы по разные стороны, Драко. — прошептала Эбигейл прямо ему в губы. Она старалась унять дрожь в голосе, но на последнем слове все же сорвалась.

Он ничего не ответил ей, лишь легонько прижал к своему телу, помещая руку на ее голову. Эбигейл понимала, что он не станет обнадеживать ее обещаниями, как в прошлый раз, но так хотелось. Ей хотелось быть уверенной хоть в этом.

— Эби, ты возненавидишь меня, когда прийдет время. — она согласно кивнула, отчего Драко вздохнул глубже.

— Не дай этому случиться раньше времени.

P.S
Я очень извиняюсь за то, что позволила им поцеловаться на месте гибели Дамблдора...