Проданная Душа. Отель Хазбин.

Сердце замерло. Это был второй раз, когда я видела его без улыбки. Его лицо было тревожным и на одно будоражащее мгновение я испугалась. Таким же было его выражение лица тогда, на его радиостанции после битвы. Оно было полно страха и безжизненности.

Слезы не переставали идти, а перестать плакать я не могла. Они бесконтрольно скатывались крупными каплями по моим щекам и превращались на потемневшие пятна на одеяле.

— Ал?

— Мне очень жаль. — дрожал его голос.

Он раскрыл руки и я упала в его объятия, скинув барьер и заставляя его рубашку намекнуть от новоприбывших слёз.

Он бережно лег на кровать со мной в руках и щёлкнул пальцами, отпугивая свет и приглашая успокаивающую темноту в комнату.

Подушечки пальцев Аластора выводили небольшие круги на моей спине. И эти знакомые сердцу движения действовали как успокоительное. Лучшее и неповторимое в своём роде.

Под этими его нежными действиями и лёгкими манипуляциями с его шепотом о том, что теперь все будет хорошо, я уснула.

Утром я сначала ощутила тепло, но не от тела, а от мягкого одеяла, и испугалась, что я обернусь и Аластора здесь не будет.

Так и случилось. Вторая половина кровати пуста, заправлена...

Откинув одеяло, я вскочила с постели и, сломя голову, побежала к выходу из комнаты. Только я широко распахнула двери, как чуть не врезалась в высокого демона.

Тяжёлый камень свалился с плеч, когда я увидела Аластора, держащего в руках поднос с приятным ароматом.

— Напугал! — воскликнула я вместо приветствия. — Ты же обещал, что когда-нибудь мы проснёмся вместе!

— Прости, принцесса, виноват, каюсь. Я рассчитывал успеть к твоему пробуждению. Надеюсь, это поднимет твоё настроение.

За доли секунды он наклонился и оставил лёгкий поцелуй на лбу, а после вошёл в комнату и поставил поднос на прикроватной тумбе.

— Я в душ. Одна! — добавила я прежде чем он успел сказать что-то. — Не нужно было меня так пугать.

Я зашла в ванную и захлопнула за собой дверь. После быстрого душа и остальных процедур, я почувствовала, как успокоилась и вышла оттуда в более приподнятом настроении.

Аластор стоял у окна, что мог заменить стену, и, скрестив руки за спиной, наблюдал за городом.

Я подошла к нему и обхватила за талию, обнимая и щекой прижимаясь к его прямой спине.

— Извини, я просто подумала, что мама снова взялась за своё...

— Все в порядке. Мне не следовало оставлять тебя одну.

Он резвостью хищника поменял местами наши положения и вот я уже стою у окна с видом на бодрый город, а Аластор прижимается носом к моей шее, оставляя след от своих обжигающих губ на моей коже и заставляя мириады муравьёв расползтись по телу, разнося приятную дрожь и заствляя дыхание сбиться от неожиданности...

Я повернулась к нему, ловя его манящие губы своими и, развернув его, посадила на банкетку, что тянулась от стены до стены под окнами. Я опустилась на его колени и, отвлекая его внимание смелыми движениями свих губ и языка, начала снимать с него пальто, бабочку и расстегивать пуговицы его алой рубашки.

Я неохотно оторвалась от него мягких уст, чтобы заглянуть в глаза и убедиться, что он не против, однако, как только наши взгляды столкнулись, перед моим лицом уже сидел Валентино.

Я вскрикнула и упала на пол, ощущая, как быстро и сильно колотиться моё сердце, точно вот-вот выпрыгнет наружу. Он, оголяя свой золотой клык в голодной улыбке, начал идти на меня, перебирая пол своими четырьмя руками, пока я ползла спиной назад и старалась не кричать.

Перед глазами снова что-то мелькнуло и лицо Валентино исчезло, уступая своё место обеспокоенным глазам Аластора. Моё громкое неровное дыхание оглушило его слова и посторонние звуки, но как только я осознала, что мне снова привиделся кошмар, я мёртвой хваткой вцепилась в шею демона. 

Его руки обхватили мою спину и прижали к себе, а сам он привстал, сев на пол и поглаживая меня по волосам, что-то бормоча успокаивающим шёпотом. 

Валентино... Даже после своей смерти он не оставит меня в покое. Наверное, моё тело и разум уже приучено к нему, а это уже благодаря его дури. Почему, даже находясь на свободе, я не могла насладиться ею?

Это уже работало как рефлекс. Дело движется к сексу? Здравствуй Вал, к которому уже привыкло моё тело и мозг... Мне просто нужно отучить себя от этого. Просто выбросить эту цепкую заразу из своей жизни и воспоминаний.

— Прости, прости, прости. — затараторила я у его шеи.

— Ma petite souris, ни к чему извиняться...

Через несколько недолгих минут тишины и успокаивающих движений его рук я рассказала ему свои мысли и переживния по этому поводу. Он уже догадывался, почему дальше не заходит, и выслушал меня, не перебивая, с мягкой улыбкой и вдумчивым взором, устремленным куда-то на пол.

— ... Поэтому я... Поэтому у меня не получается. Хоть я и очень этого хочу! — тут же добавила я.

— Тогда, — начал он, вынуждая меня посмотреть на него, — предлагаю начать с малого. Теперь моя очередь учить тебя вновь любить.

Его красные затуманенные глаза опустились на мои губы и в следующую секунду они соединились в мягком и трепетном поцелуе. Осторожные движения его пылающих губ сбивали дыхание и заставляли сердце удваивать силу ударов. Через несколько блаженных мгновений он стал углублять поцелуй, сплетая наши языки в энергичном тесном танце.

— Может, мы встанем с пола? — предложила я и тут же вернулась к делу.

— Прошу прощения.

На мгновение отрывая свои желанные губы он встал и помог мне подняться. Его беглый взгляд устремился куда-то в сторону и я проследила за его движением.

— Дорогая, твой завтрак уже давно остыл.

— Отлично. Значит, холоднее он уже не станет.

Демон вновь перевел свой томный взгляд на меня и я, не в силах снова сдерживаться, повела его назад  за собой.

Теперь за спиной ощущалась стена, а Аластора я притянула ближе к себе за воротник его наполовину расстёгнутой рубашки и в очередной раз припала к его губам. Этот поцелуй — его поцелуй — длился дольше, был ярче и увереннее. Его напряжённое тело становилось всё ближе к моему и в какой-то момент я почувствовала, как всё это возбуждение скопилось в одном единственном месте и начинало упираться в мой живот.

В следующую секунду Аластор замер и слегка отступил. Открыв глаза, я бросила на него вопросительный взгляд, стараясь не опускать его ниже. 

— Думаю, на этом моменте нам следует остановиться.

— Не обязательно. — улыбнулась я.

— Ma petite souris, боюсь, ты не совсем правильно меня поняла.

— Как раз-таки наоборот.

Хитро улыбнувшись, я снова подвела его ближе к себе и страстно поцеловала, стараясь как можно незаметнее расстегнуть его ремень и ширинку.

— Ma petite souris, что ты заду... — пытался он быстро выговорить, но я ему не позволила.

— Тсс...