Глава 34. Кошмары
На секунду ей показалось, что она бредит, что собственное сознание так жестоко обманывает ее.
Трое друзей стояли напротив нее. Они были...не в самой лучшей форме, если так вообще можно выразиться. От каждого взгляда на них Эбигейл чувствовала, как приступ рвоты подступал к горлу. Она не могла поверить, что люди в таком состоянии могли вообще двигаться, они были живыми мертвецами. Ей так хотелось закрыть глаза, чтобы не видеть этого кошмара, но она заставляла себя глядеть на них так тщательно, насколько это было возможно.
Гарри стоял по середине. Вся его одежда была превращена в какие-то лохмотья. На коже покоилось множество волдырей, как от ожогов, весь торс парня был покрыт огромными порезами, из которых струилась кровь, заливая паркет, на котором он стоял. Эбигейл посмотрела на Гермиону. Подруга не могла остановить приступы кашля. Она кашляла кровью и какими-то сгустками. Эбигейл стало невероятно дурно от осознания того, что это были ее органы. Она не могла больше видеть этого, так что переместила свой взор на Рона. Поначалу ей показалось, что он в полном здравии, потому что никаких видимых увечий на теле не обнаружила. Это невероятно обрадовала ее. Он был цел.
— Рон, я так рада. — девушка попыталась подойти к нему, однако рыжеволосый стал странно покачиваться, после чего упал прямо на лицо. Его спина была проколота огромным копьем.
Вопль полный ужаса и скорби вырвался из ее груди. Она так никогда не кричала, никогда ей не было так больно. Девушка желала, чтобы это она была на их месте, чтобы это все прекратилось, чтобы ее не разрывало от неистовой боли внутри.
— Это ты сделала с нами. — громко сказал Гарри.
Эбигейл в ужасе смотрела на него, пытаясь сохранять рассудок. Парень подошел к ней и, взяв ее запястье, скрутил его. Она закричала с большей силой, но теперь не от душевной боли, а от физической. Он медленно выкручивал руку, пока не услышал отвратительный звук.
Эбигейл молилась, чтобы она потеряла сознание, ведь испытывать такую невыносимую боль было слишком. Глаза медленно закрывались, а голова постепенно начала тяжелеть, но Эбигейл услышала последние слова от Гермионы, которая, видимо, подняла ее голову прямо за волосы.
— Мы все ненавидим тебя за то, что бросила нас умирать...
Девушка проснулась от сильной тряски. Открыв глаза, она обнаружила Джинни, которая обеспокоено смотрела на ее лицо, держа в ладонях. Уизли была белая как смерть, наверное, как и Эби, ведь то, что ей приснилось- было настоящим кошмаром.
— Эби, Мерлин! — Джинни чуть ли не плакала, — Нужно обратиться к мадам Помфри. Она даст нужное зелье, чтобы ты больше не мучилась. — с каждым словом она теряла самообладание.
Эбигейл хотела ответить, успокоить подругу, но голос куда-то пропал. Она не в состоянии была и звука произнести.
— Это было ужасно. Ты кричала так сильно, что я не знала...— ее лицо блестело из-за водопада слез, — Тебя будто убивали, будто ты страдаешь. Черт!
Она пыталась унять дрожь в руках, потому сжимала ладони в кулачки, а потом мельком смотрела на следы, оставленные ногтями. Эбигейл никогда не видела Джинни в таком состоянии. Девушка всегда старалась отметать все эмоции, чтобы быть рациональной и логичной волшебницей, но не сейчас. Значит, Эби действительно так сильно кричала во сне?
— Девочки тут же проснулись, когда услышали тебя. Они испугались и хотели позвать на помощь, но я не дала им, — Джинни смахнула волосы, — Я попросила, чтобы они подождали в гостиной, чтобы не звали никого.
Эбигейл вспомнила, что именно снилось ей, она вообразила это настолько реально, что мигом перекатилась на край кровати, выблевывая все содержимое, что было съедено на ужин. Комната моментально впитала в себя этот отвратительно едкий запах, от которого появились новые позывы.
— Эби...— Джинни моментально приблизилась к кровати подруги, произнося очищающее заклятие на пол и на девушку, у которой рот был остатках переваренной пищи.
Эбигейл тяжело перевалилась обратно, стараясь принять сидячее положение. Ей стало тошно от того, насколько она была слабой, слишком эмоциональной, такой уязвимой.
— Все хорошо, — она с трудом свесила ватные ноги с кровати, — Дурной сон приснился.
Джинни моментально подбежала к однокурснице, помогая ей встать на ноги.
— Я, скорее всего, больше не усну, так что просто посижу в гостиной.
— Эби, но сейчас только четыре часа утра, может быть, попробуешь? — Джонсон отрицательно помотала головой, пока Джинни доводила девушку до лестницы.
— Я не смогу, точнее не хочу.
Уизли не стала больше задавать ей вопросов, просто помогла добраться до ближайшего дивана гостиной, убедилась, что подруга в относительном порядке, и попросила Лаванду с Парвати не задавать лишних вопросов. Трое девушек вскоре скрылись за дверью, оставляя Эбигейл в полном одиночестве.
Эбигейл сидела одна в тишине гостиной Гриффиндора, окруженная лишь переливающимися тенями от дрожащих свечей. Руки скрестились на коленях, а взгляд пристально устремился в темноту.
Сквозь мерцание пламени она осознала, что время не ждет. Волнения и сомнения укрылись в ее сердце, оставив лишь решимость и упорство. Ей нужно было оставаться сильной несмотря ни на что. Она поняла, что в сложившихся обстоятельствах, ей просто необходимо было тренироваться в одиночку, без остальных студентов. В Хогвартсе уже сложился, так сказать, кружок по интересам. Ребята иногда собирались и оттачивали свои навыки, проводя тайные дуэли. Все готовились к войне. Если ей этого не избежать, то нужно готовиться как подобает, чтобы принести пользу, чтобы хоть как-то помочь друзьям.
Она не сомкнула глаз за все оставшееся время перед подъемом, она даже почти не двигалась, лишь размышляла.
Первое занятие у них было со Слизеринцами, так что не теряя времени, девушка отправилась на занятия, игнорируя вопросы соседок насчет ее самочувствия.
Зайдя в помещение, она тут же заметила интересующую ее белую макушку. Он сидел с Забини и что-то шепотом объяснял ему. Не долго думая, Эбигейл поправила лямку от сумки и направилась прямиком к парочке. Ей не было дела до вопросительных и любопытных взглядов присутствующих. Она настолько устала от всего этого дерьма, что была готова на все ради своей цели.
Парни тут же заметили однокурсницу, когда она нависла над ними. Блейз был немного озадачен, но все же приветливо улыбнулся, пока Драко смотрел на нее, пытаясь понять, что на этот раз девушка задумала.
— Дорогой Блейз, у меня сегодня такое настроение, чтобы присесть рядом с Малфоем, — руками она оперлась на его стул, — Это жизненно необходимо.
— Смотри, Драко, чтобы я не начал тебя ревновать. — Блейз понял, что дело тут совсем не шуточное, поэтому почти без лишних слов освободил место, садясь с Теодором.
Эбигейл благодарно ему улыбнулась и села на стул. Она понимала, что потом прийдется долго объяснять Невиллу, почему так произошло, но это было неважно. Она знала, что что-нибудь придумает и избежит любых нежелательных вопросов.
— Решила узнать, какого это сидеть с элитой? — он снова надел эту свою ребяческую маску, но у Эби не было на это времени.
Она вытащила из сумки перо со свитками и принялась писать, после чего протянула парню пергамент.
Малфой заинтересованно посмотрел на листок, на котором было написано:
«Мне нужна твоя помощь с тренировками.»
Он выглядел озадаченным. Его брови немного свелись, образуя маленькую морщинку. Драко поднял на гриффиндорку глаза, молча спрашивая: «зачем?»
Она тут же притянула свиток обратно.
«Я не могу позволить себе быть обузой для других.»
Парень после прочтения лишь фыркнул, убеждаясь в очередной раз, что ей руководят качества настоящего Гриффиндорца. Это его смешило. Она бы согласилась на все, лишь бы спасти всех вокруг, позабыв о собственном благополучии, однако он взял перо в руку.
«Завтра в 17:30. Выручай-комната.»