(2005)

Тяжёлая пыль забилась в ноздри, когда Сэм мешком свалился на землю, закрывая глаза.

Он ненавидел неизвестность, неопределённость, с которой сталкивался постоянно. Но сейчас, после того, как Кевин дал ему карту с размещением ангелов по ней, - он определённо знал о проблеме Сэма - это чувство немного притупилось.

- Неподалёку есть место, где мы можем передохнуть, - промолвил часом ранее Альфи, бросая на Сэма краткий взгляд.

Винчестер повернул к нему голову.

- Неподалёку насколько?

- Миля с той точки, где я показывал тебе наше местонахождение в прошлый раз, - отчитался Бальтазар за его спиной.

Сэм понятливо кивнул и, сам того не замечая, ускорил шаг.

Вот он, тот самый весомый плюс в отданной им карте: теперь Сэм не терялся в пространстве, слепо следуя за ангелами и демоном. В данный момент он знал окружившую его местность, тогда как те самые ангелы и демон - расположение своих врагов, с которыми придётся столкнуться после.

А теперь он неподвижно лежал на земле, прекрасно зная, что не сможет уснуть. Даже не смотря на усталость.

Спустя большое количество разговоров «ни о чём», лес Сэму казался приятно молчаливым. И тёмным после призрачной синевы, что улеглась на него пластом из-за скрытых ото всех жителей тут. Он наслаждался молчанием, тишиной и спокойствием, навалившимися на него. Казалось, что именно этого не хватало в последнее время.

Воздух сгустился и Сэм не двигался пару долгих минут. Тени обступили его со всех сторон, затягивая в дремоту, потому он не сразу услышал лёгкую поступь, с которой кто-то двинулся к нему.

Мысли плавно затихали, запахи, звуки - всё отходило на задний план. И только вырезанные где-то в глубине сознания инстинкты - плевать Сэм хотел, что у людей нет инстинктов; у него их пошагово вырастили - ощутили чьё-то присутствие рядом.

И запуском к действию «БЕЙ ИЛИ УМРИ» стало лёгкое прикосновение к сумке на его боку.

Клинок выскользнул из рукава быстрее, чем Сэм успел подумать об этом, и его тело подскочило, как пружина, на земле. Краткий рывок вперёд - и вот существо, которое возжелало прикоснуться к сумке, рухнуло на землю, подмятое его телом.

Холодные пальцы вцепились в кисти его рук. Существо не нападало в ответ, что было странно, ведь Сэм ожидал драки, холод чужой благодати или жжение чёрной сущности демона. Он, конечно, ощущал второе под руками, но... нет.

Что-то было не так.

Туман перед глазами медленно рассеялся и среди застеливших взгляд оттенков проступило знакомое лицо. А вместе с ним и раздражение, которое поспешили вложить в следующую фразу:

- Наигрался?

Сэм растерянно моргнул и довольно быстро сполз с развалившейся под ним Мэг. Демоница, к её гордости, не предприняла ровным счётом ничего, когда Сэм её свалил на землю. Удивительно для неё.

- Прости, - автоматически выпалил он, прижимая к животу сумку. Но когда Мэг поднялась на ноги, попутно отряхиваясь от пыли, Сэм всё-таки поинтересовался: - Зачем она тебе вообще была нужна?

Мэг бросила на него стервозный взгляд, по сравнению с которым «стервозный взгляд» Сэма был абсолютно ничем.

- Я хотела эту сумку тебе под голову положить. Но, видать, не судьба, - демоница отвернулась от Сэма и её недовольство сменилось чем-то другим. - Болван.

Сэм прищурился, пытаясь уловить эмоцию, из-за чего пропустил половину сказанного мимо ушей.

И только секунд десять спустя к нему дошло.

- Э-э, - протянул Винчестер, спиной опираясь о дерево. - Спасибо?

- Придурок, - беззлобно добавила Мэг, прежде чем ретироваться в сторону деревьев, у которых расположились Альфи и Бальтазар.

Его сопровождающие каждый раз располагались одинаково: достаточно близко, чтобы он мог их заметить, и в то же время - достаточно далеко, чтобы не нарушать его сон. Сэм ценил это постоянство и молча их благодарил. В чём-то подобном всегда чувствовалось по-настоящему человеческая забота.

Следуя за этой мыслью, Винчестер перескочил в сторону другой темы. И снова подумал о том, что не только они все вместе - как сплочение - оказались противоположностью к навешенным на них ярлыкам. Каждый по отдельности был таким же.

Мэг была прямым тому доказательством. У демоницы будто родилась душа с начала их похода. Или это произошло ещё в бункере. Может, на неё так повлияло сотрудничество с людьми, а, может, Мэг всегда была таковой. Странной. Непокорной. Язвительной, но заботливой. Она всё ещё оставалась демоном, но была вне игры своих братьев и сестёр по крови. И сумела доказать это сотни, а то и тысячи раз.

Может, на неё и правда так действовало сотрудничество с людьми.

С ним.

Сэм громко фыркнул в ответ на свои мысли. Поймав на себе непонимающий взгляд Альфи, мотнул головой, мол, всё в порядке, и довольно быстро отвернулся. Пальцы скользнули по прикрытым векам и сильно надавили на них. Настолько сильно, что в поглотившей его на мгновение темноте вспыхнули звёзды - умирающие сверхновые.

Но веселье вернулось с новой силой - ровно с такой же, с которой мысли вытеснили сон из его головы минутой ранее.

Он не мог быть катализатором изменений Мэг. Чтобы изменить Мэг потребовалось гораздо больше, нежели один человек (маг, без разницы), которого ей было приказано защищать.

«Или всё-таки мог?» - мелькнула на краю сознания мысль и Сэм убрал руки от лица.

Его глаза сами нашли Мэг, что, скинув со спины объёмный рюкзак, развалилась на земле и втягивала в себя ядовитый дым сигареты Бальтазара. Сэм понятия не имел, как они сохранились у ангела до сих пор, и был абсолютно не против иногда прикурить парочку. Но если чаще всего дым отторгал своей горечью, то сейчас - идеально подчёркивал образ Мэг.

Сэм несколько завороженно наблюдал, как она, сложив губы трубочкой, выдохнула густой поток дыма вверх, стряхивая пепел с сигареты в пыль сбоку от себя. Демоница явно ловила кайф от этого. Как наркоманы от травки. Как Эш в старом бункере Сэма, когда неясно откуда достал наркоту и выделил целую грядку на выращивание марихуаны. Как Эш, который валялся, окутанный дурманом, на столах библиотеки и спал, как убитый.

Сэм медленно отвёл взгляд от Мэг и плавно перевёл его на вертящего в руках сигарету Бальтазара. Он будто думал, стоило ли ему курить сейчас, или же всё-таки отложить на будущее.

Уголок губ Сэма дёрнулся в полуулыбке.

Если бы кто-нибудь лет тридцать назад сказал, что ангелы могут быть сторонниками вредных привычек людей, им бы рассмеялись в лицо. Теперь же - не только это было их реальностью. Судя по тому огромному изобилию информации о Боге и небесах, которые сотворили люди за тысячелетия, они чуть ли не поклонялись этому. Или поклонялись, Сэм не сильно вникал.

А теперь ангелы были злом. И навсегда, за исключением некоторых, останутся таковыми в глазах Сэма.

Мысли Винчестера плавно перетекли к другим его сопровождающим - Бальтазару и Альфи. Сэм не успел проконтролировать этот процесс, хотя сейчас, в эту самую секунду контролировать хоть что-нибудь совершенно не хотелось.

Бальтазар был чем-то похож на Мэг.

Он оставался всё тем же - язвительным, прямолинейным, саркастичным. А за всем этим угадывалась иная черта: болезненная осторожность, переходящая в паранойю, из-за которой Бальтазар по-своему заботился о Винчестере. Сэму было трудно охарактеризовать его иначе. Бальтазар был просто... самим собой, со всем набором странностей и неровностей. Неудивительно, что он и Габриэль были близки на небесах.

Совершенно неудивительно.

Сэм медленно перебирал ремень от сумки, словно чётки. Пальцы скользили по коже, доходили до края и снова возвращались к началу, чтобы повторить всё заново. В этом монотонном движении было что-то завораживающее - мысли текли ровнее, будто находили одинаковый ритм с его руками.

Альфи был полной противоположностью... всем, кого знал Сэм.

Одним взглядом он мог проникнуть в глубины души человека, даже не приблизившись. Он всегда был спокойным, вне зависимости от ситуации. Во время битвы он почти всегда прикрывал Сэма, и никогда не заботился о собственном благополучии. Если Бальтазар и Мэг были хоть немного осторожны, то Альфи - нет. Он дрался так, словно это его последняя битва. Он защищал так, будто перед ним выстроились в ряд не призраки или охотники, а сам Михаил спустился с небес.

Ангел был странным. Он напоминал Сэму ребёнка, знающего слишком много о реальном мире, но не знающего ровным счётом ничего о жизни.

Альфи напоминал Сэму его самого.

Сэм пошевелился, выходя из прострации. Последняя мысль будто огорошила его и он никак не ожидал этого мысленного сравнения. Но это было правдой. Именно поэтому Сэм довольно легко находил общий язык с ангелом. Даже легче, чем с Мэг, и ещё легче, чем с Бальтазаром.

- Сэм.

- Что? - отозвался охотник, повернув голову в сторону демоницы, что смотрела прямо на него, не отрываясь. Пальцы замерли на ремне сумки.

- Пацан, при к нам сюда, - бросил Бальтазар, и самодельная сигарета проскользнула между его губ, когда он двинул пальцами в приглашении.

Сэм отмахнулся.

- Я тут уснуть пытаюсь.

Бальтазар фыркнул.

- Мы видим. Сигарету?

Сэм качнул головой.

- Я не зависимый, как вы.

Бальтазар закатил глаза, а Мэг фыркнула. Альфи же, казалось, вообще не собирался встревать в их разговоры, глядя куда-то сквозь пространство.

- Не будь пай-мальчиком, - попросила его Мэг, выдыхая кольцо дыма. - Тебе не идёт.

Сэм покачал головой и всё-таки поднялся со своей импровизированной лежанки между корнями. Сумка повисла у бедра, пыль уже въелась в ткань его штанов. Сэм давно уже чувствовал себя грязным и так же давно смирился с минусами подобной жизни. Он смирился - с запахом, исходящим от него, с грязью, что стала второй его кожей, с раздражениями, которые Сэм не успевал удалять со своего тела.

Чёрт возьми.

Это было отвратительно.

- Давать? - Бальтазар коснулся кармана на своей почерневшей от копоти и пыли рубашки.

- Давай, - сдался Сэм, протягивая руку.

Ангел сунул пальцы во внутренний карман и вытянул оттуда сигарету, отдавая её охотнику. Теперь он был только в своей потрёпанной рубашке. От своего старого плаща он давно уже избавился: с тех самых пор, когда они попали в первый бункер. И, казалось, был на пути к тому, чтобы изменить собственный образ на что-то более привычное этому миру, как униформу. В которой, как раз таки, ходили Мэг и Сэм.

Единственным, кто явно не собирался менять одежду, был Альфи, остающийся в своей потускневшей красной рубашке и штанах от пиццерии «Крошка-Картошка».

По щелчку пальцев сигарета оказалась раскурена и Сэм уселся рядом с остальными, затягиваясь.

У них и правда была очень странная компания. Два падших ангела, один из которых был слишком резким и вспыльчивым, а второй - спокойным и неконфликтным. Демон, который отказался от тех, кто был близок по крови. И человек, несущий книгу с упрямым архангелом, а одновременно с этим - готовый убить каждого, кто к ней прикоснётся.

Но Сэма компания неожиданно устраивала - хотя бы из-за того, что он им доверял.

***

Дым заполнял лёгкие, забивал ноздри, успокаивал своей тягучестью, плавностью. Сэм наслаждался им, вбирая всё, что он отдавал. Ему, походу, действительно этого не хватало, раз он так жадно его сейчас впитывал.

Мэг довольно быстро пояснила, как выпускать из лёгких кольца и теперь воздух пропитался не только дымом, но и кругами, что выскальзывали из ртов и покрывали собой всё пространство. Единственный, кто воздержался от сигарет, был Альфи. Сейчас он просто сидел, прислонившись к дереву, и прикрыл глаза.

Он не спал.

Да и никто из них не спал - просто не смогли бы сделать этого.

Но то, что они отдыхали, уже было большим успехом.

Сэм усмехнулся себе под нос и стряхнул пепел с сигареты, чувствуя себя на удивление легко. Сумка лежала у него на коленях, а молчание не оттягивало тишину своей жёсткостью. Впервые за долгое время Сэм не напрягался по пустякам.

И хотя пауза в разговорах была приятной, первым её нарушил Бальтазар, задумчиво склонивший голову к плечу.

- Единственное, за чем я скучаю из прошлого - это искусство.

Сэм невольно вскинул брови, глядя на ангела.

- К чему это?

- Продолжаю разговор с Мэг, - брякнул ангел, разводя руками.

Он явно был хорошо так обкуренным на данный момент.

Демоница отмахнулась от него.

- В том дерьме не было смысла.

- Прошу прощения?

Мэг повернула к Бальтазару голову, прокручивая между пальцами сигарету, а Альфи в это время медленно приоткрыл глаза. Он явно заинтересовался разговором.

Как, в принципе, и Сэм, не желающий вступать в довольно... необычную перепалку.

- Люди рисовали - размазывали лица, образы и пейзажи на белых холстах и называли это «шедевром». Они сочиняли какие-то басни, писали книги, пели. Строили. Но, подумай сам... Нахрена? - Мэг взмахнула руками и невольно потушила сигарету. Взглянула на неё, после чего отбросила в сторону деревьев. И вновь уставилась на Бальтазара. - Они подыхают как мухи, все они. Их «шедевры» уничтожили по щелчку пальцев. И даже если не брать в учёт апокалипсис, то всё равно когда картины или та же музыка существовала целые столетия... ею уже не восхищались.

- Ты издеваешься? - Бальтазар изогнул бровь. - Ты в курсе, какое огромное количество людей скупало старые картины? «Звёздная ночь», «Как Сатурн пожирает своих детей», да даже «Мона Лиза»! Люди...

- Ты помнишь классическую музыку? Шопена и всех вот этих вот сочинителей? - внезапно перескочила Мэг. - Их «творения» становились для многих скучными.

- Не все, - отрицательно мотнул головой Бальтазар. - Многие продолжали их слушать.

- Бред. Этими «многими» были либо старики, либо музыканты, либо...

- Я любил классическую музыку, - категорически заявил Бальтазар. - И она довольно неплохая.

- Ты просто старый, - хмыкнула Мэг. - И первой твоей музыкой была как раз таки классика.

Бальтазар изменился в лице, выглядя так, будто ему только что зарядили смачную пощёчину.

- Ты назвала меня старым?

- Да, - Мэг выглядела невозмутимой.

- Ты... у ангелов нет понятия «возраста», черноглазое ты отродье.

- Пардон? Кого ты отродьем назвал?

- Эй, - вклинился Сэм, попутно пересекаясь взглядами с Альфи. - Пыл поумерьте.

Мэг закатила глаза настолько сильно, что у обычного человека от подобного могла в срочном порядке заболеть голова. Но ей хоть бы хны.

Бальтазар отвернулся, поднимая голову и направляя взгляд в сторону неба. Его будто и не касалось это закатывание глаз, и он задумчиво уставился на тяжёлые, сливающиеся друг с другом тучи, плывущие вдаль.

- Ты не видел искусство, - произнёс ангел. - Но если бы ты видел, с тобой можно было бы поболтать на эту тему. Интересно поболтать.

Сэм не сразу понял, что обращаются к нему. И только когда Бальтазар опустил голову, впиваясь в него взглядом, Сэм осознал это и повёл плечами.

- Я не думаю, что в... каких-либо картинах можно найти что-нибудь стоящее, - пробормотал он и краем глаза заметил довольную ухмылку Мэг, которую та сразу же направила Бальтазару.

Ангел это проигнорировал. И вместо реакций, возобновлений споров и конфликтов, он подпёр подбородок кулаком и лениво очертил взглядом лицо Сэма.

- Пообещай мне одну маленькую ерунду.

Краткая пауза не продлилась долго, и Сэм благородно её вытерпел, ожидая продолжения.

- Когда ты откажешься в той вселенной, - слово «если» в словах ангела отпало самостоятельно, - ты пойдёшь в один из музеев и внимательно рассмотришь каждую картину. Ищи Дали, Ван Гога, Франсиско Гойю. Отправься в Париж и посмотри на Эйфелеву Башню, подкори самые высокие горы, исследуй пещеры, искупайся в настоящих реках и морях. Иди в библиотеки, которые увидишь, и проси почитать Хемингуэя, Фитцджеральда, Лавкрафта. Читай Гинзберга. Слушай Армстронга. Синатру. Насладись всем, что ты там увидишь, за меня. И только тогда ты поймёшь.

Когда Бальтазар договорил, Сэму захотелось рассмеяться ему в лицо. Пускай ангел и говорит это так... завороженно, довольно, с большим энтузиазмом, Сэм понимал, что никогда этого не исполнит. Он, чёрт его дери, будет мёртв. Или останется без души - какая к чёрту разница? Именно из-за этого он не сумеет насладиться происходящим. Он не сможет.

Но глядя на Бальтазара, Сэм понял, что не хочет расстраивать вдохновлённого ангела, потому что таким его никогда не видел. Да и сам расстраиваться тоже не хотел - тем более, никто из его сопровождающих не знал правды об окончании этого «путешествия».

И вместо слов Сэм Винчестер рассеянно кивнул.

Не сказал ни слова, но кивнул, будто подписывал с Бальтазаром договор. Пускай ангел будет уверен, что Сэм посетит и попытается увидеть, узнать весь мир. Пускай будет так. Это легче, чем спотыкаться о реальность. В сотни раз.

Мэг молчала. Бальтазар после своей краткой речи тоже замолк, и вместо их голосов в лесу остался лишь шумный ветер, гоняющий мусор по земле из стороны в сторону, и казавшееся Сэму слишком громким, его собственное дыхание.

И тогда неожиданно заговорил Альфи.

- Жизнь сама по себе искусство. Это нужно признать, Бальтазар.

Ангел взглянул на сидящего рядом брата, как на безумца. И с отвращением поморщился.

- Не эта.

- Не нравится реальность? - мягко поинтересовался ангел.

- А кому она вообще может понравиться? - подала голос Мэг.

Альфи едва заметно повёл плечами.

- Никому. Но само понятие того, что мы живы... по-своему удивительно.

Никто на это ответить не решился, и молчание накрыло их с головой.

Сэм сидел, уставившись на недокуренную сигарету, и наблюдал, как тонкие витки дыма рассеиваются под напором ветра. Постепенно сигарета догорала до фильтра и Винчестер стряхнул пепел.

Он не желал вклиниваться в эту внезапную дискуссию и заявлять на весь мир, что эта жизнь - отвратительна. Ему нравилось, с каким восторгом говорил Бальтазар о художниках, музыкантах, писателях и поэтах, которыми он никогда не проникнется. Его вдохновляла сама возможность путешествовать, которую он никогда не воплотит. Его забавлял спор демоницы и ангела. Но в то же время его пугали слова Альфи. Они были слишком... Лживыми для них и вычурными.

То, что они выжили, действительно было «удивительно». Но это было другое «удивительно», которое не имел ввиду Бальтазар, когда рассказывал о прошлых свершениях человечества.

Эти два понятия были абсолютно разными.

Сэм медленно поднёс к губам тлеющую сигарету и последний раз затянулся. Он не был обкуренным, потому что изначально обозначил Бальтазару границы - он не должен поддаться действиям наркотиков при любых обстоятельствах. Но чувствовать дым в лёгких, что пропитал всё тело изнутри, было до ужаса приятно, и Сэм планировал растянуть это мгновение.

Глубокий вдох - и сигарета плавно дотлела до фильтра. Сэм пару секунд ещё держал её во рту, прежде чем отбросить в сторону деревьев. Ветер обдул разгоряченную кожу, забрался под воротник, и Сэм поёжился. Ощущения были не из приятных.

Он медленно отряхнул руки.

- Идём? - спокойно спросил Винчестер у своих сопровождающих.

Бальтазар беспечно пожал плечами и потушил свою сигарету у дерева, пока Сэм поднимался на ноги. Краем глаза он, конечно, заметил очередное закатывание глаз Мэг, но был рад, что она ничего не сказала, пока вставала на ноги. Альфи же оставался ко всему безразличным.

- Мы так и оставим окурки? - поинтересовался Сэм.

- Мусор - второе имя этого леса, - изрекла Мэг.

Мысленно Сэм был согласен с ней, но всё-таки дёрнул рукой в сторону оставленного беспорядка. Краткая вспышка огня ударила по глазам - она была подобна искре, вылетевшей из неразложенного ими сегодня костра - и окурки превратились в горстку пепла.

Мэг громко фыркнула.

- Доволен?

- Наверное, - брякнул Сэм.

После чего потопал вслед за ними, к скрывающимся вдали силуэтам деревьев, которые окружали их со всех сторон.

Мэг и Бальтазар снова начали какой-то спор, Альфи опять молчал, а Сэм вновь начинал проваливаться в размышления. Где-то на периферии сознания он ощутил, как сгущается воздух, и приготовился к новой встрече с Габриэлем вне их стен и коридоров. Сэм помнил, как день назад архангел предпочёл белизне серый лес и почти не проронил ни слова, пока они шли. Они вообще толком не разговаривали после произошедшего с призраками.

Но Сэм всё равно ждал его.

Не мог не ждать.

- Салют, - выдохнул голос рядом, и Сэм встрепенулся.

Габриэль, сунув руки в карманы, спиной опёрся о дерево и с ехидством в глазах разглядывал Сэма.

- Привет, - у Сэма будто камень с души спал. Особенно, после тех разговоров со своими сопровождающими. - Привет, Гейб.

Архангел приподнял уголок губ и кивнул в сторону тропы. И Сэм шагнул вперёд.

Но прежде, чем уйти окончательно, охотник в последний раз оглянулся на небольшой круг из деревьев, в котором сидели минуту назад четыре фигуры, выкурившие три сигареты.

И в голове пронеслась краткая мысль.

До чего же бессмысленным был их разговор.